ღ Аптека попаданки. Преданная жена дракона ღ

Флориан нагло протиснулся из-за широкой спины капитана и вновь взвизгну, брызгая слюной:

– Врёт! Нагло врёт, господин Кассиан Торн! Она глаз на дядюшкину лавку положила, вот и решила его со свету сжить! Я сам видел, как она ему какую-то черную дрянь вливала! Кстати… А вот и яд, которым она его поила!

С этими словами племянничек уверенно шагнул внутрь дома. Отодвинул меня, прошёл мимо стола, на котором стояла плошка с остатками моего зелья.

Подскочил к кухонной полке, плотно заставленной чугунками, банками и другой утварью, безошибочно выхватил оттуда ту самую глиняную кружку с серовато-синим осадком и потряс ею в воздухе.

– Вот! Смотрите!

Лорд-капитан Торн брезгливо взял кружку из его пухлых пальцев. Поднес к лицу, хищно прищурился, разглядывая мутный осадок. Затем осторожно принюхался.

Его резкие, аристократичные черты лица вдруг застыли. Пронзительные глаза потемнели, превратившись в два куска черного льда.

– Да, – медленно, с пугающей расстановкой произнес он. – Это действительно яд. Причём, крайне редкий.

Он перевел убийственный взгляд на меня и Нику. Отдал короткий приказ:

– Взять обеих!

Двое стражников тут же шагнули через порог, зловеще бряцая тяжелыми браслетами наручников.

Внутри всё оборвалось. Тюрьма! Меня, ни за что ни про что, в местную тюрьму! Всего лишь за то, что помогла старику! Уверена, тут даже хорошего адвоката не потребуешь…

Лихорадочно соображая, я быстро переводила загнанный взгляд с надвигающейся стражи на самодовольную лоснящуюся рожу Флориана... И тут меня осенило!

– Стойте! – крикнула я так звонко, что стражники на секунду замерли. – Лорд-капитан, я могу доказать свою невиновность прямо сейчас!

Торн насмешливо выгнул бровь, но останавливать меня не стал.

– Слушаю вас. Даю ровно десять секунд.

– Вы же всё видели! – я ткнула пальцем в Риана. – Я поила мастера Барнаби из плошки, которая так и стоит на столе! А ту кружку я еще до вашего прихода убрала с глаз долой на полку, к остальной посуде. Я ни слова не сказала о том, где именно была отрава. Но этот господин проигнорировал свежие остатки зелья на столе, полез на захламлённую полку и среди десятка банок безошибочно вытащил нужную кружку! Откуда он знает, где яд, если он только что ворвался с улицы?

В тесной комнате повисла звенящая, тяжелая тишина. В ней внезапно раздалось похрапывание Барнаби.

Самодовольная ухмылка мгновенно сползла с лица Флориана. Он побледнел, открыл рот, закрыл его и затравленно заозирался по сторонам.

Кассиан Торн медленно, очень медленно повернул голову к племянничку Барнаби.

– Действительно, Риан, – обманчиво мягко протянул лорд-капитан. – Откуда такая поразительная осведомлённость?

– Я... это... она сама... – заблеяла гора мышц, испуганно попятившись к двери. – Я…

И тут, видимо, осознав, что отпираться бессмысленно и терять больше нечего, Флориан взревел:

– Это подстава! Я не позволю!

И рванул к выходу.

Но не сделал и двух шагов.

Торн даже не потрудился обнажить клинок. Одно неуловимое, текучее движение – и его тяжелый сапог с хрустом врезался под колено беглецу. Рука в тёмной перчатке стальной хваткой перехватила ворот бордового камзола, с размаху впечатав Флориана лицом в бревенчатую стену.

Я едва удержалась, чтобы не присвистнуть. Вот это силища у капитана!

– Взять его, – брезгливо бросил Торн, отступив на шаг и отряхнув перчатку.

