Любовь там, где ты

Скинув одежду, сразу забираюсь в кабинку. Душ помогает. Горячая вода смывает, накопившееся за день напряжение. Я стою, подставив лицо под упругие струи, и не думаю ни о чем. Ни о Ярославе, что так по-доброму смотрел на меня за ужином. Один раз, да, и совсем недолго, но смотрел. Ни об Алисе, что явно была недовольна моим присутствием. Ни о том, что они сейчас наверху, вместе.

Намыливаю кожу, волосы и снова ныряю под спасительный теплый водопад. Что в душевой тоже нет полотенец, я замечаю, только когда выключаю воду и отодвигаю прозрачную дверцу кабинки.

- Да, что же за невезуха такая?

Выбора нет. Натянув футболку на мокрое тело , я пытаюсь отжать влажные волосы. Скручиваю их в жгут, пропускаю сквозь пальцы и трясу головой. Получается так себе, но не будить же весь дом по такому пустяку.

Смотрю на себя в запотевшее зеркало. Ну... сойдет. Футболка оказывается короче, чем я представляла. Или я выросла?

Еще раз взбиваю волосы пальцами, подхожу к двери и приоткрываю ее. В коридоре по-прежнему темно и пусто. Выключаю свет в душевой, и в кромешной темноте бегу к себе в комнату.

Шаг, второй.

Я почти у цели.

Поворачиваю к оранжерее и врезаюсь в темноту. Вернее, в твердую мужскую грудь, обтянутую все той же голубой футболкой.

«Ярослав!» — Вспыхивает в голове, и я отшатываюсь, чудом удержавшись на ногах.

Моя футболка предательски липнет к телу и задирается еще выше, когда я закрываюсь руками. Вряд ли Горский видит в темноте, но все равно чувствую себя неуютно.

- Арина? - Голос Ярослава звучит удивленно.

- Я... я душ... и там нет полотенец. - Зачем-то сообщаю. - А вы?

- Курил в саду и... Курил, да. — он чуть медлит, и даже в темноте я замечаю, как его взгляд скользит по мокрым волосам, задерживается на моей дурацкой футболке, которая сейчас кажется неприлично короткой.

- Спокойной ночи, — бросаю и сбегаю в комнату.

- Спокойной, — прилетает тихое, и я, захлопнув дверь, тут же закрываюсь изнутри.

«Идиотка! — ругаю себя. - Никто не будет к тебе врываться. Его там целая Алиса наверху ждет».

Знаю, ждет, но сердце от страха или от волнения колотится где-то в горле.

«Может, от страшного волнения?» — Издевается внутренний голос.

- Идиотка! Сто раз идиотка! — ругаюсь я. - У тебя проблем...

Надо думать о будущем, о том, как скоро смогу вернуться в дом! О проблемах с отцовской фирмой!

Но я думаю о другом: почему он ходит курить в сад? Где ждет его Алиса? В душе? В кровати?

А еще вспоминала его взгляд в темном коридоре. Такой темный взгляд и запах дыма, перемешанный с чем-то пряно-древесным. Так долго вспоминала, что уснула почти под утро.

Глава 5

Арина

Первое утро в особняке Горского началось с экскурсии. Я проснулась рано и, пока все спят, решила тихонько побродить по коридорам.

Внутри особняк выглядит интереснее, чем снаружи. В гостиной с камином, в котором уже потрескивают дрова, всю стену напротив окон занимают стеллажи с книгами. Темное дерево, стекло и корешки книг от пола до потолка создают атмосферу чего-то древнего и волшебного. А еще здесь пахнет хвоей и цитрусовыми, и если закрыть глаза, кажется, что скоро Новый год.

Я отхожу от шкафов, пообещав, что обязательно прочитаю что-то из коллекции Горского, и иду к окну. Во дворе пусто, машина Ярослава стояла там же, где вчера, и значит, он дома.

А Алиса?

