Вблизи дизи 2. О турецких сериалах, жизни и любви

Ну а Фади, поняв принцип отработки жизненных травм, продолжила перезагрузку самостоятельно. Нашла новую работу, где её уже никто не попрекал покровительством сильных мира сего, и полностью погрузилась в строительство персональной карьеры. Возле неё даже начал настойчиво крутиться некий коллега по работе… Но куда там ему до К.Б.! Да и госпожа Фатош не забыла своего Короля – ей везде чудился его голос и смех, всплывали яркие воспоминания. Доносились «вести с полей» о его новых амурных приключениях, а затем и о банкротстве. Но ханым, что называется, как отрубила. Хотя и далось ей это ой как не просто.

А вот Хандан «отрубить» К.Б. не смогла. Даже снова выйдя замуж, продолжала с ним нянчиться, выручая и спасая – до самого его переезда в дом престарелых. Здесь она и оставила своего Короля. Его униженные просьбы «не бросай меня», её горькие слёзы… Душераздирающая сцена.

Да, наш Король опускался всё ниже и ниже, пока не оказался на самом дне. Потерявший свою империю, статус и старых друзей, до нитки обобранный новой пассией, он поселился в доме своего бывшего шофёра, Исмаила. Седой, полубезумный старик… Но и Исмаил в конце концов сдался – бывший хозяин «выпил до дна» и его семью.

Опять возвращаемся к нашему психологу. Она в своё время не смогла помочь Кенану, подпав под его обаяние. Король просто её не слушал, продолжая красоваться (покуда ещё мог) – как и перед любой встретившейся на его жизненных путях ханым. Регулярно приходил выговориться и пожаловаться на окружающих, каждый раз заклиная «вы должны мне помочь, верните мне Фади!». Вот те раз… Она что, Дедушка Мороз?

И вот этот красивый термин «время боли» тоже вышел из уст нашего прекрасного, но бессильного здесь психолога. В принципе, она ему всё хорошо и доходчиво объяснила – время боли бывает у каждого, не нужно от него бежать. Эту боль нужно полноценно пережить. Проработать. Сделать выводы, как бы избито всё это не звучало. Упасть, подняться, идти дальше. Даже распад личности – не приговор, на её месте можно вырастить другую. Но, какое там. У Кенана были виновны все, кроме него. Он-то – Король.

Смотреть на постепенную деградацию господина Барана мучительно – не только персонажам сериала, но и зрителю. Ах, как играет Эргенч! Что называется – до слёз…

И так бы всё и закончилось, как ни печально, вполне закономерно – забвеньем и смертью (или наоборот) … Но, в какой-то момент просветления Король всё-таки нашёл в себе силы подняться с больничной койки, надеть лучшие одежды (о, как далеки они от прежних!), взять в руки верный чемоданчик-дипломат, и выйти за старые, с трудом открывающиеся ворота «дома скорби».

И вот, спустя много лет, ноги сами привели его в тот самый кабинет, к той самой милой психологине. Да, он был уже не прежним Кенаном Бараном… Но свою боль и неловкость от увиденного доктор умело скрыла. Это был её реванш – как специалиста. Наш милый психолог уже не жалела проигравшего Короля, не выбирала слова, и – о, чудо – сумела достучаться. Она говорила о «коде ангелов», об играх подсознания, о «пути к себе», рассказала историю из своей жизни о «страшном суде» … С его стороны звучало: «грехи», «пустота внутри», «любовь к матери, но и обида на неё», «я всю жизнь мстил женщинам» … В общем, что называется, хорошо поговорили.

И – да, прошу прощения за штамп, вышел Кенан оттуда уже другим человеком. Наконец-то понявшим, что ключ к спасению всегда внутри, а не снаружи.

А сумеет ли он хотя бы частично «отыграть назад» мы увидим уже в заключительной серии. Лично мне этого очень хочется.

Глава 8

Другая дверь

Жизнь дала своему любимчику Королю ещё один шанс. Он-таки сумел пересобрать себя из руин – и да, та самая «другая дверь» перед ним открылась.

Оказалось, что в доме престарелых доживают свои дни вполне приличные люди – бывший судья, бывший банкир, бывший дипломат и множество симпатичных хлопотливых старушек… И поговорить есть с кем, и телевизор посмотреть, и в нарды сыграть. И поухаживать за цветами в приютском садике.

