Читать книгу Восточный маяк. Дело об обломках (Майя Медич) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Восточный маяк. Дело об обломках
Восточный маяк. Дело об обломках
Оценить:

3

Полная версия:

Восточный маяк. Дело об обломках

В один из моментов, когда до маяка оставалось совсем немного, девушке померещилось, что она смотрит на башню, венчающую какой-нибудь огромный замок. Только сам замок не здесь, не на поверхности. Он спрятан под водой. А в нём... свой собственный мир, скрытый от людей.

Пока она шла, волны бились о стены маяка, а он нерушимо стоял на месте, словно давно привык к тому, что его пытаются сдвинуть, изменить или вывести из себя. Впрочем, и волны, наверное, давно смирились с тем, что такое препятствие им не под силу. Возможно, они продолжали свои попытки просто потому, что так было положено, и нарушать порядок мироздания они не имели права.

Дорога, давно превратившаяся практически в тропинку, обещала в скором времени кончиться. Берег становился более диким и каменистым. Эрика продолжала упрямо везти за собой чемодан и не жаловаться на неудобства даже самой себе, но и ей становилось понятно, что последний отрезок пути будет немалым испытанием.

К её облегчению, некоторое подобие дороги уже к самому маяку всё-таки существовало. На лодке или, что хуже, полностью своими силами, плыть не требовалось. К башне вела дорога, едва заметная на каменной насыпи. Сама насыпь начиналась у берега и огибала островок земли, на котором высился маяк. При том факте, что здесь ходили немногие, можно было, пожалуй, почувствовать, насколько давно началась история этого места. Мало людей... но тропинка всё же появилась.

Распознав её на фоне всего остального, Эрика на мгновение остановилась, вдохнула побольше воздуха и направилась прямо к двери, ведущей туда... в обитель уединения.

Волны не стеснялись ударяться о камни, по которым проходил путь к маяку. Эрика чувствовала на себе солёные капли и поглядывала за тем, чтобы её не смыло чем-то большим, нежели простые брызги. К тому же ей вспоминались рассказы об обломках. Не покажется ли что-то ещё? Хотелось бы своими глазами увидеть то, что выглядело столь необычно и загадочно даже для местных жителей, не говоря уже о той, для кого кораблекрушения и их последствия – это и вовсе нечто новое и неизведанное.

Но никакие обломки из морских глубин не показались. Эрике оставалось надеяться, что они лишь отложили встречу с ней на потом. И она на них не обижалась. Ей и без того хватало чего-то нового в жизни.

Почти добравшись до двери, Эрика рискнула оторвать взгляд от своей не самой очевидной тропы, чтобы посмотреть наверх. Рядом с маяком Эрика показалась самой себе очень маленькой. И она не видела в этом ничего плохого. Пусть она маленькая, зато рядом нечто большое и вечное. Это ощущение успокаивало.


Стучать в дверь не пришлось. Она открылась и без этого, когда Эрике оставалось только протянуть руку.

Из-за двери показался мужчина.

Он был выше среднего роста и возрастом значительно моложе, чем Эрика предполагала. Она ожидала увидеть пожилого человека, но перед ней стоял тот, кому на вид не было и сорока. Морщины, хоть и появились на его лбу, никак не тянули на глубокие, а тёмные волосы, пока не длинные, но уже какое-то время не видевшие стрижки, успели поседеть лишь немного.

У смотрителя маяка были карие глаза, тонкие губы и лицо с лёгкой щетиной и загрубевшей кожей, давно привыкшей к сильному ветру. Что до одежды, то её вид вызвал у Эрики мысль о том, что ей следовало бы извиниться перед встреченным недавно мужчиной. Она сочла пиджак Ирвина чем-то, что знавало лучшие времена, но пиджак, рубашка и брюки стоящего перед ней человека выглядели ещё более старыми. Правда при этом вполне опрятными.

К счастью, Эрика оставила своё мнение при себе тогда, при Ирвине, и промолчала сейчас. Чужая одежда – это не её дело. И то, что сама она к своим нарядам подходила вдумчиво, не означало, что так обязаны поступать все вокруг.

– Эрика Лан? – голос смотрителя оказался низким и глубоким.

– Да, здравствуйте, – ответила девушка. – А вы Феликс Сенгфор?

Имя и фамилия были чуть ли не единственной полученной от Клементины информацией.