Разворачиваюсь, собираясь усесться на огромный диван и немного помечтать, но прилетевший с кухни запах кофе заставляет меня отложить планы и выдвинуться на туда. Тихими шажками дохожу до двери и останавливаюсь. Оказывается, пока думала, что все спят, и бродила по дому, Ярослав был на кухне. Он сидит за большим деревянным столом и что-то читает в телефоне. В правой руке чашка с кофе, рядом тарелка с тостами.

- Доброе утро. - Решаюсь прервать его одинокий завтрак.

Ярослав ничего не отвечает, лишь поворачивает голову и кивает на свободный стул. Неприятное чувство, что я помешала, взвивается в груди, и я даже успеваю сделать шаг назад.

- Садись, Арина, завтракай. - Произносит он, не отрываясь от экрана мобильного. - Если нужно что-то основательное, можешь заглянуть в холодильник. Не стесняйся.

- Я не голодна, — отвечаю, отчаянно сражаясь с желанием сбежать.

«Приду попозже и спокойно поем» — уговариваю себя, но желудок предательски урчит.

Ярослав усмехается, и, впервые за эти дни я вижу на его лице что-то похожее на улыбку.

- Не лги мне, Арина. Это правило номер один.

Я сажусь, а Ярослав, как гостеприимный хозяин встает, чтобы сделать мне кофе.

- Правило номер два, — произносит он, доставая белоснежную чашку и подставляя ее под носик кофемашины. - Мой режим прост: завтрак в восемь, обед в час, ужин в семь. Если задерживаешься — предупреждаешь и потом хозяйничаешь сама.

Ярослав ставит передо мной чашку с кофе и продолжает: «Правило номер три: вечером дальше двора не выходишь и ночуешь дома».

- Распорядок дня, как в лагере, плюс комендантский час. - Вырывается у меня, прежде чем я успеваю подумать.

Горский не отвечает. Достает из холодильника тарелку с мясной нарезкой и сыром, и ставит на стол. Нос щекочут ароматы специй, и я понимаю, что не просто голодна, а очень голодна, зверски.

- По поводу комендантского часа, — тихо произносит Ярослав. - Это правила моего дома и элементарная забота о тебе.

Открываю рот, чтобы возразить, что я уже взрослая и могу сама решать, когда мне гулять, но так ничего и не говорю. «Забота о тебе» — простые слова, сказанные Горским, топят все мои возмущения в непонятно откуда взявшемся сладком сиропе.

Беру с тарелки тост, кладу на него колбасу, ветчину, сыр и приступаю к завтраку. Ярослав тоже возвращается к своему телефону. Уютное семейное утро в самом разгаре. Я расслабляюсь и начинаю изучать кухню: духовой шкаф, посудомойка, кухонный комбайн. Техники предостаточно, и идея Ярослава похозяйничать начинает мне нравиться.

Хрущу тостами, вспоминая мамины рецепты, а потом приходит она.

Сначала я слышу щелчок замка, затем стук каблуков в прихожей, а через минуту на кухню вплывает Алиса. В руках у нее бумажный пакет с логотипом дорогой кофейни, а на ярко-алых губах голливудская улыбка.

- Доброе утро, — произносит она и чмокает Ярослава в щеку. - Я взяла круассаны, тебе с миндалем и соленой карамелью, как ты любишь.

Алиса кружит по кухне, что-то рассказывает Ярославу, а меня словно не замечает. Достает выпечку из пакета, раскладывает по тарелкам и попутно переставляет все, что стоит на столе. Сахарница отправляется на другой конец стола, тарелка с тостами убирается на подоконник, а моя чашка с недопитым кофе бесцеремонно отодвигается в сторону.

- Алис, — Ярослав хмурится. - Все нормально?

- Конечно, — отзывается она, не переставая хозяйничать. - Я просто навела порядок. Тосты на завтрак — это прошлый век. Пусть постоят там.

Горский ничего не отвечает. Блокирует телефон и одним глотком допивает кофе. Я тоже стараюсь побыстрее доесть свой трехэтажный бутерброд.

