На поле только ты

Телефон, лежавший рядом на сиденье, завибрировал.

Роберт.

Она несколько секунд смотрела на экран, но так и не ответила.

Звонок закончился.

Через минуту начался новый.

Потом еще один.

Потом еще.

Она даже не считала, сколько раз на экране появлялось его имя.

Когда звонки наконец прекратились, телефон снова загорелся.

На этот раз звонила Кэсси.

Лора прикрыла глаза и тяжело выдохнула.

Все было именно так, как она и предполагала. Роберт не смог до нее дозвониться и сразу обратился к единственному человеку, который, по его мнению, мог знать, где она находится.

Он ошибался.

Кэсси действительно ничего не знала.

Именно поэтому Лора ничего ей не сказала.

Она слишком хорошо знала подругу. Та никогда не смогла бы соврать Роберту, особенно если бы услышала в его голосе тревогу.

Экран снова вспыхнул.

Снова Роберт.

Лора осторожно взяла телефон в руки, несколько секунд смотрела на фотографию, появившуюся во время вызова, после чего выключила устройство.

Она понимала, что это побег.

И все равно продолжала ехать в аэропорт.

Самолет плавно оторвался от земли, оставляя далеко внизу город, который за последние месяцы стал совсем другим.

Лора прислонилась лбом к холодному стеклу иллюминатора и смотрела, как улицы постепенно растворяются среди облаков.

Перед глазами сами собой всплывали события последних месяцев.

Самая первая тренировка, когда она была уверена, что футбол создан исключительно для того, чтобы мучить людей.

Роберт, заставлявший ее снова и снова подниматься после каждого падения.

Этан, который смеялся даже тогда, когда вся команда едва держалась на ногах после тяжелых тренировок.

Маркус, бесконечно споривший с защитниками.

Ноэль, Рафаэль, Лукас, Алекс, Виктор, Леонардо и Дэниел, которые постепенно перестали видеть в ней знаменитую певицу и начали воспринимать как часть своей семьи.

Лора улыбнулась, вспомнив маленькие талисманы, которые однажды сделала для каждого из них.

А потом перед глазами возник тот самый финал.

Она снова услышала рев стадиона.

Увидела тысячи поднятых вверх шарфов.

Вспомнила, как первые строки песни эхом разлетелись над трибунами, а спустя несколько секунд десятки тысяч людей начали петь вместе с ней.

Она тогда еще не понимала, что происходит.

Не понимала, что этот вечер изменит не только ее жизнь.

После финала песня словно перестала принадлежать ей.

Ее включали перед матчами.

Ее пели болельщики.

Под нее выпускали лучшие футбольные моменты сезона.

Ее напевали дети, играя во дворах.

Через несколько недель журналисты перестали называть композицию новым хитом.

Теперь все говорили одинаково.

Это гимн футбола.

Лора закрыла глаза.

Еще совсем недавно она не понимала, почему люди готовы жить этой игрой.

Теперь она улетала именно потому, что футбол незаметно стал частью ее собственной жизни.

Через несколько часов самолет начал снижаться.

За иллюминатором появился Элианор.

Белоснежный курортный город, раскинувшийся вдоль побережья Изумрудного моря, сиял под лучами заходящего солнца. Дорогие яхты медленно покачивались в гавани, узкие улочки утопали в цветущих деревьях, а роскошные отели возвышались над набережной, где люди неспешно гуляли, совершенно не подозревая, что сегодня сюда прилетела девушка, чью песню уже пел весь футбольный мир.

Именно здесь Лора надеялась наконец найти тишину.

Лора вышла из отеля, даже не представляя, куда именно идет. Впервые за долгое время ей не нужно было смотреть в расписание, проверять время репетиции или думать, успеет ли она добраться до очередной встречи. Она просто шла вперед, позволяя Элианору самому вести ее.

Вечер постепенно опускался на город, окрашивая белоснежные фасады домов в теплые золотистые оттенки. На набережной уже зажглись фонари, вдоль моря медленно прогуливались люди, а из небольших ресторанов доносились смех, звон бокалов и негромкая музыка. Лора ловила себя на мысли, что впервые за последние месяцы слышит обычный человеческий шум, а не рев стадиона или оглушительный крик фанатов за сценой.

Она свернула с главной улицы на более тихую, где практически не было людей. Каменная мостовая блестела после вечернего полива, витрины дорогих бутиков постепенно гасли одна за другой, а впереди уже виднелась небольшая площадь с фонтаном.

