Как довести соседку

Мимо дома ходили люди. Я следила за ними из-за тюля.

Хоть бы кто сделал замечание, вышел из себя! Но местные придерживались нейтралитета. Наверное, думали, что сумасшедший имеет какое-то отношение к выехавшему Панкратову. Прошлого соседа здесь уважали. Десять минут, и я увидела, как Егор Дмитриевич, выгуливающий Марусю, радостно салютует сумасшедшему.

Так кто из нас сошёл с ума? Он здесь уже знакомствами обзавёлся! Перетянул на свою сторону лучших! Я заткнула уши подушками и рухнула со сдавленным стоном на диван. Адский скрежет долетал сквозь наволочки и набивку.

У меня в жизни не было удачного опыта переговоров с такой борзотой! Пожалуйста, пусть Артём поскорее вернётся! Хотя бы позвонит! Мне нужно ему пожаловаться.

Последняя капля! Фобос запрыгнул на подоконник и принялся царапать стекло. Дарование неожиданно стихло. Я еле сдержалась от того, чтобы не потерять бдительность. Напряжённо привстала, открыла уши, прислушиваясь к повиснувшей в доме тишине, и вдруг стала свидетелем того, как мужская ладонь резко появляется за стеклом, пугая мою собаку.

Сумасшедший рассмеялся снаружи, а Фобос вскрикнул и пустил по ковру ручеёк.

– Малы-ы-ыш!

Тот, кто обижает животных, наречёт на себя мой праведный гнев!

Лужа подождёт! Я решительно встала с дивана, спустила писающегося пса с подоконника и без всякого оружия кинулась открывать все замки на двери.

С каждым проворотом ключа смелости быстро убавлялось, но тот уже явно услышал, что я собираюсь выйти. Поэтому:

– З-зачем вы испугали мою собаку?! – вырвалось у меня надрывно и отчаянно из-за приоткрытой створки, призванной меня защитить.

Я высунулась наружу, не переступая порог, и напоролась на заинтересованный смешливый взгляд карих глаз. Парень замер с грифом гитары в ладони, приподняв бровь. Он буквально превратился в живой манекен, демонстрирующий изящную родинку над губой. Я сглотнула.

Он мучал меня всё утро! У него нет совести! Лучше было не лезть на рожон!

– Извините, – пожал вдруг сумасшедший до неприличия красивыми оголёнными плечами. – Я больше не буду пугать вашу собаку. Я думал, это крыса.

Очень смешно! Да она воспитаннее тебя, придурок!.. И всё-таки он ответил таким вежливым тоном, что я засомневалась в наличии сарказма.

– Надеюсь. Так вы… скоро закончите играть? Мне бы тоже хотелось уделить время делам. В тишине.

– А! Да, конечно. Уже ухожу, – непринуждённо хмыкнул он.

Так легко? В чём подвох?!

Он сполз с нашей скамейки. Отложил инструмент, подтянул штаны, из-под которых выглянула резинка чёрных трусов, прикрывающих тазобедренные косточки, и лени-и-иво потянулся.

Я невольно скользнула взглядом по его смугловатому телу и насупилась:

– Вы здесь снимаете полдома, так?

– Ага, – бросил сумасшедший из-за спины, укладывая гитару в чехол.

Отступил левее и, будто нарочно, задел ногой вскрытую банку пива. Она оказалась наполовину полной, ещё и с пеплом. Пиво заструилось по мытым ступенькам.

– Ой!

Мой маленький рай, вычищенный накануне, быстро превращался в свинарник.

Я не знаю, в чём состоял его умысел, а может, он просто человек-катастрофа, но пускай быстрее убирается на свою половину и гадит там!

– Ничего страшного! Дождём смоет, – решила я не показывать своего расстройства. – Кстати! А вот и тучи! Давайте я вам помогу собраться, пока ничего не залило!

Я вышла из-за двери к миниатюрной, но мощной колонке, из-за которой ещё пару минут назад была готова лезть на стены. Взялась за её ручку. Дёрнула, мечтая поднять и случайно «отпустить». Но от неожиданности лишь выпучила глаза. Такой страшный хруст раздался в спине.

– Пожалуй, я сам, – издевательски хохотнул мой новый сосед и приблизился, поглядывая сверху. – Спасибо за помощь. Катя.

Специально выждал, когда я надорвусь над техникой, не предупредив, насколько она тяжёлая… Говнюк!

Это не помешало мне принюхаться к его подозрительно притягательному запаху тела. Естественный, словно даже съедобный. Мышцы на его руке очертились ярче, когда он уцепил с пола колонку, и ухмыльнулся. Откуда-то знает моё имя.

Подружился с другими соседями! Строит козни!

– А как вас зовут? – просипела я, разгибаясь.

– Эмиль, – ответил он что-то сладкое, нежащее мои уши, особенно после трёхчасового прослушивания хардкора.

Я не сразу осознала, что это и есть его имя.

– Эмиль… Вы здесь на выходные, так ведь? На пару недель, пока отпуск? – пришлось спросить уже соседу вслед.

– Хах! Не мечтайте… Я здесь навсегда.

5. Особый случай

POV Катя

«Я здесь навсегда, – громыхало в моей голове, – НАВСЕГДА»!

За окном резко стемнело, закрапало. Затем на город сорвался ливень. Артём в обед так и не позвонил… Иголочки дождя врезались в подоконник, разбивались о стекло. Запах табака улетучился вместе с соседом, и в дом хлынула спасительная свежесть. Первым делом я набрала тазик в ванной. Опустилась с тряпкой перед впитавшим лужу ковром. Пёс скулил поблизости, потому что чувствовал вину.

– Носи своё злодейское имя гордо, Фобос!

А стыдится пускай тот зоофоб за стенкой, что посмеялся над невинным животным!

Я отчистила с пола свежие неприятности и заодно разодрала кожу на коленках. Вслед Фобосу решил обделаться Седрик, очень долго закапывающий горшок наверху. Пришлось убирать и за ним.

Ничего трудного. Но я так устала за утро от всех этих продуктов жизнедеятельности – особенно в клумбе – что захотела постоять неопределённое время под душем, а потом рухнуть на прохладную кровать.

Замотавшись в полотенце, я, мокрая, вышла из ванной и направилась в спальню. Но так до неё и не дошла.

В арке, ведущей в мастерскую, стало видно сверкающее на свете окно. Из-за фасада соседнего дома виднелся сквер вдалеке, ещё дальше – отголоски дорожной развязки и новый жилой квартал. А над ним небо делилось на две части: там, где нависли кучные, медленно отступающие тучи, и стеной наступающая приглушённая синева. Пока я отмокала, дождь превратился в лёгкий июньский бриз. Вышло солнце.