Читать книгу Клуб тридцать пять. Симона (Мария Николаевна Чирок) онлайн бесплатно на Bookz
Клуб тридцать пять. Симона
Клуб тридцать пять. Симона
Оценить:

5

Полная версия:

Клуб тридцать пять. Симона

Мария Чирок

Клуб тридцать пять. Симона

Глава 1


Дождь, ливший всю неделю, закончился. Солнце било в окна, и Симона, стоя у плиты, смотрела, как в турке поднимается кофе.

— Логично, — сказала она вслух. — Отпуск — дождь. Работа — солнце.

Она поставила турку на плиту — чуть громче, чем требовалось, — и тут же одёрнула себя. Громкость не имела значения. Она вообще ничего не значила.


Симона налила кофе, взяла вчерашний пончик и села за стол. Квартира была в порядке: две комнаты, новый ремонт, абонемент в фитнес-клуб оплачен на год вперёд. Всё соответствовало. Она соответствовала.


Отпуск ей не понравился. Не потому, что было скучно — скучно ей не бывало, — а потому, что в отпуске нечего было делать. Месяц она просидела дома, и за этот месяц в ней что-то сдвинулось. Сначала появились мысли о бессмысленности существования. Потом пропал аппетит. Потом она перестала отвечать на сообщения. Проницательная начальница, заметив начинающиеся изменения раньше самой Симоны и настояла на отпуске, но стало только хуже.


Она допила кофе, вымыла чашку и поставила её на полку, в ряд таких же идеально чистых чашек. Все они стояли на равном расстоянии друг от друга. Симона посмотрела на них и вдруг подумала: а если я уволюсь?

Мысль была чужой. Не её. Она проверила её, как проверяют странную монету на зуб: увольнение не имело причин. Работа хорошая. Обе. Платят хорошо. Начальство ценит. Да и потом, это ведь её предназначение, что она будет делать без него? Она — единственная в своём роде. Тогда откуда такая мысль?


В ванной Симона включила свет и посмотрела на себя. Отражение было правильным. Невысокая, стройная, со светлой кожей, которая сама по себе, без косметики, ровная, как бумага. Тёмные, почти чёрные глаза — единственное, что в ней выдавало нечеловеческое, но люди этого не замечали. Густые чёрные волосы до середины спины, блестящие, как вороновы перья. Всё на месте. Всё соответствует.


Она наложила патчи под глаза, хотя обычно кожа восстанавливалась сама. Под глазами залегли тёмные круги — следы месяца почти без сна. Симона поправила волосы, убрала их в хвост и улыбнулась отражению. Улыбка вышла правильной. Она всегда выходила правильной.

«Надо масочки поделать», — подумала Симона и сама удивилась. Масочки ей были не нужны. Но мысль уже появилась, и девушка не стала её прогонять. Пусть будет.


Застегнув чёрную кожаную косуху и надев наушники, Сима вышла из дома. Оседлав ближайший доступный электросамокат, она помчала в центр по давно привычному пути. Обычно путь от дома до работы занимал минут сорок, но сегодня она добралась быстрее. Завершив поездку, Сима спешилась и окинула взглядом родной офис. Стеклянное четырёхэтажное здание с вывеской «Центр Современных Технологий» приветливо отражало весеннее утро. Сима улыбнулась и вошла.


Внутри, как всегда, было спокойно. Неизменный мрачный охранник на входе кивнул в знак приветствия и без вопросов пропустил девушку. Интересно, он вообще разговаривает? За все эти годы Симона ни разу не слышала от него больше двух предложений. А она работает здесь с самого основания компании.


Из большого мраморного холла с панорамными окнами, диванами, картинами и пальмами в кадках вверх уходила широкая лестница, а направо – коридор. Там, на первом этаже, располагался колл-центр, отдел продаж и какие-то технические помещения, в которые Сима никогда не заглядывала.


– Ба! Кого я вижу! – услышала девушка приятный мужской голос, едва войдя в холл. – Ты вернулась?


Раскинув руки для объятий, ей навстречу вышел Давид — штатный юрист, высокий, с каштановыми вьющимися волосами и тёмными озорными глазами. Он широко улыбнулся, клыки блеснули в утреннем свете.

Симона обняла его. При людях он улыбался иначе — губы поджимал, клыки прятал. Но при ней не стал. Она своя.


– А ты чего тут? Ты же обычно позже всех приходишь.