Стражники мгновенно скрутили воющего Риана и, не церемонясь, выволокли его на улицу.

Я шумно выдохнула, чувствуя, как невыносимое напряжение, сдавившее рёбра стальными тисками, отпускает. Получилось! Ох, ну и утречко...

– Благодарю за помощь, лорд-капитан, – я расправила плечи и постаралась улыбнуться самой невинной и профессиональной улыбкой, которую только смогла выдавить. – Инцидент исчерпан? Мастер Барнаби проспится и пойдет на поправку. Надеюсь, этот негодяй Флориан получит по заслугам!

Но Торн никуда уходить не спешил.

Он смерил меня мрачным взглядом. Недоумевая, я опустила глаза ниже и нахмурилась.

В его руке всё еще была крепко зажата та самая злополучная глиняная кружка.

Лорд-капитан сделал плавный, по-кошачьи хищный шаг вперед, бесцеремонно вторгаясь в мое личное пространство. Аура его подавляющей власти обрушилась на меня, заставив забыть, как дышать.

– Племянник пойдет под суд, в этом не сомневайтесь, – тихо, вибрирующим баритоном произнес он, глядя на меня сверху вниз. – Но у нас осталась одна маленькая проблема.

– К-какая? – нервно сглотнула я, глядя в его темные, немигающие глаза.

– Этот яg, – он поднёс кружку с серовато-синим осадком прямо к моему носу. – Знаете, что это такое? “Слеза Пустоши”. Редчайшая, баснословно дорогая вещь с Восточного континента, которую лучшие столичные эксперты и дознаватели изучают уже полгода. Он действует медленно, мучительно и наверняка. И до сегодняшнего дня мы официально считали, что спасения от него в природе не существует!

Кассиан склонился ко мне чуть ближе, и я отчетливо уловила терпкий запах дорогой кожи, стали и морозной свежести.

– А вы, обычная девушка, мало того, что распознали редчайшую отраву практически по одному запаху, так еще и умудрились сварить работающий антидот из подножного мусора за десять минут?

Его глаза опасно сузились.

– Кто вы такая на самом деле? И на кого работаете? – отрывисто спросил он.

Сердце вновь подскочило от паники и тревожно сжалось.

– Я… – пискнула я, но капитан перебил меня, недовольно поморщившись:

– Не здесь.

Он резко выпрямился, возвышаясь надо мной непреодолимой скалой, и бросил своим людям ледяным, не терпящим возражений тоном:

– Взять её! И её сообщницу. Они едут со мной в Управление.

Глава 10. Польза знатных мужей

Тюремная карета, обитая изнутри тусклым железом, немилосердно подпрыгивала на ухабах.

Ника сидела напротив меня, вжавшись в угол, и тихонько шмыгала носом, судорожно прижимая к груди свой арбалет. Стражники почему-то не стали его отбирать, видимо, сочтя девчонку не слишком опасной угрозой для целого отряда.

– Аяна, – одними губами, едва слышно прошептала Ника, когда карета в очередной раз накренилась. – Что мы будем делать? Они же нас в подземелья бросят…

– Не бросят, – так же тихо, но твердо ответила я, хотя внутри всё сжалось от липкого страха. – У меня есть план. Главное – помалкивай и во всем со мной соглашайся.

Времени на долгие объяснения не было. Карета резко затормозила, лязгнул засов, и конвой грубо выпроводил нас на улицу.

Здание, в котором, как мне объяснила Ника, располагалось Управление городской стражи, выглядело под стать своему командиру – мрачно, внушительно и подавляюще.

Нас провели по гулким каменным коридорам и втолкнули в просторный кабинет.

Здесь не было ни камер пыток, ни цепей на стенах, но от этого становилось не легче. Обстановка была аскетичной, но кричала о богатстве: тяжелый стол из черного дерева, кожаные кресла и ничего лишнего. Кабинет человека, который ценит порядок и власть.

