
Полная версия:
Геолог. Финал
Весь день прошел на кафедре. Аня еще утром забрала свой телефон из ремонта и позвонила Антону.
— Ты как? Узнал, что хотел?
— Да. Я созвонился со своими знакомыми, они позвонили еще куда-то, и так по цепочке удалось выяснить, что все, кто занимался строительством нового лагеря, живы.
— Может, тогда мы зря переживаем? Существа, которое когда-то убило столько детей, больше нет?
— Хотелось бы в это верить, — пробурчал Антон.
Наконец неделя подошла к концу. Впереди выходные, а потом долгожданный отпуск. Аня купила билеты на пароход, на экскурсию по Золотому кольцу. Пять дней свежего воздуха, новых впечатлений и море удовольствий.
Вечером в воскресенье они собрали вещи в чемодан и поставили возле двери.
— Только все самое необходимое, — сказала Аня.
Лето обещало быть жарким. Девушка собиралась не только ходить по памятным местам, но и загорать.
Аня проснулась от странного звука. Открыв глаза, девушка села в кровати. Сердце начало набирать обороты и бешено стучать о ребра. Ночь была звездной и светлой. Она перевела взгляд на Антона, пытаясь понять, что ее так встревожило, и увидела, что он мечется по подушке. Его волосы были мокрыми, лицо — напряжённым. Он спал и что-то бормотал себе под нос.
— Нет… нет… Отпусти меня…
Аня начала трясти мужчину за плечо.
— Антон, — испуганно сказала женщина, — Антон, проснись!
Но попытки его ни к чему не привели, а потом вдруг Антон резко сел в кровати.
Аня сидела рядом и смотрела на тяжело дышавшего мужчину. Его волосы намокли и прилипли к голове. Он смотрел на Аню испуганными глазами.
— Плохой сон? — спросила она, чувствуя, как мурашки бегут по коже.
— Хуже. Нам нужно в лагерь «Геолог».
***
Марат сидел в своем офисе, перебирая бумажки. Сегодня он закончил очередное дело о неверном супруге. Он никогда не думал, что женщин так интересует, чем занимаются их мужья вне дома.
Эта работа не такая, как в полиции, но и здесь бывают неприятности. Несколько раз Марата замечали во время съемки. Какая-то бдительная бабулька увидела, как он фотографирует парочку в кафе, и врезала сумкой прямо по стеклу автомобиля.
— Извращенец чертов! — кричала она.
Марат пытался ей объяснить, что ничего плохого не делал, но тот мужик, которого он фотографировал, увидел потасовку и фотоаппарат. Разъяренный неверный супруг выбежал из кафе, благо Марат уже тронулся с места. Такие непредвиденные ситуации он всегда обговаривал с заказчиком. За них полагалась небольшая компенсация.
Недавнее его задание сильно взбодрило мужчину. Давно у него не было высокооплачиваемой работы. Всего-то и нужно проследить за одним человеком, и он получит за это кругленькую сумму. А если еще и привезет артефакт, который этот странный мужик так хочет вернуть, то вообще может озолотиться. Хотя легкие деньги часто приносят большие проблемы.
Озвучивать новое дело своему помощнику Марат не стал. Пусть тот сидит в офисе, занимается слежкой за неверными супругами. На днях должны привезти пакет с документами, где будет вся информация по объекту.
День закончился, и Марат начал собираться домой. Его старенький автомобиль стоял возле соседнего офиса. На улице было душно. Лето в этом году выдалось жарким. Марат практически забыл события пятилетней давности. Он не общался ни с кем из ребят. А их осталось всего двое: Аня и Антон. Те, с кем он провел детство в интернате.
Последняя битва с Безликим должна была сблизить их, но… Марат не хотел. Он все еще винил Антона в смерти Алины, хотя прошло почти двадцать лет.
Добравшись до своего дома, мужчина вылез из машины и вошел в подъезд. Нажав на кнопку вызова, Марат понял, что лифт не работает. Придется топать пешком на седьмой этаж.
Старый подъезд девятиэтажки с обшарпанными стенами и бетонными полами хранил в себе многолетнюю историю жителей этого дома. Марат помнил, как он сюда въехал, как знакомился с соседями.
Лампочка на первом этаже горела желтоватым светом и резала глаза. Мужчина поднялся один пролет, и свет погас.
— Зашибись, — сказал Марат.
