Измена. Твоя не единственная

Марина Мартова

Измена. Твоя не единственная

Глава 1

Катя

- Детка, у меня жена здесь, ты сошла с ума, - шепчет мой... муж?

Пальцы на щеколде двери застывают, и я замираю на месте. Моё сердце вдруг спотыкается, пропускает очередной удар и ещё через секунду с грохотом падает вниз, когда я слышу:

- Это ты меня с ума сводишь, Игорь, не могу ждать до вечера! – томный женский голос раздаётся за тонкой перегородкой.

Игорь… нет, не может быть… Игорь…

Закрываю рот рукой, чтобы мой крик никто не услышал. Держусь за серую стенку уборной и не могу сделать вдоха, а любовники, не замечая меня, продолжают.

Шуршание одежды и звук расстёгивающегося ремня режут слух и безжалостно раздирают моё сердце на части.

Любовница мужа ещё что-то говорит, но я больше ничего не слышу. В ушах стоит страшный гул, а рваное биение сердца болезненно отдаётся в висках.

Тошнит, невозможно тошнит.

Меня словно ошпаривает кипятком и тут же бросает в ледяную воду.

За. Что. Ты. Так. Со. Мной?!

За что, Игорь?!

Любимый муж, с которым мы столько лет вместе...

Мой Игорь, в которого я окончательно и бесповоротно влюбилась двенадцать лет назад…

Муж, который ещё пятнадцать минут назад говорил о том, как любит меня и ревностно охранял, не подпуская никого из мужчин ко мне близко, а я счастливо улыбалась понимая, что он до сих ревнует меня…

Дура! Какая же я дура!

Боже…

Что же ты наделал, Игорь…

До острой оглушающей боли прикусываю ладонь, чтобы мой раненный вой никто не услышал, и закрываю на несколько мгновений глаза.

Дыши, Катя, дыши!

Стоны любовников прорываются сквозь невозможный гул в ушах, и мне так хочется закрыть уши, но я зажимаю рот рукой, поднимаю голову выше и дышу через нос, чтобы справиться с накатывающей тошнотой... и падаю… падаю… падаю всё глубже в бездонную чёрную пустоту…

Белый потолок дамской комнаты плывёт перед глазами.

Как же я не замечала этого?

Сколько их было?

Как давно?

Вопросы ярко вспыхивают в моём обожжённом предательством сознании и тут же гаснут.

Какая сейчас разница?

Игорь мне изменяет.

Хватаю ртом воздух, но дышать с каждой секундой становится всё сложнее. Задыхаюсь. Гул в ушах нарастает, а внутри меня растекается абсолютная непроглядная пустота… страшная реальность обрушивается на меня как лавина, сбивает с ног и прижимает к земле... я не готова была к такому… не готова…

Игорь мне изменяет.

Мотаю головой, чтобы хоть как-то прийти в себя.

Не помогает.

Он убил меня.

Снова поднимаю голову вверх, слёз нет, но эта внутренняя пустота обжигает… разъедает меня.

Надо уйти отсюда и не слышать больше эти порочные звуки, но ноги словно врастают в пол.

Я совершенно дезориентирована.

- Твоя жена так умеет, милый? – слащавый голос молодой любовницы мужа смертельным ядом растекается во мне, добивая меня.

- Не смей говорить о ней! – неожиданно зло осекает девушку Игорь и тут же довольно продолжает, - да, глубже, Алинааа!

Этот стон его удовольствия вдруг словно хлёсткая пощёчина приводит меня в чувство.

Холодная пустота, образовавшая во мне плотный вакуум, неожиданно лопается и внутри меня растекается такая жгучая обида… и ярость… лютая безудержная ярость.

Ладони непроизвольно до боли сжимаются в кулаки.

Подонок!

Лжец!

Лицемер!

- Да! Ещё! – какой накал страстей.

Горячие стоны любовников больше не душат меня, а лишь вызывают омерзение и гнев.