В этом самом садике Кенан и познакомился с последней своей женой. Впрочем, его супругой она была только на бумаге… Предчувствуя скорый уход, наш К.Б. спешил делать добрые дела, памятуя вот это: «что ты заберёшь с собой? …». Причём делал добро без излишнего надрыва, очень органично. Оформив брак, он буквально спас эту милую, много страдавшую женщину и её внука. Мальчик, попавший в аварию и потерявший там родителей, получил серьёзные травмы и был прикован к постели. И если бы не Кенан – никогда бы не пошёл…

Да, наш Король, всю свою прежнюю жизнь активно не хотевший детей, вдруг обрёл сына. И полюбил его. Так страстно и сильно, словно отдавал накопившиеся долги…

Кенан Баран будто внёс свет в сумеречный приют доживающих свои дни, дом скорби с его приходом ожил. Любимчик судьбы Король им и остался.

Вся последняя серия смотрится сквозь слёзы, постоянно набегающие на глаза. Ах, как играет Эргенч! Вот справились бы с этой ролью Чагатай Улусой и даже любимый мной Кыванч Татлытуг, которым, в своё время, делались предложения по вакансии главного героя?

Фади тоже не оставила своего К. Б., невидимо сопровождая его до самого конца. Приняв эстафету от Хандан, она тайно оплачивала пребывание Короля в этом печальном (но отнюдь не дешёвом) месте. Пронзительна сцена их последней «не встречи» – госпожа Фатош выходит из кабинета директора приюта и идёт по длинному коридору, со второго этажа, по лестнице в это время спускается Кенан. Она выходит к машине, он выходит в холл… Машина отъезжает, а Кенан, опоздав на секунду, видит уже только пустую улицу. И смотрит на залитый солнцем садик, чувствуя странный укол в сердце…

В свой последний день на этой земле Король видит вставшего на ноги сына, друзей вокруг праздничного стола, кружит в танце симпатичную медсестру, выходит на веранду, садится на лавочку и делает финальную запись в дневнике. Смотрит на садик, озарённый лучами заходящего солнца, и спокойно засыпает. Уже навсегда.

Этот дневник, исписанный красивым почерком, друг Барана передаёт той самой милой психологине…

На могиле Короля собираются друзья по новой и старой его жизни, искренне печалятся, произносят прощальные речи. На свежий холмик ложится букет жёлтых роз и игральная карта, червоный король. Чуть позже приходит Фадиме и кладёт туда же белый платочек с инициалами «К.Б.», с которого и началась их история…

В общем, если вам нужен катарсис, который, по идее, должен сопровождать восприятие настоящего произведения искусства (не побоимся этих слов), это тот самый случай.

Король пронёсся по жизни, как ураган. Разрушив всё вокруг, и в первую очередь – себя. Но ушёл он с добрыми делами. Это – важно.

А та милая психолог написала о Кенане книгу и, трансформировавшись из сериального аватара в настоящую Гюльсерен Будайджиоглу, тоже принесла её к последнему пристанищу своего героя.

Уж не знаю, почему турецкому зрителю не зашёл этот фильм… Но, думаю, мир ещё оценит его по достоинству.

Глава 9

«Клюквенный шербет – 3». Холодное сердце матушки Пембе

А теперь, досмотрев «Короля», возвращаемся к нашему любимому «Шербету».

Да, у госпожи Пембе не только ноги холодные…

В 86-й серии «Шербета» она навела в собственной семье такого шороху, что даже обычно выдержанный Абдулла-бей воскликнул: «Как ты нас всех достала!». Ну, точно по классике – «нищих оделяет, а домашних заела совсем».

Впрочем, такой стиль поведения характерен для большинства ортодоксальных кумушек, и наших родимых – в том числе.

Нурсема, бедная Нурсема, ей достаётся больше всех. – «Мама, почему ты меня ненавидишь?!». А вот почему. Госпожа, как говорится, спинным мозгом, на подсознании, чувствует, что свою жизнь она бездарно профукала. Муж смотрит налево, сыновья её едва терпят, дочь откровенно бунтует. Короче говоря – ни любви тебе, ни уважения. Даже в собственной семье. Открытый в родном районе Дом распределения милостей Аллаха имени матушки Пембе тоже не приносит желаемого удовлетворения. Наоборот – неожиданные проблемы. И всё – пустота-а-а…

А рядом – этакая своевольная дочь. Которая живёт. Дышит. Не особенно чего и боится. Вот, третье замужество на горизонте. Уж не говоря о постоянном мужском внимании к этому «горбатому чёрному жуку»…

Невозможно ж такое терпеть!