Включив фонарик на телефоне, он продолжил подниматься. На лестнице было тихо, хотя на улице еще не совсем стемнело. Странно: люди что, совсем не смотрят телевизор, не общаются? Почему так тихо? Не став зацикливаться на необъяснимом, Марат прошел два этажа и вдруг резко остановился. Ему показалось, что в углу на четвертом этаже зашуршало, а потом услышал чье-то сопение.
— Кто здесь? — спросил он. Но ответом ему была тишина.
Повернув телефон, Марат посветил фонариком в тот угол, откуда шел звук, и увидел смутный силуэт. Он стоял, слегка покачиваясь.
Мужчина сделал несколько шагов вниз по ступенькам и кашлянул. Но тень так и осталась стоять на месте.
— Доброй ночи. Вам, может, нужна помощь?
Марат пока не мог разобрать, кто это. Фонарик подрагивал в руке, пытаясь выхватить в темноте больше пространства. Мужчина сделал еще шаг, еще, ощущая в такт шагов стук собственного сердца. Марат ощутил, что по спине пробежал холодок, поднимая волоски дыбом. Что-то было не так.
Расстояния до неизвестной тени оставалось в десять шагов. Что-то кричало внутри него: «Остановись, не ходи»!
Марат сделал еще несколько неуверенных шагов, осветив силуэт фонариком телефона, и понял, что это все же человек, который стоит лицом к стене.
— Эй, — позвал Марат, — вы кого-то ждете?
Марат протянул руку и хотел дотронуться до плеча, человек резко повернулся и уставился на мужчину провалами вместо глаз. От такого страшного зрелища Марат дернулся назад. Фонарик телефона заскользил тусклым лучом по потолку и стенам. Кожа человека была бледной, в уголках беззубого рта с синюшными губами была видна запекшаяся кровь. Руки в язвах с длинными ногтями потянулись к мужчине, пытаясь схватить его, но Марат дернулся назад.
— Твою мать! — выдохнул он, и голос его дрогнул.
Рука Марата по инерции искала кобуру с пистолетом, но он вспомнил, что больше не работает в полиции, а то оружие, на которое имеется лицензия, осталось в офисе в сейфе.
— Привет, любимый, — прошелестел хриплый голос неизвестной.
Марат сделал два шага назад и вновь посветил фонариком. Это была не женщина и не мужчина, а девушка-подросток. Это была… Алина. Та самая, которую убил Безликий восемнадцать лет назад.
— Я скучаю по тебе, — вновь сказало мёртвое существо, которого здесь не могло быть.
Марат пятился назад, пока на споткнулся о первую ступеньку лестничного пролета и не упал спиной, ударившись о бетон. Существо с молниеносной скоростью оказалось возле него и нависло над телом. Её страшное сгнившее лицо оказалось так близко, что он почувствовал могильный запах земли, а в темных провалах отражалась черная пустота. Существо начало открывать рот и… Марат резко открыл глаза и сел в постели. В окно сквозь плотные шторы пробивались первые лучи солнца.
Это был лишь страшный сон. Мужчина потер лицо руками, когда вдруг зазвонил телефон. Номер был неизвестен.
— Марат Ринатович?
— Да.
— Я от Аристарха Георгиевича.
Наступила секундная тишина. Потом Марат вспомнил, кто это, и ответил:
— Да-да, слушаю вас.
— Куда можно подъехать, чтобы передать вам конверт?
Марат назвал адрес.
— Через пятнадцать минут буду у вас.
Собеседник отключился, а Марат, потерев еще раз лицо руками, чтобы проснуться окончательно, вскочил с кровати и скрылся в ванной комнате. Нужно было поторопиться.
Через пятнадцать минут вновь зазвонил мобильный, как раз в то время, когда мужчина натягивал джинсы.
— Спуститесь вниз. Черная иномарка с номером Р 555 РР.
Выйдя из квартиры, Марат замер. Лестничная площадка была обычной, как всегда. Мужчина нагнулся и посмотрел вниз между перилами, но ничего интересного не увидел. Сердце в беспокойстве сжалось. Нужно заканчивать с фильмами и сериалами ужасов на ночь. Подойдя к лифту, он нажал кнопку вызова. Послышался шум троса и через несколько секунд перед ним открылись двери.
На улице возле подъезда стояла черная иномарка с нужным номером. Ему открыли заднюю дверь, и Марат сел внутрь. В салоне автомобиля пахло дорогим парфюмом и кожаным салоном. Водитель, мужчина лет сорока, не поворачиваясь, протянул ему через плечо два конверта.