Выпрямляюсь и тихо поправляю свою одежду. Да, внутри всё клокочет, но сознание вдруг становится кристально ясным.

Нельзя раскисать… не сейчас, Катя.

Закрываю глаза и глубоко дышу под непрекращающиеся стоны любовников.

Вдох-выдох… ещё и ещё.

Ну же, соберись Чернова!

Хочешь показать им как тебе больно?

Не дай этим тварям ни одного повода жалеть тебя!

Не дай тебя испачкать в этой навозной куче!

Голову выше, ну же, Катя!

Ощущаю, как злость и ненависть быстро растекаются по моим венам, полностью затмевая мой разум.

Значит, детка, Алииинаааа, здесь жена.

То есть в другом месте ему нормально с ней… а здесь, на приёме у мэра жена мешает!

Хотя уже и это не смущает…

Подонок!

Завожусь моментально.

Сволочь, какая же ты сволочь, Чернов!

Ненавижу!!!

Сейчас я доставлю тебе умопомрачительное удовольствие, смотри не порвись от счастья!

Вытягиваю из кармана телефон и жму на значок видео.

Отключаю сейчас все эмоции, как обычно поступаю на задании. Поднимаю руку и снимаю то, что происходит за трясущейся серой перегородкой, надеясь, что мой телефон увлечённые друг другом любовники не заметят.

Отсчитываю в уме секунды.

Интересно двадцати хватит или нужно больше?

«Хватит!» - сама же себе отвечаю и также аккуратно возвращаю телефон в карман.

Бесшумно открываю дверь своего убежища и, осторожно придерживая её закрываю.

Встаю напротив кабинки, где мой муж жёстко имеет свою молодую кобылку.

Смотрю вниз на свои туфли… отличные удобные туфли. Как знала, что именно такие мне сегодня понадобятся. Каблук не такой высокий и очень устойчивый.

Провожу подрагивающей ладонью по изумрудному бархату длинного платья и подгибаю подол за тонкий золотой ремешок.

Ничего не должно сейчас мешать моим движениям. Скорость и неожиданность мои лучшие союзники.

Пока любимый муж занят своей любовницей, собираю тщательно уложенные для этого приёма чёрные локоны в простой пучок на затылке и закрепляю парой острых шпилек.

Вот теперь я готова.

Вдох-выдох.

Сердце безудержно клокочет в груди, ладони вспотели, но я не отвожу взгляда от серой двери напротив.

Ещё несколько секунд, и я слышу завершающий тихий рык Игоря и особенно громкие стоны его подружки.

Копошение одежды и дверь хлипкой туалетной кабинки открывается.

Ну, что ж, а вот и мой выход, дамы и господа...

Глава 2

Катя

Дверь открывается.

Одно мгновение, чтобы взглянуть в ещё затуманенные удовольствием голубые глаза Игоря, а потом… резкий выпад и ребро моей ладони стремительно летит в горло ошеломлённого мужа.

Дальше быстрый и сильный удар ногой в пах, в который я вкладываю всю свою боль… и да, чёрт возьми! Я устояла!

Я же говорю – отличные туфли!

Болезненный протяжный стон вырывается из горла Игоря, и он сгибается пополам.

Не ожидал, милый?

Какой же ты подонок!

Эмоции внутри бушуют, но я не даю им вырваться на свободу.

Потом… истерика накроет меня потом, а сейчас я обязана быть собранной!

Конечно, в другой ситуации справиться с почти двухметровым накачанным амбалом я бы не смогла. Не та весовая категория. Но сейчас Игорь был расслаблен после полученного удовольствия и, естественно, он не ожидал сюрприза в виде разгневанной жены… то есть меня.

А я здесь, родной!

Молоденькая любовница мужа растерянно охает, когда любимый мужчина согнувшись пополам шагает обратно в кабинку, и быстро переводит взгляд на меня.

Секунду смотрим друг на друга.

Что ж нужно признать, девушка действительно очень красива.

Неприятно, но факт – мужчинам сложно пройти мимо таких куколок.