Кассиан Торн неторопливо прошел за стол и опустился в кресло. Жестом отпустил конвой. Дверь за нашими спинами тяжело захлопнулась, отрезав путь к отступлению.

Капитан сцепил пальцы в замок и вперил в меня ледяной взгляд.

– Итак. Начнем с простого, – его голос заполнил собой всё пространство кабинета. – Ваше имя?

Я гордо вздернула подбородок, расправила плечи и мысленно вознесла хвалу тому факту, что память прошлой владелицы этого тела никуда не делась.

Пришло время разыграть мой единственный, но железобетонный козырь.

– Аяна Рейнгард, – голос прозвучал на удивление ровно. От меня не укрылось, как дёрнулась бровь Торна при упоминании фамилии мужа Аяны. Выдержав театральную паузу, я добавила с максимальным апломбом, чтобы усилить эффект:

– Законная, пусть и временно отвергнутая, супруга драконьего герцога Дариона Рейнгарда. Наверняка вам известно это имя!

Краем глаза я заметила абсолютно круглые глаза Ники. Ах да, точно… я же не говорила ей о своём, то бишь, Аянином прошлом.

Бровь Торна всё-таки не удержалась и скептически поползла вверх. Он откинулся на спинку кресла, сложив перед собой ладони домиком и глядя на меня так, словно видел впервые.

Я знала, что рискую, но расчет был верным: лорд-капитан элитной – а она без сомнения таковой была! – стражи прекрасно знает законы этого мира. Посадить в общую камеру или, хуже того, пытать законную жену аристократа, пусть и сосланную с глаз долой – это политический скандал, который не нужен никому. Тем более без прямых доказательств её вины!

Тем более, учитывая, что она человека только что спасла. И вывела на чистую воду его прохиндея племянничка.

– Допустим, – медленно протянул Торн. – Опальная герцогиня в трущобах Нижнего города… Какая трогательная история. Но это не объясняет главного, Аяна. Откуда изнеженная леди знает, как выглядит редчайший восточный яд? И, что еще важнее, как она умудряется сварить к нему антидот и безошибочно знает, какие ингредиенты для него нужны?

Я почувствовала, как по спине потекла капелька холодного пота. Взгляд Торна буквально пригвоздил меня к месту.

Может, сознаться, что никакая я не Аяна, а вполне себе Ульяна Коростелева, пришелица из другого мира, где лекарства и всякие аптечные дела были моей профессией?

Но один только суровый вид капитана говорил, что затея эта зряшная. Этот ещё и в тюрьму бросит за такие новости. Вдруг тут вообще запрещено перемещаться в чужое тело?

– Я... – я судорожно сглотнула, лихорадочно придумывая оправдание. – Я с самого детства питала слабость к растениям. Читала старинные фолианты, ставила опыты. Знаете ли, дворцовые интриги располагают к изучению токсикологии. Я всегда мечтала стать фармацевтом...

Торн подозрительно нахмурился:

– Кем стать?

Блин! Сейчас проколюсь!

– Аптекарем, – я торопливо поправилась, нервно поправив прядь волос. – Суть в том, лорд-капитан, что я не травила мастера Барнаби, а спасла ему жизнь. И если вы пошлете своих людей проверить старика, он сам вам это подтвердит!

Кассиан долго, невыносимо долго смотрел на меня. В его темных глазах читался напряженный мыслительный процесс.

Он понимал, что я что-то недоговариваю, но также понимал, что держать меня здесь силой у него нет законных оснований. Потерпевший жив, главный подозреваемый – племянник – в камере.

Наконец, Торн коротко вздохнул и поднялся.

– Хорошо. Пока я это принимаю. Вы свободны, Аяна, – сухо бросил он. – Пока свободны.

Я с облегчением выдохнула, но Торн тут же оказался рядом, нависнув надо мной.

– Но не обольщайтесь, – его голос понизился до опасного, вибрирующего шепота. – Я выясню, кто вы такая на самом деле и откуда у вас эти таланты. Я буду следить за каждым вашим шагом. Это не последняя наша встреча.

