Сакура

Мелисса Левада

Сакура

Глава 1

Сегодня утром солнце светило мне в глаза, даже не светило а припекало, так что я прикрыла штору и снова легла спать.

Но не долго я спала..

– Сакура! – раздался голос прямо надо мной, – Ты спишь?

– Нет, – я приоткрыла глаза и увидела озабоченное лицо Мари, – а что собственно, случилось?

– Мне кажется Эвелин не хорошо… – и правда, я посмотрела на её маленькое, бездыханное тельце, которое столько всего пережило, и поняла, она – как и 12 других девушек из нашего приюта, которые болели туберкулёзом, – умерла.

В час дня начались очередные похороны. Небо было ясным, и, к удивлению прежнего шока и всепоглощающей грусти уже не было. Возможно, мы просто смирились. Но Белла, наша кухарка и служанка синьорины Риччи, рыдала так, будто потеряла собственную дочь.

И вот, идя по зелёному лугу, усеянному могилками, я думала о том, что, возможно, и меня ждёт то же что и Эвелин. Внутри всё сжималось от этой мысли..

«Хватит об этом!» – мысленно одёрнула я себя. Но борьба внутри меня бушевала. Было такое чувство, что у меня внутри орган который играет страшную мелодию, это угнетало меня.. Может мне суждено играть на органе?.. (речь идёт о музыкальном инструменте)

Ну вот и приют показался за деревом, «моим тёской» как говорят все девочки.

Расскажу по дороге немного о нашем приюте и его обычаях:

Это был старый, построенный из камня дом. Стены снаружи были в плюще и это очень красиво смотрелось.

Приют был двухэтажным, для нас же, особенным местом был чердак. Там мы проводили столько времени! Мы общались, делились всем – это было наше любимое пространство.

А ещё синьорина Риччи (хозяйка и основательница приюта) разрешила нам заводить питомцев при условии что они будут жить на чердаке, так что у нас там зоопарк.

У меня есть крыса Салли. Породы Спрег-Доули. Недавно я обучила её забираться на кухню и приносить пару конфет мне и Мари. Но это секрет!

Вот мы и пришли. Мари, Дейзи и Софи, вприпрыжку, помчались на чердак, проверить, не родила ли уже Долли, их общая кошка. Но Бьянка Риччи позвала их обратно. Зачем? Мы все (17 девушек) собрались в огромный круг и начали шептаться. «Как думаете, к нам придут гости?» или «Ой, хоть-бы опять не заставили кровати застилать. Кстати, чья сегодня очередь?» и тому подобные предложения были слышны в тесном холле. Но тут Бьянка с Беллой, румяные и улыбающиеся, со странным и загадочным конвертом (странно, почему в 21 веке ещё пользуются письмами?) вышли в середину толпы.

– Девочки, потише! – все умолкли – В письме сказано, что.. – она приостановилась, и глаза её сверкнули, – Что синьора и синьор Ламберт приедут в шесть часов. – они с Беллой переглянулись – И они возьмут 2 девочек!

«Мы уже не девочки» – подумала я. Но для взрослых лет 15 это ещё дети.

Через минут  5 или 6 толпа рассосалась, и я пошла в библиотеку, маленькую комнатку с 20-30 книгами. Мне вот больше всех нравится Шекспир. Здесь есть 2 томика этого прекрасного писателя. Я взяла один из них, завалилась прямо в старое продавленное кресло, и погрузилась в чтение. Но тут же прервалась. Я услышала похлипывание, будто кто-то плачет. Но откуда звук? Я вылезла из кресла. Лучи солнца светили прямо мне в глаза, но я, кое-как разглядела фигуру Грейс за тюлем.

– Что ты здесь делаешь?! – спросила я будучи в недоумении, ведь Грейс ненавидит читать.

– Я… Я… – растерянно и утирая слёзы говорила она, – Это ведь  Ламберт приедут…

– Ну да. А что такое?

– Они владеют модным домом… – рыдая продолжала она, – А я так люблю их стиль и журналы! И…  мечтаю познать родительскую любовь…

– Ну так покажи им себя в лучшем свете! Может они возьмут тебя.

– Нет, я не к этому клоню. Я самая старшая?

– Ну да.

– А кому нужна такая взрослая девушка? Они возьмут Мари и Дейзи, им по 12 лет, а мне все 19!

– И что? Мне 18, меня по твоей логике тоже не возьмут. И вообще, что за глупости ты говоришь?! – Но тут наш разговор прервала Белла.

– Синьорина Бьянка передала вам что гости Ламберт скоро будут, и вам нужно одеться.

Грейс вытерла слёзы и пошла в свою комнату. Ну как комнату.. Нас изначально было 30, и каждым 6 девочкам выделялась 1 комната, комнат было 5. Сейчас у меня в комнате только я и Мари (вчера была и Эвелин), ну и в остальных комнатах поубавилось жильцов. Я тоже пошла в комнату. Одела я своё любимое (и единственное) праздничное платье. Оно было молочного цвета и сделано из шёлка. И конечно расчесала свои коричневые, и до того кудрявые, что похожие на шерсть волка, волосы. Как только я вышла, Грейс тоже. На ней было голубенькое, в горошек, пышное и без бретелек (это наверное ужасно не удобно) платье.