Упругие рыжие локоны водопадом стекают по открытым плечам. Тонкая белая… словно фарфоровая кожа… Боже, да она и сама выглядит как фарфоровая статуэтка.

Точёные аристократические черты, полные губы бантиком и огромные зелёные глаза, с превосходством смотрящие сейчас на меня.

Да, она прекрасно знает, кто перед ней стоит… мгновение и вот уже на её полных губах расцветает торжествующая улыбка… а мне так дико хочется её стереть!

Открываю свой клатч и достаю оттуда небольшой баллончик с лаком для волос, припасённый совершенно не для этой сцены, но… вот и ты пригодишься, малыш.

- Коленки не стёрла? – мой голос звенит от напряжения, но я произношу каждое слово с толикой брезгливости громко и чётко.

Не увидите вы моих слёз, твари!

- Нисколько, - щебечет эта малолетняя гадина, демонстративно поправляет приспущенную бретельку тёмно-синего платья и снова улыбается.

- Заткнись, Алина! - ещё не до конца разогнувшись пытается командовать муж и протягивает ко мне руку, - Катя, я всё объясню!

Ага, конечно!

Рыжая продолжает победно улыбаться и с превосходством разглядывает меня.

Видимо наивно полагает, что ей я ничего не сделаю.

Очень! Очень глупо с её стороны!

Широко улыбаюсь ей в ответ, быстро поднимаю руку с зажатым в ладони баллончиком и с каким-то мстительным удовольствием распыляю лак ей в лицо.

Девушка громко охнув шарахается от меня.

Поняла в последний момент, пигалица, что опасно стоять рядом с ужасно злой женой своего любовника… ага… но прикрыть свою наглую фарфоровую физиономию не успела.

Смотрю на этих двоих и выдёргиваю подол платья из-под ремня.

Противно… и горько.

И да, мне плевать сейчас на последствия!

Я не благородная леди и не всепрощающая дурочка. Жалеть об этом, я точно не буду.

Каждый получает по заслугам.

Отхожу подальше от мерзкой парочки, отряхиваю руки, убираю баллончик и под громкие проклятия любовницы Чернова резюмирую:

- Что ж, Алинаааа, - повторяю горячий стон мужа, - неприятно было с тобой познакомиться! А тебе, Чернов, я пришлю счёт за услуги венеролога вместе с документами о разводе! Адиос, детки! - громко выделяю последнее слово и иду к выходу.

- Катя... стой… давай поговорим, - раздаётся сзади хриплый голос Игоря, - не смей уходить! Чёрт! Катя!!!

Оставь свою лапшу при себе, Чернов.

Провожу по карману, в который убрала телефон, и без оглядки на предателя выхожу в коридор.

Сегодня ты убил меня, любимый… а я уничтожу тебя!

Быстро иду по широкому, освещённому светом множества настенных бра коридору к выходу мимо банкетного зала.

Хочется поскорее попасть на свежий воздух, а потом в душ, чтобы смыть с себя всю эту мерзость.

Меня пробирает сильная дрожь, пока иду вдоль открытых дверей красиво украшенного к празднованию Нового года зала. Гости смеются, улыбаются, шутят… а я медленно умираю внутри.

Всё, что казалось мне незыблемым, разрушилось в одно мгновение.

Отворачиваюсь, не могу смотреть на этих людей… не могу видеть их счастья… внутри меня только быстро расползающаяся чернота…

Холодно… Боже, как же холодно.

Обнимаю себя руками, чтобы хоть немного согреться.

Иду быстро, не хочу, чтобы меня заметили.

Поворачиваю к выходу из здания и сбегаю по широкой мраморной лестнице, ведущей к массивным деревянным дверям.

Внутри меня полыхает пожар и потушить его я пока не в состоянии… моя душа пылает от боли.

Опускаю взгляд на свои руки и вижу, как сильно они дрожат.

Да, я знаю, скоро возведённые мной стены падут и накатит истерика. Сейчас главное успеть выбраться отсюда и уехать подальше от Игоря.

