Отверженные. Часть 1

Тем временем беспризорники уже были в аптеке и стояли в очереди. Жека придерживал Яну, которая едва стояла на ногах – ей всё ещё было плохо. На них косо поглядывали другие покупатели, но Жеке было всё равно: всё его внимание было сосредоточено на напарнице.

Когда подошла их очередь, он быстро перевоплотился и уверенно сказал кассиру:

– Можно этот… как его там?.. Ревит! Штук двадцать.

Пока Жека стоял у кассы, он смотрел на руки Яны: её синяки стали светлее. Он не мог понять, что происходит и почему какой-то Ревит помогает Яне.

– Нет! Лучше штук сорок. И скажите, что в составе?

– Так… состав: ретинола пальмитат, тиамина гидрохлорид, рибофлавин, аскорбиновая кислота…

– Понятно, дамочка! – Жека устал слушать фармацевта. – А в еде это где содержится? Что есть, чтобы эти… как их там?.. витамины получать?

Рыжая голова не знала, что делать и что давать Яне, чтобы она не выглядела как труп. Пока он расспрашивал кассира, Яна, не стесняясь, брала с полки банки с драже и начала есть горстями. В очереди зашептались, удивлённо наблюдая за девочкой, которая опустошала одну банку за другой.

– Девочка, столько есть нельзя! Будет побочный эффект – аллергия, интоксикация, передозировка, – пыталась её остановить фармацевт.

– Дамочка, тогда скажите, в каких продуктах это содержится? – спросил Жека, указывая на банку Ревита.

– В цитрусовых, – ответила женщина из очереди. – Апельсины, мандарины, облепиха, чёрная смородина, киви, рябина, боярышник. И Ревит, парень, нельзя так есть. Забери у сестры витамины и давай ей по три драже в день.

Все в аптеке внимательно разглядывали беспризорников, не понимая, что происходит. Подростки выглядели подозрительно.

– Ага. Понял. Сдачи не надо, – сказал Жека, положив деньги на кассу и забрав пакет с большим запасом Ревита.

Беспризорники выбежали из аптеки и скрылись подальше от центра. Они направлялись в своё убежище, пока их не схватили полицейские. Многие знали эту парочку – как они грабили банки и магазины, но каждый раз уходили безнаказанно.

На улице Яна продолжала опустошать банки с драже, одну за другой. Жека только успевал принимать пустые и выбрасывать их в мусор. Синяки исчезли, и даже появился румянец на бледных щеках беспризорницы. Он удивил рыжего авантюриста – так редко он видел Яну с лицом обычного ребёнка. Она часто казалась ему живым мертвецом: молчаливая, с вечно холодными руками и ногами. Но после большого количества Ревита Яна словно ожила, стала похожа на живого человека.

– Тебе лучше? – спросил Жека.

– Да, мне лучше, – ответила Яна громче обычного. – Что-то я переела этих штук. Женя, прячь их от меня, а то всё съем. Папа всегда от нас прятал эти витаминки. Мы с сестрой как-то съели целую банку – потом плохо было.

Упоминание сестры остановило Жеку. Он резко встал перед Яной, скрестил руки и не собирался идти дальше. Он обязан был узнать всё о её семье, о которой она всегда молчала.

– Сестра? У тебя есть сестра? Где она сейчас?

– Ой! Не скажу…

Яна испугалась и попыталась обойти Жеку, но он не пропустил.

– Хватит юлить! Рассказывай! – резко скомандовал он.

– Нет! Не хочу! Не спрашивай! А-а! – закричала Яна и разрыдалась.

Её крик и слёзы испугали Жеку. Он обернулся: прохожие удивлённо и подозрительно смотрели на них.

– Ты чего орёшь?! Ладно, пошли, истеричка!

***

С тех пор в их захудалой комнате постоянно пахло цитрусами. Яна ела много апельсинов и мандаринов, чувствовала себя гораздо лучше. Синяки появлялись редко – это был первый сигнал, что нужно снова пополнить витамин С.

– Яна, а ты не лопнешь? – спросил Жека, наблюдая, как исчезает мешок мандаринов. – Ты килограмм за пять минут съела. Мне даже не оставила. Опять в магаз идти?

– Да. А! Хочу консервированные ананасы, – сказала Яна, сгрызая белую прослойку с кожуры мандарина.

– Ананасы?.. Зачем?

– Хочу и всё.