— В одном ваш гонорар, во втором информация, — без лишних предисловий сказал помощник Аристарха Георгиевича.
— Понял. Как изучу материалы, позвоню.
— В конверте вы найдете номер телефона, по которому следует звонить в случае каких-либо новостей. Хорошего дня.
Марат понял, что с ним попрощались, и на этом все вопросы закрыты. Он вылез из машины, а иномарка рванула с места и скрылась за поворотом. Поднявшись наверх, Марат вошел в свою квартиру и включил чайник. Утро выдалось бодрым, осталось только выпить кофе и отправиться на работу. Но сначала необходимо изучить материалы, присланные странным заказчиком.
Положив конверты на стол, Марат достал банку с растворимым кофе и насыпал немного в кружку. Включив телевизор, он полез в холодильник. Колбаса, сыр, батон — все, что необходимо одинокому мужчине. Марат последнее время не сожалел, что все еще один. После девочки из детского дома он пытался устроить личную жизнь, даже полгода жил с девушкой по имени Кира. Но она ушла от него, когда тот, бросив все, рванул в этот злосчастный лагерь «Геолог».
Налив кофе в кружку и соорудив пару бутербродов, Марат открыл один конверт. Стопка купюр очень порадовала. Ему однозначно нравится эта работа, если клиенты готовы платить такие деньги.
Открыв второй конверт, Марат вынул из нее фотографию и документы с информацией о человеке, за которым он должен следить. И самое главное — выяснить, есть ли у этого человека артефакт, который ищет заказчик.
По телевизору начались новости. Какой-то репортер, глядя в экран, говорил о новом проекте известного бизнесмена.
Марат посмотрел на фотографию. Молодой парень, лет тридцати, светлые волосы зачесаны назад. Костюм серого цвета, под ним — белая рубашка и галстук. В руках парень держал папку. Фотография была любительская. На оборотной стороне было написано «Вячеслав Сергеевич, предприниматель».
Марат отложил снимок и взял несколько листов формата А4 с информацией по предпринимателю. Марат внимательно прочитал досье и понял, что этот Вячеслав сколотил свое состояние из ничего. На него как-то неожиданно посыпались деньги, и совсем недавно завершил строительство лагеря, который будет принимать детей со всей страны.
Мужчина почувствовал, как в груди у него что-то сжалось. Слово «лагерь» действовало на Марата по-особенному. В это время на экране телевизора репортер задавал кому-то вопросы.
— Вячеслав Сергеевич, когда планируется открытие этого нового чудесного лагеря? Вы вложили в него много денег, чтобы наши дети вновь смогли отдыхать и наслаждаться свежим воздухом.
— В начале июля. Сейчас подбираем персонал: вожатых, воспитателей и других сотрудников.
Марат посмотрел в телевизор. На экране стоял тот самый молодой человек, которого он только что видел на фото. Марат взял снимок со стола и поднес к телевизору. В его голове что-то щелкнуло. Почему лицо этого предпринимателя ему кажется таким знакомым?
— Вячеслав Сергеевич, подскажите: как называется лагерь, который вы собираетесь открыть? Если, конечно, это не секрет, — продолжал репортер.
Предприниматель усмехнулся.
— Да какой же тут секрет: лагерь «Геолог».
Марат сжал фотографию. Его качнуло, он схватился за стол. На пол посыпались деньги.
Глава 3
Машина остановилась возле развилки, и водитель сказал:
— Вам здесь. Дальше не поеду, не по пути. Примерно километра три — и вы на месте.
— Спасибо, — ответили девушки и начали выбираться из автомобиля.
— Вы уверены, что вам туда?
— Ну если здесь вывеска есть, значит, туда.
Мужчина покачал головой.
— Нехорошее это место. И кто придумал вновь строить там лагерь?
Девушки переглянулись, и Милана хлопнула дверцей. Водитель тронулся с места, оставляя за собой столб пыли.
Девушки узнали о лагере через кого-то из ребят, учившихся с ними на одном курсе. Практику никто не отменял. Они студентки третьего курса педагогического университета. Выбор у них был, но именно в этом лагере можно было не только поставить печати в дневник практиканта, но и хорошо подзаработать. Девушки в дальнейшем не собирались работать воспитателями или вожатыми, они должны были стать учителями начальных классов.