– Как я мог пропустить твоё возвращение? Отметим? Я знаю неподалёку один неплохой ресторанчик. Расскажешь про отпуск за бокалом вина.

– Ты неисправим! – она по-дружески стукнула парня по плечу.

– А то! – весело ответил он.


Перебросившись ещё несколькими фразами, они разошлись. Давид наверх, Симона — к лестнице. И тут её потянуло. Не мысль, не решение — просто ноги сами понесли её вправо, в коридор первого этажа, туда, где она не была уже много месяцев. Симона остановилась. Зачем она туда идёт? Она никогда туда не заходит. Это нелогично.

Но она всё равно пошла.


В отделе продаж никого не было. Симона прошла дальше — в колл-центр. Большая зала, поделённая перегородками на ячейки: стол, кресло, компьютер с гарнитурой. Четыре ряда по четыре места. Здесь должно было быть шумно, но было пусто. Столы и мониторы покрывал ровный слой пыли, даже свет над ними не горел. Лишь в самом конце светились две офисные лампы, и слышался тихий разговор.


Сима подошла. В последнем ряду сидели трое. Услышав шаги, они обернулись и уставились на неё. Мужчины разного возраста и сложения. Синюшная кожа, впалые глаза и неспешные движения. Они не прятались — здесь не от кого было прятаться. И Симона засмотрелась.


— Здравствуйте, — сказала она.

— Здравствуйте, — ответили они вразнобой и продолжали смотреть.

— Я просто зашла поздороваться. Хорошего дня.

— Спасибо, — удивленно ответили операторы. — И вам.


Симона развернулась и ударилась плечом о перегородку. Один из мужчин тут же придержал её за локоть. Прикосновение оказалось ледяным. Она поблагодарила и поспешила на выход.

Желание здороваться резко пропало. Но осталось другое: она так и не поняла, зачем туда пошла. И почему ей показалось, что без масок — правильнее.


В раздумьях она поднялась на третий этаж, где находился – святая святых – кабинет директора. Симоне нужно было именно сюда.


Остановившись перед массивной дверью из чёрного дерева с позолоченной табличкой «Страж», девушка глубоко вдохнула, выдохнула и занесла руку, чтобы постучать. Однако, не успела она коснуться лакированной поверхности, как дверь сама собой распахнулась.


– Входи, – прозвучал из глубины спокойный, властный голос. Симона вошла.


Мягкий солнечный свет из больших панорамных окон во всю стену заливал роскошный кабинет. Справа у окна располагался зелёный оазис с пальмами, лианами и бог весть какими ещё цветами. Девушка залюбовалась им. Она не питала страсти к домашним растениям, но не засмотреться на такую красоту было невозможно.


Слева от окна, в большой кадке, стояло экзотического вида дерево. Напротив окна, оставляя позади себя этот импровизированный сад, стоял царь кабинета – массивный рабочий стол из чёрного дерева, в тон двери. Большое кожаное кресло за ним пустовало. Сима перевела взгляд вправо. Там, на стене, среди полок с книгами находилась неприметная дверь. Она всегда была закрыта, и что находилось за нею, никто не знал. Правее от неё висело зеркало в старинной, дорогой раме. В нём отражался небольшой чёрный кожаный диван для посетителей и чайный столик перед ним. Диван располагался напротив директорского стола, но, как всегда казалось Симе, слишком далеко от него. На столике стояли две чашки с дымящимся кофе и конфеты. Но директора нигде не было. Девушка сделала пару шагов к столику с чашками и замерла в нерешительности.


– Эм. Доброе утро? – негромко поздоровалась она.

Никого. Симона ещё раз оглядела кабинет. Большая хрустальная люстра, свисающая с высокого потолка в центре комнаты, весело переливалась в лучах утреннего солнца и, казалось, посмеивалась над посетительницей. Картины, висящие на левой стене, никак не помогали.


«Интересно, это копия или оригинал? – неожиданно подумала Сима, глядя на стекающие часы на картине. – Вполне может быть оригинал. Надо будет спросить».


– Эй! Есть тут кто-нибудь? – чуть громче позвала девушка. – Алло?

– Да есть, есть. Не кричи, – раздалось рядом.