– Да, проходите.

Эрика знала, что, пока она переступает порог, её возможный будущий начальник смотрит на её багаж и, вероятно, задаётся некоторыми на редкость логичными вопросами.

Сама она принялась разглядывать обстановку гостиной. Разумеется, слово «гостиная» едва ли было верным, но Эрика сочла его самым подходящим. Здесь, среди не самых понятных ей приборов, стояли кресло, пара стульев, сколоченный без особых изысков стол, больше похожий на высокую табуретку, и большой книжный шкаф. Лестница, ведущая на верхние ярусы и балкон, была винтовой, очень простой, без перил.

По дороге сюда Эрика пыталась представить себе, как выглядит маяк изнутри, и картины в её голове рисовались самые разные. Реальность же оказалась вполне человечной. В «гостиной» было по-своему уютно.

А вот большим количеством солнечного света это помещение похвастаться не могло. Маяк не отличался обилием окон, а их размер с трудом дотягивал до среднего. Несколько ламп не компенсировали отсутствие солнца в полной мере, но Эрика догадалась, что в другие часы, когда солнце проходит прямо мимо окон, света становится больше. Намного больше.

– Присаживайтесь, – предложил Феликс.

– Благодарю, – Эрика оставила свой багаж у стены, прошла к одному из стульев и села. Ей подумалось, что кресло по праву остаётся за хозяином, но у того на этот счёт, похоже, было своё мнение. Он предпочёл не садиться вовсе.

Но, что Эрику удивило больше, смотритель не стал сразу же переходить к делу. Он стоял и молчал. Можно было предположить, что он старался оценить гостью по какой-то только ему известной шкале, но это предположение едва ли претендовало на статус абсолютно верного. Взгляд Феликса был не изучающим. Он словно смотрел куда-то в самую суть человека. Эрика не знала, что об этом думать.

– Значит, вы ищете помощника? – первой заговорила она. Брать на себя роль того, кто тащит на своих плечах беседу, ей было привычно.

– Ищу, – подтвердил смотритель. – Но не сказать, что я в отчаянии и не могу позволить себе ждать дольше.

Эрика прекрасно поняла намёк. Если она не понравится Феликсу или не подойдёт на должность по другой причине, с ней попрощаются без лишних сожалений.

– Это хорошо, – спокойно ответила девушка.

– Вы так считаете? – спросил смотритель.

– Конечно, – сев более расслабленно, Эрика дала себе больше воли и решила следовать за ситуацией легко и непринуждённо. – Мне бы не хотелось работать здесь только потому, что у вас нет выбора.

– Рад это слышать, – ответ прозвучал не до конца искренне, но и без сарказма в голосе. – Итак... Вы рассматриваете возможность стать помощником смотрителя маяка.

– Хотите узнать, есть ли у меня опыт подобной работы?

– Нет, я знаю, что его нет.

– Откуда?

– Людей с таким опытом единицы. И у всех них уже есть работа.

– То есть отсутствие опыта вас не смущает?

– Разве что в небольшой степени. Тому, что понадобится в работе, я могу научить. От вас понадобится лишь внимание, вдумчивость и способность к запоминанию.

– Это найдётся, – сказала Эрика и не соврала. – Я умею быть прилежной ученицей и люблю учиться чему-то новому. Однако я слышала ещё и то, что понадобится умение много и быстро писать.

– Так и есть.

– Хотите спросить меня о том, как быстро я пишу?

– В этом нет нужды. Клементина сообщила, что вы работали журналистом, поэтому едва ли необходимость часто держать в руке перо вызовет у вас сложности.

– Тут вы правы. А что нужно будет писать?

Последовала короткая пауза. Эрика не спускала глаз с Феликса.

– В маяке хранится много документов и летописей, – в конце концов ответил он. – Их нужно систематизировать.

– Вы занимаетесь ведением архива?

– Можно сказать и так.

Эрика огляделась по сторонам. Документы в самом деле виднелись на полках шкафа, но их было не так много, чтобы под них создавался целый архив.

– То, с чем нужно будет работать, хранится не здесь, – угадал мысли девушки Феликс.

– А где? – спросила она.

– Это пока неважно.

– Если вы так считаете...

Её любопытство уже давало о себе знать. Ей хотелось поскорее увидеть то, о чём ей никто не хотел рассказывать, но настаивать было опасно. Чрезмерная настойчивость людям вроде Феликса, как правило, не нравилась.