В деканате по этому поводу были разные мнения. Кто-то говорил, что там произошла трагедия, и в разные годы от рук преступников погибали несколько смен, начиная с шестидесятых годов. А пять лет назад была убита съемочная группа. Писали, что бывший воспитанник детского дома мстил режиссёру и его команде за свое ужасное детство.
— Милана, ты уверена, что нам нужно туда? Я слышала об этом лагере жуткие вещи. Брррр.
— Ой, я тебя умоляю. В газетах много что могут написать, а уж по телевизору и того круче. Не верь желтой прессе.
— Может, еще подумаем?
— Как хочешь, но деньги платят неплохие. Да и практика, думаю, будет хорошая. Ты только прикинь: новый современный лагерь. Это же супер! Возьмем отряд постарше, и не нужно будет за ними бегать. Взрослые, сами о себе могут позаботиться.
Милана задумалась над словами подруги.
— Хорошо. Пошли.
Девушки сходили к секретарю и узнали, кто набирает студентов вожатыми. Женщина сказала номер аудитории и часы приема. На следующий день они обе пришли в нужный кабинет. За столом сидел тучный мужчина и что-то записывал в тетрадь. Народу не было, а значит, они либо опоздали и уже всех набрали, либо просто нет желающих.
— Здравствуйте, — поздоровалась Алиса, но мужчина даже не повернулся в их сторону. — Добрый день! — крикнула Милана и сложила руки на груди.
— Добрый день, — ответил мужчина, не поворачиваясь, — проходите.
Девушки переглянулись и подошли к столу, на котором лежала стопка документов. Алиса разглядела в этой стопке копии паспортов.
— Мы хотели бы поехать на практику в лагерь. Секретарь отправила к вам.
Мужчина, не поворачиваясь, указал на стулья, стоящие рядом.
— Лагерь находится не здесь, до него нужно добираться, — ответил он, заполняя какие-то документы. — Если вы готовы, то вот вам бланки, заполняйте, а мне дайте свои паспорта.
Девушки полезли в сумочки и вынули документы. Милана свой паспорт отдала сразу, а вот Алиса замешкалась. Мужчина посмотрел на нее суровым взглядом. В первый раз за все время, что они тут были, он обратил на присутствующих внимание. Алиса протянула документ и, взяв ручку, начала заполнять анкету. Через десять минут им рассказали, куда нужно подойти, что брать с собой и во сколько отправляется автобус.
— Уже на месте директор лагеря определит вас в отряды. Все вопросы о вашем заселении узнаете в лагере. На этом у меня все.
Девушки сидели на месте, переваривая информацию. Алиса записала время и место, откуда будет отправляться автобус.
— Подскажите, а платить нам будут после смены или сразу?
Мужчина вновь посмотрел на девушек и нахмурился.
— После смены. Этот вопрос вы тоже обсудите с директором Антониной Сергеевной.
— А много планируется детей в заезд?
— Больше ста человек.
Милана хмыкнула.
— Вас это пугает? Вы же туда на практику едете. Отличная возможность попрактиковаться на подростках, с которыми вам в будущем работать.
— Ну да, ну да, — ответила Милана.
Девочки попрощались и вышли из аудитории. И вот сегодня они проспали. Вчера Милана уговорила Алису сходить в клуб. Ведь три недели они не смогут нигде потусить, только с подростками на детской дискотеке. Ни выпивки, ни парней, ничего. Как будто они в женский монастырь уезжают. Конечно, из клуба они пришли поздно, поэтому и не услышали звук будильника. Они еще в деканате забрали документы для проставления и печатей по практике, а утром проспали и опоздали на автобус, который доставляет прямиком в этот лагерь.
Девушкам пришлось брать тяжелые рюкзаки и отправляться на междугородний автовокзал, а потом ловить попутку.
Старый, пропахший дешевым бензином «жигуль» тронулся с места, оставив девушек на развилке, ведущей в сторону лагеря. Здесь стоял столб с большим баннером, на котором была реклама лагеря. Современные двухэтажные домики манили своей красотой. Всего три километра — и они на месте. «Чистый лесной воздух, пляж возле прозрачной воды и питание, специально сбалансированное для ваших детей». Этот рекламный лозунг был выведен красивыми буквами на баннере.
— Приехали, — выдохнула Милана, стаскивая с плеча лямку тяжелого рюкзака. — Практика, о которой мы так мечтали, начинается с пешего марш-броска.
