Сбой системы

- Это лимонад моего парня, вообще-то. Так что молчи давай.

- Ну ты и…

- Какая?

Он ничего не отвечает и с улыбкой качает головой, а она вытаскивает руку в окно, подставляя ладонь теплому ветру июля.

Это трудно объяснить холодным умом и логикой, но иногда двое чужих людей чувствуют, как расслабляются рядом друг с другом. И, видимо, это именно их случай... Он перестаёт всё время выпрямлять за рулём спину и контролировать свою улыбку, а она – почему-то задумчиво накручивает локон на пальчик и больше не смотрит в его сторону. А ещё... почему-то даже радуется, что Лера отказалась ехать с ними.

Они въезжают в её двор, когда солнце уже скрывается за соседними многоэтажками и сквер погружается в теплые летние сумерки. Несколько секунд они просто молчат и оба думают о своём. Он выдыхает, а она резким движением убирает волосы с лица и поднимает с пола свою сумку.

- Как там твой Эдик на экзамене? - произносит он серьёзным тоном.

- Очень даже хорошо. Отпустил за пять минут, а вот Лера после меня сидела долго.

- Ну, план твой, вроде, работает.

- Похоже на то, – она задумчиво смотрит в лобовое стекло. – Знаешь, мне его даже немного жаль.

- Брось. Мужик он взрослый, сам разберется.

- Понимаю, но... всё равно. Ничего плохого он ведь мне не сделал, так? – она поворачивается к нему без улыбки и смотрит беззащитным взглядом, – Почему он меня так раздражает?

Кирилл тоже перестает улыбаться и первые секунды задерживает дыхание. Наверное, потому что таким взглядом Кира смотрит на него впервые. А потом он снова отворачивается и сжимает челюсть:

- Может, тебя не он бесит, а то, что все всё решили за тебя.

Кира замирает и молчит, а в салоне становится так тихо, что звенит в ушах:

- Спасибо. Будем на связи. – буркает она и уже собирается дернуть ручку, как Кирилл перебивает.

- Нормально мы так играем, да?

Она собирается вся и хмыкает:

- Вроде, пока все верят.

Он водит руками по рулю:

- Слушай, ну ты такой перл выдала на стадионе, что я сам чуть не поверил!

- Перл? Да ладно, – она скрещивает руки перед собой, – А как еще выглядят нормальные пары?? Я сделала всё как надо.

- А я разве сказал, что что-то не так?

- Слушай, ты сегодня какой-то странный. Я бы даже сказала – чересчур вжился в роль. Или на тебя так аскеза действует?

- Ох, Милославская, – он иронично вздыхает, – Иди уже спать.

Она только и успевает закатить глаза, как он моментально становится серьезным:

- Вообще-то я хотел сказать немного другое.

- И?

- Спасибо, что не обманула.

Кира немного расслабляется и дергает плечом:

- И тебе спасибо, Кир...

Её силуэт быстро скрывается за дверью подъезда, а он сразу выруливает с территории и больше не смотрит на её дом.

Кира.

Давно пора спать, а я всё смотрю в потолок и тяжело дышу без причины. Тянусь к телефону, проверяя время, тру глаза от того, что еще один час этой ночи проходит без сна, а мысли в голове и вовсе не могу привести в порядок. Мне резко стало стыдно, печально и неприятно... Почему? Может, потому что вру родителям без зазрения совести. Может, потому что провоцирую Эдика. А может... потому что Кирилл попал четко в цель, в самый нерв моих неозвученных переживаний. Я впервые очень жалею о всей этой затее, впервые мне не смешно. Я каждый раз, возвращаясь домой, испытываю угрызение совести. И всё больше хочу, чтобы это лето пролетело как можно скорее.

Да и сделка с Кириллом уже кажется абсолютно бредовой затеей...

Сжимаю одеяло в руках и прикрываю глаза: вспоминаю тот поцелуй на стадионе, взгляд Эдика и последний разговор с Кириллом в машине.

Всё это было зря. Очень зря...

Отпиваю воду из стакана и снова откидываюсь на подушку, но потом опять хватаю телефон и быстро вбиваю новое напоминание «поговорить с Эдиком».

Лера.

Все его фотографии кажутся особенными. В десятый раз листаю ленту Димы под одеялом, будто меня могут в этом уличить. И даже смелости набираюсь и сохраняю одну, самую любимую. Рассматриваю каждую родинку на его лице, долго смотрю на широкую улыбку, светлые волосы и растрепанную челку, опускаюсь взглядом к плечам, рукам и ладоням… И чем дольше я на него смотрю, тем больше ощущаю горечь, печаль и странную зависимость. Буквально заставляю себя заблокировать телефон и убрать его на тумбочку, потому что уже третий час ночи. Но голову так быстро ты не выключишь — как ни крути. Его взгляд, фигура и шутки до сих пор эхом проносятся в памяти, отчего щеки горят, а в затылке чувствуется спазм. Может, и нельзя так зацикливаться на парне, но, может… настоящая, сильная, уже не детская любовь выглядит именно так?