Мне везёт, в холле никого нет. Забираю одежду из гардероба, меняю туфли на тёплые сапоги, накидываю сверху шубу и буквально вываливаюсь на улицу.

Делаю глубокие рваные вдохи и поднимаю глаза к хмурому небу

Нет, я не дам пролиться слезам.

Сбегаю по ступеням и иду к стоянке такси. Водитель галантно открывает передо мной дверь, и я сажусь в машину.

Нет, никаких чувств внутри больше… перегорела… только выжженная душа мучительно ноет.

Устало откидываю голову на мягкий подголовник сидения. Называю водителю нужный адрес и такси плавно трогается с места.

- Катя!!! – вдруг грозно раздаётся совсем рядом.

Медленно поворачиваю голову и вижу, как взъерошенный Чернов быстро сбегает по ступеням и направляется к нам.

Глава 3

Катя

Чёрные брюки мужа испачканы, белая рубашка небрежно свисает спереди.

Отлично выглядишь, подонок!

Игорь не смотрит на меня, а буквально прожигает взглядом. Ярко-голубые глаза метают молнии.

«Только вот меня это больше не трогает, Чернов», - хочу ему крикнуть, но лишь усмехаюсь, хотя мне совсем не весело. Двенадцать лет жизни только что смешаны с грязью…

- Мне остановиться? – спрашивает водитель.

- Нет, давайте скорее уедем отсюда.

Водитель сразу понимает ситуацию, и машина быстро отъезжает от ресторана.

Умный мужчина, вообще, люблю умных людей, которые не задают глупые вопросы в ситуациях пахнущих керосином.

Когда Чернов остаётся позади, выдыхаю.

Сейчас я могу найти защиту лишь в одном месте.

Знаю, что человек, который мне может помочь, даже в это позднее время находится на рабочем месте. К сожалению, сейчас я добавлю проблем на его седую голову, но что поделать, так уж вышло.

Се ля ви.

Устало выдыхаю.

Абсолютно нет сил. Я эмоционально выпотрошена, но есть ещё одно дело, которое мне необходимо сделать, пока я окончательно не остыла.

Достаю телефон, убираю звук и просматриваю снятое в туалете видео. Эмоции пока ещё на нуле и это удерживает меня от истерики.

Отлично, кстати, получилось.

Игорь на видео такой дикий, необузданный, страстный.

Отвожу поплывший взгляд от экрана и всматриваюсь в проплывающий за затемнённым окном пейзаж. Закусываю губу.

А ведь когда-то и меня муж так же дико хотел… но это было давно… и теперь уже неважно.

Вздыхаю.

В машине пахнет еловым освежителем воздуха.

Приятно.

Напоминает о беззаботном детстве, катаниях на санках с горок в лесу… напоминает о счастье…

И снова поднимаю голову вверх и часто-часто моргаю.

Я не буду плакать!

Не буду!

Сжимаю в руке телефон и решаюсь.

Набираю номер своей лучшей подруги и по совместительству отличного сисадмина и нереального хакера. Весьма полезное школьное знакомство!

- Привет, Светик!

- Привет, Катюша, - мурлычет подруга в трубку, - как вечер, удался?

- О, ты не представляешь, насколько он удался, - невесело усмехаюсь и продолжаю, - я тебе сейчас видео скину и список с телефонами, отправь, пожалуйста, этот зажигательный видосик всем. И ещё, мне бы очень хотелось, чтобы это видео завтра красовалось в ленте всех крупных пабликов города, сделаешь? Ну, так… тихо, чтобы без следов, как ты умеешь.

- Ого, ты там вскрыла мафиозную сеть среди элиты города что ли? - смеётся подруга.

- Да, нет, - грустно вздыхаю, - просто сняла случайно одного женатого оленя с резвой молодой оленихой в туалете.

В трубке ненадолго повисает напряжённое молчание, но подруга не глупая дура вроде меня и, конечно, она быстро обо всём догадывается.