– Меня больше интересует другое, – смотритель прислонился спиной к стене и, наконец, перешёл к делу.

– Что же? – поинтересовалась Эрика.

– Выдержите ли вы такую жизнь.

– Такую жизнь... Что вы имеете в виду?

– Людям часто кажется, что они хотят уединения, – почти без эмоций проговорил Феликс. – И какое-то время они вполне способны жить в нём, даже наслаждаться им. Но всё же этот образ жизни не для всех. Некоторые начинают быстро сходить с ума, потому что остаются наедине с самими собой, а к такой встрече готов не каждый.

– Я думаю, я готова, – без колебаний отозвалась Эрика. – И даже жду с нетерпением встречи с самой собой. А если эта встреча не будет проходить гладко, обещаю, что на моём присутствии и моих обязанностях здесь это никак не скажется. Если что, я буду дожидаться свободного времени и убегать в город.

– Клементина сообщила, что ваш приезд сюда – это своего рода побег от неких личных обстоятельств, – сказал Феликс, ничего не ответив на слова про готовность Эрики.

– И она не обманула, – кивнула та. – Но это не значит, что я не смогу стать вам хорошим помощником.

Молчание в гостиной воцарилось ещё на некоторое время. Беседа словно упёрлась в тупик, и Эрика воспользовалась этим, чтобы ещё лучше рассмотреть маяк изнутри. Больше всего её интересовала лестница. Что было там, выше? Идеи появлялись в голове одна за другой, но пришлось проявить терпение. Опустив глаза, девушка заметила ковёр, покрывающий часть деревянного пола. Это некогда яркое и узорчатое покрытие теперь было настолько старым, что почти сливалось с тем, на чём лежало. Закончив рассматривать его, Эрика снова непроизвольно посмотрела на лестницу.

– Хотите подняться наверх? – спросил Феликс. Он проследил взгляд гостьи.

– Конечно, – не стала скрывать Эрика. – Но вас, вероятно, что-то по-прежнему смущает, и вы хотели бы спросить меня о чём-то ещё.

– Меня действительно многое смущает, – собеседник тоже проявил честность. – Но спрашивать вас я больше не намерен. По крайней мере, сейчас.

– Вот как. А я думала, вы будете настаивать на том, чтобы я рассказала о своём прошлом и о том, что привело меня сюда.

– Прошлое – это важно и порой интересно, – заметил смотритель. – Оно во многом определяет человека, но само по себе оно ничего никуда не движет.

– То есть?

– Помимо опыта у человека есть желания, моральные принципы и стержень, – прежним спокойным и прохладным тоном ответил Феликс. – Они – это не только прошлое, но ещё и настоящее и будущее. Они помогают сделать выбор здесь и сейчас, направляют и ведут вперёд.

– Как маяк? – улыбнулась Эрика.

– Маяк ведёт к конкретной точке. Он неподвижен и неизменен, а человек делает выбор каждый день, хотя иногда даже не замечает этого.

На этот раз инициатором паузы стала девушка.

– С вами интересно беседовать, – сказала она, поняв, что молчание затягивается.

– Это ведь не лесть? – осведомился мужчина.

– Нет, это не она. Я говорила искренне.

– Надеюсь.

Феликс отошёл от стены и проследовал к чему-то, что напоминало большие странные часы, где вместо циферблата присутствовала другая, не слишком знакомая Эрике шкала, а стрелка была всего одна. Часть прибора уходила прямо в стену, а дальше, судя по всему, на улицу.

– Вам лучше подойти ближе, – сказал Феликс. – Я буду рассказывать об устройстве маяка, и мне хотелось бы полного внимания с вашей стороны.

– Я готова! – с энтузиазмом сказала Эрика, встала и приблизилась к своему новому начальнику. – Так значит, мне будет доверено следить за приборами?

– За некоторыми, – последовал сухой, но ёмкий ответ. – А ещё нам обоим нужно будет следить за этим.

Взглядом он указал вниз. Эрика посмотрела туда и увидела две глубокие тарелки, в одной из которых была вода.

– Брег очень любит поесть, – пояснил смотритель.

– Брег? – переспросила девушка.

– Да.

– Это собака?

– Да. Вы что-то имеете против?

– Как можно иметь что-то против собак?


Глава 3


Смотритель начал с рассказа о той части маяка, которая располагалась в гостиной. Эрика, и раньше предполагавшая, что её ждёт много информации, всё равно удивилась тому, сколько у этого строения особенностей. Тот прибор, который она сочла странными часами, уходящими в стену, а затем и на улицу, на деле оказался устройством, измеряющим влажность воздуха. Метеорологические наблюдения входили в обязанности смотрителя маяка, а теперь – ещё и Эрики. Её это не расстраивало. Главное – со всем справиться и во всём разобраться.

В один из моментов, когда количество новых знаний стало зашкаливать, Эрика спросила, не будет ли Феликс возражать, если она возьмёт блокнот и карандаш. Возражений не последовало.

Теперь Феликс говорил, а Эрика записывала. У него было много того, что предстояло сказать, а у неё... Она так быстро и усердно конспектировала, что несколько раз смотритель останавливался и наблюдал за ходом карандаша по бумаге. В этом зрелище было что-то завораживающее.

– А дальше? – спустя время спросила Эрика.

Она уже узнала столько, сколько не узнавала со времён учёбы, а потому чувствовала некую усталость. Однако ей так хотелось подняться по лестнице, что она готова была выслушать ещё несколько часов лекций.

– Не сегодня, – отрезал смотритель. – Пока с вас достаточно.

– Ну хоть расскажите, что там, – улыбнулась девушка. – Вы уже, наверное, догадались, что я любопытна.

– Догадался, – подтвердил Феликс. – Там, наверху, ещё несколько важных частей маяка, в том числе осветительный аппарат.

– Вид с той, самой высокой точки, наверное, очень красивый.

Эрика сама не заметила, как перешла на мечтательный тон.

– Очень, – без единой нотки мечтательности сказал смотритель.

– И я думаю, там ваш кабинет, – вернулась к своему обычному состоянию девушка.

– Можно это и так назвать, – Феликс задумался.

Эрика поняла, что спит он тоже где-то наверху. Не отходя от рабочего места. В этом было что-то удобное.

– Пойдёмте, – он не стал дальше развивать тему верхних этажей. – Я покажу, где вы сможете разместиться.

Не дожидаясь новых комментариев, смотритель двинулся с места и пошёл в сторону лестницы, но подниматься по ней не стал. Эрика поспешила за ним и вскоре заметила, что в глубине гостиной спрятаны двери.

– Этот маяк изнутри больше, чем кажется снаружи, – пошутила девушка, но тут же снова стала серьёзной. Не стала добавлять, что это похоже на магию.

За одной из дверей располагалась небольшая кухня, которой, по словам Феликса, пользоваться можно когда угодно. Соседнее помещение тоже не сумело бы похвастаться огромным размером. Здесь стояли стол на одного человека, стул, узкий шкаф и кровать. Всё выглядело так, словно пару десятков лет назад мебель переехала сюда из антикварного магазина.

Эрика оглядела пространство и мысленно решила, что ей здесь вполне хватит места. До этого ей и вовсе думалось, что спать придётся на полу в гостиной, а тут – целая отдельная комната.

Больше всего радовало то, что в этой маленькой спаленке было окно. Пока его заслоняла штора, что несколько затемняло обстановку, но окно всё же было, и из него в комнату проникал свежий морской воздух.

– Здесь есть лампа, – Феликс, вероятно, тоже обратил внимание на то, что в спальне темновато. – Но полагаю, вы предпочтёте дневной свет.

Он сделал несколько шагов, отодвинул штору, и Эрика замерла. Окно казалось небольшим, но вид из него был таким бескрайним, что на его фоне что угодно показалось бы крохотным. Там, за окном, синее море сливалось с голубым небом где-то в далёком горизонте.

Феликс дал Эрике время обрести дар речи. Она подумала, что это было очень великодушно с его стороны.

– Так я приступаю к работе с сегодняшнего дня? – спросила она, почти что силой отрывая взгляд от окна.

– Приступаете, – кивнул смотритель. – А дальше... Посмотрим.

Эрика и без того понимала, что она на испытательном сроке. Причём окончиться он мог в любой момент. Девушка осознавала, что любая мелкая оплошность способна привести её к увольнению. А увольнения ей не хотелось. Она была совсем не там, где привыкла быть, но чувствовала, что ей здесь очень хорошо.

– Как мне вас называть? – поинтересовалась у смотрителя Эрика.

– У меня есть имя, – пожал плечами тот.

– И вас устроит не самое формальное обращение?

– Вполне.

– Это хорошо... – протянула новая помощница. – А я уже думала, что буду называть вас шефом.

– Забавное слово, – подумав, сказал Феликс.

– Но имя всё-таки лучше?

– Пожалуй.

Знакомство с Брегом состоялось уже вечером. Этот пёс с большими проницательными серо-зелёными глазами и шерстью тёмно-каштанового цвета оказался дружелюбен, но свободолюбив. Он был признателен за наполненную едой миску, но Эрика почувствовала, что доверие собаки пока не завоёвано. И это было разумно. Она только приехала. К ней стоило присмотреться. К тому же кандидаты на должность появлялись и до неё, но все возвращались туда, откуда пришли. Как быстро они уходили ни с чем, информации не было. Да и вопрос о том, почему никому не удалось закрепиться, оставался открытым.

Однако в свете всего этого поведение собаки выглядело здраво. Нельзя же доверять и привязываться к кому попало. Об этом Эрика, к сожалению, знала больше, чем ей хотелось бы.


Утром следующего дня Эрика поднялась так рано, как не поднималась, наверное, никогда. А самое удивительное было в том, что она проснулась добровольно и без острой на то необходимости. Её обязанности подразумевали ранний подъём, но позволить себе поспать ещё немного девушка вполне могла.

Только вместо этого она встала, заправила кровать и отметила, что чувствует бодрость. Ей удалось выспаться. Этому, вероятно, способствовал свежий воздух. Да и мебель, пусть и выглядела старой, комфорт создавала.

Без созерцания моря, не менее прекрасного в лучах утреннего солнца, конечно, не обошлось. Глядя в окно, Эрика подумала, что такой вид не может надоесть. Как и звук плещущихся волн.

Но оторваться от всего этого она кое-как смогла. Ей хотелось сделать то, что она задумала ещё перед сном.

Чтобы не шуметь, Эрика вышла в гостиную босиком и удостоверилась в том, что Феликса в поле зрения нет. Находился ли он наверху или где-то на улице, было неясно, но в любом случае время терять не стоило. Ознакомившись с тем, что было в кухне, новая жительница маяка занялась приготовлением завтрака. И вскоре он был готов. Яичница с ломтиками бекона, сыр, поджаренный хлеб, яблоки... Назвать такой завтрак вершиной кулинарного искусства она бы не рискнула, но красиво накрыть на стол в гостиной Эрике удалось.

Аромат только что заваренного чая как раз наполнил собою воздух, когда в гостиную с улицы вошёл смотритель. Вслед за ним показался Брег, почуявший запахи раньше, а потому уже заинтересованный в происходящем.

– Доброе утро, Феликс, – сказала Эрика.

Она потрепала по голове пса, успевшего подбежать к ней. Он не переставал принюхиваться, демонстрируя полную готовность попробовать всё приготовленное.

– Доброе... – возможно, смотритель пытался скрыть некое замешательство, но это удавалось ему не до конца.

– Вы как раз вовремя, – сообщила девушка, словно приглашая начальника к столу.

– Неужели Клементина сказала, что помимо прочего вы обязаны готовить?

Наверное, в представлении Феликса это объяснение происходящего выглядело самым логичным.

– Нет, это моя собственная инициатива, – ответила Эрика. – А потом я приступлю ко всему тому, о чём вы вчера говорили. Не переживайте.

Судя по выражению лица мужчины, переживания у него остались. Правда он был не из тех людей, которые заметно нервничают, передавая волнение окружающим.

– Приятного аппетита, – сказала Эрика, когда Феликс всё же занял своё место за столом.

Пёс устроился рядом, ожидая, что ему тоже что-нибудь достанется.

– И вам, – отозвался смотритель.


Впрочем, удивляться этим утром предстояло не только Феликсу. Эрика тоже столкнулась с тем, что поразило её до глубины души. Только это была не еда и не что-то, что можно было почувствовать физически. Это было ощущение... Ощущение того, что никто никуда не спешил. Никакой суеты, никакого безумного ритма.

Завтрак проходил не кое-как, в свободную секунду между одним делом и другим, а по-настоящему... как полноправная часть дня. Даже время здесь, на краю света, будто шло медленнее, не поддаваясь моде на повышенную скорость.

