Цена желания

— Александра Моретти, — представилась она и, подходя ближе, протянула мне ладонь. — Но вы можете звать меня Алекс.

Не отрывая взгляда от её лица, я пожала её ладонь. Её рукопожатие было крепким, но при этом каким-то липким, будто она заранее знала, что я не смогу просто её выставить.

— Вы юрист? — спросила я, обходя стол и усаживаясь в кресло.

Алекс села напротив и кивнула:

— Юрист мистера Вентури.

Я сразу поняла, зачем юрист Вентури заявилась ко мне, и вздохнула, закрыв глаза и сжав переносицу двумя пальцами.

— Тогда можете ему передать, что мой ответ не изменился, — я снова скрестила руки на груди и уткнулась в документы, давая понять, что мне неинтересно.

— Я здесь не для того, чтобы получить ваш ответ, — она выдержала паузу, — я пришла, чтобы рассказать вам, почему его предложение стоит рассмотреть.

Я взглянула на неё. Она до сих пор улыбалась своей холодной улыбкой, от которой несло угрозой. Она положила передо мной папку.

— Взгляните, пожалуйста. Мистер Вентури предлагает щедрые условия.

Я усмехнулась. Условия.

— Он полностью погасит долги казино, оставит ваших сотрудников и не будет менять название в течение периода, который вы назовёте, — она заговорила заговорщицки тише, — также он выплатит всю сумму наличными и оставит вам выбор: вы сможете либо остаться здесь на посту директора, либо покинуть казино, как и хотели.

— Он хочет купить моё казино, но при этом ставит мне условия? — спросила я, изумлённо подняв брови.

— Мистер Вентури предпочитает, чтобы сделки были выгодны обеим сторонам.

Секунду я сидела с открытым ртом, потом усмехнулась:

— Вы серьёзно?

— Абсолютно.

— Почему именно это казино?

Я откинулась на спинку стула, в упор глядя на Алекс. Я хотела понять, почему он выбрал именно «Harper's».

— Оно представляет интерес для моего клиента.

— И какой же интерес может быть для такого, очевидно, влиятельного человека от убыточного заведения? — не отступала я.

— Деловой.

— Я хочу логичный ответ, потому что мне важно, чтобы «Harper's» попал в надёжные руки.

Алекс пожала плечами, так же спокойно глядя на меня.

— Другого у меня нет.

Я прикусила губу. Меня невероятно это бесило. Но где-то внутри шевелилось любопытство: почему они так упорно цепляются за это место? Что они знают такого, чего не знаю я?

— Почему не купить другое казино? — спросила я.

— Понравилось ваше.

— Почему не построить новое?

— Ему это не нужно.

Я сыпала на неё вопросы один за другим, но Алекс всё равно не сдавалась. Она была стойкой и отвечала максимально спокойно и сдержанно. Всё выглядело так, будто она знала намного больше ответов, чем говорила.

Я разглядывала документы, которые она положила передо мной. Листала документ за документом, изучая каждый, пока не наткнулась на подпись моего отца. К горлу подступил ком. Откуда его подпись в этих бумагах?

Я подняла взгляд на Алекс:

— Вы знали моего отца?

— Лично нет. Но я слышала о нём, — спокойно ответила она.

Я подвинула к ней документ:

— Что это?

Алекс взглянула на него:

— Один из старых финансовых документов.

— Почему документ с подписью моего отца у вас?

— Он имеет отношение к истории казино.

— Какое?

— Это лучше вам спросить у мистера Вентури.

Вентури по-хозяйски вошёл в кабинет. Я взглянула на него с презрением и спросила, показав документ:

— Вы знали, что документ моего отца у вас?

Он остановился рядом с Алекс и взглянул на документ. Челюсть его едва заметно сжалась, а взгляд на секунду стал жёстким, но он быстро вернул лицу бесстрастное выражение.

— Да, — кивнул он.

— Почему не сказали?

— Вы не спрашивали.

Я сжала ладони в кулаки и прикусила губу, но тут же подавила раздражение:

— Вы должны были сами сказать мне, что документ моего отца у вас.

— Возможно.

— Ответьте на вопрос. Почему документ моего отца у вас?

— Мы с ним вели дела.

— Какие дела мог вести с вами мой отец?

— Деловые.

Ответ меня не устраивал, я хотела конкретики, но давить не стала. Он был словно стена — холодная, твёрдая, непробиваемая. Только иногда, на долю секунды, в его глазах мелькало что-то такое, от чего у меня по спине бежали мурашки.

— Почему именно моё казино? — спросила я, слегка отойдя от темы.

— Оно имеет значение.

— Для бизнеса?

— В том числе.

— «В том числе»? — переспросила я, подняв брови.

— Не всё в этом городе измеряется деньгами.

Его ответ дал мне понять, что он имеет какое-то личное отношение к моему казино. Я закрыла папку и скрестила руки на груди.

— Мой ответ всё тот же.

— Пока.

— Не «пока». Просто нет.

— Я могу подождать, пока ваше решение изменится, — ответил он, холодно улыбнувшись. В его улыбке не было ни тепла, ни злорадства — лишь констатация факта, который он уже принял.

— А если не изменится?

— Тогда я найду другой способ переубедить вас.

— Это угроза?

— Обещание.

Он не отводил взгляда, и я почувствовала, как воздух между нами наэлектризовался. На мгновение мне стало не по себе, но я не подала виду.

Я встала. Мне надоел этот бессмысленный разговор. Я направилась к двери, чувствуя на себе его взгляд. Выйдя из кабинета, я на мгновение замешкалась в коридоре, поправляя рукав куртки. Дверь осталась слегка приоткрытой, и до меня донеслись приглушённые голоса.

— Ты усложняешь всё, — произнесла Алекс.

— Я знаю, — ответил Маттео. В его голосе слышалась усталость, которой я не замечала раньше.

— Она должна была просто подписать отказ.

— Она не подпишет.

— Тогда зачем ты продолжаешь?

Пауза. Я затаила дыхание, чувствуя, как колотится сердце.

— Потому что я ещё не закончил.

— Или потому что она тебе нравится?

— Не переходи границы.

Я замерла. Сердце пропустило удар. Что это сейчас было? Я не собиралась подслушивать, но услышанное заставило меня насторожиться. Кем был этот человек? И что ему на самом деле нужно?

Я быстро пошла прочь, не желая, чтобы меня застали за подслушиванием.

Через некоторое время я снова оказалась у двери отцовского кабинета. Внутри было тихо. Я вошла и подошла к столу. Папка всё ещё лежала там. Я открыла её и нашла тот самый лист с подписью отца.

Джеймс Харпер.

Я провела пальцами по подписи. Вспомнила, как отец подписывал документы, как держал ручку, как говорил мне: «Когда-нибудь это казино будет твоим». Теперь его слова начали звучать иначе. В них появился скрытый смысл, который я только начинала осознавать.

— Ты знал моего отца лучше, чем говоришь.

Я вздрогнула от голоса за спиной и обернулась. В дверях стоял Маттео. Он смотрел на меня пристально, без тени улыбки. Его руки были в карманах брюк, а плечи напряжены, будто он сдерживал себя.

— Возможно, — ответил он.

— И всё равно хочешь купить его казино.

— Да.

— Почему?

Он несколько секунд смотрел на меня, потом медленно подошёл ближе. Остановился в шаге, так близко, что я почувствовала запах его одеколона — свежий, с нотками древесины.

— Потому что некоторые вещи мы начинаем ценить только тогда, когда понимаем, что можем их потерять.

— Это опять не ответ.

— Пока нет.

Он развернулся и вышел, оставив меня одну. Я смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри разрастается тревога. Этот человек был не просто покупателем. Он был частью прошлого, о котором я ничего не знала.

Я снова опустила взгляд на подпись отца. Пальцы дрожали. Впервые в этой истории появилось не просто желание узнать правду, а ощущение, что смерть отца оставила после себя незакрытый долг. И теперь этот долг пришёл за мной.