– Буду ждать с нетерпением, – фыркнула я, не удержавшись. Подхватила Нику под руку и буквально вылетела из кабинета.

Обратный путь в Нижний город мы проделали почти бегом. Сначала заскочили к мастеру Барнаби. Старик уже пришел в себя, был слаб, ругался на чем свет стоит, вспоминая племянника, но жизни его точно ничего не угрожало. Я с чистой совестью забрала свою корзину с травами. Ника распрощалась со мной и убежала куда-то по своим делам, а я поспешила в “Серебряный папоротник”.

Надеюсь, на сегодня вся эта безумная круговерть закончится…

Едва я переступила порог аптеки, как на меня коршуном налетела Матильда.

– Живая! – она всплеснула лапками, а в глазах стояли слезы. – Я уже не знала, что и думать, куда бежать! Ходят какие-то жуткие слухи, что тебя схватила стража! Что случилось?!

– Всё хорошо, Матильда, я со всем справилась, – устало улыбнулась я, опустив корзину на прилавок.

Ноги гудели, голова раскалывалась от пережитого стресса, но внутри растекалось приятное тепло. Я жива, я на свободе, и у меня наконец-то есть базовые ингредиенты для работы!

Я с любовью выложила на чистый прилавок пучок базового противовоспалительного сбора и флакон заживляющего масла. Моя собственная – собственная! – аптека начала оживать.

В этот момент над дверью мелодично звякнул колокольчик.

Я обернулась с дежурной улыбкой:

– Добро пож…

Слова застряли в горле.

На пороге стоял человек, от одного вида которого кровь стыла в жилах. Огромный, затянутый в темную потертую кожу, с лицом, пересеченным свежим уродливым шрамом.

Он тяжело ступил внутрь, и Матильда перепуганно пискнула и немедленно юркнула мне за спину.

Незнакомец обвел аптеку цепким, хищным взглядом, остановил его на мне и оскалился в жутковатой усмешке, блеснув золотым зубом.

– Значит, это ты та самая девчонка, – его голос звучал как скрежет камня о камень. – Говорят, ты сегодня утром вытащила старого Барнаби с того света! Собирайся, аптекарша. Моему человеку срочно нужна твоя помощь. И отказ я не приму.

Глава 11. Смертельная посылка

При виде мордоворота Матильда вцепилась лапками в подол моего платья.

– Не вздумай идти с ним, – отчаянно зашипела она мне в спину. – Это человек Лиона! Вдруг ты не вернёшься живой?

Имя Эдгара Лиона окатило меня ледяной водой. Сердце ухнуло куда-то в желудок, но внешне я постаралась сохранить хладнокровие. В конце концов, я сегодня уже пережила допрос у главы элитной стражи!

– Добро пожаловать в “Серебряный папоротник”, – процедила я, скрестив руки на груди. – Если вашему человеку нужна помощь, ведите его сюда. Здесь у меня всё под рукой. Я не хожу по подворотням с незнакомыми мужчинами.

Гигант шагнул ближе, набычившись и нависнув надо мной, как скала. В нос ударил запах застарелого пота, железа и сырости.

– Он не доживёт, – глухо отрезал он, и в его тяжелом взгляде вдруг мелькнуло что-то отчаянное. – ему тринадцать. И он уже начал харкать кровью!

Эти слова ударили под дых. Вся моя выстроенная защита, весь страх и здравый смысл разлетелись вдребезги, столкнувшись с простым инстинктом фармацевта.

Тринадцать лет. Совсем ребёнок. Кровь из дыхательных путей или пищевода – счет идет на минуты.

Выбора у меня не было.

– Ждите здесь, – сухо велела я амбалу, и метнулась к полкам.

Лихорадочно вытряхнув из холщовой сумки какой-то мусор, я начала сметать туда всё, что могло спасти жизнь. Банку с пепельным корнем, которую я нашла тут, ромашку для промывания, заживляющее масло, мотки чистых тряпок, острый нож, крепкие нитки.

Матильда продолжала возмущенно причитать, путаясь под ногами, но в какой-то момент ее писк стих. Я краем глаза заметила, как серый пушистый хвост юркнул на самое дно моей сумки.

Отговаривать шиншиллу времени не было. Хочет прогуляться, пусть прогуляется. Главное, чтобы под ногами не путалась.

Я закинула тяжелую сумку на плечо, как вдруг дверь аптеки вновь распахнулась.

На пороге, тяжело дыша и сжимая в руках взведенный арбалет, стояла растрепанная Ника.

– Аяна! – выдохнула она, переводя безумный взгляд с меня на гиганта. – Я увидела его на улице… Поняла, куда он идет!

Она решительно шагнула внутрь, наставив болт прямо в грудь шрамированному.

– Я иду с вами, – отрезала она.

Бандит угрожающе зарычал, положив огромную ладонь на рукоять тесака, висевшего на поясе.

– Девчонка останется здесь, – безапелляционно выплюнул он, – Лиону не нужны лишние глаза!

– Ника, нет, останься, – встряла я. Внутри всё сжалось от ужаса: тащить девчонку в бандитское логово – это уже слишком. – Я сама схожу. Тебе нельзя рисковать!

– Ещё чего! – возмутилась Ника, даже не подумав опустить оружие. – Ты местных порядков не знаешь, Аяна! А я здесь выросла. И я твоя помощница. Если там кто-то умирает, тебе понадобятся лишние руки: держать бинты, подавать инструменты, кипятить воду.

Она упрямо вскинула подбородок и бесстрашно посмотрела в глаза шрамированному:

– Каждая минута спора стоит вашему человеку крови. Мы идем вдвоем с Аяной, здоровяк!

Гигант замер. Его тяжелый взгляд скользнул по взведенному арбалету, по моему бледному лицу, а затем остановился на непреклонной Нике.

И вдруг его пугающее рычание стихло. Огромная ладонь медленно сползла с рукояти тесака. Шрамированный тяжело вздохнул, и в его взгляде мелькнуло что-то, странно похожее на уважение.

– Дерзкая мелочь, – глухо хмыкнул он. – Ладно. Бери свою помощницу, аптекарша. Даю слово: с ваших голов ни один волос не упадет. Никто вас и пальцем не тронет, нечего трястись.

Он коротко кивнул на распахнутую дверь:

– Идем. Время уходит.

Признаться, на этот раз Нижний город меня испугал. Узкие, кривые переулки тонули в густых тенях. Стоило нашему провожатому появиться на улице, как немногочисленные прохожие буквально вжались в стены или торопливо нырнули в подворотни. Захлопали, закрываясь наглухо, оконные ставни.

– Это Грак, – едва слышно, одними губами прошептала мне Ника, не опуская арбалета. – Правая рука Эдгара Лиона. Если за тобой послали лично Грака, дело совсем дрянь…

Я поудобнее перехватила сумку, чувствуя, как внутри шебуршится перепуганная Матильда.

Нас привели не в роскошное логово криминального барона и не в мрачный притон, как я ожидала. Грак отпер тяжелую железную дверь, скрытую под старым полуразрушенным складом, и мы спустились в просторный сухой подвал.

От того, что я увидела, челюсть невольно поползла вниз.

Здесь не было ни золота, ни наемников. Подвал больше походил на импровизированный госпиталь и ночлежку одновременно. На соломенных тюках сидели измождённые женщины, кто-то перевязывал руку стонущему мужчине. В углу пыхтел огромный котел, от которого пахло густой мясной похлебкой, а рядом лежали мешки с хлебом.

У меня чуть крыша не поехала от такого диссонанса.

Криминальный босс, который содержит социальную столовую для бедняков? Может, это просто прикрытие такое?