Алиса лишь молча кивнула, поправляя съехавшую на глаза бейсболку. Кураж, гнавший их из города, окончательно испарился, оставив на дне души тяжелый, вязкий осадок. Они опоздали на автобус на два часа, и теперь им придется еще топать три километра до этого райского лагеря. Теперь вместо веселого гула приезжих студентов и работников их окружала звенящая, первозданная тишина.
Впереди, убегая за плавный поворот, лежала дорога. Три километра свежего, еще не успевшего провалиться под тяжестью машин, асфальта. Черная полоса казалась такой неестественной на фоне этого темного леса и шума реки. Было видно, что часть деревьев была срублена, чтобы дорогу увести немного в сторону, подальше от быстрой реки.
Сосновый бор стоял непроглядной стеной, опираясь на могучие корни. Вековые стволы, покрытые чешуйчатой потрескавшейся корой, уходили в такую высь, что их темно-изумрудные кроны сливались с бледным утренним небом, образуя сплошной непроницаемый купол. Воздух под этим пологом казался густым, настоянным на запахе прелой хвои, сырой земли и грибницы. Слева же, за узкой полосой стоявших поредевших деревьев и кустарников, тяжело ворочалась река. Она была пугающе широкой и быстрой. Ее свинцово-серые воды неслись с глухим утробным ревом, вспениваясь у валунов и разбрасывая тяжелые брызги. Река жила своей собственной, первобытной жизнью, и от одного взгляда на этот стремительный, равнодушный поток становилось зябко.
Идти было страшно, хотя солнце уже щедро золотило верхушки деревьев. Раннее утро здесь, вдали от городской суеты, не несло в себе бодрости. Оно было тяжелым, настороженным.
В этом месте, на стыке черной дороги, глухого леса и ревущей воды, таилось что-то неестественное. Что-то, что заставляло волоски на руках подниматься дыбом. Асфальт под кроссовками не издавал привычного звука, шаги тонули в нем глухо, безжизненно, словно дорога впитывала все шумы. Лес не дышал ветром, не перекликались птицы. Воздух казался наэлектризованным, густым от невидимого, но почти осязаемого напряжения. Каждая клетка кожи кричала об опасности, но глаза не видели ее источника. Словно они по неосторожности шагнули за кулисы мира, где декорации еще не успели принять свои роли.
Девушки поначалу шли молча, оглядываясь и крутя головой. Каждая из них думала о скором прибытии в лагерь. Милана достала телефон и нахмурилась. Связи не было. Видимо, плохой сигнал.
— Тебе не кажется, что за нами следят? — тихо, почти одними губами спросила Алиса, инстинктивно сокращая дистанцию и прижимаясь плечом к плечу подруги. Ее голос прозвучал неестественно громко в этом ватном безмолвии.
— Не оборачивайся, — так же беззвучно ответила Милана, чувствуя, как сердце пропускает удар и проваливается куда-то в ледяную пустоту. — Просто иди. Главное — не бежать. Если это какой-нибудь местный зверь, мы только спровоцируем его, если рванем.
Они шли, стараясь попадать в шаг, их тени вытянулись по шершавому асфальту. Мышцы ног налились свинцом, а рюкзаки за спиной весили, казалось, целую тонну.
И в тот момент, когда девушки прошли почти половину, тишина внезапно лопнула.
Сухой, резкий, как выстрел, треск сломавшейся ветки донесся из самой чащи.
Он был громким, тяжелым. Так ступает не осторожная лиса, а нечто массивное, весом в несколько сотен килограммов.
Девушки замерли на полушаге, обратившись в неподвижные столбы. Время схлопнулось в одну ледяную точку.
Милана почувствовала, как противная волна ужаса поднимается от пяток к самому горлу, перехватывая дыхание. Пальцы, сжимающие лямку рюкзака, побелели от напряжения. Алиса стояла рядом, неестественно выпрямившись, и ее расширенные от первобытного, животного страха зрачки смотрели прямо в черную, пугающую пустоту леса. Река за их спинами продолжала свой глухой, равнодушный бег, но ее шум вдруг стал далеким и неважным. Весь мир сузился до этого звука, тяжелого, сопящего дыхания и едва уловимого шороха раздвигаемых папоротников в тридцати шагах от них, в непроглядной тени вековых сосен. Кто-то огромный, скрытый зеленым сумраком, сделал шаг. И теперь он знал, что они здесь.