Лора шла по узкой улочке, подняв голову и разглядывая старинное здание с широкими арками и резными балконами. Она не заметила человека, который быстрым шагом шёл ей навстречу, пока не столкнулась с ним. Настолько неожиданно, что мгновенно потеряла равновесие. Земля буквально ушла из-под ног, и, пытаясь удержаться, Лора инстинктивно схватилась за чёрный ремень спортивной сумки, висевшей у незнакомца через плечо. Ткань натянулась. Парень резко остановился.

Лора подняла глаза и поняла, кто перед ней. Высокий, широкоплечий, в тёмной футболке, обтягивающей рельефные плечи, и спортивных штанах. Светлые волосы, небрежно растрёпанные, и ярко-зелёные глаза, которые смотрели на неё с явным раздражением. Он был чертовски красив. Но это не имело значения.

— Ты вообще смотришь, куда идёшь? — спросил он резко, снимая её руку с ремня.

Лора быстро пришла в себя, распрямилась и посмотрела на него с вызовом.

— Я смотрела на здание, а не на тебя. Это не повод орать на меня.

— Ты вцепилась в мою сумку.

— Я пыталась удержаться. У тебя проблемы с пониманием очевидного?

Он смерил её взглядом, оценивающе и медленно. От его внимания не укрылось, как она пытается казаться уверенной, хотя внутри явно бушует буря. В углах его губ мелькнула ироничная усмешка.

— Ты всегда такая дерзкая, или только когда врезаешься в незнакомцев?

— Только когда они ведут себя как мудаки.

Он хмыкнул, заинтригованный, но ничего не сказал. Просто посмотрел на неё ещё пару секунд, изучая, потом развернулся и пошёл в сторону отеля, который был прямо через дорогу. У самого входа он на мгновение обернулся.

— Удачи тебе, дерзкая. Ты приехала в Элианор в самый неподходящий сезон.

Лора усмехнулась ему в спину, проводила взглядом и направилась к своему отелю

Лора закрыла за собой дверь номера и на мгновение замерла, прислушиваясь к тишине. В отеле было спокойно — только лёгкий шум кондиционера и далёкий гул города за окном. Она прошла вглубь комнаты, бросила сумку на кровать и подошла к панорамному окну. Океан простирался до горизонта, переливаясь на закате золотом и медью.

Она стояла так несколько минут, глядя на воду, и чувствовала, как внутри понемногу отпускает. Здесь никто не знал её. Никто не ждал от неё выступлений, улыбок или идеальных ответов. Здесь она могла быть просто Лорой. Просто женщиной, которая устала и приехала дышать.

Но внутри всё ещё болело. Она закрыла глаза, и перед ней снова всплыло то видео. Его спина. Её руки. Как она касалась его, а он не убирал их. Почему? Почему он не оттолкнул её? Почему он позволил это сделать? Она сжала подоконник так, что побелели костяшки.

«Не думай об этом», — сказала она себе.

Она отошла от окна, взяла телефон. На экране снова горели пропущенные звонки. Роберт. Ещё двадцать три. Сообщения. Она не открывала их. Она просто смотрела на его имя и чувствовала, как внутри закипает злость и боль одновременно. Она перевела телефон в беззвучный режим, засунула его в сумку и пошла в душ.

Горячая вода стекала по телу, смывая усталость и пот после долгого дня. Она стояла под струями, закрыв глаза, и пыталась не думать. Просто чувствовать воду. Тепло. Тишину.

Лора вышла из душа, накинула лёгкое платье и почувствовала, что не может оставаться одна. Комната давила. Ей нужно было выпить. Забыться. Она спустилась в бар отеля, села у стойки и заказала виски. Двойной.

Бармен молча налил. Она выпила залпом. Потом ещё. Каждый глоток обжигал горло и заставлял забыться на мгновение. Она сидела, сжимая стакан, глядя в одну точку. В голове шумело. Она говорила громко, почти крича:

— Ты понимаешь? Он просто сидел. С ней. И ничего не делал! Я Лора Моралес! Я певица! А он променял меня на эту... актрису!

Её голос разносился по бару. Кто-то смотрел на неё с удивлением, кто-то с раздражением. Ей было всё равно.

В углу сидел тот самый парень, с которым она столкнулась на улице. Он пил виски и наблюдал за ней с лёгкой усмешкой. Лора заметила его. Она встала из-за стойки, пошатываясь, и направилась к нему. Остановилась прямо перед ним, глядя в его зелёные глаза.

— Ты что, развлекаешься? — спросила она, и голос дрожал.

— Не каждый вечер в моём баре появляется сама Лора Моралес, которая выкрикивает имя мужика, — усмехнулся он.

— Ты ничего не знаешь, — выдохнула она.

— Тогда расскажи.

Лора смотрела на него. Она хотела сказать что-то резкое, колкое, но слова застряли в горле. Она просто стояла, глядя на него, чувствуя, как внутри всё бурлит. Его зелёные глаза смотрели на неё спокойно, даже с каким-то любопытством. Но в них не было насмешки. Просто ожидание.

— Зачем тебе это? — спросила она тихо.

Он пожал плечами.

— Скучно здесь. А ты — интересная.

Она хмыкнула, покачала головой, развернулась и пошла к выходу, пошатываясь. Горячий воздух ударил в лицо, когда она вышла из бара. Она замерла на мгновение, закрыла глаза. Она была пьяна. Зла. Разбита. Но она знала — она не сделала ничего, о чём бы жалела завтра.

Она пошла к лифту, зашла в кабину и нажала кнопку своего этажа. Она посмотрела на себя в зеркало и усмехнулась:

— Лора, ты гений. Ты приехала забыть, а уже успела вляпаться в историю с незнакомцем.

Она закрыла глаза и прислонилась к стенке, чувствуя, как алкоголь начинает отпускать, оставляя только усталость и пустоту.

Лора уже лежала на кровати, глядя в потолок, когда в дверь постучали. Она не хотела открывать. Думала, что это персонал или кто-то из гостей, перепутавших номер. Но стук повторился — настойчивый, громкий. Она встала, подошла к двери и распахнула её.

На пороге стоял он. Тот парень с зелёными глазами. В одной руке бутылка дорогого виски, в другой — два чистых стакана. Он был одет в чёрную рубашку, расстёгнутую на две пуговицы, и тёмные брюки. Светлые волосы были слегка растрёпаны, а на губах играла та самая наглая усмешка.

— Ты так резко ушла, — сказал он, чуть наклонив голову. — А мы не допили.

Лора смотрела на него. Хотела сказать, что не хочет никого видеть. Но почему-то не сказала.

— Заходи, раз пришёл, — ответила она, отступая вглубь номера.

Он вошёл, не спрашивая разрешения. Оглядел номер, словно оценивая, и поставил бутылку на столик. Затем сел в кресло, закинув ногу на ногу, и жестом указал на диван напротив.

— Садись, — сказал он так, будто был здесь хозяином.

Лора усмехнулась, но села.

— Ты всегда такой наглый?

— Только когда встречаю интересных людей, — ответил он, разливая виски по стаканам.

Она взяла стакан, сделала глоток. Горячая жидкость обожгла горло, разлилась теплом внутри.

— А ты, значит, считаешь меня интересной?

— Ты сама Лора Моралес. Ты приехала в этот город, чтобы сбежать от мира. Ты напиваешься в баре и кричишь о мужике, который тебя предал. Это интересно.

— Ты следил за мной?

— Нет, — он усмехнулся. — Но ты очень громкая, когда пьяна.

Она хотела огрызнуться, но не стала. Вместо этого она взяла бутылку и налила себе ещё.

— Ты пришёл, чтобы выпить со мной или чтобы прочитать мне лекцию?

— Чтобы выпить, — ответил он, поднимая стакан. — И заодно понять, что за человек скрывается за этим шумным фасадом.

Они пили. Молча. Потом он вытащил из кармана колоду карт и положил на стол.

— Хочешь сыграть? — спросил он.

— В карты? — она подняла бровь.

— Боишься проиграть?

— Я не проигрываю.

— Тогда докажи.

Она усмехнулась и взяла карты. Они играли несколько раундов. Он выигрывал. Легко. Она злилась, но продолжала. Он не давал ей выиграть, даже не пытался смягчить игру. Он был жёстким, быстрым, и она чувствовала, как он доминирует в каждой партии. Это бесило её. Но почему-то нравилось.

— Сдаюсь, — сказала она, откидывая карты.

— Так быстро? — усмехнулся он.

— Ты жульничаешь.

— Я просто играю лучше, — он пожал плечами. — Но ты проиграла. А значит, должна выполнить моё желание.

Она напряглась.

— Какое?

Он посмотрел на неё, и его взгляд стал серьёзным.

— Потанцуй для меня. Здесь. Сейчас.

— Ты серьёзно?

— Я никогда не шучу, когда побеждаю.

