Невеста последнего Первозданного охотника

— Не… — прошептал он.

— Не говорите. Берегите силы.

Он повернул голову. На мгновение его взгляд стал яснее. Орен смотрел на неё так, словно пытался запомнить лицо. Его рука скользнула по мостовой. Мара опустила глаза. Между его пальцами зажата была металлическая пластина. Небольшая, размером с половину ладони, потемневшая по краям. На ней был выгравирован тот же знак, что она видела на старой карте: незамкнутый круг и несколько тонких линий внутри. Орен с усилием вложил пластину ей в ладонь.

— Не отдавай им дорогу…

Слова прозвучали почти беззвучно.

— Кому? Что вы хотите сказать?

Он попытался вдохнуть. Грудь поднялась, но воздух словно не дошёл до лёгких. Его пальцы судорожно сжались на её запястье.

— Не… отдавай…

Взгляд Орена на мгновение устремился куда-то за её плечо. Затем его рука ослабла. Мара почувствовала, как пальцы соскользнули с её кожи. Голова мужчины тяжело повернулась набок. Он больше не пытался вдохнуть.

— Орен?

Она наклонилась ближе, не убирая ладони с его груди.

— Орен, слышите?

Тишина. Только где-то за стенами домов шумел город. Скрипела телега, хлопнула дверь, кто-то смеялся на соседней улице. Жизнь продолжалась в нескольких шагах от человека, который только что умер у неё на руках.

Мара медленно подняла голову. Незнакомец стоял неподалёку. Клинок в его руке был опущен, но он не убрал его в ножны. Капюшон по-прежнему скрывал лицо.

— Пластину, — сказал он.

Мара посмотрела на свою ладонь. Металл был холодным, несмотря на кровь, попавшую на её пальцы.

— Что?

— Отдайте её.

— Вы убили его.

— Я не намерен повторять просьбу.

Мара сжала пластину.

— Я позову стражу.

— Стража не поможет вам.

— Вы ошибаетесь.

— Нет. Это вы ещё не понимаете, во что вмешались.

Он сделал шаг. Мара отшатнулась, едва не поскользнувшись на крови. На миг ей показалось, что ноги перестали слушаться. Она хотела закричать, но голос застрял в горле. Незнакомец протянул свободную руку.

— Пластину.

Мара развернулась и побежала. Проход вывел её во внутренний двор между несколькими жилыми домами. Здесь было ещё темнее. На стенах висели бельевые верёвки, под навесом стояли бочки, а в дальнем углу виднелась узкая калитка, ведущая на соседнюю улицу. Мара рванула к ней. Дёрнула за ручку. Калитка не поддалась. Она попробовала ещё раз, сильнее, ударила плечом. За дверью что-то глухо звякнуло, но замок остался на месте. Шаги позади приближались. Мара обернулась. Незнакомец вошёл во двор. Он не бежал. В этом было что-то пугающее: он двигался так, будто исход уже был решён и ему оставалось лишь дождаться, когда она перестанет сопротивляться.

Мара отступила к калитке, нащупывая ремень сумки. Нож. Небольшой дорожный нож, который она носила с собой для мелких хозяйственных нужд. Лезвие было коротким, рукоять потёртой, но сейчас ей не требовалось ничего лучше. Она выхватила его и выставила перед собой.

— Не подходите.

Незнакомец остановился.

— Вы не умеете им пользоваться.

— Проверять не советую.

— Уберите нож. Я не хочу причинять вам вред.

— Вы уже причинили достаточно.

Он чуть склонил голову, словно её слова показались ему утомительными.

— Тогда не заставляйте меня.

Мара держала нож обеими руками. Пальцы скользили по рукояти. Она понимала, что не сможет противостоять ему в открытом столкновении, но и отдать пластину не собиралась.

Незнакомец сделал ещё один шаг. Она ударила первой. Лезвие рассекло воздух и задело край его плаща. Он перехватил её запястье прежде, чем она успела нанести второй удар. Пальцы сомкнулись так сильно, что боль прострелила до локтя. Мужчина повернул руку, заставляя её разжать пальцы. Нож упал на камни. Мара попыталась вырваться, но он толкнул её к стене. Затылок ударился о кладку. Перед глазами вспыхнули белые пятна.

— Пластина, — произнёс он почти спокойно.

Она попыталась ударить его свободной рукой, но незнакомец перехватил и её.

— Отдайте её, и останетесь живы.

Мара резко подняла колено. Удар пришёлся ему в бедро. Незнакомец на мгновение ослабил хватку, и этого оказалось достаточно. Она вывернула руку, оттолкнула его и бросилась к арке, ведущей к лестнице. Сзади раздался глухой удар. Он, должно быть, задел плечом стену, пытаясь удержать равновесие.