Эта любовь для меня вторая. Первая случилась еще в школе, но тогда быстро сошла на нет. А вот теперь… сколько я ни заставляю себя переключаться, любая грустная песня напоминает о нем, любой его взгляд не на меня — заставляет чувствовать боль, а любая улыбка, адресованная мне даже вскользь — снова будоражит воображение, дарит надежду и одновременно окунает в беспричинную грусть.

Уверена, подруга такое не оценит.

Да и самой ужасно стыдно…

Тру веки, разминаю шею и пытаюсь успокоиться, прикрыв глаза. Но засыпаю только через час.

Глава 9.

Кирилл.

Пока стоим с парнями около кабинета, где должен проходить экзамен, я пытаюсь не поддаваться волнению и бесцельно вожу взглядом по коридору и студентам. Димка, как обычно, на нервной почве не можешь заткнуться, а я наоборот – машинально отворачиваюсь от компании и стараюсь абстрагироваться от шума, чтобы хоть немного побыть в тишине. Но тишина длится ровно семь мину: потому что за руку меня кто-то уверенно хватает, но сразу отпускает. Я оборачиваюсь, и передо мной Кира. Здоровается с парнями, пока я прихожу в себя, и опять поворачивается ко мне со слабой улыбкой:

- Как дела? – начинает она без приветствия.

- Да уже хочется по быстрее сдать.

Она молча кивает:

- Сдашь. Обязательно. Это последний?

- Ага. А у вас?

- Последний через два дня. - она трет лоб и нервничает, будто хочет что-то сказать, но я не тороплю.

- Кир, в общем... – Кира наклоняется ко мне и понижает голос. – Я поговорю сегодня с Эдиком и всё расскажу...

Я поджимаю губы и долго думаю над её словами, а Кира ждет моей реакции:

- Кирилл?

- Поступай, как считаешь нужным.

Снова её молчаливый кивок:

- Не волнуйся. Как и обещала, помогу тебе до выпуска.

- Ну, в принципе, для меня это самое главное. Расскажешь хоть потом, как он отреагировал?

- Расскажу... Но пока не знаю, как быть с родителями.

Я чешу затылок и смотрю по сторонам, чтобы никто не приближался к нам слишком близко и не мог услышать наш диалог. Хотя... сейчас в холле такой пчелиный рой, что кому-то вряд ли есть дело до нас с Кирой.

- Давай ты решишь сначала с Эдиком, а потом мы подумаем о родителях.

- Ты прав. Очень прав...

Она слабо улыбается, от чего мне тоже хочется улыбнуться в ответ. Я даже чуть не подмигиваю ей, но вовремя себя одергиваю. И только хочу спросить её, как она собралась добираться до дома, как неожиданно за нами появляется отец... Кира смущенно здоровается с ним, а я как-то слишком внимательно наблюдаю за его реакцией на неё:

- Как успехи, молодежь?

- Ждём экзамен. – я делаю микрошаг к Кире. Отец это замечает, а вот Кира, слава Богу, нет.

- Ммм... – хитро улыбается он, – Ну, тогда удачи! А, и ещё... – он приближается к моему лицу, – Вечером у нас ужин, Эльвира будет готовить. Так что я очень тебя жду.

- Вообще... Мы планировали в кино, но ужин так ужин.

- Мы не собирались в кино. – Кира неожиданно и предательски тупит.

- Собирались! Но я же говорю: ужин так ужин, пап. Во сколько приезжать?

- Давайте в шесть, хорошо?

- Договорились!

Отец с дружелюбным видом кивает Кире, а я потираю в карманах влажные ладони. Затем она оборачивается ко мне с этими зелеными глазами, полными вопросов, и шепчет на ухо:

- Кино? Ужин??

- Твоя очередь помогать мне.

- Ладно...

Она выдыхает, машет мне рукой и молча скрывается среди других студентов, а я даже не успеваю крикнуть ей и спросить, где мы в итоге встретимся.

Кира.

В сквере около корпуса уже нигде нет тени, и даже деревья слабо решают ситуацию — июньское солнце вошло в зенит. Как только выбегаю на двор, сразу щурюсь и достаю из сумки солнцезащитные очки и воду. С облегчение выпиваю практически всю бутылку и кручу головой по сторонам, пытаясь отыскать хоть одно свободное место в тени. Но, к сожалению, бедных студентов много, а лавок — всего пять. Поэтому я разочарованно выдыхаю и сразу смиряюсь с тем, что придется стоять и ждать Лерку под огромным тополем… Встаю под старым деревом, слегка на него облокачиваюсь и закидываю голову, рассматривая ветки с круглыми листиками, которые трясутся от ветра и в движении напоминают монеты, поблескивающие своим серебром. Очень интересное дерево: в покое они всегда выглядит обычным, зеленым… Но стоит листьям поймать движение, как они сразу демонстрирую свою вторую сторону с сероватым отливом.