А любви в госпоже Пембе нет. Даже к собственным детям. Уж и бессловесный Мустафа это проартикулировал. Куда дальше-то… Впрочем, матушка на сыновние откровения отреагировала в своём стиле – «я и до вас доберусь!».

Какая-то мать-волчица, честное слово. Под маской набожной овечки.

Ненавидящая «всё, что дышит».

Вот отлично раскрыт этот женский типаж в фильме. Респект съёмочной команде! Респект прекрасной актрисе Сибель Ташчиоглу!

Даже неподъёмный Абдулла-бей, этот человек-гора (с анамнезом, отягчённым сахарным диабетом и сердечной недостаточностью), «научилси» (с) от такой ханым ходить налево. А что ему оставалось делать?

Теперь посмотрим на условия, в которых «росла и расцветала» госпожа Пембе. Особняк – полная чаша, кроме него имеется и иная недвижимость («я дал тебе сорок домов, женщина»), муж – крупный бизнесмен, семейная фирма «с именем» (которую госпожа, по глупости своей, успела изрядно раздербанить), а уж движимого-то, думаю, никто и не считал… Дети, если вручную не рушить их нервную систему, здоровы, сыты, одеты. Живи, радуйся! Славь Аллаха – ежедневно, ежечасно.

Но – нет. Нужно создавать перманентный ад себе и окружающим… Что за червяк такой сидит внутри Пембе-ханым? Да какой там червяк – целый дракон.

И дети побежали прочь из дома. Сначала Фатих, теперь вот – Нурсема.

Фатишечка снова прибился к своей первой жене и вечной возлюбленной Доа. Смотреть на него вдруг стало приятно, даже пухлые щетинистые щёки и злобно выкаченные глаза куда-то пропали.

Вот папка возвращается домой с подарками и шариками… Прелесть какой муж и отец! Жалко, что такого «нарядного дядечку» (с) в этот самый момент подстрелили злые мафиози. Обагрилась кровью белая рубашка, улетели в небо шарики… Теперь турецкая медицина обязательно должна взять реванш у швейцарской!

И возьмёт.

Неприятно удивила госпожа Кывылджим. При всей своей демонстрационной противоположности Пембе, поступает ну точно, как та – сугубо из эгоистических соображений. В тайне от Омера направляется в клинику избавляться от не иначе как Аллахом данного ребёночка. Это при том, что накануне наблюдала как тот с удовольствием тетешкал её внучку, мечтательно оценивая их шансы на собственное чадо. Но тут вмешалась добрый ангел семьи Арслан, Мери…

Говорят, «Клюквенный шербет» уверенно идёт на 4-й сезон. Значит, нам ещё будет, что обсудить.

Глава 10

«Клюквенный шербет – 3». Я понесу тебя на руках

Если честно, жалостливые темы трепания родными тушки Нурсемы и льющего слёзы Фираза как-то уже поднадоели. А посему – не будем на них зацикливаться. Так, только кратенько обрисуем.

Вышедшего из своего привычного амплуа «Фираз – всему газ» вечного сыночка, конечно, жалко. «Никто его не любит» (с)… Даже собственная матушка. С другой стороны, если учесть сколько её крови он выпил за годы своего, так и не завершившегося, взросления, это вполне объяснимо. У материнской любви тоже есть предел. За которым – лишь бесстрастное феноменологическое приятие. Что, в общем и целом, тоже неплохо.

Нурсема, наша вечная невеста с глазами грустной лани, на очередном сватании, вся в чём-то нежно-персиковом, чудо как хороша. Но невесёлое это событие – молодая к моменту официального сватовства уже измотана и затравлена родителями-ортодоксами, да и жених, сменивший-таки любимую клетчатую рубашку на костюм-тройку, здесь не по доброй воле. Живость в вялую сцену вносит только внезапно появившийся Фираз, изрядно принявший для храбрости.

На этом, с привычной длительной фиксацией крупных планов всех участников сцены, и заканчивается 87-й эпизод сериала.