Прошло несколько секунд, но девушкам показались эти мгновения целой вечностью. Алиса, не выдержав напряжения, закричала и рванула вперед. Милана, не дожидаясь того, что двигалось из чащи в их сторону, сделала то же самое, только молча.
Девушки бежали в гору, дыхание сбивалось, рюкзаки тянули, а легкие жгло от быстрого бега. Ни одна ни вторая не оборачивались, чтобы не видеть того, кто, казалось, бежал следом. Алисе слышалось, что тяжелые шаги неизвестного грохочут по асфальту совсем близко. Его дыхание буквально обжигало затылок. Сил уже не было, но и останавливаться ни одна, ни вторая не собирались.
Впереди был небольшой поворот, из-за которого наконец показался забор, а потом и ворота, за которыми стояли белые двухэтажные корпуса детского лагеря. Арка была украшена разноцветными воздушными шарами, а над ней большими буквами было написано: «Геолог».
***
Утро субботы прошло в сплошных эмоциях и нехороших предчувствиях. Вместо круиза по золотому кольцу Аня с Антоном обсуждали лагерь, о котором пытались забыть все эти годы. Сон, который приснился мужчине, будто бы включил лампочку в голове, и он вспомнил то, что с ним произошло пять лет назад. Антон редко помнил сны, может, и раньше видел что-то похожее, но забыл. Будто какая-то преграда в голове не давала вернуться в прошлое. А теперь…
— Аня, — говорил он, ходя по спальне туда-сюда, — я вспомнил, я все вспомнил.
Его бледное лицо и ужас в глазах пугали женщину.
— О чем ты, Антон?
— Я вспомнил, понимаешь? Вспомнил. Сны после лагеря и то… Нет, этого не может быть. Я не являюсь носителем. Или являюсь?
Аня все еще не понимала, что пытается сказать Антон. Мужчина сел на диван и схватился руками за голову.
— Понимаешь, — уже спокойно начал Антон, — тогда, в последний раз в лагере, я был в заброшенном медицинском пункте. Смутно помню, что видел медсестру Жанну Викторовну. Я думал, что она мне снилась. Ее лицо и внешность менялись, то это была Жанна Викторовна, то актриса Настя. И вот сегодня ночью мне приснился сон.
Антон вскочил и посмотрел безумными глазами на женщину.
— Я тогда… у меня… — Антон запнулся, не в силах продолжать.
Аня ждала.
— Я отдал свою кровь Безликому… Я не хотел, не знал. Но вспомнил, что когда очнулся, у меня из руки торчала трубка, капельница. Она качала мою кровь в пластиковый мешок. А рядом… — Антон зажмурился и потер виски. — Рядом лежал человек. Он стонал. Я смутно помню, кто это был, но сегодня во сне увидел этот момент вновь — и понял. Это был Слава!
Аня расширила глаза в ужасе.
— Водитель Бориса?
— Да! Да! И у него была такая же капельница, как и у меня. Он…
— Значит, он, когда прибыл в лагерь вместе с нами, тоже окропил землю своей кровью.
Аня ахнула и закрыла рот рукой.
— Значит, и ты тоже. Но как? Когда?
Антон горько усмехнулся.
— Когда Марат заехал мне по носу и пошла кровь. Но я тогда даже и не подумал, что она прольется в тот момент, когда Боря призовет Безликого. Черт!
Аня сидела бледная как мел, а Антон, опустив голову, взъерошил волосы и вновь уставился красными от недосыпа глазами в одну точку.
— Безликий призывал меня во сне. Предлагал деньги и богатство в обмен на новые тушки для его трапезы. Я отказывался, а когда просыпался, то уже не помнил этот сон. Видимо, Слава согласился. Как и Борис тогда. Поэтому водитель сейчас известный предприниматель. Но пришло время платить за все.
— Новые души, новые оболочки, новая плоть, — завершила за него Аня.
Повисла тишина, которую нарушал лишь шум машин за окном.
Субботний день, на который Антон с Аней возлагали столько надежд, рассыпался в прах, оставив горький привкус упущенной возможности. На столе сиротливо лежали два билета на круиз по Волге, по Золотому Кольцу. Обещание палубной музыки и ленивого отдыха разлетелось в прах. Собранные чемоданы стояли в прихожей в ожидании поездки. Но Аня и Антон, бросив все, рванули в городскую библиотеку. Они хотели найти хоть что-то о Безликом, о котором пытались забыть почти двадцать лет. Которого так и не смогли убить.

