Читать книгу Вернись (Юлиана Анатольевна Матвей) онлайн бесплатно на Bookz (4-ая страница книги)
bannerbanner
Вернись
ВернисьПолная версия
Оценить:
Вернись

3

Полная версия:

Вернись

− Какую из многочисленных тайн тебе рассказать сейчас? – в тон ей спросил Борис.

− Я пошутила, − Варвара резко повернулась к окну, скрывая заблестевшие слёзы. Где он бывает вечером, куда спешит после их свиданий? Она интересовалась у его соседей по общежитию – дома его практически не бывает.

− Ты знаешь, у вас с Егором много общего.

− Например? – ревниво переспросил Борис.

− Про вас говорят много всякой чепухи, а при общении оказываетесь другими людьми, − поделилась своими наблюдениями девушка.

− Тебе Егор понравился? – тихо поинтересовался молодой человек.

− Никогда не смей меня к нему ревновать! Слышишь? – раздражённо закричала Варя, притягивая его к себе за лацканы пиджака. – Мы должны доверять друг другу, иначе отношения не имеют смысла.


Борис крепко прижал её к себе. Доверие… Как много в этом слове! Как трудно верить другому, потому что сами порой скрываем правду, придумываем оправдание случившемуся. Мы с детства не привыкли брать ответственность за свои поступки. Что бы не произошло, виноваты обстоятельства или другие люди. А доверие предполагают веру и себе, и другому человеку. Борису трудно было доверять Варваре. Он сам скрывал правду о работе, боялся её потерять. Препятствие уже было воздвигнуто. Да, он не врал, а просто умалчивал. Хотя чем отличается сладкая ложь от нейтральной тишины, только лишь эпитетами. Борис открыл было рот, чтобы признаться и положить конец этой ситуации, однако Варвара решила иначе. Её губы коснулись его губ. Нежные прикосновения вызывали страстное желание.

Потом, всё потом…


Варе тоже было что скрывать. Однокурсницы, наблюдающие за счастливыми влюблёнными, настойчиво интересовались предложением руки и сердца. Варя, не желая выигрыша и раскрытия тайны спора Борисом, молчала в ответ или махала рукой. Мол, потом, сейчас некогда.

Ей нравилось таять в его объятиях. Она словно новогодняя елочка вспыхивала от поцелуев Бориса, желая только одного, чтобы счастье не заканчивалось.


Майские праздничные деньки выдались на удивление жаркими. Варя так и тянулась к солнышку, наконец-то дарящему тепло, а не только ослепляющему глаза. Борис посмеивался над ней, то и дело заслоняя светило и целуя в раскрытые от восторга губы. Девушка смеялась, отвечая на страстное желание. Редкие прохожие сопровождали увиденное посвистыванием. Варя вырвалась и побежала в центр парка. Природа словно ещё решала, быть лету или не быть. Девушка стояла в балетках посреди снежного сугроба и веселилась. Сейчас бы фотоаппарат взять и запечатлеть двойственность происходящего: зеленая травка с распустившейся мать-и-мачехой и бело-чёрные ледяные горки. Она стояла одной ногой в переливающейся весне, другой − в обиженной унылой зиме, не желающей сдавать свои позиции.

Борис подошёл сзади и обнял:

− Любуешься, принцесса? Пойдем, а то туфельку в снежном покрывале потеряешь, − мужчина легко потянул девушку. Варина задумчивость стала уже привычной. Она могла заглядеться на фантик, переливающийся в лужице, на птицу, сидящую на ветке. Последнее время фотоаппарат целенаправленно забывался в квартире, иначе прогулки превращались в нескончаемый поиск сюжетов.

В выходные отправлялись в Подмосковье, на природу, покидая хотя бы на несколько часов шумную городскую суету и меняя ритм жизни. Преподаватели требовали подготовки к семинарам, зачетам. Приходилось много времени сидеть в библиотеке, рассматривать бесконечное число репродукций, погружаться в историю стран. На курсах начинались экзамены. Хотя Варя уверенно говорила и переводила по-испански, но как любой студент волновалась. Борис, уставший от совмещаемых учебы и работы, тоже мечтал о тихом отдыхе.


− Варюша, как ты относишься к браку? − спросил Борис, щекоча её травинкой. Девушка отмахнулась от прикосновения.