Лора хотела отказаться. Хотела сказать, что это глупо. Но внутри неё было что-то, что заставляло её встать. Может быть, виски. Может быть, его взгляд, который не оставлял выбора.

— Хорошо, — сказала она, подходя к мини-системе.

Она включила музыку — медленную, чувственную. Затем встала на столик и начала танцевать. Она двигалась под музыку, не стесняясь его. Платье скользило по телу, волосы развевались. Она чувствовала его взгляд — тяжёлый, пристальный. Он не отрывался от неё ни на секунду. Его глаза следили за каждым её движением, и в них не было похоти. Только власть. Только одержимость.

Она закончила, тяжело дыша, и спрыгнула со стола. Подошла к нему, остановилась вплотную.

— Теперь скажи своё имя, — сказала она.

Он не отстранился. Взял её за руку и притянул чуть ближе.

— Лукас, — сказал он, глядя ей в глаза. — Лукас Морено. И запомни это имя, Лора. Ты ещё услышишь его.

Она высвободила руку, но не отошла.

— Ты слишком самоуверенный.

— Я просто знаю, чего хочу, — сказал он. И сделал глоток виски, не отрывая от неё взгляда. — А теперь иди спать. Завтра будет новый день. И новый разговор.

— Я не собираюсь с тобой разговаривать завтра.

— Собираешься, — усмехнулся он. — Ты слишком любопытна, чтобы не прийти.

Он встал, подошёл к двери и обернулся.

— До завтра, Лора.

Он закрыл за собой дверь. Лора осталась одна, глядя на пустой стакан. Она не знала, что с ним делать. Но внутри неё было странное чувство — возбуждение, смешанное с раздражением. И почему-то она знала, что он прав. Она не сможет просто забыть о нём.

Лора проснулась от того, что солнечный свет пробивался сквозь шторы. Голова гудела после вчерашнего, но она заставила себя встать. Она подошла к зеркалу и посмотрела на себя. Взлохмаченные волосы, следы вчерашнего макияжа, уставшие глаза. Она выглядела так, будто её переехал грузовик. Она зашла в душ, долго стояла под горячей водой. Затем привела себя в порядок: нанесла макияж, уложила волосы, надела лёгкое светлое платье. Она выглядела как Лора Моралес. Уверенная, собранная, готовая к новому дню.

Она села на кровать, взяла телефон. Не хотела, но пальцы сами открыли новостную ленту. Первый же заголовок ударил по глазам: «Лора Моралес и Роберт Вальтер — слухи и реальность». Ниже была фотография. Роберт и Эла на мероприятии. Она стояла рядом, улыбалась в камеру и держала его под руку. Он смотрел прямо в объектив, без эмоций. Не убирал её руку.

Лора пролистала комментарии. «Они такие красивые вместе». «Роберт и Эла — идеальная пара». «А что там с Лорой? Она же уехала».

Она сжала телефон, чувствуя, как внутри закипает злость. Она отбросила его в сторону, встала и вышла из номера.

Она спустилась в холл, вышла на улицу и пошла вдоль набережной. Солнце уже припекало, ветер трепал волосы. Она шла, не разбирая дороги, пока не остановилась у небольшого кафе у самого моря. Села за столик, заказала кофе и уставилась на воду.

Через несколько минут рядом кто-то сел. Она подняла голову. Лукас. Он смотрел на неё с той же наглой усмешкой, что и вчера.

— Ты специально меня ищешь? — спросила она.

— А ты всегда такая колючая по утрам? — ответил он.

— Только когда кто-то садится за мой столик без спроса.

— Ты сидишь в моём любимом кафе, так что считай, что мы квиты.

Она не ответила, просто отвернулась к морю. Он ничего не сказал, просто сидел рядом и молчал. Не пытался заговорить, не лез с расспросами. Просто был рядом. И почему-то это было лучше, чем пустота.

Через несколько минут он заговорил.

— Ты сегодня выглядишь лучше, чем вчера.

— Спасибо, — сухо ответила она.

— Но всё равно так, будто хочешь кого-то убить.

Лора посмотрела на него. Он не улыбался. Просто смотрел и ждал.

— Я устала, — сказала она наконец. — Устала от того, что меня обсуждают, используют, предают. Я хочу просто быть собой. Хотя бы здесь.

Он смотрел на неё несколько секунд.

— Тогда будь собой.

Она не знала, что это значит. Но в его словах не было жалости. Только что-то, что заставляло её чувствовать себя чуть менее сломленной.