Её золотые локоны свисали так будто это золотые цепи. А голубые глаза, светились как родник.

Если бы я была кем-то из Ламберт, я бы взяла только её!

Мы вдвоём спустились на 1-ый этаж, и зашли в гостиную. Синьорина Риччи и её племянница (её родители умерли от туберкулёза когда ей было 7 лет) всё ещё прихорашивались в отдельном доме, который мы называем «райским уголком» ведь там, было так красиво! Шёлковые шторы, красные ковры, шикарные люстры… Мы все лишь мечтали о такой роскоши. Но к удивлению, Джесси (племянница Бьянки) очень хорошо к нам относилась. С Мари, Дейзи и Софи она вообще не разлей вода, всегда что-нибудь натворят.

А мы (старшие) очень любили её в роли дочки, когда играли в дочки матери.

Она покорно терпела когда Софи пыталась кое-как заплести ей косичку. А в свои 8 лет могла бы безнаказанно завизжать.

А вот они и пришли.

На ней было её лучшее розовое платьице. Бьянка же, не любила юбки и платья. Поэтому была одета в брюки и пиджак.

– Как думаешь Бьянка отдаст Джесси? – озабочено шепнула Грейс, – Она ведь её не удочеряла…

– Конечно не отдаст! – и я была права в своём утверждении.

Через 10 минут послышались стуки в дверь. Белла быстро подбежала к двери и открыла её. В дверях стояла синьора Ламберт а сзади и её муж. Они вошли в холл. Белла повесила их пальто. Теперь, мы смогли получше разглядеть их. Синьора Ламберт, женщина лет 40. У неё были рыжевато-коричнивые волосы, серые глаза, маленький носик и тонкие брови. А её муж, брюнет с карими глазами и острыми чертами лица (в общем обычный мужчина). Они улыбались и рассматривали нас стоя прямо у двери. Всё шло хорошо и уютно. Но тут когда их взгляд упал на меня, они побледнели и стояли как соляной столб.

Слава Богу синьорина Риччи вошла в холл.

– Пройдёмте в гостиную. Чай подадут через пару минут, – я конечно не знаю точно, но кажется она была не особо заинтересована нашими гостями..

Сначала в гостиную вошли Ламберт. Мы ринулись туда по паре, чтобы поместиться в дверь. Все начали говорить о погоде, политике и других обычный вещах. Но меня не покидала одна мысль: из-за чего Ламберт так испугались меня?

Я начала «перекапывать» свой вид, и поняла.

У меня болезнь гетерохромия. В моём случае, это когда глаза разного цвета.

Один глаз у меня голубой (правый), а другой, зелёный (левый). Надеюсь из-за этого я странная…

И так, в общении о погоде и политике прошёл час.

– Ну что-ж, – начала синьора Ламберт, – мы хотели бы кое-что обговорить. Вы не против?

Бьянка кивнула, и они отошли в холл. Их не было около 5 минут но девочки уже выстроили сто причин почему их так «долго» нет.

И тут, момент настал. Они вошли в комнату, и подали знак Бьянке. Она подошла и они шепнули ей что-то. Она явно была поражена. Я уже заволновалась но она начала говорить.

– Сакура и Грейс. Сегодня вы поедите в поместье Ламберт!

Моё сердце забилось так что я сама тряслась! Грейс посмотрела на меня поражёнными глазами. Она явно испытывала те же чувства что и я.

Мы пошли в свои комнаты собирать чемоданы. Когда мы выходили из гостиной, 15 пар глаз смотрели на нас будто нам была оказана такая честь!

– Как думаешь, – начала Грейс ещё дрожащим голосом, пока мы поднимались, – Кем мы у них будем?

Я промолчала. Не люблю делать поспешных выводов, ведь может я разочаруюсь.

Мы спустились уже в пальто. Чемоданы понёс шофёр.

Мы обняли каждую из девочек по два раза. Нам не хотелось уезжать от них ведь мы провели все годы здесь с ними. Больше всех плакала Мари ведь я, была для неё как родная сестра.

– Сакура… – тихо сказала она.

– Да Мари?

– Я сейчас принесу клетку с Салли…

– Нет! Оставь её себе. Я знаю как ты её любишь.

Её глаза загорелись. В них были благодарность и тоска.

В конце, мы подошли к синьорине Риччи и поблагодарили её за всё. И конечно с тихим плачем, обняли.

– Помните, – шёпотом говорила она, –  Вы не одиноки. Вы есть друг у друга. И конечно… – слёзы потекли по её щекам, – Я люблю вас где бы вы небыли!

Глава 2

Мы ехали около трёх