Из-за густой зелени оазиса вышла хозяйка кабинета с пульверизатором в руках. Роскошная, властная женщина. Ростом чуть выше среднего, она обладала подтянутой, если не сказать суховатой фигурой, и моложавым, ухоженным лицом – наверняка не обошлось без пластики. Она не выглядела угрожающе, не давила, никогда не повышала голоса, но, едва войдя в помещение, заполняла собой всё пространство. Люди, находясь рядом с ней, чувствовали благоговейный трепет. Её хотелось слушать, ей хотелось подчиняться. И как только ей это удаётся?


Поставив пульверизатор на стол, она отряхнула идеально сидящий — и наверняка очень дорогой — костюм, поправила волосы и радушно улыбнулась. Из идеальной укладки пепельных волос выбилось несколько прядок.


– Привет! Как отпуск? Хорошо отдохнула? Выглядишь гораздо лучше.

Сима промычала что-то неразборчивое и неопределенно пошевелила рукой.

– Садись. Будешь кофе?


Страж первой проследовала к дивану. Сима аккуратно опустилась с другой стороны.


– Ну, рассказывай, – сказала директор, отправив в рот первую конфету.

– Да, нечего особо рассказывать, – пожала плечами Сима.

– Ты что, нигде не была? – искренне удивилась госпожа директор.

– Нет.

– Да ну?! Совсем-совсем? – проницательные бледно-голубые глаза начальницы округлились. – Зря! Путешествия помогают отвлечься. Я вот обожаю путешествовать, – она надкусила вторую конфету.

– Ну, мне не хотелось суеты, – словно оправдываясь, проговорила Сима и отпила кофе.

– Ладно, – примирительно ответила женщина. – Как ты себя чувствуешь?


И вот тут Сима замерла. Она знала, что нужно ответить. «Хорошо». Это был правильный и единственный ответ. Она всегда так отвечала — и это всегда было правдой. Она хорошо себя чувствовала. Она вообще всегда чувствовала себя хорошо, потому что чувствовать себя плохо было нелогично. Всё соответствовало.

Но сейчас это слово не подходило. Внутри было что-то другое. Не плохо и не хорошо, просто иначе. Не так, как раньше.


— Хорошо, — наконец выдавила Симона и услышала, как неправильно это прозвучало.

Страж внимательно посмотрела на неё. В бледно-голубых глазах не было ни тени удивления. Она знала. И всё равно ждала ответа.

— Я просто устала, — добавила Сима. — Не знаю, что на меня тогда нашло. Прости.

— Ничего, — успокаивающе сказала Страж. — Бывает.


Она сказала это так, будто всё объяснила. Но Сима знала: не объяснила. Они обе понимали это и обе молчали. Между женщинами повисло что-то невысказанное и тяжёлое, как мокрое пальто.


И тут Симона вдруг вспомнила его. Костю. Он был как заноза, которую забываешь, а потом снова чувствуешь под кожей. Она вспомнила его улыбку. То, как он смотрел на неё — спокойно, без страха, будто видел не маску, а что-то другое, чего она и сама в себе не знала.


Два месяца назад его имя попалось ей в списке. Симона словно запнулась за него. Впервые в жизни. Но сделала свою работу, как и всегда.

Правда осталось послевкусие. Противное и горькое, оседающее пеплом на языке. И сны. Эти невозможные сны, в которых он собирал для неё полевые цветы и что-то говорил, а она не могла запомнить. Откуда? Такие, как она, не видят снов.


Вначале Сима хотела рассказать о них Стражу, ведь кому, как ни ей, могла быть известна причина их появления. Но не рассказала. Почему? Она и сама не знала. А теперь смотрела на начальницу и думала: знает ли она про сны? И если знает, то почему молчит?


— Ладно, — Страж отставила чашку. — Зайди в отдел, там новые задачи появились. Тебе понравится.

— Госзаказ? — лукаво прищурилась Сима.

— Да. Будет уникальное приложение, которого в мире ещё ни у кого нет. Все бумажки, справки, заявления можно будет делать из дома. — Страж подмигнула.

— Вау!

— Угу. Ну, беги. Новый список я тебе вышлю.

Сима поднялась. В зеркале на стене она на секунду встретилась взглядом с собственным отражением — и показалось, что отражение смотрит на неё с вопросом. Она отвернулась.


— Симона, — окликнула её Страж у двери. — Если что-то не так — ты знаешь, где меня найти.

Сима кивнула и вышла. Она спустилась на второй этаж — туда, где находилось её официальное рабочее место.