Внезапно зазвонил телефон. Лора взглянула на экран. Роберт. Она сжала телефон в руке. Он звонил снова. И снова. Потом пришло сообщение. Она не открывала его. Затем начали звонить Кэсси, Этан, Маркус. Все они искали её. Она не могла ответить. Не могла говорить с ними.

Лукас смотрел на её лицо, но ничего не спрашивал. Ему было всё равно, кто ей звонит и почему она не отвечает. Ему просто нравилось смотреть на неё.

Она сжала телефон, чувствуя, как внутри всё закипает. Встала, подошла к краю пирса и, не раздумывая, швырнула телефон в воду. Он ударился о поверхность и скрылся под волнами.

Лукас подошёл к ней, встал рядом.

— Я свободна, — сказала она, глядя на воду.

Он ничего не ответил, просто взял её за руку и повернул к себе.

— Ты хочешь забыть? — спросил он.

— Да.

— Тогда пошли.

Она смотрела на него, на его зелёные глаза.

— Куда?

— Покажу тебе Элианор. Настоящий.

Они шли по узким улочкам Элианора. Лукас вёл её не спеша, иногда указывая на что-то рукой, но не объясняя. Лора просто шла рядом, вдыхая солёный воздух, чувствуя, как внутри становится легче.

Они остановились на небольшой площади у старой каменной церкви. Рядом шумел фонтан. Лукас сел на его край, достал пачку сигарет, щёлкнул зажигалкой и закурил. Лора подошла, не спрашивая, вытащила из пачки одну сигарету и сунула в рот.

Он посмотрел на неё, усмехнулся, но ничего не сказал. Просто поднёс зажигалку к её сигарете, и она прикурила, глядя на него через дым.

— Спасибо, — сказала она, выпуская дым в сторону.

— Не за что, — ответил он, затягиваясь своей.

Она села рядом, закинув ногу на ногу. Они курили молча, глядя на фонтан. Никаких вопросов, никаких объяснений. Просто двое людей, которые не нуждались в словах.

Лора чувствовала, как дым успокаивает нервы. Она смотрела, как он тает в воздухе, и думала о том, что в этом городе всё кажется другим. Даже время течёт иначе.

— Здесь можно забыть всё, — сказал он, не глядя на неё. — Даже то, что не хочется забывать.

— Значит, я приехала в нужное место, — ответила она, стряхивая пепел.

Он ничего не ответил. Просто докурил, потушил сигарету о край фонтана и встал.

— Пойдём, — сказал он, протягивая ей руку. — Я покажу тебе место, где закат выглядит так, будто мир горит.

Она взяла его руку, не раздумывая. Ей не нужно было знать, куда они идут. Она просто хотела быть здесь. И этого было достаточно.

Они шли по узким улочкам Элианора, и Лора чувствовала, как напряжение постепенно отпускает. Лукас вёл её через лабиринт старых домов, пока они не вышли к обрыву, нависающему над морем. Здесь ветер был сильнее, солёный воздух бил в лицо, а закат окрашивал небо в огненные оттенки.

Лора остановилась на краю, глядя вниз на бушующие волны. Она чувствовала, как ветер треплет волосы, как соль оседает на коже, как внутри неё что-то постепенно утихает. Он подошёл ближе, встал у неё за спиной, почти касаясь её, но не прикасаясь.

— Ты дрожишь, — сказал он.

— Это ветер, — ответила она, не оборачиваясь.

Он шагнул ещё ближе, положил руки на её плечи и развернул к себе. Его зелёные глаза смотрели на неё с такой интенсивностью, что она почувствовала, как сердце пропустило удар.

— Ветер тут ни при чём, — сказал он тихо.

Она смотрела на него, чувствуя, как его пальцы касаются её плеч, как жар от его тела проникает через ткань платья. Она не отстранилась. Она не хотела отстраняться.

— Чего ты хочешь, Лукас? — спросила она, и голос её был хриплым.

Он усмехнулся, но в этой усмешке не было наглости. Только напряжение.

— Я хочу, чтобы ты перестала думать о нём. Хотя бы на один вечер.

— Это не так просто.

— Я знаю, — сказал он, проводя рукой по её щеке. — Поэтому я помогу тебе забыть.

Она замерла от его прикосновения. Кожа горела там, где его пальцы касались её. Он наклонился ближе, но не поцеловал. Просто замер в миллиметре от её губ, давая ей выбор.

— Если ты не хочешь, скажи, — прошептал он. — Я уйду.