- Катюш, - голос Светы резко меняется на взволнованный, - ты Игоря своего что-ли застукала?

- Да, Свет, - говорю, и первая слезинка всё-таки стекает по моей щеке, - моего Игоря.

- Катюш, приезжай ко мне, а?

- Приеду, Светик, обязательно приеду, но не сегодня, возможно, завтра заскочу, - со злостью стираю слёзы с лица и уже намного более твёрдо и уверенно отвечаю.

- А куда ты сейчас, Катюнь? - тревожится Света, - только, пожалуйста, не надо заниматься членовредительством. Игорь этого не стоит совсем… и я сухари сушить не умею… вот.

Смеюсь.

Задорно. Весело. Громко.

Смеюсь и впервые за последний час чувствую себя живой.

Замечаю, как водитель в зеркало посматривает на меня и тоже улыбается.

Вот что значит боевая подруга, знает меня как себя. Эх, Светик, знала бы ты как сейчас права.

- Не переживай, этот номер уже был сегодня в программе, так что теперь я с повинной к шефу еду, - улыбаюсь. Вот умеет же Светка даже в самой патовой ситуации разрядить обстановку, - ты главное видео сейчас уже начинай рассылать пока фуршет не закончен.

- О, это я с удовольствием! – злорадствует Света, и я прямо вижу, как она сейчас потирает свои пухленькие ручки и снова смеюсь, - сейчас я их такими звёздами сделаю, - обещает Светик.

Глава 4

Катя

Пара плавных привычных движений и видео со списком телефонов важных шишек в дорогих костюмах, приглашённых на новогодний вечер к мэру улетает к подруге.

И нет, палец не дрогнул, когда я нажимала «Отправить».

Игорь это заслужил.

Своей непогрешимой репутацией муж очень дорожит… а я дорожила нашей семьёй, которую он смешал с грязью.

Убираю телефон.

Дело сделано, и он мне больше не нужен. Смотреть на бесконечные сообщения и звонки мужа я не буду.

Пошёл, к чёрту, Чернов!

Вздыхаю. Снова откидываюсь на мягкую спинку сидения и прикрываю глаза.

Ну, всё, осталось теперь только посмотреть в глаза шефу.

Разыгрывать раскаявшуюся грешницу перед ним я не буду.

Бесполезно.

Он меня ещё со времён учёбы в универе знает и прекрасно поймёт, что сегодняшнее «происшествие» - не тот случай, который вызовет у меня чувство вины… и он будет прав – я нисколько не раскаиваюсь.

Поэтому просто поставлю его в известность, чтобы заранее готовил ответы на вопросы, которые ему скоро начнут задавать... всё-таки его сотрудник и настолько аморально себя повёл… ай-яй-яй, как нехорошо получилось…

Грустно улыбаюсь, а перед моим мысленным взором в этот момент почему-то возникает лицо Алины.

Боже… вот тебя только мне не хватает!

Сгинь, нечистая сила!

Ладонями растираю лицо, но ухмыляющаяся Алина не исчезает… и вдруг что-то щёлкает в моём расслабленном сознании, и я тут же ловлю себя на мысли, что где-то уже видела её.

Резко открываю глаза и выпрямляюсь. Холодная испарина моментально выступает на лбу.

Да, точно!

Я видела эту наглую физиономию в нашем, чёрт возьми, управлении!

Тяжёлый протяжный выдох вырывается из меня, пока я прокручиваю в памяти фрагменты нашей недавней встречи с пассией Игоря.

Потираю ладонью холодный лоб.

Боже, Чернов… ты умудрился завести служебный роман и это при том, что я работаю в соседнем отделе?!

Ну ты и… сволочь.

Так! К чёрту Чернова!

Что мне теперь с этим делать?

Нет, работать рядом с Игорем и его рыжеволосой пассией я не собираюсь!

Да и, собственно, кто сказал, что она у него единственная по управлению ходит... вот же мерзость...

А муж-то мой удалец! Везде успел - и семью разрушил и на работе нагадил.