Такой прекрасный вид! А он про какой-то брак спрашивает. Варя села, обхватив колени, и задумчиво посмотрела вдаль, где простирались бескрайние цветные просторы из желтых шапочек одуванчиков, нежных незабудок и гвоздик. Взгляд остановился на слегка покачивающемся на тонком стебле колокольчике. Он кивал ей, призывая дать положительный ответ любимому. Девушка повела рукой, ища карандаш и альбом, чтобы запечатлеть веселый цветок среди яркого поля.

− Ты оставила их в машине, − пробормотал молодой человек, наблюдая за безуспешностью её действий. Варины мысли сейчас были заняты чем угодно, только не его вопросом. Борис тяжело вздохнул. Варя удивляла его, волновала. Она одновременно манила и отталкивала, доверяла и держала на расстоянии. Прозвучавший в лесной тишине, ответ его удивил:

− Сейчас отрицательно. Семья − это не только муж и жена, но и детский гомон, а к его звучанию я ещё не готова. Я сама как ребенок, нуждаюсь в любви, заботе и полете. Дети приземляют, требуют материальной обеспеченности, стабильности положения. А я гулять хочу, путешествовать, постигать мировые просторы! − Варя вдохновенно говорила о том, что не давало ей покоя. Впервые за время их отношений она была столь откровенна. Варвара вгляделась в погрустневший взгляд, в застывшее спокойное лицо Бориса. Он разочарован. Девушка отвернулась. Колокольчик поник, выражая своё несогласие.

− Одна собираешься покорять мир? − тихо уточнил Борис.

− С тобой, − коротко пояснила Варя.

Мужчина притянул её к себе. Темная головка легла на крепкое плечо. Ей было хорошо с ним, но внутри скребли кошки, которые всё время напоминали о конечности происходящего. Жизнь состояла из потерь, больших и маленьких, причиняющих боль. Она любила его и боялась любить, желала стать женой и боялась остаться брошенной. Противоречивость сводила её с ума. Варвара прильнула к нему, с удовольствием ощущая прикосновение его губ к шее. Главное быть счастливой сейчас, а потом… как Бог даст!


Борис бежал к Варе. Ему не терпелось сообщить умопомрачительную новость. Молодой человек нажал на звонок, не прекращая его веселую трель. Двери открылись и оттуда выглянуло недовольное заспанное личико.

− Заходи, − пробормотала Варя и вновь двинулась в сторону спальни.

− Я выиграл! − счастливо прокричал Борис. − Представляешь, выиграл!

− Миллион долларов в лотерею, − пробурчал девушка, останавливаясь в дверях. Развернувшись, она пытливо вгляделась в радостное лицо жениха. − Что выиграл?

− Грант! Я буду учиться в Испании! − Борис поднял Варвару и закружил по комнате. − Наша мечта исполнится! Представляешь!

Девушка обняла его за шею и принялась целовать, заражаясь эйфорией.

− Как я за тебя рада! Ты такой молодец!

− Почему за меня? Почему я? − непонимающе уточнил Борис, опуская её на диван. − Мы вместе поедем. Я всё выяснил. Ты можешь поехать со мной на платной основе. У меня есть деньги, мы проживем! Я выиграл грант в Севильский университет. Помнишь, мы с тобой смотрели фотки? Такой красивый старинный особняк с полукруглым крыльцом? Представляешь, мы с тобой будем туда ходить каждый день! Мы будем жить в Испании, смугляночка!

Варя заплакала от счастья. Их жизнь скоро изменится, а заветное желание воплотится в реальность. Неужели мечты сбываются!? В течение месяца Борис готовил документы для перевода в другой ВУЗ. Варя настояла на том, чтобы взять академку и присмотреться к новой стране. Возможно, удастся устроиться на работу и пустить хоть маленькие, но корни. Прежде, чем влезать в долги, связанные с затратами на обучение. Борис желал только одного, чтобы она была с ним на любых условиях.

Визы были готовы. Билеты лежали в кармане куртки. Через неделю их ждет жаркая Испания. Борис любовался последними теплыми московскими деньками. Скоро его жизнь вновь совершит крутой поворот!


Варвара вновь и вновь перебирала чемоданы. Вещи путешествовали с полки шкафа в сумку, затем через некоторое время обратно, когда замок отказывался застегиваться от избытка одежды.

Раздался тихий неуверенный звонок. Варино сердечко тут же тревожно забилось. Что-то случилось! С Вероникой или с Борисом? Девушка рванула дверь. На пороге, переступая с ноги на ногу, стояла Людмилка:

− Можно? Я не помешаю?

− Заходи.