Но глазеть по сторонам было некогда. Грак подвел нас с Никой к узкому топчану в самом углу, слабо освещенному масляной лампой.

На нем метался худенький мальчишка лет тринадцати. При виде него у меня немедленно сжалось сердце.

– Это Лисёнок, наш лучший скороход, – глухо произнес Грак, замерев за моей спиной. – Он доставлял еду в ночлежки, но сегодня не повезло. Перехватил чужой пакет. Напоролся на нож.

Я бросила сумку на пол, скинула плащ и опустилась на колени перед мальчиком. Задрала рубашку.

Охнула.

Колотая рана в боку. Кровит сильно, но не смертельно – внутренние органы не задеты, нужно просто промыть и зашить.

Но что-то было не так.

Мальчишку била крупная дрожь. Губы приобрели пугающий серовато-синий оттенок. Кожа была покрыта липким, ледяным потом, а из приоткрытого рта при каждом прерывистом выдохе доносился резкий металлический запах.

Холодок пробежал по позвоночнику. Я уже видела эти симптомы сегодня утром в лавке у Барнаби!

Яд.

Откуда тут его следы, если мальчик ранен? Или яд был на ноже?

– Он будет жить, аптекарша?

Голос прозвучал из густой тени за топчаном. Глубокий, с едва уловимой хрипотцой. От этого звука по коже пробежал табун мурашек.

Из мрака выступил высокий мужчина. Широкие плечи, темные волосы, небрежно спадающие на лоб, и пронзительный взгляд глаз, цвет которых в полумраке казался почти черным. Эдгар Лион не был похож на бандита. Скорее, на хищника, который контролирует каждое движение своей стаи.

Я перевела взгляд с бледного лица мальчика на хозяина Нижнего города. Я прекрасно понимала: если я сейчас ошибусь, если не вытащу пацана – из этого подвала мы с Никой уже не выйдем.

– Я сделаю всё, что в моих силах, – твердо ответила я, вытащив из сумки плошку и пепельный корень. – Ника, мне нужен кипяток и чистые тряпки, живо!

В этот момент Лисёнок резко выгнулся дугой. Его веки дрогнули и распахнулись, обнажая закатившиеся глаза. Он судорожно, почти до хруста в пальцах, вцепился в мое запястье и прохрипел:

– Не отдавайте... пакет... стражникам... Там... их печать...

И бессильно упал на топчан. Его тело скрутила жестокая судорога.

Глава 12. Знай своё место, аптекарша!

В подвале мгновенно вспыхнула паника.

– Дай ему чего-нибудь, пусть глотнет! – крикнул кто-то из темноты.

– Чего ты замерла, аптекарша?! – рявкнул надо мной Грак, угрожающе надвигаясь и хватая меня за плечо. – Сделай что-нибудь, он же сейчас язык проглотит!

Адреналин ударил в кровь так резко, что страх перед местной мафией испарился без следа.

Сейчас я была не перепуганной попаданкой и не бывшей герцогиней. До фармацевтического я успела окончить медколледж и три года отпахать на скорой. А потом пошла в фарму – потому что мне хотелось не только вытаскивать людей в моменте, но и понимать, чем именно мы их лечим.

Я с силой сбросила тяжелую руку Грака и резко обернулась:

– Еще один совет – и лечить будете сами! – прошипела я ему, – Хотите, чтобы мальчик выжил – выполняйте мои приказы!

Громила замер, потрясённо глядя на меня. Кажется, он не ожидал такого отпора.

Я тут же воспользовалась моментом и принялась командовать:

– Все отошли на три шага! Мне нужны свет, чистая вода и чтобы никто, слышите, никто не задавал идиотских вопросов и не вмешивался в мою работу!

В подвале повисла ошарашенная тишина. Один из бандитов возмущенно открыл было рот, но из темноты медленно поднялась рука в черной перчатке.

Эдгар Лион не произнес ни слова. Но этого оказалось достаточно: люди мгновенно отступили, словно тигры по команде дрессировщика.

Я зафиксировала это краем сознания, но благодарить было некогда.

– Ника, держи его голову на боку, чтобы не захлебнулся! – отрывисто скомандовала я, склонившись над Лисёнком.

Всё тело гудело от мощного притока адреналина, а руки подрагивали.

Осмотр Лисёнка занял несколько секунд, но картинка сложилась пугающая.

Это был не тот сценарий, что у Барнаби. У старика было хроническое поражение, малая доза, накопленная через чай. Здесь же эта штука ударила резко.

Губы мальчишки стали совсем серыми. Под обкусанными ногтями проступила явная синева. Я осторожно приоткрыла ему рот – язык покрывал плотный пепельный налет, а дыхание разило кислым металлом. И сама рана на боку... она была неглубокой, но края вокруг нее странно побелели, словно кровь в этом месте выжгло.

– “Слеза…” – хотела брякнуть я, но вовремя прикусила язык.

После разговора с Торном я хорошо уяснила: обычные местные аптекарши не должны знать названия запрещенного вещества, над поиском которого уже полгода бьются столичные дознаватели.

Особенно если эта запрещенка второй раз за сутки всплывает у них под носом!

Так что не буду искушать судьбу.

Вот только моя реакция не осталась незамеченной.

– Ты знаете, что это, – констатировал Лион. Его голос прозвучал так близко, что я вздрогнула.

– Я знаю, что если вы будете отвлекать меня вопросами, он умрет, – отрезала я, даже не обернувшись к нему.

Мысли бешено крутились.

Так, действовать по схеме Барнаби было нельзя. Если я сейчас волью в этот измученный организм лошадиную дозу сорбента, мальчика начнет рвать. Он потеряет остатки воды, и его сердце просто остановится. Придется импровизировать на грани фола…

– Ника, ромашку! Теплый отвар! – я лихорадочно рылась в сумке. – Грак! Мне нужен чистый спирт и мыльный корень, живо! Хоть из-под земли их достань, но это надо срочно.

Гигант метнулся куда-то вглубь подвала. Буквально через минуту он вынырнул из темноты, сунув мне небольшую баночку со спиртом и перевязанный суровой бечевкой пучок сушеных мыльных корешков.

– Мыльный корень! – отдуваясь, пояснил он, – Еле нашёл…

– Отлично, спасибо. Ника, бери нож и быстро поруби это в горячую воду, следи, чтобы появилась пена! Живо! – скомандовала я, передав девчонке пучок.

Из моей сумки вдруг высунулась острая серая мордочка Матильды. Шиншилла смешно повела носом, а затем ее глаза-бусинки расширились от ужаса. Она выскочила из сумки и молнией метнулась по моей руке вверх. Ткнулась влажным носом в моё ухо и взбудораженно пискнула:

– Аяна... Это очень-очень плохая штука! Она цепляется за его кровь!

По спине пробежал мерзкий холодок. Чего?! И что мне с этим делать?

– Готово! – выдохнула Ника, протянув мне плошку с взбитой мыльной пеной.

Я кивнула и аккуратно, стараясь не причинить боли, промыла рану мыльным раствором, чтобы вымыть остатки грязи с краев. Обработала спиртом вокруг. Густо смазала края заживляющим маслом, строго следя, чтобы оно не попало внутрь самой раны.

Затем мы с Никой, буквально по капле, влили в приоткрытый рот Лисёнка моё импровизированное лекарство.

Оставалось только ждать.

Я тяжело осела на пятки, утирая пот со лба тыльной стороной ладони. Краем глаза я посмотрела на Лиона. Он всё так же стоял в полутени, сохраняя на лице маску абсолютного равнодушия. Но его руки... Пальцы, сжимающие рукоять кинжала, торчащую из-за пояса, побелели так сильно, что казалось, онао вот-вот треснет.