Ууу! Гад!

Остаток поездки стараюсь придумать, как же мне теперь быть дальше. С Игорем, понятное дело, я разведусь, а вот что делать с работой?

Сталкиваться там постоянно с бывшим мужем и его девицами?

Ни. За. Что!

Покидаю машину в растрёпанных чувствах. Сегодняшнее потрясение, похоже, ещё слишком сильно действует на меня, так как никаких идей в моей пустой голове не появляется.

Зло стучу каблуками, взбегая по высоким ступеням. Хлопаю дверью, быстро отмечаюсь на проходной и поднимаюсь к кабинету Кир Саныча.

Вдох-выдох.

Немного подрагивающими пальцами провожу по мягкому бархату платья, разглаживая несуществующие складки, и, наконец, решившись стучусь в высокие дубовые двери.

- Заходи уже, Чернова, не майся у дверей, - усталый мужской голос раздаётся из кабинета.

Отлично. Шеф уже в курсе событий. Быстро работает Светик.

Мне даже становится немного стыдно за свою несдержанность перед Кир Санычем… но только немного.

Приоткрываю дверь и просовываю в образовавшуюся щель свою голову.

- Кир Саныч, можно?

Мужчина молча кивает мне, и я прохожу внутрь.

Шеф пару раз привычно потирает свою седую и уже почти лысую голову, упирается локтем в широкий массивный стол и укладывает подбородок на большой, сжатый до побелевших костяшек кулак. Медленно вздыхает, видимо, стараясь успокоиться, и переводит, наконец, на меня усталый взгляд.

- Знаешь Катерина, иногда я задаю себе вопрос: «Какого чёрта я взял тебя к себе?» Я ж ещё во время твоего обучения видел, на что ты способна. О твоих «наказаниях» золотых деток даже среди преподавателей ходили легенды, - вздыхает.

Не опускаю взгляда, прямо смотрю в голубые глаза Кир Саныча.

Мне стесняться нечего!

Да, в универе я никому не давала спуску. Были времена, когда меня доставала наглая мажорная масса, но я обижать себя не давала… скорее, это золотые детишки получали от меня.

- Возможно, потому что я умная, сильная и самая способная Ваша ученица? - невесело усмехаюсь и, не робея перед мужчиной, прохожу дальше, - а золотая молодёжь сама нарывалась или Вы думаете, что мне нужно было терпеть выходки этих богачеев?

- Да, знаю я всё, Чернова, - тише и уже как-то совсем безрадостно отвечает Кир Саныч, - ты скажи лучше, куда ещё видео отправила кроме гостей сегодняшнего приёма? Откуда мне ещё завтра прилетит по моей седой голове?

Вот же…

И всё-таки неудобно перед шефом.

Я спесь свою спустила, а ему теперь разгребать всё это.

- Во все большие паблики города, - опустив глаза, честно отвечаю и слышу тяжёлый вдох рядом, - Вы извините меня, Кир Саныч, за эту выходку, - нет, извиниться обязательно надо! Опускаюсь на стул рядом с шефом, - простите меня… но оставить эту…ммм… - на мгновение запинаюсь, подбирая подходящее и цензурное слово, - ситуацию и просто тихо уйти я не могла.

Шеф встаёт из-за стола и проходит к панорамному окну за ним. Молчит. Кажется, что он рассматривает окружающие виды, но я знаю, что сейчас мужчина обдумывает ситуацию со всех сторон и взвешивает каждое слово.

- Да, понимаю я всё, Катюш, - наконец, произносит, - Чернову твоему завтра выговор влеплю и отправлю куда-нибудь подальше с глаз долой, а вертихвостку эту, прости Господи, уволю к чёртовой матери.

- Вот этого не нужно! - вскакиваю со стула и встаю напротив шефа.

- Что? Решила, что хватит с неё позора во всех соцсетях и сегодняшней твоей туалетной атаки? А чем ты, кстати, её? Газом или лаком всё-таки? – спрашивает и лукаво улыбается.