Она смотрела в его глаза. Ветер бил в лицо, закат горел за его спиной, и она чувствовала, как внутри что-то ломается. Она взяла его за рубашку, притянула к себе и поцеловала. Жёстко, жадно, вкладывая в этот поцелуй всю злость, всю боль, всё отчаяние, которое копилось внутри неё.

Он ответил. Его руки скользнули по её спине, прижимая к себе, и она почувствовала, как его пальцы впиваются в ткань платья. Поцелуй становился глубже, горячее, и она потеряла счёт времени. Она дышала им, чувствовала его запах — табак, ветер, что-то мужское, тёплое.

Когда они отстранились, тяжело дыша, она посмотрела ему в глаза.

— Я не обещаю, что это что-то значит, — сказала она.

— Я и не прошу, — ответил он, касаясь губами её шеи.

— Я хочу, чтобы ты забыла всё, — сказал он. — Забыла его имя. Забыла, как он выглядит. Помнила только мои руки.

Она не ответила. Она притянула его к себе, впиваясь пальцами в его волосы, вжимаясь в него. Он снова поцеловал её, грубо, жадно, и она почувствовала, как его язык скользнул в её рот, как он исследовал каждый её уголок. Его руки сжали её бёдра, приподнимая, и он усадил её на каменную стену обрыва.

— Будет больно, — сказал он, касаясь губами её шеи.

— Мне всё равно, — выдохнула она.

Он расстегнул молнию на её платье, стягивая ткань с плеч, обнажая кожу. Его губы коснулись её ключицы, спускаясь ниже, оставляя дорожку из поцелуев и укусов. Она впилась ногтями в его плечи, чувствуя, как его язык касается её груди, как его зубы сжимаются на соске. Она застонала, выгибаясь ему навстречу.

— Ты моя, — прошептал он, скользя рукой по её бедру. — Сейчас ты только моя.

Он был грубым. Его пальцы впивались в её кожу, оставляя следы, и она чувствовала, как каждый его укус, каждое прикосновение стирает воспоминания о другом. Его дыхание было горячим, его тело прижималось к ней, и она чувствовала, как его руки скользят под ткань, как он сжимает её бёдра, разводя их в стороны.

Он вошёл в неё резко, без предупреждения, и она закричала — от боли, от неожиданности, от удовольствия. Он не останавливался. Он двигался быстро, глубоко, сбивая дыхание, заставляя её тело изгибаться под ним. Его руки сжимали её талию, прижимая к себе, и каждый его толчок отдавался внутри неё волной жара.

— Смотри на меня, — приказал он, и она подчинилась.

Его зелёные глаза горели, и она чувствовала, как он смотрит в самую глубь её души. Он был грубым, но в этой грубости было что-то, что заставляло её чувствовать себя живой. Она сжимала его плечи, впиваясь ногтями в кожу, оставляя царапины.

— Ещё, — прошептала она, и он ускорился.

Каждый его толчок был резким, жёстким, и она чувствовала, как внутри всё сжимается и отпускает. Его руки сжали её грудь, пальцы сдавили соски, и она застонала громче, теряя контроль. Её тело дрожало, когда он сжимал её бёдра, входя в неё глубже, заставляя её чувствовать каждое движение.

— Я хочу, чтобы ты запомнила это, — прошептал он ей на ухо, и его голос был хриплым от желания. — Запомнила, как я касаюсь тебя.

Она не могла ответить. Она лишь чувствовала его руки, его дыхание, его тело, которое прижималось к ней. Он приближался, она чувствовала, как он двигается быстрее, глубже, и каждый его толчок заставлял её вздрагивать, издавать звуки, которые она никогда не слышала от себя.

— Сделай это, — выдохнула она, и он не заставил себя ждать.

Он кончил с глухим стоном, сжимая её талию так сильно, что она почувствовала его пальцы на своей коже. Она кончила следом, тело выгнулось, и она впилась ногтями в его спину, чувствуя, как волна удовольствия прокатывается по всему телу.

Тяжело дыша, он уткнулся лбом в её лоб

Лора и Лукас шли по вечернему Элианору, молча, но между ними не было неловкости. Ветер остывал, город зажигал огни. Они подошли к отелю, и Лора почувствовала, как внутри разливается странное спокойствие. Она просто была здесь, и этого было достаточно.

Они зашли в холл. Свет, прохлада, тихий гул голосов. Лора почти улыбнулась, но в следующую секунду замерла. У стойки администратора стояли они. Роберт. Эла. Этан. Маркус. Все они смотрели на неё