В отделе IT было немноголюдно — большинство работали удалённо. Начальник отдела Николай Степанович встретил её радушно. Пухлый, невысокий мужчина с залысинами и в круглых роговых очках. Он не отличался красотой, зато обладал необыкновенной харизмой и добрым нравом, за который его любили все — и коллеги, и женщины. Он то и дело поправлял левое плечо свободной рукой, будто рукав пиджака всё время сползал.


— Симочка! Ты вернулась! — он всплеснул руками и левая рука едва не выпала из рукава. Николай Степанович смутился и вернул многострадальную конечность на место. — Прости, прости. Всё никак не привыкну.


Сима улыбнулась. Такое случалось часто. Рука выпадала с тех самых пор, как во времена революции он столкнулся в переулке с враждебной толпой. Профессор НИИ, образец буржуазной интеллигенции — революционеры не пощадили его.


При Страж Николай Степанович всегда держал руку в кармане или за спиной, а без неё — позволял себе расслабиться. Здесь, в отделе, все были своими, но правила оставались правилами: маски снимались только в отсутствие начальства.


— Как отпуск? — спросил он, усаживаясь напротив. — Куда ездила?

— Никуда.

— Совсем? — он искренне, по-детски расстроился. — А я так надеялся послушать. Я же сам никуда не выезжаю — всё работа, работа. А путешествия люблю. Правда в последние годы только через чужие рассказы и телевизор. — Николай Степанович грустно улыбнулся.


Он предложил Симоне чаю и подробно рассказал о новом заказе. Глаза его горели детским азартом, а левая рука во время жестикуляции так и норовила выпасть. Он поправлял её уже не смущаясь.


Сима слушала и кивала. Приложение действительно было интересное: записаться к врачу, подать заявление, узнать о льготах — всё это можно будет делать из дома.


— Ты справишься, — сказал Николай Степанович уверенно. — Ты у нас единственная в своём роде.

Сима улыбнулась. Она слышала это часто и это было правдой.

— Спасибо, Николай Степанович.

— Ну, беги. Задание я тебе уже отправил на почту.


Она вышла из отдела и только тогда поняла, что всё это время думала не о приложении. Мысли были где-то далеко. Там, где поле, полевые цветы и человек, которого она убила.


По дороге домой ей позвонили. Она посмотрела на экран — «Лина» с двумя сердечками, которые та сама и поставила, — и ответила. Понимая, что это надолго, Сима остановилась, слезла с самоката и, припарковав его у какого-то магазина, пошла пешком.


– Привет! Я знаю, что ты вечно занята, поэтому звоню заранее, – начала Лина деловитым тоном. – Если помнишь, в эту субботу у меня день рождения, и я тебя жду. Отговорки не принимаются!


Сима слушала и смотрела на афишу у магазина — светловолосая девушка в платье с длинными широкими рукавами, похожими на крылья, улыбалась с плаката. Известная фолк-певица. Лина бы такое оценила.


– Э-э-э… – протянула Сима, будто бы растерявшись от её напора.

– Никаких возражений! В субботу в шесть в «Амбаре», – строго сказала Лина и добавила уже гораздо мягче, заискивающе: – Ты же придёшь?

– Конечно приду, куда я денусь.

– Ура! Кстати, что ты будешь есть? Я хочу составить нормальное меню с учётом ваших пожеланий.

– Да не знаю, на твоё усмотрение, – рассеянно ответила Симона, разглядывая афишу.


Лина тараторила про гостей, про меню, про то, какое платье надеть. Сима слушала вполуха и кивала — так, как кивают люди, когда им неинтересно, но они не хотят обидеть. Люди.

Она знала почти всех, кто будет на празднике. Помнила их имена, лица, даже могла поддержать разговор. Забавные, суетливые, трогательные в своей вере, что их жизнь что-то значит. Как обезьянки в зоопарке.


И вдруг — без всякой причины — она снова вспомнила Костю. Как он смотрел на неё, какое тепло излучал. «Положительный» — так называют таких людей. Он был положительным.

Сима моргнула. Афиша с певицей вернулась в фокус. Лина всё ещё говорила — кажется, про торт.

— ...ты меня слушаешь? — донеслось из трубки.

— Да, конечно, — сказала Сима. — Торт. Да. Я приду.

— Ура! — Лина, кажется, поверила. Люди всегда верили. — Тогда до субботы! Целую!