- Лаком, - тихо отвечаю и закусываю губу, - и нет! Не хватит, конечно! – уже громче произношу, вспомнив первую часть вопроса, - пусть её на работе ещё сплетнями добьют, - уже тише добавляю, а Кир Саныч вдруг начинает смеяться громко и заразительно. Глаза сверкают.

- Стерва, ты Катюша, как есть стерва... - через пару минут успокоившись и от души повеселившись произносит шеф, - хорошо! Пару дней подержу ещё её в управлении, потерплю ради тебя, хотя она и сама, наверно, больше не выдержит... Она не ты...

Снова вздыхает и смотрит на меня так понимающе… и я не выдерживаю и громко хлюпаю носом...

Вот же чёрт.

Отворачиваюсь.

Совсем не хочу, чтобы Кир Саныч меня такой видел… униженной, подавленной… разбитой…

Хочу уйти, но внезапно оказываюсь в кольце тёплых рук и всё… прощай, равнодушие и здравствуй, истерика… возведённые мной щиты окончательно срывает…

Навзрыд плачу на плече у своего любимого шефа.

Безобразно и громко.

Стыдно, Боже, как же стыдно, но я позволяю себе это сегодня… только сегодня, Катя.

Через некоторое время боль в моём разодранном сердце всё-таки стихает, и мне становится легче, но мужчина меня не отпускает.

- Как ты, Катюшь? - он ласково гладит меня по голове, как маленького ребёнка, прижимает сильнее к груди.

- Сейчас очень плохо, Кир Саныч, - поднимаю к нему лицо и улыбаюсь сквозь слёзы, - но завтра будет легче.

- Обещаешь?

Внимательно вглядывается в мои глаза, и я киваю.

У меня никогда не было папы. Я не знаю, что такое отцовская любовь и забота. Но, мне кажется, что Кир Саныч, стал для меня олицетворением всего этого.

С ним мне спокойно, и я чувствую, что он тоже относится ко мне не так, как ко всем остальным подчинённым.

- Обещаю, - говорю это не столько для мужчины, сколько для себя. Я должна со всем справиться.

Освобождаюсь из наполненных отцовской заботой тёплых объятий. Быстро вытираю слёзы ладонями.

- Кир Саныч, можно Вас попросить?

- Так ты ещё и просить будешь после всего, что натворила сегодня? - говорит строго, но я по его добрым глазам вижу, что не сердится, и грустно улыбаюсь.

- Задержите, пожалуйста, Чернова на часик, я вещи заберу из квартиры.

Глава 5

Катя

И снова этот внимательный взгляд, от которого в душе всё переворачивается… но я кремень!

Ага, после того, как залила слезами половину белой рубашки шефа…

Чёрт! И глаза у меня, наверно, ужасно опухшие… и красные…

Вот же…

Опускаю взгляд, но мужчина двумя пальцами аккуратно за подбородок приподнимает моё лицо, вынуждая снова посмотреть на него.

- Уверена, что не спешишь с решениями, бывает, что мужики гульнут и к жёнам потом возв...

- Нет-нет! Вы что! – аж задыхаюсь восклицая. От предположения шефа тут же забываю о своём неподобающем внешнем виде, - зачем мне такое… чудо, - вовремя вставляю нужное по смыслу слово и чувствую, как уверенность моя, наконец-то, ко мне возвращается, - пошёл налево, значит я Игоря не устраиваю. Если бы духу хватило честно в глаза мне сказать, что разлюбил, я бы, наверно, поняла и даже со своим паршивым характером отпустила его, - отвожу взгляд на пейзаж за окном, всё-таки говорить об измене Игоря ещё очень трудно, - но он принёс эту грязь в наши отношения, я такого не прощу никогда и не забуду. Так что никакого помилования, Кир Саныч! – поворачиваюсь обратно и последнее утверждение уже намного бодрее рапортую, хотя в глазах опять появляются слёзы, и я снова отвожу взгляд к вечернему городу.