«Во сколько там завтрак? В восемь? - Вспоминаю, озвученный Ярославом распорядок дня. - Хорошо, что предупредил. Вряд ли я захочу еще раз составить им компанию».

- А ты, детка, чего такая бледная? - Неожиданно обращается ко мне Алиса. - Ночью плохо спала?

От того, что она меня все-таки заметила, легче не становится. Наоборот, хочется сжаться до размеров молекулы и слиться со стулом.

Алиса, тем временем усаживается напротив меня.

- Спасибо, хорошо, — отвечаю через силу.

- Вот и славно. — летит в ответ, и идеальная во всем Алиса переключается на другую тему: — Сегодня на ужин будет рыба. Ты же не против рыбы?

- Я… нет.

- Просто уточняю. Ярослав постоянно на работе, и меню составляю я. Если ты не против, я продолжу заказывать еду на свой вкус.

- Нет, — повторяю я, чувствуя, как краснею. - Я и сама могу себе приготовить, так что... Так что не беспокойтесь обо мне.

Тишина после моих слов наступает такая, словно я не просто ответила, а взорвала над столом атомную бомбу. Ярослав переводит взгляд с меня на Алису, и я просто чувствую, как он разрывается. Горский благодарен ей за заботу, за круассаны, за ужины из ресторана, но есть что-то еще и это что-то ему не нравится.

- Алис, — произносит Ярослав негромко, — ты уехала час назад и сказала, что весь день будешь снимать рекламу салона.

Я вжимаюсь в стул, а Алиса замирает с чашкой в руке.

- Прости, что? - Недоумевает она. - Ах да. Я перепутала время съемок и свободные два часа решила провести дома.

Глава 6

Арина

Повисшая на кухне тишина становится невыносимой. Я встаю из-за стола и, произнеся скороговоркой слова благодарности, сбегаю. Оставаться в доме, даже в своей комнате, не хочется. Проходя мимо книжных шкафов в гостиной, я хватаю первую приглянувшуюся книгу и вприпрыжку отправляюсь в сад.

Уже на веранде, падая в одно из плетеных кресел, понимаю, что приглянувшийся яркий корешок принадлежит сборнику русских народных сказок.

- Придется читать, — шепчу себе и открываю книгу.

Я перелистываю страницы и время от времени отвлекаюсь, чтобы полюбоваться садом. Проходит не меньше десяти минут, прежде чем я ловлю себя на том, что ни слово из сказки не помню. Делаю еще одну попытку, перечитываю предложения несколько раз, а мыслями все равно остаюсь там, на кухне.

«Для чего Алиса вернулась? Отменила запланированные съемки или что-то сорвалось? - Кружится в голове. - Такая безумная любовь? Проблемы с организаторами или страх оставить своего мужчину с деткой?»

Захлопнув книгу, кладу ее на маленький, круглый столик и пробую найти ответы. Папа всегда говорил, что все на поверхности, надо только тщательно собирать информацию, и не упускать детали.

«Итак, если бы я...».

Поток мыслей разгоняется и сбивается от противного голоса, звучащего буквально надо моей головой.

- Здесь довольно мило, не находишь? — бросает Алиса, а мне, чтобы увидеть ее, приходится разворачиваться и задирать голову.

- Да, здесь красиво и спокойно. - Отвечаю и снова беру в руки книгу. Все, что я в этот момент вижу — как длинная юбка темно-изумрудного платья Алисы колышется на ветру, задевая ножку моего кресла.

- Читаешь?

- Угу. - Киваю, перелистывая несколько страниц, и останавливаюсь на сказке о сестрице Аленушке.

- Постарайся не лазить по шкафам без спроса. Ярослав не любит, когда трогают его вещи и вещи... - Алиса замолкает, а я снова задираю голову, чтобы понять, почему она не стала договаривать.

Алиса же, моментально теряет весь интерес ко мне. Стоит, обняв себя руками, и смотрит куда-то в глубину сада. Хочется спросить ее, насчет вещей, но я прикусываю язык, возвращаясь к книге. В конце концов, идеальная женщина Горского права, я в чужом доме и мой девиз на ближайшее время: не отсвечивай.

Всю неделю я стараюсь не попадаться Алисе на глаза. Ухожу в свою комнату сразу после завтрака, сижу там до обеда, потом быстро ем и снова исчезаю. Благо Ярослав уезжает в офис рано утром, а возвращается почти ночью, и мне не надо объяснять, почему я прячусь в гостевой, как мышь в норе. Из своего убежища я выбираюсь, только когда Алиса уезжает по делам, а уезжает она часто. Я не вникаю в ее работу, знаю лишь про постоянные съемки и выставки.

Вот и сегодня, Алиса уехала, и я вышла, и пришла в гостиную. Ярослав уже сидит в своем любимом кресле у камина. Спокоен, серьезен, сосредоточен. В одной руке книга, в другой — чашка с горячим чаем. Он никогда не включает верхний свет, только торшер, и от этого в комнате становится так уютно, что у меня всякий раз щемит сердце.

- Не помешаю? - Я задавала этот вопрос каждый день, спросила и сегодня.

- Нет, — ответил он, не поднимая головы от книги.

Все, как обычно.

Я сажусь на диван, раскрываю книгу и погружаюсь в чтение. Изредка, когда глаза устают, я перевожу взгляд на Ярослава. Делаю это бегло: выхватываю из полумрака профиль, плечи, руки с книгой. Потом задерживаю внимание на лице: глаза, морщинка между бровей, седина на висках и снова утыкаюсь в книгу, чтобы украдкой собрать его образ.

В камине потрескивают дрова, запах апельсинов и хвои становится почти родным, и я ловлю себя на том, что могла бы сидеть так вечно. В тишине, с книгой и в компании Горского. Сегодня я особенно счастлива. Не знаю почему, может, потому, что Алиса уехала в город с ночевкой, а может, потому, что Ярослав впервые оторвался от книги и посмотрел на меня. Наши взгляды встретились, и я, решив, что это шанс, набралась смелости и спросила.

- Ярослав?

- М-м? - Он поднял голову от книги.

- Можно задать вам вопрос?

Горский отложил книгу, значит, готов слушать. Этот жест я успела выучить: если он откладывает книгу, значит, готов разговаривать. Если просто поднял голову — будет отвечать односложно.

- Почему вы не поехали на выставку?

- Не люблю такие мероприятия. Шум, непонятные блогеры, танцы до утра.

- А Алиса любит... - Вырывается у меня, и я прячу глаза, утыкаясь в книгу.

Секунды тишины, а мне кажется, что проходит вечность. Мне стыдно за свою несдержанность, за то, что полезла на запретную территорию. По сути, какое мне дело...

- Мы разные с Алисой, — прерывает мой поток самобичевания Горский. - Я не люблю всю эту внешнюю мишуру. Мне ближе другое — Ярослав обводит рукой утонувшую в вечернем полумраке гостиную. — дом, сад, природа, море... Алиса же, человек публичный. Она задыхается в четырех стенах и сходит с ума от тишины. Так что все просто, Арина: я не ограничиваю ее, она признает мое право на уединение.

Меня накрывает волной противоречивых чувств от откровенности Горского. Приятное тепло растекается по телу, в груди вспыхивает огонь, а, от непонятно откуда взявшегося стыда, лицо заливает краской.

- Но это... Так сложно... Почему вы с ней? - Я не называю имени, не могу, потому что огонь в груди просто выжигает воздух в легких.

В комнате становится так тихо, что я слышу, как потрескивают дрова в камине и как бьется мое сердце.

- С Алисой? - Уточняет Ярослав, будто в этом доме есть еще какая-то женщина, кроме нее.

Я киваю, так и не сумев потушить пожар в груди.

Ярослав откидывается в кресле. Впервые за долгое время я вижу в его глазах что-то, кроме спокойствия. Усталость? Грусть?

- Она была рядом в самое тяжелое время. — сказал он наконец. - Когда...