Сима отключилась и посмотрела на телефон. Костя. Почему она опять вспомнила его?

Сунув телефон в карман Симона пошла дальше. Солнце всё ещё светило, люди спешили мимо по своим очень важным делам, и никто из них не знал, кто именно идёт рядом с ними.


Уже рядом с домом её телефон пиликнул — пришло уведомление о новом письме. Сима открыла почту — письмо от Стража. «Новое задание» было написано там. Список жертв прилагался.

Глава 2


Бегло просмотрев в телефоне список жертв, Сима увидела в нем знакомое имя. Андрей, приятель Лины. Она знала его. Он работал фотографом, увлекался мотоциклами и, если она правильно помнила, следующей зимой собирался в Таиланд. Ну, или куда-то туда. Если Андрей в списке, значит… Она закрыла письмо. Потом. Не сейчас.


Симона открыла письмо от Николая Степановича и занялась своей основной работой. Она проверяла приложение, нажимала на кнопки, запрашивала данные, умышленно делала ошибки и всячески издевалась над программой, которой через несколько месяцев предстояло выйти в свет.


А тем временем в огромном пустом зале с тёмными каменными колоннами во всём своём величии, сидела Страж. Она была одета в тёмное, богато украшенное одеяние и восседала на роскошном чёрном троне, к которому вели три ступеньки. Трон был искусно украшен черепами. Нахмурив брови, Страж взирала на стоящего перед нею призрака, который уже пять минут просил пустить его в мир живых.


– Но я настаиваю! – решительно заявил он.

– Что конкретно ты от меня хочешь? – устало вздохнув, спросила Страж.

– Организуй нам встречу. Да, я знаю, что это запрещено, мёртвым нельзя видеться с живыми и всё такое. Но для меня это очень важно! Я должен сказать это Симе. Должен, понимаешь?


Страж задумчиво побарабанила пальцами по подлокотнику. Он приходил к ней уже не первый раз с одной и той же просьбой. Беспокойный парень. Конечно, если у души остались на земле незавершённые дела, она не сможет упокоиться, это все знают. Но этот дух придумал себе дело уже после смерти и теперь никак не хотел утихомириваться. Прямо ненормальный какой-то!


– И после этого ты, наконец, угомонишься?

– Да.

– Хорошо, Костя. Я организую вам встречу, а ты…

– Э, нет! Подожди! – призрак замахал руками, останавливая её. Никакого уважения! – Ты организуешь нам встречу в спокойной обстановке и без посторонних.

– Ну, допустим. – сказала Страж голосом человека, теряющего терпение.

– У меня должно быть достаточно времени, чтобы поговорить с ней, и нам никто не должен мешать.

– Ладно. Что-то ещё? – женщина высокомерно изогнула бровь.

– Так, мы встретимся, я всё скажу, нам никто не помешает… – забормотал парень, загибая пальцы и стараясь ничего не упустить. – А! И это произойдёт в течение десяти земных дней! Отсчёт с этого момента. Вот. Теперь всё.

– Это всё? – холодно спросила Страж. – Точно?

– Да! – горячо воскликнул призрак.

Она глубоко вздохнула, будто сдерживая раздражение, и произнесла:

– Да будет так! Когда придёт время, я вызову тебя, а теперь ступай.


В тот же миг за спиной Кости возник портал, напоминающий большую туманную воронку, и затянул его.


– Как дети, ей-богу, – сказала Страж, устало сжав пальцами переносицу.


Она встала, спустилась с трона и вышла через неприметную боковую дверь. За дверью оказался маленький, совершенно пустой коридор с белыми стенами.

– Хм, настаивает он! Дурачок, – буркнула Страж, открывая другую дверь. Одеяние тут же сменилось деловым костюмом.


Было уже за полночь, когда Симона со слипающимися глазами встала из-за компьютера. Она добрела до постели, разделась и рухнула на кровать.


Но сон не шёл. Странно, почему так происходит? Она ведь валилась с ног от усталости, а теперь не может уснуть. Но вставать было лень. Девушка плотно сжала веки.


Вдруг ей показалось, что в комнате кто-то есть. Словно какой-то силуэт мелькнул в темноте. По спине пробежал холодок. Сердце забилось быстрее, чувствуя приближающуюся опасность. Симона попыталась открыть глаза, но не смогла. Веки отяжелели, будто их удерживали невидимые руки. Пошевелиться тоже не вышло — тело больше не слушалось её. Сима лежала в собственной постели безвольной куклой, ожидающей палача. Она не могла издать ни звука, не могла пошевелить мизинцем и даже открыть глаза.