— Еле нашла тебя!

Лера налетает на меня, а я испуганно и часто моргаю, будто занималась чем-то максимально странным, а подруга увидела.

— Эй, Кир? — она поднимает одну бровь и поправляет свою сумку, — Чего ты такая?

— Кажется, мне бы пошёл химбио…

— Чего??

— Да шучу! — смеюсь и хватаю Лерку под локоть, — Погнали ко мне?

— Тогда сначала за тортиком зайдём, — она воодушевляется, а я морщусь, — Мы же экзамен так и не отметили, Кир! Забыла?

— Ну, ладно… Ради экзамена можно и пострадать.

Лерка хихикает, а мой мобильный издает звук входящего сообщения. Чуть замедляю шаг и смотрю в экран без былой улыбки:

«Я закончу в 5. За тобой заехать?»

— Блииин… — с отчаяние закатывают глаза и бью себя по лбу, из-за чего подруга выхватывает мой телефон и смотрит в нашу с Кириллом переписку.

— «Кир с чудиной»… Гениально! — а потом она еще ближе наклоняется к экрану, — Это он о чем? Вы куда-то собрались что ли? Вдвоём??

— Да просто отец его мимо проходил! Ну и… я нарвалась на ужин.

— В смысле «нарвалась»?!

— Кир попросил помочь ему. Я так поняла, у его отца есть какая-то женщина. Вот и она будет.

— Очень странный ужин. — фыркает Лерка.

Я молчу. Кручу головой по сторонам в надежде, что найдется свободное такси поблизости. И, к счастью, мы его находим… А когда мы обе приземляемся в салон, я достаю мобильный и пишу Кириллу ответ:

«Не надо. Пиши адрес. Я приеду сама»

И всю дорогу до дома стараюсь шутить с Леркой, рассматриваю пролетающие проспекты и делаю вид, что что-то читаю в телефоне, но мозг постоянно подбрасывает мне мысли о предстоящем ужине… И я начинаю без причины волноваться.

Так как до пяти вечера еще очень много времени, Лера помогает мне выбрать платье, старательно его отглаживает и даже не даёт мне накраситься самостоятельно, оттесняя от зеркала со словами «Предоставь эту работу профессионалу». И где-то за полчаса до выхода меня начинает физически и психологически колотить, но я сжимаю губы и постоянно шучу, чтобы подруга не заподозрила неладное.

— Да расслабься, Кир. — она косится на меня и подаёт мне босоножки.

Ага, всё-таки заподозрила…

— Да всё супер, — я шмыгаю носом, резко откидываю волосы и затем пытаюсь как можно медленнее застегивать ремешки на обуви.

— Мандраж? — Лерка хмыкает, а я замираю и театрально хмурюсь.

— Я просто понимаю, зачем звала его на ужин: там всё было для родителей. А тут? Зачем мне с этой Эльвирой знакомиться??

Лерка только пожимает плечами и пшикает духи мне на ключицы, когда я встаю перед ней:

— Том Форд пойдёт? — спрашивает она, глядя мне в глаза.

— Да, отлично. А платье как? — кручусь перед ней.

— Зачёт.

— А босоножки?… Может, кеды надеть??

— Не надо. Всё и так хорошо.

— Давай волосы соберем, а?

— Господи… - Лерка цокает, — Прекращай. И тебе уже вообще-то надо выезжать.

Я нервно смотрю на часы – без пятнадцати шесть…

— Блин, поехали!

Я хватаю сумочку со стула, Лера следует за мной, и через две минуты мы уже обе ждём такси около моего подъезда. К моей большой радости, жара к вечеру потихоньку спадает, и я перестаю так сильно переживать за свою тушь.

Всю дорогу держу подругу за руку. Она почему-то с улыбкой поглядывает на меня, а я вообще не смотрю в её сторону, упрямо молчу и наблюдаю за летним городом и чужим районом, который мне совсем не знаком…

Около нужного дома такси спокойно останавливается, Лера отпускает мою руку и кивает мне на дверь, пока я в ступоре смотрю то на неё, то на подъезд новенькой многоэтажки.

— Будь на связи, Кир. Я вечером тебе наберу.

— Я сама наберу.

Чмокаю подругу в щеку и выскакиваю во двор, где изо всех сил стараюсь не обернуться. Хотя прекрасно знаю — Лерка, и даже таксист, пристально смотрят мне в спину.

