Королева ледяных земель

Внутри поднимается гнев. Ах, так?

– В таком случае, леди Анбера, жду уважения в ответ, – холодно парирую я. Ты обращаешься ко мне: леди Роксана.

– Что? – женщина удивленно моргает.

Похоже, настоящая Роксана такого себе не позволяла. И мне тоже стоит держаться осторожнее.

– Рада приезду, леди Анбера, – цежу я. – Как долго собираешься гостить?

Анбера мгновение моргает, затем равнодушно бросает:

– Сколько потребуется, – отмахивается как от назойливой мухи.

– Сколько потребуется? – уточняю я, едва сдерживая бушующий внутри гнев.

Эта дамочка просто нагло пришла в мой дом и собралась тут наводить свои порядки?

Я могу ее выгнать? Какие тут правила? Хочется вышвырнуть Анберу немедленно, но это сестра Эйса.

– Конечно, дорогая, – насмешливо кивает Анбера. – Ты же простолюдинка. Кто тебе напел, что сможешь принять земли во владение? Что народ тебя примет? Позволит править? – она резко наклоняется ко мне, кладет ладошку поверх моей. – Я помочь тебе приехала, – голос приобретает обиженные нотки. – А ты как меня принимаешь?

Анбера резко отстраняется. На лицо женщины падает тень, и теперь золовка приобретает демонический вид.

Я убираю руку со стола.

Итак, понятно, что ей нужно. Хочет стать хозяйкой этого места. Подавит меня, остальные сами за ней пойдут.

Полагаю, на настоящую Роксану действовали все эти уловки. Анбера действует самоуверенно.

Передо мной дилема. С одной стороны прогибаться я не могу. Не тот характер. Да и отдавать Ледяные земли я не собираюсь. С другой, я не хочу показывать, кто я такая слишком рано. Преждевременно.

Несколько мгновений разглядываю Анберу.

Женщина заметно напрягается.

От Роксаны она ждала извинений, желаний угодить и попыток лебезить перед настоящей аристократкой? Нет, этого она не дождется.

Слуги, которых наше противостояние застало врасплох, теперь пытаются слиться с обстановкой. Здесь несколько лакеев, подававших на стол и служанок, убиравших посуду. И каждый внимательно вслушивается в наш разговор, хотя и делает вид, что ни при чем.

Они хотят знать, кто настоящая хозяйка.

Что ж, пришло время показать это наглядно.

– Придется установить правила, – вежливо улыбаюсь я.

Понимаю, что взгляд у меня остается холодный, и Анбера это видит. Заметно ежится.

– Какие еще правила? – шипит она. – Что ты несешь, Роксаночка?

О, а вот и первая попытка нарушить мои правила, – отмечаю про себя с мрачным удовольствием.

Жаль, что я еще не знаю, что Анбере нужно. Нет, то, что она хочет отобрать у меня этот перемерзший край я поняла, я про другое. Что ей на самом деле нужно? Тайные желания, потребности.

Что ты хочешь, Анбера? Чтобы тебя любили? Чтобы тобой восхищались? Чтобы тебе завидовали?

Откидываюсь на спинку стула. Продолжаю разглядывать женщину. На вопросы ей не отвечаю, на откровенное пренебрежение не реагирую, отчего золовка вдруг решает, что выиграла спор.

– Вот и решено, – насмешливо заявляет она. Резко поднимается и обращается уже к моим слугам, – подготовить мне комнаты! Мне и леди Заринике. Разленились тут все! Ничего, я из вас быстро спесь выбью! – радостно сверкает она глазами.

Слуги испуганно смотрят на меня, на Анберу… подбираются и уже поворачиваются с намерением выполнять приказы, как…

– Стоять, – тихо приказываю я.

Если у вас найдётся минутка, напишите, что особенно запомнилось в истории. Мне очень важно узнать ваше мнение: каждая мысль — это новый взгляд на мир, который я создавала.

Глава 11

На провокации я не реагирую не потому что не могу ответить. А потому что для того они и нужны – ввязать меня в бесплодный спор, увести подальше, да там и бросить, взбешенную и растоптанную. Переспорить скандалистку – невозможно. Она всегда будет брать эмоциями.

Да только со мной такой фокус не пройдет.

– Напоминаю, леди Анбера, если ты забыла, – тихо, вкрадчиво, говорю я. – Ледяные земли принадлежат мне. Это раз. Слуги слушаются только меня. Ты здесь гостья.

Анбера фыркает.

Что ж, я не успела наладить контакт с местными и в этом ее преимущество. Она хороша в интригах знати и приехала сразу, чтобы установить свое господство на Ледяных землях.

Слушаться будут того, кто сильнее, – так она считает. Обычно это работает. Людям все равно, кто из главных главнее. Разберетесь между собой, а нам дайте понятные распоряжения. Мы здесь просто работаем.

Но в мотивационной стратегии персонала она очень плоха. Очень.

У всех есть желания. Причины, по которым эти люди работают в замке, причины, по которым остаются в Ледяных землях.

– Каждый, кто будет исполнять приказы леди Анберы… – я делаю длинную паузу, чтобы дать им возможность не только услышать, но и осознать слова, – каждый будет…

Золовка торжествующе меня разглядывает, уверенная, что деваться мне некуда. Все, что я могу – кричать, что всех уволю. Угроза лишить единственного заработка – последнее дело. Это покажет меня как слабую, несдержанную женщину. Такую хозяйку суровые местные не примут.

Анбера это знает.

Знает, что это бедные земли. Что жителям нужны деньги. Что они вынуждены работать на того, кто платит.

А это не я.

Сейчас за все платит Эйс. А мы с Анберой просто исполняем его волю. И разницы между нами для местных как будто бы не должно быть. Формально назначена никому не известная леди Роксана. А такую формальную власть можно и отнять. Если ты сильнее.

Так она считает. А значит, власть получит та, кто наглее и громче приказывает.

И на место леди Роксаны заберется леди Анбера.

А там, раз уж взяла все в свои руки, можно и убедить Эйса отдать земли ей. А я сбегу под крылышко мужа.

Еще она думает, что слуги довольно слепо подчиняются тому, кто главный. Своего мнения у них нет.

И здесь она жестоко ошибается.

– Каждый, кто будет предпочитать приказы леди Анберы моим, будет передан под начало леди Анберы и покинет замок вместе с ней, как личный слуга, – вкрадчиво заканчиваю я. Выбор. Всегда. За вами.

По залу проносится вздох. Слуги заметно бледнеют.

Я попала в точку.

Никто не станет жить в таком краю, если не любит его всем сердцем. Если не привязан к нему. Но Анбера этого не знает. Она никогда не давала себе возможности разглядеть в других людях… людей. Не слуг, бессмысленно выполняющих приказы и не аристократов, жаждущих власти и золота.

– Что? И в чем проблема? – не понимает Анбера. – Они и так все мне прислуживают. Ты, – она взмахивает рукой, обращаясь к ближайшей служанке, – подготовить мне комнаты. Самые лучшие.

Служанка разглядывает Анберу, затем делает шаг назад и произносит:

– Простите леди, я… я здесь родилась. Я не хочу уезжать из Ледяных земель, – она вежливо кланяется, опускает взгляд… но больше ничего не делает.

Золовка зло разглядывает девушку. Потом морщится.

– Ты! – шипит Анбера, – поворачиваясь к другому слуге, – комнаты! Сейчас!

– Простите, леди, – кланяется он. – У меня тут жена, трое детей, старики родители. – Я не могу уезжать с вами, – произносит он твердо и тоже наклоняется голову. Смотрит в пол.

Полное смирение. И полный отказ повиноваться.

Сила – побеждает в моменте. Понимание своих людей, их нужд – побеждает стратегически.

Я тихо жду, пока до Анберы дойдет.

Она обращается еще к нескольким людям. И все реагируют одинаково. Смиренный отказ.

– Что? Какой бездны? – взвизгивает она, разъяренно поворачиваясь ко мне.

В глазах плещется недоумение.

– Подготовьте для леди Анберы покои на первом этаже, – спокойно киваю я.

Слуги переглядываются. Это самые холодные покои в замке, я видела их, когда Осберт показывал мне здесь все. Мельком, но достаточно, чтобы заметить ледяной налет на камне.

– Да, леди, – кланяются одна из девушек и тихо добавляет, – да’ар Эдельред.

Это имя звучит как признание силы.

Первая победа.

Я удовлетворенно выдыхаю.

Анбера поджимает губы.

Мы еще не закончили. Она не смирилась и не поверила, что это не просто удача, а тонкой расчет. Что ж, промерзшие покои тебя охладят, пока я разъясняю, кто здесь хозяйка.

Глава 12

Когда Анбера уходит, выясняется, что с ней приехали еще люди. Дочь Зариника, несколько воинов охранников. Слуги, конюх, повар, горничные и лакеи. Я отправляю своих слуг разместить гостей в отдаленное крыло.

И обращаюсь к более важным проблемам.

И первая из них – вступить во владение Ледяными землями.

Да, я здесь хозяйка. Приехала, как жена Эйса. Но после нашей стычки с Анберой, Осберт признается мне в том, о чем я уже догадываюсь. Что это лишь формальность.

Мы разговариваем на кухне замка. Здесь чисто, тепло и вкусно пахнет мясом, которое запекают на ужин. На деревянных столешницах полные женщины месят тесто, щедро обсыпая его мукой. И я отмечаю про себя, что продукты, которые долго хранятся, здесь закупают с удовольствием.

Повсюду суетятся мои кухарки, а вот повара Анберы не видно. Он хозяйничает в отдаленном крыле.

Тем лучше. Осберт сразу объясняет мне, почему позвал на разговор именно сюда:

– Я должен рассказать вам, леди… – начинает он, – но не хочу, чтобы слышала леди Анбера. Простите, если я неверно понял… – он осторожно смотрит на меня, – ваши отношения.

– Ты все верно понял, – киваю я. – Я сделаю все, чтобы Анбера убралась из наших земель, – слово «наших» я подчеркиваю отдельно.

Осберт кивает. Едва заметно заговорщически улыбается. Вокруг глаз лучатся морщинки. Дворецкий глубоко вдыхает и посвящает меня в детали.

– Вы наверняка знаете, что в отдаленных землях, – осторожно подбирается к основной теме он, – существуют собственные традиции.

Дожидается моего кивка и продолжает:

– У нас суровый край…

– Осберт, – одергиваю я его, – у нас нет времени расшаркиваться. – Говори как есть.

– Люди должны принять вас, как хозяйку, – решается дворецкий. – Если этого не будет, они станут саботировать приказы. Не будут слушаться.

– Так. Принять?

– У нас есть особая традиция принятия нового правителя. И вам нужно будет этот ритуал пройти, – выдает он как на духу и осторожно смотрит на меня. – Ничего такого, – тут же успокаивает меня он. – Но… Придется выйти к подданным и поговорить с ними. Это очень важно… Но это не просто как поболтать с кухарками… это… я не знаю, как объяснить… Они должны увидеть…

– Да, я понимаю. И понимаю, что это не просто формальность, раз ты мне сказал это отдельно. Я должна завоевать их доверие. Поговорить, как настоящий лидер. Не беспокойся, я это сделаю, – говорю я, чем вызываю его откровенное удивление.

– Да… но леди, вы выглядите очень…

– Слабой?

– Нежной, – выкручивается Осберт. – Я понимаю, почему леди Анбера настаивает на том, чтобы взять все в сови руки.

– Она хочет отобрать земли, – понимающе соглашаюсь я. – Рассчитывает, что Эйс отдаст земли сестре, если я не справлюсь. Или и вовсе надеется подмять меня, задавить так, чтобы я сама все отдала.

– Полагаю, это так, – чопорно соглашается Осберт. – Но я не понимаю, как она сама собралась нами управлять. Никто из здешних не станет плясать под ее дудочку.

– А она и не собирается, – догадываюсь я. – Земли перепродадут, как только они перейдут под ее управление. А новый правитель снова бросит вас на произвол судьбы.

Осберт затравленно оглядывается на кухарок. Те, слыша куски нашего разговора уже испуганно перешептываются. Новый наместник вполне может оставить их без содержания. А это значит голод.

Эйс, державший всех в ежовых рукавицах, уже не кажется таким жестоким. При нем жители не шиковали, но получали необходимое.

– Не бойтесь, – я повышаю голос, чтобы услышали все, – я не отдам вас Анбере. Мы справимся.

Оглядываю всех и замечаю, как кухарки робко улыбаются.

– Осберт, – воодушевленно отвечаю я. – Я хочу покинуть замок и прогуляться. Поговорить с местными, посмотреть, что здесь и как. Узнать самой.

Понять, как завоевать доверие местных, – произношу уже мысленно. – Для этого, мне нужно узнать этих людей.

– Но господин, да’ар Эдельред хотел, чтобы вы оставались в замке… – осторожно говорит Осберт.

– Ничего. С мужем я разберусь, – успокаиваю Осберта я.

Глава 13

Для поездки по окрестностям мне запрягают повозку с открытым верхом. Попроще чем карета, выданная мне мужем, но, как объясняет Осберт, пройдет все снежные завалы.

Полог можно поднять, от снега закрыться, но окон нет. И тогда я ничего не увижу. Смиряюсь с тем, что меня щедро присыпает снежком уже сейчас.

Кутаюсь в меховой плащ с капюшоном. Жду, когда возница проверит все колеса.

С собой беру Осберта и двух охранников, на которых настаивает дворецкий. Ругнор и Кнёль.

– Места здесь небезопасные, – уклончиво поясняет он.

Но на вопрос о наличии разбойников или бандитов отрицательно качает головой.

– Нет, люди здесь живут достойные.

– Дело в зверях, леди, – поясняет один из охранников. Ругнор. Дородный мужчина с секирой на поясе. – Вы все же дама благородная. Нехорошо, если вас волки подрать захотят.

– Нехорошо, – усмехаюсь я.

Мысленно уже зову его викингом, похож.

– Так что в них все дело, да, – уверенно кивает Ругнор.

– И в ледяных… – начинает его напарник Кнёль, ничуть не уступающий в ширине плеч парень. Он выглядит моложе и я решаю звать викингом-начинашкой. Старший на него цыкает и начинашка прикусывает язык.

– Ледяных…? – я вопросительно смотрю на них.

– Ледяных тварях. Вернетесь в замок, леди? – нервно предлагает Осберт.

– С чего бы? – усмехаюсь я. – Это наша земля. Я не стану прятаться в стенах крепости.

И впервые за это время вижу, как в глазах местных воинов появляется уважение.

Сначала поездка проходит спокойно.

Еще не выехав за ворота крепости, мужчины переглядываются. Я, похоже, получила в их глазах пару очков доверия. И, наконец, они признаются в одной из своих северных тайн.

– Мы должны рассказать правду, леди, – потупившись произносит викинг-начинашка.

– Что? – я с интересом выгибаю бровь.

– Ледяные твари, – вздыхает Осберт. – Но вы не подумайте, к городу и замку они не подходят даже. Мы с ними… уживаемся. Не надо присылать драконьих кнатов и аксор сюда, – в голосе дворецкого появляются умоляющие нотки.

Из воспоминаний Роксаны я знаю, что кнаты и аксор – полукровки, маги-воины драконов.

А местные просто не хотят, чтобы драконы заявлялись в их край и устраивали зачистку неких ледяных существ.

Я киваю:

– Без проблем. Я и сама не хочу излишнего внимания мужа, – усмехаюсь я. – Но…

– Да, леди? – голоса моих ребят сквозят облегчением и готовностью помогать.

И я решаюсь спросить то, что может меня выдать. Доверие за доверие.

– Я не очень хорошо в этом разбираюсь, – осторожно начинаю я. – Кто такие ледяные твари?

Мужчины переглядываются.

– Хорошо на южных землях жить, – выдыхает викинг-начинашка. – Не знаете, что они такое.

– Там тоже встречаются, – его сурово шлепает по затылку старший собрат. – Просто леди – благородных кровей. Вот и не сталкивалась. Под защитой мужа она.

– Так кто это? Или что? – спрашиваю я с нетерпением.

– Это зверье… – вздыхает Осберт. – Лесное. Да и не только. Горное, степное. Любое… зверье.

– Только измененное, – тихо добавляет викинг-начинашка.

– Проклятие магии льда так на них сказывается, – признается Ругнор.

– Нет, вы не подумайте, мы не обвиняем драконов в этом. Мы все понимаем, – машет руками Осберт. – Магия ледяных драконов очень нужна нашему миру. Но…

– Но за все нужно платить, – догадываюсь я.

– Да, – понуро кивают мужчины.

Из этого разговора я извлекаю важную информацию. Драконья магия не безвредна, она оставляет следы. Что-то вроде заражения. Которое падает на местную фауну. Изменяет обычное зверье. Превращает в неких чудовищ.

Драконы с этим борются как умеют.

А простые жители… пробуют ужится.

– Значит, ледяные твари здесь на людей не нападают? – уточняю я.

– Нет, – облегченно заверяют меня мужчины. – Если что не так, мы сразу, мы сами все решаем, – убедительно сверкает глазами викинг и трясет секирой.

– Хорошо, – киваю я. – Я вам верю. Тогда едем.

В глазах моих провожатых мелькает восхищение.

– Именно такую леди нам и нужно, – бормочет викинг своему другу-начинашке, когда думает, что я его не слышу. – Храбрую и сильную. С ней мы заживем!

– Да, – соглашается его ученик.

Мы размеренно двигаемся по проселочной дороге. Отсюда видно, что крепость построена в горах. Склоны невысокие и почти незаметно, что мы спускаемся в низину. С этой стороны вокруг замка – еловый лес. С противоположной – обрыв, фьорд.

Здесь красиво. Холодно, но красиво.

Беседуем с дворецким. Охранники идут по обе стороны от повозки, вглядываются в лесные заросли.

Но снег девственно чист, иногда лишь встречаются следы местной дичи. Кролики, лисы. Летают и птицы, я слышу карканье воронов и щебет незнакомых птичек с синими перьями.

Пару раз на пути встречаем местных жителей. Каждый раз я прошу остановить повозку. Разговариваю. Спрашиваю кто это, откуда, чем занимается.

Впрочем, последнее – лишнее. По внешнему виду легко понять. Мужчина и женщина с луками за спиной и связкой свежей дичи. Тушки зверей напоминают крупных куниц. Когда лес заканчивается, натыкаемся на парня с корзиной рыбы, переложенной снегом.

Парень затравленно сглатывает, когда узнает, кто я. И тут же начинает уверять, что ловил рыбу там, где да’ар разрешил.

Когда едем дальше, спрашиваю дворецкого, какое наказание за нарушение?

– Десять плетей, – отвечает Осберт.

На мой непонимающий взгляд откликается один из воинов.

– Это больно, леди. Это очень больно. Если его поймают за нарушением, он потом месяц ловить рыбу не сможет.

– И семья будет голодать? – уточняю я.

– Да, леди, – кивает охранник.

– Когда вернемся, Осберт, предоставь мне карту, где показаны все разрешенные места, – требовательно поворачиваюсь я к дворецкому.

– Да, госпожа, – кивает он.

Подозреваю, что многие здесь нарушают запрет. И делают это вынужденно. Голод толкает их на это. А я знаю, как решить эту проблему.

Глава 14

А мое внимание переключается дальше. За поворотом я замечаю ледяную пустыню. Буквально. Деревья заканчиваются, лес обрывается. Дальше только пустошь. По краю ползет деревенька, но постройки тоже не выходят за невидимую линию.

– Что там? – спрашиваю я.

– Ничего, – пожимает плечами Осберт.

– Там ничего не строят, Осберт, деревья не растут. Что там? – настаиваю я.

– Так запрещено, – непонимающе моргает он. – Да’ары запретили.

Ох уж эти да’ары и их необъяснимые запреты.

Нет, в этом должен быть какой-то смысл. Вглядываюсь в пустыню. Долго, до рези в глазах.

И тут замечаю трещины. Длинные, широкие разломы на снегу, будто бы это… льдины. Это море! Замерзшее, покрытое льдом море. Вот почему деревья не растут и стройка запрещена!

Подъезжаем ближе, и я понимаю, что за деревенькой расположился небольшой городишко. И если деревня выполнена во вполне ожидаемой архитектуре: дерево и одноэтажные дома, печные трубы. То город смотрится необычно. Вместо привычных стен из камня его защищается естественный ландшафт – город построен на горном перевале. А здания аккуратно вписаны в ландшафт. Но вот их материалы… Ожидаемый камень и… неожиданная латунь.

Металл тускло поблескивает на солнце.

– Здесь есть производство латуни? – обрадованно спрашиваю я у Осберта.

Но тот качает головой.

– Это постройки древних, – отрезает он. – Не работающие механизмы, леди, – тут же добавляет он. – Это лишь куски металла, не больше.

Я вздыхаю.

Что еще за древние? Если они построили здесь здания из латуни, значит, ее как-то производили? Или добывали руды? Отмечаю себе проверить это.

Но сейчас все еще хочу поговорить с местными.

От деревни слышен лай собак и ржание лошадей. Пахнет растопкой очагов, шерстью овец и похлебками, которые местные готовят на обед. Наваристый, густый и сытный. От этого запаха урчит в животе.

Я уже хочу попробовать местную кухню, когда замечаю вдалеке необычную постройку цвета латуни. Стоит отдельно, буквально посреди ледяной пустыни. Изо льда здесь лишь торчат каменные зубцы выше меня ростом. Постройка находится именно там, где, как пояснил Осберт, строить запрещено.

Да и не напоминает эта штука жилой домик. Больше похожа на какую-то технику, покрытую толстым слоем снега. Почти не видно под ним, что там. Потому я и не заметила эту штуку сразу.

– А это что? – интересуюсь я у Осберта.

– Ничего, леди, – напряженно звенит его голос.

– Осберт?

– Это всего-лишь один из механизмов, – бормочет дворецкий. – Ничего там нет, леди. Он не работает и мы им не пользуемся. Даже не ходим туда, – заверяет меня он. – Это не как наша тайна с ледяными тварями. Это правда. Мы туда не ходим и не трогаем эту штуку.

Я вспоминаю, что механизмами запрещено пользоваться обычным людям. Только драконам можно. Но я нисса, почти дракон.

А что если эта штука может производить латунь? Или добывать руды? Может, там какая-то литейная мастерская или кузница?

– Едем туда, – требую я.

Глава 15

– Не стоит оно того, – пытается остановить меня Осберт.

Но я настойчиво требую у кучера отправится к заброшенному механизму. Дворецкому приходится смириться.

Некоторое время едем в тишине. Лай собак из деревни растворяется, затихает вдали. Слышно лишь как фыркает лошадь, запряженная в нашу повозку.