Лестница вела к нескольким жилым дверям. Она взлетела по ступеням, едва не споткнувшись о выбитый край каменной плиты, и забарабанила в ближайшую дверь.

— Откройте! Прошу вас!

Внутри послышались шаги.

— Кто там?

— Откройте! Меня преследуют!

Дверь приоткрылась. На пороге показался пожилой мужчина в домашнем кафтане. Он держал в руке масляную лампу и щурился от света.

Мара протиснулась внутрь прежде, чем он успел задать новый вопрос.

— Закройте. Немедленно!

Мужчина посмотрел на неё, затем на лестницу за её спиной.

— Что случилось?

— Человек убил другого. В проходе, внизу. Он пытался убить и меня. Нужно позвать стражу.

Старик побледнел.

— Вы уверены?

— Я видела, как он вонзил клинок ему в грудь!

Мара сама не узнала свой голос. Он звучал слишком громко, срывался на отдельных словах. Она прижала ладонь к стене, пытаясь удержаться на ногах. Рука, в которой лежала пластина, была сжата так сильно, что металл впивался в кожу.

Мужчина поспешно запер дверь на засов.

— Оставайтесь здесь.

— Нет. Нужно идти к стражникам. Там остался человек.

— Если убийца ещё поблизости…

— Он не мог уйти далеко.

Старик посмотрел на неё внимательнее. Заметил кровь на рукаве, следы грязи на платье, ссадину у виска.

— Вы ранены?

— Это не моя кровь.

Он не стал спорить. Поставил лампу на стол, снял с крючка тяжёлый плащ и взял со стены короткий железный прут.

— Пойдёмте. Но держитесь за моей спиной.

Они спустились по лестнице и вышли во двор. Ожидала увидеть незнакомца возле калитки, но двор был пуст. Только её нож лежал на камнях там, где она его уронила. Она не стала поднимать его.Пожилой мужчина шёл впереди, освещая дорогу лампой. Мара следовала за ним, стараясь не смотреть в сторону тёмной арки. Когда они добрались до прохода, она остановилась.

На камнях осталась широкая тёмная лужа, растёкшаяся от стены почти до середины прохода. Рядом виднелся след ладони, будто кто-то пытался подняться, опираясь на мостовую. Но самого Орена не было.

— Нет…

Она огляделась. У стены, где сидел мужчина, темнела кровь. На камнях лежала полоска разорванной ткани. Следы тянулись к арке, но обрывались у её края.

— Где он? — спросил старик.

Она присела возле пятна крови, коснулась камня кончиками пальцев. Кровь уже начала густеть. Её не могло быть так много, если бы Орен поднялся и ушёл сам. С такой раной он не прошёл бы и нескольких шагов.

— Его забрали, — предположил мужчина. — Может, сообщник был.

— Здесь никого не было.

— Тогда, быть может, он сам…

— Нет.

Мара произнесла это резче, чем собиралась. Старик замолчал.Она поднялась, чувствуя, как холодеют руки. Ещё несколько минут назад Орен умирал у неё на коленях. Она помнила его дыхание, судорожное движение пальцев, тяжесть тела. Помнила, как кровь проходила сквозь ткань и как его рука соскользнула с её запястья.

Он был мёртв. Она знала это.

— Нужно идти к стражникам, — сказала Мара.

Ближайший пост находился у перекрёстка, в двух улицах от канала. Над входом висел королевский знак, а возле двери стояли двое стражников в тёмных плащах с нашивками городского караула.

Один из них, молодой, с коротко остриженными волосами, поднял голову, когда Мара вошла.

— Что вам нужно?

— Убийство. В восточном квартале, за каналом. Человек убит, а убийца пытался напасть на меня.

Стражник переглянулся с товарищем.

— Вы видели само убийство?

— Видела.

— И где тело?

— Оно исчезло.

Молодой стражник нахмурился.

— Исчезло?

— Я не знаю, как ещё вам объяснить. Там была кровь. Много крови. Мужчина умер у меня на руках.

— Вы были одна?

— Нет. Этот господин помог мне.

Пожилой мужчина шагнул вперёд.

— Я нашёл её у своей двери. Она была напугана и вся в крови. Я видел следы в проходе.

Стражник облокотился на стол.

— Как зовут убитого?

Мара открыла рот, но на мгновение не смогла вспомнить. Перед глазами вновь возникло лицо Орена, его приоткрытые губы, кровь на рубашке.

— Орен Дал.

Улыбка на лице молодого стражника исчезла. Он выпрямился и повернулся к товарищу.

— Позови начальника караула.

Второй стражник сразу направился к внутренней двери.

— Вы знаете его? — спросила Мара.

Молодой не ответил сразу.

— Откуда вам известно его имя?

— Он назвал его сам.

— Орен Дал состоял в Ордене Охотников, — произнёс стражник. — Его разыскивали последние дни.

— За что?

— Это не вам решать.