Нужный код на домофоне даже не успевает отзвенеть пару раз, потому что после первого гудка мне открывают. Лифт едет на одиннадцатый этаж слишком быстро, а я эти последние тихие несколько секунд бесцельно пялюсь в экран телефона. А когда оказываюсь на нужном этаже, резко выдыхаю, дергая плечи вниз, слегка поднимаю подбородок и смело шагаю к двери, где меня уже ждут. Но я не успеваю позвонить в звонок, потому что та самая дверь распахивается еще до того, как я к ней подхожу, а на пороге сразу появляется Кирилл. В привычной мне белой футболке и спортивных шортах, но какой-то слишком зажатый — совсем не как в универе. Он на секунду замирает, всё еще держится одной рукой за косяк, а второй — за ручку двери, и заторможенно смотрит на меня снизу-вверх. За эти секунды я начинаю топтаться на месте и деловито скрещиваю перед собой руки:

— Может, пропустишь?

Он моментально приходит в себя и превращается в хорошо знакомого мне Кира: насмешливо улыбается и делает большой шаг назад:

— Только тебя ждём. — он оборачивается в коридор, — Пап, Кира пришла!

В их квартире приятно пахнет выпечкой и заваренным чаем. А чем дальше я прохожу, тем больше ощущаю горячий воздух из духовки и аромат запеченной рыбы.

Отец Кирилла вылетает из соседней комнаты, выпрямляет спину и с широкой улыбкой смотрит на меня:

— Проходите, Кира! Ребят, всё уже готово! Кир, покажи, где руки помыть, а мы пока всё на стол поставим.

Я съёживаюсь и смущенно улыбаюсь, поглядывая на Кирилла как на спасение. И даже радуюсь, когда Королёв заводит меня в просторную прохладную ванную и подает чистое полотенце. Я нечаянно касаюсь мокрой рукой его пальцев, когда перехватываю полотенце, и машинально одергиваю руку:

— Выдыхай. — говорит он тихо и не улыбается.

— Чего? — поднимаю глаза на него.

— Выдыхай, говорю. А-то сознание потеряешь.

— Не путай меня со своими… подружками. — огрызаюсь я, поправляя серёжки перед зеркалом. А Кирилл всё смотрит и не отходит:

— Ты как обычно, — хмыкает он, а я молчу.

Проходя по светлому коридору в сторону кухни, я еще издалека замечаю ту самую Эльвиру. Стройная женщина с каштановой стрижкой суетится над кухонной столешницей и весело переговаривается с отцом Кирилла. А когда мы с Королёвым появляемся в метре от них, и Эльвира, и его отец одновременно поворачиваются к нам. Я сразу обращаю внимание на её приятную улыбку и отмечаю про себя, что у неё очень добрые глаза. Она делает шаг ко мне и протягивает руку:

— Ну, здравствуй, Кира! Будем знакомы! — улыбается она мне, — Я рада, что у нашего Кирилла такая хорошая девочка появилась!

Что-то благодарно буркаю Эльвире и бросаю взгляд на Королёва, но тот, в отличие от всех нас, не улыбается, а опускает глаза:

— Проходите, мои хорошие! Мне тут такую форель передали! Кир, ты же рыбу ешь?? Я её с лимоном запекла… Ну, смысл расписывать, да? Пробуйте на здоровье!

Отец Кирилла улыбается так счастливо, что это просто невозможно не заметить. Все садятся за стол, а Эльвира заботливо подает всем приборы и двигает к Кириллу тарелку с салатом:

— Кирилл, попробуй, пожалуйста. Я в этот раз без огурцов сделала.

Кирилл улыбается ей в ответ, но как-то слишком натянуто, а потом утыкается в свою тарелку. Эльвира что-то рассказывает мне о рецепте запекания форели и перекидывается фразами с отцом Кирилла, пока тот рассказывает мне шутки из его командировки, а я до последнего стараюсь не расхохотаться. Иногда поглядываю на Кирилла, который тоже нечасто улыбается, но слишком быстро потом становится серьезным.

Запечённая форель оказывается невероятно вкусной… Вот так, с любовью, умеет готовить только моя мама. Но Эльвира, к моему удивлению, справилась не хуже. С наслаждением собираю с тарелки последние кусочки, которые буквально тают во рту, и не сдерживаюсь:

— Эльвира, спасибо вам! Рыба невероятная!!!

— Правда??

Она смотрит на меня с благодарностью и начинает сиять, а отец Кирилла кладет руку на её ладонь и одобрительно кивает:

— Да, Эль, невероятно вкусно! Кира правду говорит.

— Я пойду еще компот принесу! — она вскакивает и куда-то убегает, и отец Кирилла встает и уходит следом за ней. А я, пользуясь моментом, касаюсь локтя Кирилла, и он вскидывает голову, замирая: