Между нами, девочками

– Будешь знать, как казенное добро воровать, гад! – Грозил он ему своей тростью в ответ.

Старик не мог простить соседу пластиковых окон, дорогого автомобиля и трехкомнатной квартиры. А может и еще чего-то – Гаврилов слишком напоминал его сына: та же походка, то же телосложение. Даже, казалось, в чертах лица есть что-то общее. Но больнее всего старику было слышать детский смех за стеной и думать о Ванечке…

Внука он не видел ни разу в жизни. Кравцов считал ниже своего достоинства ехать в Севастополь, а семья сына с момента переезда ни разу его не навещала, – сын постоянно ссылался на занятость. Но Алексей Анатольевич ему не верил и во всем винил неблагодарную невестку, которая «отвадила» мужа от родного отца.

– Наверное, мало я Сашку в детстве наказывал, надо было драть его до самой армии, тогда уважал бы отца, а не под бабой сидел бы! – Говорил он сам себе, потому что никто его не слушал.

Так он говорил и говорил, сидя в парке на своей любимой лавочке, а все куда-то бежали, не обращая на него никакого внимания. Казалось, что жизнь проносится мимо него, пока он так сидит и жалуется сам себе.

– А мне бы внучка увидеть! Уж я бы его воспитал как надо! И в футбол бы с ним играл, и бегали бы с ним, водой холодной обливались бы… Вырос бы у меня богатырем, как папаша его – лбина двухметровая, не то, что нынешние – сосут свои карамельки да газировкой запивают…

– Леша? – Неожиданно окликнул его давно забытый, словно из прошлой жизни, голос.

– Света? – Ошеломленно протянул старик.

– Как ты?

– Плохо. А как еще можно в старости?

– Да что ты такое говоришь! Старость – это лучшее время в жизни! Правда, я сама это поняла только пять лет назад…

Окликнувшая его женщина присела рядом с ним на лавочку. Одета она была недорого, но со вкусом. Самые простые вещи при умелой компоновке придавали ей особый шарм. Она была жизнерадостна, энергична, от нее словно веяло здоровьем и жизненной силой. И хотя с Алексеем Анатольевичем они были ровесниками, выглядела она моложе его лет на двадцать.

– Ерунда. Ты сама веришь в то, что говоришь?

– Верю. Ты помнишь, как мы расстались?

– Прошу, не напоминай! Да, я поступил как настоящий подлец – уехал без предупреждения, отрубил в один миг все связи, а вернулся уже женившись. Согласен, поступил как трус – просто не хотел долгих объяснений и слез. Не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь, но не проходит и дня, чтобы я себя за это не проклинал.

– Я тебя давно простила.

– Разве это можно простить?

– Простить можно что угодно, если ты готов простить сам себя.

– Я себе этого не прощу.

– Это ты зря.

– Расскажи лучше, как у тебя жизнь сложилась.

– Погоревала, конечно, даже хотела из окна выброситься, но передумала – уж очень жить хотелось. Потом назло тебе вышла замуж за паренька, который был влюблен в меня еще со школы. Все стихи мне писал, в любви признавался. Рано овдовела, всю любовь отдавала сыну. Погубила я его, Леша. Спрятала себе под юбку, оберегала от мира вместо того, чтобы мужика из него растить, себе защитника, плечо надежное. Вот и стал он пить. Как я ни боролась – все бесполезно. Потеряла я и сына. Потом сама чуть не умерла в больнице от рака. Врач сразу сказал, что проживу не больше пяти дней. Я лежала в палате одна, смотрела в окно и плакала. Пять дней! Всего лишь пять дней остается в жизни, а что я видела? Сначала мечтала от родителей поскорее сбежать, потом стирка-глажка-готовка, потом ты меня бросил, я жить не хотела, потом снова замужество, снова стирка-глажка-готовка, потом похороны, пьянство сына, все по врачам его таскала, а сейчас вот сама в больнице в ожидании смерти. Все, жизнь закончилась! Пролетела в суете, в каком-то глупом ожидании счастья – вот еще чуть-чуть напрягусь и оно придет.

Я смотрела в окно и ревела. А небо было таким красивым! Леша, ты не представляешь, каким было небо в этот вечер! На него словно кто-то разлил розовую краску и оно рисовало причудливые узоры из облаков. Впервые в жизни я смотрела на небо и видела небо. Не свои проблемы, заботы, мысли что купить на ужин, а именно небо! Проникалась его красотой, восхищалась его величием и непредсказуемостью!

И тогда я решила, что оставшиеся пять дней должны стать самыми счастливыми в моей жизни. Если я все это время ждала счастья, значит, оно должно прийти! Я радовалась каждой прожитой минуте, каждому новому облачку на моем небе, улыбалась каждому человеку, даже нахальной санитарке Зойке, которую ненавидела вся больница за ее постоянное выражение: «Ну че там опять?!».

Я отказалась от уколов и лекарств и часами сидела в парке, наблюдая как играют дети, как разговаривают прохожие, как нежно целуются влюбленные парочки. А еще брала хлеб и кормила птиц. Они облепляли меня со всех сторон – такие хрупкие, доверчивые, садились на меня и ели прямо с руки, протягивая свои маленькие головки на тонких шейках. И мне было так хорошо, как не было за всю жизнь!

На третий день я смогла ходить без тросточки. Врач, увидев это, попросил повторно сдать анализы. Как он был удивлен! Смертный приговор он отменял за свою практику впервые!

Я вернулась из больницы домой и решила пересмотреть свою жизнь. Продала машину и трехкомнатную квартиру и переехала в маленькую, уютную квартирку. Деньги, которые мы откладывали непонятно на что, во всем себе отказывая, я теперь трачу на путешествия и развитие. Нас учили копить просто так и деньги лежат на сберкнижках бесцельным грузом. А ведь деньги – это возможности. И лучшей возможности, чем приносить нам радость, у них нет. Мы должны видеть радость в каждом нашем дне.

– Да, но не у всех это получается.

– А что мешает?

Старик замялся, Светлана продолжила:

– Не отвечай. Сейчас ты найдешь тысячу причин не делать ничего, но причина одна – нежелание над собой работать. И я тебя понимаю. Это тяжелейший труд – обвинять в своих бедах не окружающих, как мы привыкли, а только себя.

– А все вокруг ангелы во плоти по-твоему, да?! – Начал заводиться старик. Ему не давали покоя мысли о Ванечке.

– Ты конкретно о ком-то?

– Да, о ком-то! Вот мой сын, например. Бросил меня одного и уехал со своей… – Старик запнулся, желая покрепче выразиться, но постыдился Светланы, – …женой, будь она не ладна. Внука мне еще ни разу не привезли! Все работа у них там какая-то! Да просто старый больной идиот на хрен никому не нужен! Это ты понимаешь!

– А ты сам-то себе нужен? – Тихо, но уверенно спросила женщина.

Старик махнул рукой и отвернулся. После некоторой паузы, не оборачиваясь, он вполголоса сказал:

– Сам себе я уже давно не нужен.

– Так чего же ты ждешь тогда от других? Человек, который не любит сам себя не вызывает любви у окружающих. И бесполезно их в этом обвинять.

– Но ведь я его отец! Плоть от плоти!

– Это прекрасно, но закон притяжения сильнее. Представляешь, на людей он тоже действует! И пока ты сам не излучаешь любовь, тебе никогда ее не получить извне. Никогда, запомни!

Полуденное солнце залило весь парк – деревья, дорожки, скамейки. Стало жарко. Гулявшие по парку люди устремлялись в тень и к киоскам с мороженым. Двое пожилых людей, сидевших на лавочке, услышали звуки музыки и обернулись – на сцену вышел оркестр и ведущий объявил медленный танец.

– Да ну его все к черту, Светка! Пойдем танцевать! – Алексей Анатольевич решительно подскочил с лавочки, отложив трость и подхватил свою спутницу.

Движения были нежные и плавные, а дух захватывало так, что старик только давался диву – такого он не чувствовал даже в свои 22, когда танцевал со Светланой на выпускном института геологии.

– А прыть-то у тебя осталась прежняя! – Восхитилась собеседница.

– А может и добавилась! – Похвастался Кравцов. – Будем танцевать до упаду и наплевать, что скажут люди!

– А ты посмотри на них.

Старик оторвал взгляд от голубых глаз собеседницы и огляделся. Люди, стоявшие вокруг, смотрели на них с восхищением, почти не дыша. У многих на лицах были теплые, добрые улыбки, кто-то перешептывался: «Вот это любовь!», кто-то откровенно завидовал: «Хотел бы и я в его годы так отплясывать», кто-то, растрогавшись, смахивал набежавшую слезу. Старик так удивился, что даже запутался в ногах и чуть не упал.

– Вот это да! Глазам своим не верю!

– А ты что хотел увидеть?

– Санитаров, которые приехали за нами.

Оба засмеялись. Танец наполнился нежностью и понес их ввысь к своей чувственной сути. Туда, где двое держат друг друга в объятиях и ощущают, как сплетаются их души в единое целое. Алексей Анатольевич потянулся губами к губам женщины, которую когда-то любил. Ему казалось, что он любил ее всегда. Только ее одну.

Музыка закончилась. Повисла пауза, которая тут же взорвалась аплодисментами стоявших вокруг людей. Старик не понимал, где он находится. Было такое ощущение, что центр его жизни переместился из головы в самое сердце и наполнило его незнакомым доселе ощущением – будто раньше он жил отдельно, как брошенная запчасть, а сейчас его кто-то собрал в единое целое. Ему казалось, что такие важные вехи жизни человека, как молодость и старость были специально разделены каким-то злым волшебником. На самом же деле они едины и представляют одну суть. Но понять это может только тот, кто любит жизнь и хранит в душе радость.

– Приглашаю прелестную даму прогуляться по парку. – Протянул он руку.

– С удовольствием! – Согласилась Светлана.

Они шли, держась за руки, внезапно на Алексея Анатольевича накатила тревога.

– А есть ли смысл любить эту жизнь, когда тебе остались считаные дни? – Спросил он.

– Если ты ее любил хотя бы минуту, она уже прожита не зря!

Эта мысль была так неожиданна, что старик даже не сразу услышал звонивший ему телефон.

– Алло, папа? Мы приехали, а тебя дома нет. Я тебя с утра ищу, где ты?

– Сын? Сынок, это ты? Это правда ты? Ты мне звонишь? – У старика перехватило дыхание. Подступивший комок болезненно сдавил горло, что стало трудно говорить. – Ты приехал ко мне, сынок?

– Да, папа. Мы с женой решили вернуться домой и заняться бизнесом. И хотим познакомить тебя с Ванечкой, он о тебе очень много спрашивал – какой ты, какого ты роста, какого цвета у тебя глаза, какой у тебя нос. Он уже нам все уши о тебе прожужжал… – Посмеялся сын и продолжил говорить, но Алексей Анатольевич уже не мог слушать – слезы текли, словно водопад, который вымывал из него все обиды и очищал его душу. Он присел на лавочку, которая блестела, купаясь в солнечных лучах и была изрядно накалена. Светлана села рядом, обняла его за плечи и тоже, растрогавшись, заплакала, разделяя его счастье.

Комментарий будет недлинным – слезы ручьем. Когда пишу такие рассказы, сама испытываю полный и безоговорочный катарсис. Вспоминаю, что написала этот рассказ после большой психологической работы над собой. Многие ощущения, которые здесь описаны, прожиты лично…

Что сказать по сути? Давайте жить здесь и сейчас! Не будем откладывать жизнь на когда-нибудь, а наслаждаться каждым моментом счастья! Ведь счастье – это и есть сама жизнь, а не ее события. Сами по себе события – это всего лишь события. Важна наша реакция на них. Ведь на одни и те же события один и тот же человек может реагировать по-разному – либо позволять своим нервам трепаться, как парус на ветру, либо решать проблему спокойно, сохраняя в своей душе любовь к жизни, себе и окружающим.

Глава 3. Про любовь.

Глава про нас, женщин, про наше отношение к мужчинам, про их отношение к нам, про наши страхи, наши заморочки, убеждения и прочие «радости жизни», над которыми надо работать. Но давайте обо всем по порядку. Для начала их надо увидеть.

Брюни и Блонди

Жили две прекрасные девушки – брюнетка Брюни и блондинка Блонди. Брюни была очень женственная, а Блонди, несмотря на мифы о блондинках, очень умная.

Однажды они встретились, сразу же подружились и стали сотрудничать. Девушки захотели изобрести чудесный элексир, чтобы каждая женщина в мире была счастлива. А Блонди еще хотела поднять репутацию блондинок. Но пока ей приходилось притворяться дурочкой, чтобы их исследования никто не воспринимал до поры до времени всерьез и не захотел бы их похитить и присвоить всю славу себе.

И вот, после долгих лет упорной работы, они, наконец, изобрели эликсир счастья! Девушки очень обрадовались и решили отпраздновать это событие и пойти в театр на оперу.

Ведь как раз в их местный театр приехала знаменитая итальянская опера. Главный солист этой оперы, Сильвио, имел красивейшее "бэльканто" – высокий лирический баритон, от которого просто замирало сердце… А еще этот рослый брюнет имел такой взгляд, от которого женщины просто сходили с ума. Его пальцы были длинными, уверенными, быстрыми и гибкими. Один только взгляд на его ладони сулил женщине небывалое наслаждение от их прикосновений к ее телу. В Сильвио невозможно было не влюбиться…

Брюни и Блонди восторженно рассказывали друг другу свои впечатления и поняли, что обе по уши влюблены в него. Они решили с ним познакомиться. Ведь они тоже были девчонки очень даже!!!

Девушки познакомились с ним и тоже очень понравились ему. Итальянец был настолько темпераментным, а девушки – настолько очаровательны, что он влюбился в обеих…

А ведь каждая из них хотела им владеть безраздельно! Девушки стали ссориться. Сильвио захотел их помирить и даже предложил жить втроем. Но девушки почему-то рассердились на него:

– Ах ты, кобель! Мы к тебе с чистым сердцем, а ты, такой-сякой, нам такие вещи предлагаешь!!!

В него полетели сковородки! Потом девушки стали бить друг друга. Сильвио не мог смотреть, как красота пытается уничтожить красоту. Он попытался их разнять, но ему крепко досталось. Держался Сильвио молодцом – он хорошо знал женщин.

Но надо было срочно что-то придумать, так как девушки уже дошли до отчаяния и о примирении не могло быть и речи. Каждая из них считала, что ее место только рядом с этим прекрасным мужчиной с незабываемым бэльканто…

Брюни и Блонди сломя голову побежали в лабораторию. Расталкивая своих помощников, они добрались до секретного отделения, где хранились пробирки с зельем. Каждая схватила по пробирке и выпила ее одновременно с соперницей. Несколько минут они ждали результата, но вдруг поняли, что средство действует одинаково, а ведь каждая из них хочет быть счастливее другой.

Тогда они снова взялись за исследования. Но теперь их посетила одна и та же мысль:

– А что, если другая сможет улучшить формулу зелья первой?!

А ведь ни одна из них не хотела проигрывать! Тогда они набросились на чертежи и в порыве драки уничтожили все свои разработки. Потом взялись за опытные образцы снадобья и стали разбивать колбы. Но это ведь химия! К ней надо относиться серьезно! Девушки совсем позабыли о правилах безопасности и вскоре на полу лаборатории оказалась практически вся таблица Менделеева, а воздух наполнился сине-зеленым дымом.

Прибежали помощники и, наконец, появился и Сильвио, который, как порядочный мужчина, пустился вдогонку. Он задержался, так как ему надо было срочно переодеться – ведь солист знаменитого итальянского театра не мог выйти на улицу в изорванном девушками костюме.

В дыму были слышны крики Брюни и истеричные вопли Блонди. Но вскоре воздух настолько пропитался реактивами, что произошел взрыв. Девушек больше не было слышно…

Дым понемногу стал рассеиваться. Кто-то не спеша выходил из тумана…

Это была девушка, прекрасная, как Брюни, умная, как Блонди. Она не спеша переступала своими восхитительными стройными ножками, какие были у Блонди и гордо держала осанку, доставшуюся ей от Брюни.

– Потрясающе! Две женщины превратились в одну! – Ахнули помощники.

– А можно еще добавить ей бюст шестого размера, как у моей тетушки Розы? – Спросил Сильвио, уже без памяти обожавший эту красотку.

Ну а что вы хотите? Он же солист знаменитого итальянского оперного театра…

В руках у одного из помощников была пробирка с каким-то опытным образцом. Он протянул ее:

– Вот, возможно, это поможет. Она должна это выпить, а вы, пока она пьет, заказывайте. Только ничего не забудьте!

Новорожденная женщина, очаровательно улыбнувшись, взяла пробирку и стала пить.

Сильвио напряг извилины и стал тараторить, боясь что-нибудь упустить:

– Тетушка Роза готовит изумительный творожно-яблочный пирог, ты тоже будешь его готовить. А еще будь такая же страстная в сексе, как моя первая жена! Да, будь в постели, как эта стерва Эдера. Как эта испанка, убежавшая от меня с любовником через месяц после свадьбы!

Сильвио немного задумался и добавил:

– Но чтобы наш брак был крепким, возьми себе скромность монашки. Теперь все! – Закончил он.

Девушка выпила, Сильвио взял ее за руку, поблагодарил помощников и они, не спеша, ушли вдвоем из лаборатории.

Теперь Сильвио счастлив. Возможно, он эгоист, но все же хорошо, что многолетние разработки Брюни и Блонди не пропали даром и помогли сделать хотя бы одну пару счастливой!

А мы с вами, девочки, остались без чудесного эликсира. И теперь каждая из нас должна создавать свое счастье только своими руками.

До чего же мы иногда доходим, ради того, чтобы отвоевать себе мужчину! И в этой драке точно также можно потерять свою прелесть и индивидуальность, самих себя, как Брюни и Блонди. Куда они вообще делись? Их больше нет. Ни одна из них не осталась счастливой. За них будет счастлива какая-то совсем другая красотка. А Сильвио все равно. Он даже о них не грустит. Хотя обвинять я его не буду – он решил свою проблему и доволен решением. А девчонки пострадали. И ради чего? Он даже выбрать не мог. Наверное, не любил, раз даже не старался выбрать? Его бы и две сразу устроили.