— Я не прошу решать за меня. Я спрашиваю, почему вы так удивились, услышав его имя.

Стражник бросил взгляд на кровь, запёкшуюся на её рукаве.

— Сядьте. Начальник разберётся.

Мара осталась стоять.

— Я не собираюсь ждать, пока вы решите, стоит ли верить моим словам.

— Тогда вам придётся набраться терпения.

Из внутреннего помещения вышел мужчина лет пятидесяти, широкоплечий, с тяжёлым лицом и седыми висками. На нём была кольчуга под тёмным кафтаном, а на поясе висел меч с потёртой рукоятью.

— Что за шум?

Молодой стражник коротко изложил ему услышанное.Начальник караула внимательно посмотрел на Мару.

— Ваше имя?

— Мара Вейл.

— Где вы встретили Орена Дала?

Она рассказала всё с самого начала. Как услышала голос, вошла в проход, увидела раненого. Как появился незнакомец, как назвал имя Орена, как достал клинок. Она описала убийство, попытку забрать пластину и погоню через двор. Упомянула пожилого мужчину, который открыл ей дверь, и исчезнувшее тело.

О металлической пластине она не сказала ни слова.

Начальник караула слушал молча. Иногда задавал короткие вопросы: сколько было шагов между ней и убийцей, с какой стороны тот держал клинок, в какую сторону ушёл после нападения. Мара отвечала, насколько могла. Некоторые подробности уже начинали расплываться, но лицо убийцы она помнила отчётливо, хотя почти не видела его.

— Вы уверены, что мужчина был мёртв? — спросил начальник, когда она закончила.

— Я держала его, когда он перестал дышать.

— Тело мог кто-нибудь забрать?

— Возможно. Но я не слышала других шагов. И он был тяжело ранен ещё до того, как я его нашла.

— Вы говорите, что убийца назвал его по имени. Значит, они были знакомы?

— Так мне показалось.

— Вы слышали, о чём они говорили?

— Нет. Только то, что убийца не считал нужным помогать ему.Начальник караула задумался.

— Орен Дал не числился среди тех, кто имел право свободно покидать город в последние дни. Орден направлял запросы о его местонахождении. Мы получили распоряжение сообщать обо всех сведениях, касающихся его появления.

— И теперь вы знаете, где он был.

— Мы знаем, что вы утверждаете, будто видели его.

— Я видела его. Он умер.

Мужчина посмотрел на неё чуть пристальнее.

— Пока нет тела, я не могу официально назвать это убийством.

Мара почувствовала, как внутри поднимается глухое раздражение.

— Значит, кровь на камнях для вас ничего не значит?

— Значит, что на месте произошло нечто, требующее проверки. Я не стану делать выводов до осмотра.

— А убийца?

— Если вы сумеете описать его так, чтобы мои люди нашли след, мы его разыщем.

— Он был в тёмном плаще. Высокий. Лицо скрывал капюшон.

— Это описание половины мужчин в восточном квартале после заката.

— У него был короткий клинок. Узкий, с тёмной рукоятью.Начальник караула кивнул одному из стражников.

— Отправь двоих к проходу. Пусть осмотрят двор, калитку и лестницу. Проверьте ближайшие улицы. Если тело действительно перенесли, следы должны остаться.

Затем он снова посмотрел на Мару.

— Вы пойдёте с нами.

— Зачем?

— Для показаний. И чтобы показать место, где вы видели Орена Дала.

— Я уже дала показания.

— Вы свидетель. Пока что. Но вы последняя, кто видел его живым, и единственная, кто может опознать человека, который на него напал.

— Я не преступница.

— Пока я этого и не утверждал.

— Тогда не обращайтесь со мной так, будто собираетесь заковать меня в кандалы.

Начальник караула устало потёр переносицу.

— Госпожа Вейл, если бы я хотел вас задержать, вы бы уже стояли у стены под охраной. Мне нужно понять, что произошло в том проходе. А вам, судя по всему, нужно понять, почему человек, которого вы считали мёртвым, исчез.

Мара сжала губы.

— Я не считала его мёртвым. Я видела, как он умер.

Начальник караула ничего не ответил. Она пошла за стражниками.

Ночь стала холоднее. Ветер тянул с реки сыростью, заставляя огонь в уличных фонарях дрожать за стеклом. Мара шла между двумя стражниками, стараясь держаться ровно. Её руки всё ещё дрожали, но она не позволяла себе смотреть на них. Пластина лежала в кармане плаща. Она несколько раз проверила её на ощупь, боясь, что потеряла по дороге. Металл оставался холодным. Незамкнутый круг, тонкие линии внутри. Тот же знак, что она видела на карте отца.

«Не отдавай им дорогу…»

Кому именно? Что за дорога? И почему Орен решил передать пластину незнакомой женщине, которую видел впервые?