«Ну нет, я так просто не сдамся!» – подумала девушка и что есть силы напрягла веки.

Наконец, ценой неимоверных усилий, ей удалось приоткрыть глаза.


Она по-прежнему была в своей комнате. Никого не было. Не было даже звуков, только гнетущая тишина. В этой тишине темнота комнаты казалась зловещей. Она едва различала очертания предметов. Краем глаза Сима уловила какое-то движение в углу. Сфокусировавшись, она разглядела тени. Они не имели чётких очертаний и казались сотканными из самой тьмы.


Медленно, тягуче они приближались к Симоне. Плотная, осязаемая тьма клубилась в углу, рождая всё новые и новые силуэты. Что им нужно?


Тени окружили девушку плотным кольцом. Сердце Симоны колотилось где-то в горле, на лбу проступил холодный пот, пальцы онемели. Она чувствовала, как слабеет, но не могла даже пошевелиться. Казалось, ещё немного, и тьма поглотит её целиком, не оставив ни кусочка.


Вдруг тени замерли. И в этой мёртвой, пугающей тишине Сима услышала жуткий, едва различимый шепот:

– Тебе не убежать.

Страх достиг пика. Волосы на голове и теле встали дыбом. Сима вскрикнула, но из горла не донеслось ни звука. Она не могла даже открыть рта, оставалось только смотреть.


И в этот момент, когда древний, первобытный ужас полностью захватил сознание, вытеснив оттуда всё рациональное, в этот самый момент тени посыпались. Они рассыпались, словно пепел, опадая вниз, но не оставляя следов. Это было пугающе и обнадеживающе одновременно. Вслед за ними посыпалась и комната, а затем к Симоне снова вернулись звуки и способность двигаться.


Судорожно вздохнув, будто вынырнув из воды, девушка проснулась и, испуганно распахнув глаза, резко села на постели. Руки дрожали. Она сжала их в кулаки, чтобы унять дрожь, но это не помогло. Это было странно. Она не помнила, когда её тело дрожало в последний раз.


Сима взглянула на часы — пять утра. На кухне тихо гудел холодильник, с улицы доносились приглушённые звуки автомобильных сигналов.

– Фу ты, чёрт! Приснится же такое, – пробормотала Сима, пытаясь унять бешено колотящееся сердце и успокоить дыхание. Было приятно осознать, что она всё-таки может говорить.


Несмотря на то, что было ещё слишком рано, Симона встала и на дрожащих ногах прошла на кухню. Спать в ближайшее время она точно не планировала. Поставив кофе, девушка задумалась. А почему, собственно, ей вообще что-то приснилось? Так не должно быть. Сны видят люди, это способность души, но она-то здесь при чём? Странно, очень странно. Может, спросить у начальницы? Если кто-то и может объяснить происходящее, то только она.


Симона едва дождалась восьми утра. Полная решимости рассказать Стражу о снах, она отправилась в офис. Но едва она переступила порог, слова застряли в горле.


– О, Симона! Доброе утро. – сказала Страж. – Проходи, мы как раз говорили о тебе.

– Мы? – удивилась Сима.


На чёрном кожаном диване для посетителей сидела та, кого Сима никак не ожидала сегодня увидеть. Да и вообще надеялась больше никогда не встретить. Та самая фолк-певица, афиши с которой были расклеены по всему городу. Алконост.


– У неё гастроли в нашем городе, – сказала Страж. – Вот, зашла проведать. Присоединишься?

– Алконост, – сквозь зубы выдохнула Симона.

– Привет! – блондинка тут же подскочила и с широкой улыбкой устремилась навстречу Симе. – Дорогая, я так рада тебя видеть!


Она хотела заключить Симону в объятия, но та увернулась. Алконост убрала руки, будто ничего не случилось, и защебетала:

– Ой, ну как же я рада! Это ж сколько лет мы с тобой не виделись?

– Семьдесят девять, – сквозь зубы ответила Сима.

– Семьдесят девять! – восторженно повторила Алконост. – А я и не заметила! Среди людей время так быстро летит! А помнишь, как мы жили в Эдемском саду? Вот было время! А помнишь, перед тем как переселиться сюда, мы с тобой…

bannerbanner