Единственное, что огорчало Эрику, было то, что завтрак проходил в молчании. Феликс явно не числился в рядах болтунов. Может, его норма состояла в десяти словах в день. Что до Брега, то он, возможно, и хотел что-то сказать, но языковой барьер между людьми и собаками не позволял представителю четвероногих в полной мере высказаться.

– А вы слышали об обломках? – решила завязать беседу Эрика.

– Слышал, – коротко ответил Феликс.

– И что вы об этом думаете?

– А я должен об этом думать?

– Вы же смотритель маяка, – напомнила девушка. – А маяки – это то, что помогает кораблям. Если на берегу появились обломки, значит, какому-то кораблю не повезло. Однако это всё ещё корабль, пусть и не совсем целый. Значит, обломки должны быть чем-то, что вам интересно.

– Против ваших выводов сложно возразить.

– Извините.

– Полагаю, у меня нет иного выхода, кроме как ответить.

– Совершенно верно.

Эрика и сама не поняла, пошутила она или сказала серьёзно. Но мнение Феликса было интересно ей при любом из вариантов. Так что она пустила в ход своё умение вести беседу, не прерывая визуальный контакт. В прошлом это помогало ей добиваться ответов на вопросы.

– Про найденные обломки я не могу сказать ничего сверх того, что о них уже известно, – заговорил Феликс. – Полиция приходила сюда и спрашивала, не видел ли я в море чего-то, что выбивалось из обычного положения вещей. Я ответил, что не видел. И это было правдой. Однако я не смотрю в горизонт каждую секунду. Что-то могло укрыться от моего внимания. Да и морской простор таков, что едва ли за ним можно действительно уследить.

– А про руны вас спрашивали? – не унималась Эрика.

– Спрашивали, – по-прежнему сухо отвечал смотритель. – Но руны – это не то, в чём я считаю себя знатоком. Я не разбираюсь в них и не знаю, кому и зачем пришло в голову начертить их на корабле.

– Но вы же можете придумать свою версию.

– Придумать версию?

– Ну да, – кивнула девушка. – Вы со своим обширным опытом можете предположить, что случилось в море. Может, вы в курсе, что был какой-то страшный шторм. А может, вы единственный в мире человек, который точно знает, что морские чудовища существуют. И одно из них унесло на дно корабль, оставив одни только щепки.

Эрике померещилось, или Феликс в самом деле улыбнулся?

– В море много существ, которые могли бы показаться людям чудовищами, – сказал он. – Но не думаю, что кто-то из них спровоцировал кораблекрушение.

– Понимаю...

Эрика и сама знала, что в море живут рыбы, которые с точки зрения человеческих представлений о красоте выглядят так, словно сошли с иллюстраций книги ужасов. Но тягаться с кораблями такие существа не сумели бы.

– И последнее время штормовой погоды не наблюдалось, – продолжил смотритель. – Так что корабль с рунами скорее всего погубила не природа.

Эрика уже открыла рот, чтобы продолжить разговор, но Брег, которому время от времени перепадала еда, поднялся на лапы и уставился на дверь.

– Он что-то почуял? – спросила девушка и посмотрела в том же направлении.

– Кто-то идёт, – не оборачиваясь и вообще не двигаясь, ответил Феликс.

– Кто?

– Не знаю. Но, если Брег не начал лаять, опасности нет.

Смотритель выглядел на редкость безучастным, словно это не он жил отшельником вдали от города и всех его жителей. А у Эрики количество идей относительно того, кто идёт к маяку, не спешило заканчиваться. Это могла быть как Клементина, явно связанная с Феликсом общими делами, так и едва похожее на человека создание с рыбьей чешуёй и рунами на плавниках.

В дверь постучали, но ответа и разрешения войти никто не ждал. Эрика уставилась в ту сторону, откуда вот-вот должен был возникнуть незнакомец.

Только он оказался не незнакомцем. Когда дверь открылась, за ней появился Ирвин. Тот самый человек, с которым Эрика встретилась по пути к маяку. О том, что в гостиную зайдёт именно он, девушка и не думала.

– Доброе утро, детектив, – всё так же спокойно проговорил Феликс.

– Доброе утро, смотритель, – радостно отозвался Ирвин.

bannerbanner