Варя присела на диван, ожидая уже успевших надоесть вопросов: Что она будет делать в чужой стране без денег? Точно ли Борис её любит? Где будет жить? Что есть? Ответы были уже готовы и неоднократно обсуждены с Борисом. Исключая вопрос о любви. Варя не сомневалась в его чувствах.

− Ты уже вещи собрала… − прошептала Людмилка, пряча глаза.

Девушка растерянно кивнула в ответ. Сценарий несколько сменился, однако жалкий вид подружки не предвещал ничего хорошего.

− Что случилось? − выдавила из себя Варвара.

− Я видела его вчера с другой, − сказала она и посмотрела наконец в глаза.

− Сережку? − всё ещё не веря её словам, пробормотала Варя.

− Бориса. Они нежно обнимались и целовались около супермаркета за твоим домом.

− Ты уверена? − уточнила брюнетка, пытаясь убедить себя в том, что ей снится кошмар. Сейчас она проснется и всё снова будет наполнено предверием желанной поездки.

Голос Людмилки окончательно окреп. Она в подробностях описывала увиденное, сопровождая рассказ собственными предположениями и чувствами. Варя верила подруге: зачем ей врать? Никакой выгоды просто нет! Она находила подтверждение каждому слову. Борис действительно часто уходил по вечерам, приходил уставший, в плохом настроении. Её вопросы оставались без ответа. Значит, у него была другая.

Сославшись на сильную головную боль, Варя выпроводила подругу. Ей надо подготовиться к встрече с так называемым женихом. Девушка собрала все мужские вещи в сумку и оставила у порога.

Борис постучал. Он не брал ключей от квартиры, редко вел себя в ней по-хозяйски, не желая нарушить личных Вариных границ. Девушка не должна воспринимать его как альфонса, претендующего на московскую прописку и квартиру. В дверях появился бледный силуэт. Это была словно Варина тень. Отрешённый взгляд, бледность лица вызывали тревогу. Борис протянул руки, чтобы её обнять.

Девушка наклонилась и взяла его сумку.

− Это твоё. Я с тобой никуда не поеду. Я не хочу больше никогда тебя видеть и знать. Я тебя не люблю! Не люблю! − грубо отчеканила она.

Дверь захлопнулась. Борис сжимал в руке сумку.

− Бред какой-то!!!

Молодой человек с силой нажал на кнопку лифта, а затем, не разбирая дороги рванул вниз по лестнице. Им обоим надо успокоиться. Он поговорит с ней обо всем завтра. Его явно оговорили или она узнал правду о нищем провинциале и больше не хочет его знать… Завтра… Завтра он обязательно узнает правду. А сегодня обида застилает глаза, хочется подраться и накричать. С Варей так нельзя…


Она его любит, а он нет. А, может быть, и да. Мужская любовь оставалась для неё загадкой. Одни пьют, бьют и кричат о своей любви, другие закидывают деньгами, а затем требуют абсолютного повиновения и преданности, третьи тихо вздыхают и восхищаются. Какой же была любовь Бориса? А почему она вообще решила, что её любят? Вихрем пронеслись воспоминания о проницательном взгляде серых глаз, о долгих проникновенных разговорах. Как не поверить!? Неужели обман? Предрассветная дымка окутала её, отдаляя реальность.

Он ей изменил… Не могла Людмилка соврать. Столько лет в горе и радости! Варя почувствовала резкую боль в груди. Дыхание сбилось. Девушка испугалась не на шутку. Сейчас ей станет плохо, а скорую вызвать некому. Умрет, а труп найдут на третий или четвертый день, когда неприятный аромат пробьется сквозь двери. Варя вздрогнула от мыслей, промелькнувших столь ярко и четко.

− Не плакать, не вспоминать, не оглядываться, − как заговорённая, шептала она, раскачиваясь на полу. Однако облегчение не приходило. − К черту! Всех к черту! − раздался истеричный крик.

Варя медленно опустилась на пол. Боль распирала её изнутри. Она успела забыть, что значит − терять. В дверь позвонили, затем постучали. Однако девушка продолжала лежать неподвижно, игнорируя окружающий мир. Горе предпочитало одиночество. Оно то надувалось как воздушный шар внутри хозяйки, мешая дышать и прожигая всё внутри, то чуть сдувалось, давая послабление.

Варя почувствовала легкое поглаживание. Сквозь туманную завесу слёз обозначилось Вероникино лицо. Оказывается, она плакала. Девушка юркнула в тётины объятия. Вероника шептала успокаивающие слова и ласково водила по голове племянницы. Вечером ей стало нестерпимо душно, а затем вдруг как тревожный звоночек раздалась мысль «Варя в беде». Она без конца обрывала телефон, однако в ответ только долгие мучительные гудки. Едва дождавшись мужа, Вероника перепоручила ему ребенка и помчалась в другой конец города. «Варя нуждается в помощи», − она чувствовала это. Евгений отпустил её, обещая подъехать позже. Если племяннице нужна поддержка, то его присутствие будет лишним.

Вероника уложила Варвару на кровать и дождалась, пока ту окутает сон. Ей необходимо выспаться. Утро вечера мудренее. Оставлять девушку одну было очень страшно. Варя слишком непредсказуема. Но и о дочке забывать не стоит. Вероника позвонила мужу. Совместными усилиями было принято решение купить племяннице путевку в палаточный лагерь. И люди вокруг будут, да и природа на Варю действовала всегда позитивно. Евгений тут же связался со знакомым туроператором, который вручил путевку в Карелию. Единственная мелочь, которая стоила практически тридцатипроцентной скидки, заключалась в том, что путешествие начиналось уже на следующий день в 11.00. Согласие было дано. Чем быстрее Варя сменит обстановку, тем быстрее забудет об этом предателе. Женщина вновь и вновь винила себя в том, что не присмотрелась внимательно к Борису, что так беспечно согласилась на поездку.

Пока племянница спала, тётя бегала по супермаркетам, закупая всё необходимое для поездки. Сумки были собраны. Продуктовый паек куплен. Оставалось самое сложное − убедить Варю поехать.

Вероника прилегла рядом с ней. Варвара заметалась во сне, призывая маму:

− Мамочка, не уходи… Не уходи…

Женщина, борясь со слезами, крепко обняла плачущую племянницу. Легко поглаживая по волосам, она шептала что-то бессвязное и теплое. Варя открыла глаза и тихо спросила:

− Как жить без него?

Вероникин ответ озадачил её, вызывая сомнение и страх. Поехать с незнакомыми людьми в тайгу? Передвигаться на байдарках? Готовить еду на костре? Ну просто прошлый век какой-то! С другой стороны, если Борис придет к ней с вопросами, на которые трудно ответить, или и того хуже, будет умолять о прощении и совместной поездке, она не сможет отказать. Его улыбка, теплые объятия, страстные поцелуи были необходимы как воздух.

Боль, нестерпимая боль, снова накрыла ее. Новая потеря… Он обманул ее доверие, предал любовь. Варвара прижала ладонь к груди, словно пытаясь облегчить боль в области сердца. Варя взглянула на знакомые стены. Нет, здесь она оставаться не намерена. Уж лучше жизнь аборигенов. Девушка согласно кивнула.

− Когда ехать?

Тётя отошла к окну, открыла его впуская свежий воздух. Пространство наполнялось утренней прохладой, ещё не загазованной от спешащих машин.

− Сегодня будет жарко… Автобус отправляется через 4 часа.

Варя вскочила с кровати и подбежала к тёте.

− А вещи? А я? А подготовиться? − тараторила она, пытаясь проломить неприступную стену спокойствия.

− Сумки собраны. Продукты куплены и упакованы. Через три часа нужно выйти, чтобы успеть вовремя на автовокзал. У тебя достаточно времени, чтобы привести себя в порядок.

Варя металась по квартире в поисках необходимых вещей. Любимые джинсы оказались в стирке. Пришлось срочно искать штаны, купленные несколько лет назад на распродаже. Вероника тогда пришла от них в ужас: широкие брючины, неимоверное количество карманов и широкий ремень с большой металлической пряжкой не соединялись в её сознании с молодой и привлекательной девушкой. Варя так ни разу их и не одела, но купить заставила. Сейчас данный предмет гардероба оказался как нельзя кстати.

Девушка суетливо переходила из комнаты в комнату, пытаясь понять, всё ли необходимое взято и как Вероника смогла предусмотреть это. Тётя вначале следовала за ней, отвечая на многочисленные вопросы, а затем скрылась на кухне. Варя с грустью глядела на тётю, уснувшую прямо за столом.

− Вероничка, ты меня проводишь?

Женщина, с трудом разлепляя веки, кивнула. Передвижения в метро прошли в молчании. Каждая из них думала и переживала о своём. Варя вдруг осознала, что за всё утро ни разу не вспомнила о Борисе. Боль отступила на время, давая возможность почувствовать вкус к жизни. Сейчас мысли о разрыве настигали вновь и вновь. Счастливые мгновения перемежались с моментами сомнений и недосказанности. Вторые заметно перевешивали, подтверждая Людмилкины слова. Отчаяние начинало охватывать её, перекрывая дыхание. Варя постаралась вдохнуть поглубже и переключиться на танцы у костра и переезд на байдарках. Получалось диковато и необычно. Вероника права, природа имеет целительную силу. Она поможет ей вернуть саму себя.

Прощание около автобуса было коротким. Варя поцеловала тётю в обе щёки и, не оглядываясь, села в автобус. Вероника была ей благодарна. Одно слово племянницы против данной затеи, и тётя забрала бы ее вместе с вещами домой. Она боялась того, чему сама же активно содействовала.

Автобус отъехал от остановки. Провожающие медленно расходились. Вероника с надеждой посмотрела вслед удаляющейся племяннице:

− Возвращайся поскорее.


Варя следила за меняющимся за окном пейзажем: городские улицы, такие родные и наполненные воспоминаниями, постепенно уступали место небольшим пролескам. Гид упорно продолжала что-то говорить о предстоящей программе и ожидающих их сюрпризах. Варвара вначале пыталась сосредоточиться, чтобы не попасть впросак в карельских лесах, но мысли о вчерашнем разговоре мешали. Сказанное от обиды «Я не люблю тебя» и его непонимающий взгляд не давали покоя. Если бы она не сидела в этом автобусе, не известно, как бы сегодня сложилась её жизнь. Девушка готова была верить его словам, простить измену, только бы снова ощутить теплоту его объятий, надежность и защиту. С другой стороны время покажет, кто прав, кто виноват. Если любит, дождется… Варя горько усмехнулась. Кого дождется? Он же уезжает через несколько дней в Испанию! Навсегда!!! В этом она была уверена. Мечта Бориса наконец-то исполнилась. Его жизнь обрела смысл. «Это к лучшему», − утешала себя Варвара.

Незаметно Варя погрузилась в сон. Жаркое испанское солнце и песок сменялись отчего-то страшно вытянутым с огромным ртом Людмилки. «Ненавижу тебя», − доносились до неё собственные слова. Варвара резко проснулась. Кого же она ненавидит: его за измену, подругу за разрушённую мечту или за себя за излишнюю доверчивость?

Автобус остановился. Гид вновь кратко повторила, как они распределяться на группы и разъяснила начало маршрута. Варя прислушалась. Вопрос о средстве от комаров и мошек окончательно вернул её к реальности. Судорожно осмотрев сумочку, девушка нашла нужный ей тюбик. Вероничка просто молодец, обо всём позаботилась и подумала.

Варвара вышла из автобуса, с удовольствием почувствовав твердую поверхность земли. Вдох полной грудью лесного аромата привел к сильному головокружению. Приключения не заставили себя ждать и начались с первых же минут пребывания в природной глуши. Встреча с волком, плавание на байдарке повысили уровень адреналина в крови, заставляя забыть о прошлом. Её единственная цель сейчас – выжить. Варя, нервно покусывая губы, следила за сноровистыми движениями попутчиков и старалась делать также. Палатку удалось установить только на второй день. Палки попадались исключительно сырые. Огонь отказывался разжигаться. Девушка сжимала волю в кулак и двигалась только вперед. Желание вернуться назад или затопать ногами первые два дня посещало неоднократно. Её, живущую всю жизнь в тепле и комфорте, посмели отправить в места, где нет даже туалета и нормальной воды. Умывание по утрам в ледяном ручье и нервный бег по кустам гнали вперед с желанием вернуться в город и наказать тех, кто содействовал авантюрной поездке.

Третий день оказался переломным в её необычном путешествии. Варя с волнением вспоминала о купании в водопаде в одежде и в полном снаряжении. Только ей могла прийти мысль подойти и посмотреть поближе, как капли спускаются по каменистой поверхности. Поскользнувшись на неустойчиво лежащем камешке, Варвара оказалась лежащей на спине и погружённой в воду с поднятым вверх фотоаппаратом. Благодаря ей был сделан дополнительный привал с разжиганием костра и обсушиванием вещей. Их группа сплотилась для того, чтобы помочь ей. Варе безумно хотелось их всех расцеловать. Вечером они сидели на бревне и со смехом вспоминали о произошедшем. Девушка хохотала до слёз, добавляя собственные комментарии.

Самыми любимыми были вечера вокруг ярко полыхающего пламени. Они поедали приготовленный картофель или подогретые консервы, пили небольшими глотками обжигающий чай, пели казалось уже позабытые песни. Как здорово было слушать перезвон гитарных струн и подпевать. Ни укусы комаров, ни вой животных доносившийся издалека не могли испортить благодушного настроения. Впервые Варя чувствовала себя частичкой мира, частью группы. В том, другом, мире она постоянно была противопоставлена чему-то, ей часто приходилось сражаться за место под солнцем, а здесь было легко и просто. Варя с грустью заходила в автобус. Несмотря ни на что, она хотела остаться здесь. Возвращение в город требовало вновь играть роль и забыть о себе настоящей.

Варвара с улыбкой заметила тётю, с волнением ожидающую племянницу. Она смотрела на выходящих из автобуса людей, взгляд её замер, когда она увидела коротко подстриженную девицу, выкрашенную в ярко красный цвет. Смуглянка приветливо улыбалась ей и махнула рукой. Вероника в ответ сделала то же самое.

− Что?.. Что с тобой случилось? – спросила она, показав на голову.

Варя кокетливо улыбнулась.

− Нас на три часа оставили погулять по Петрозаводску в последний день. Смотрю – а рядом парикмахерская. Дай, думаю, зайду. Поменяю свою жизнь. Нравится?

Тётя мотнула головой, затем, словно очнувшись закивала:

− В принципе, ничего… Необычно только…

Варя улыбнулась. А ей эта яркая асимметрия нравилась. Солнечно и оригинально.


Глава 4

Переступить порог института оказалось сильным испытанием. Не желая того, она искала Бориса, хотела и не могла спросить о нем сокурсников. Многие из них, бывшие в курсе её предполагаемого отъезда в Испанию, смотрели с молчаливым вопросом. Людмилка встретила ее, поджав губы. Мол, подруга называется, даже не сообщила о летних приключениях. Остальные молча ждали.

Варвара ощущала себя щепкой, которая может в любой момент вспыхнуть от раскалённой толпы или унестись на крыльях ветра. Девушка вышла на крыльцо в поисках свободы.

− Привет! – услышала она справа.

Варя повернулась. Человек, которого она ожидала увидеть меньше всего, махал ей приветливо рукой.

− Привет! – тихо раздалось в ответ.

− Как лето провела? Прическу изменила. Ещё краше стала. Загорела. Только взгляд погрустнел.

Варя склонила голову набок. Ну что ж, она примет его условия игры. Это лучше, чем общаться с толпой сокурсников, ожидающих, когда она разразиться либо слезами, либо ядом.

− Узнала, как живут аборигены.

− Почему меня с собой не позвала? Глядя на тебя, зависть вспыхивает.

− Парикмахерская находится напротив, а солярий в квартале отсюда, − сыронизировала Варвара.

− У тебя ещё и колючки есть.

− И рога, − почему-то вдруг добавила девушка.

− Это ты зря… − серьезно ответил Егор.

− После пары пойдем в кафе? – перевела на другую тему смуглянка.

− Я скажу только одно и больше ни слова о Борисе, если ты не захочешь. Договорились?

Варя, отвернувшись, кивнула. Слёзы тут же скопились в уголках глаз. Она активно заморгала, не желая показать свою слабость. Он общается с Борисом, а значит, не должен знать о любви и ненависти, так и не покинувшими ее.

− Он уехал в Севилью. Борис искал тебя, очень переживал.

− Я услышала, − зло оборвала Варя.

− Твое право. Просто ты должна была это знать.

Варя сидела на паре и вновь вспоминала слова Егора. Она не может с ним общаться и думать о любимом изменнике. Или может? На зло ему будет дружить с ним, чтобы Борис знал, как у неё всё хорошо, как она не страдает по нему. Пусть ревнует к другу. Как его раздражало их с Егором общение!

Варвара погрузилась с головой в учёбу. Испания перестала быть мечтой. Теперь это было место, где жил Он. Тот, которого она ненавидела и презирала за ложь и предательство, тот, который позабыл о ней. Егор как-то обмолвился о приглашении на свадьбу в далекую теплую страну. Недолго тосковал юноша о любимой русской девушке. Варя усмехнувшись предложила отметить столь радостное событие. Уехать на другой край света и обрести любовь, что может быть замечательней. Егор с удовольствием бы вернул слова обратно. Он не верил в Варину счастливую улыбку и сладкие, насквозь пропитанные ядом слова, но спорить не стал.

bannerbanner