Слово «ананасы» вызвало у Жеки странную дрожь – он вдруг что-то вспомнил. И спросил:

– Ты их ради сока хочешь? Чтобы из них всё высасывать, как вампир?

– Да! Ого! Откуда ты узнал? Ты мысли умеешь читать, Женя?

– Нет. Просто знаю. Но не знаю, откуда. Ладно, я пошёл.

Жека осторожно покинул логово – за ними всё ещё охотилась полиция – и направился в магазин. Но там у входа толпились возмущённые покупатели: всех впускали только с паспортами.

– А как нам продукты покупать? – возмущался мужик. – Я что, домой должен за паспортом идти? Что за ерунда?!

– Пока штрихкоды в разработке, нас обязали проверять паспорта, – ответил охранник. – Скоро всем выдадут коды, и ничего больше носить не придётся. Ни паспорта, ни деньги.

– А меня пустите? – пробрался Жека. – Мне тринадцать, у меня паспорта нет.

– Тринадцать? Парень, да тебе на вид все двадцать! Не обманешь. Иди за паспортом! – ответил охранник и оттолкнул его обратно к толпе.

«Ладно… Зайдём по-другому», – подумал Жека и тут же придумал план.

Слившись с толпой, он достал из кармана петарды, склеенные изолентой. Поджёг и бросил их к ногам охранников. Раздались взрывы и шум. Люди попытались прорваться в магазин, но охранники перегородили путь.

В этой неразберихе Жека накинул капюшон, проскользнул в магазин, схватил всё нужное и выбежал, не расплатившись. Охранники было бросились за рыжим воришкой, но быстро отказались от погони – толпа продолжала прорываться внутрь.

***

Тем временем генетик размышлял у себя в кабинете и рассматривал результаты анализа крови Яны. Он набрал номер, указанный на визитке, и стал ждать ответа.

– Здравствуйте! Можно к телефону Виктора Вальтера?

На другом конце ответили и попросили подождать. Генетик барабанил по столу тонкими пальцами и терпеливо ждал.

– Я слушаю, – раздался тяжёлый мужской голос.

– Прошу прощения, что отвлекаю вас от дел, товарищ начальник КГБ, но у меня важная информация. Я нашёл дочь Алексея Менжинского.

– Вы уверены?

– Да, это точно она.

– Девочка сейчас у вас?

– Нет. Я не знаю, где она, но она постоянно появляется с рыжим мальчишкой. Может, слышали о них. Парень вроде в розыске, типичный малолетний мошенник.

– Да, слышал. Спасибо за информацию. Мои люди свяжутся с вами и передадут награду.

– Всегда рад помочь КГБ.

Генетик положил трубку, затем сжёг результаты анализа крови Яны и вернулся к работе.

Здание КГБ.

В кабинете сидел мужчина, чьи карие глаза были прикованы к фотографии семьи Алексея Менжинского. На снимке – высокий мужчина в костюме и очках, обнимающий дочерей-двойняшек. Рядом стояла красивая женщина, на которую девочки были поразительно похожи. Это был знаменитый инженер-генетик. Начальник КГБ положил фото в папку с надписью: «Ген Бога».

– Вызовите ко мне начальника полиции Эдуарда Аверихина, – приказал Виктор Вальтер своему секретарю и стал ждать.

Через полчаса в штаб-квартиру КГБ вошёл начальник полиции. Макс был копией своего отца – тот же цвет волос, глаз, черты лица. Но в душе он был готов сжечь всё, лишь бы не стать таким же, как он.

– Слышал о рыжем беспризорнике? С ним всё время таскается девчонка, как верный пёс, – сказал Вальтер, закуривая и выкладывая перед Аверихиным фотографию семьи генетика.

– Так девочка не беспризорница… – пробормотал начальник полиции, внимательно рассмотрев фото и вернув его Виктору. – Я не просто слышал о них, я почти поймал этих засранцев.

– Мне нужна девчонка. Мои люди уже начали охоту, но без помощи полиции не обойтись.

– Эту парочку не так-то просто поймать. Я-то знаю. Но раз вы за них взялись, вместе мы их возьмём. Я в деле, – кивнул Эдуард и взглянул на часы. – Ладно, мне пора.

– Пацана можете не жалеть, – бросил напоследок Виктор Вальтер и достал из тумбочки пистолет.

Аверихин кротко кивнул и ушёл.

Начальник КГБ надел плащ, поправил шляпу и отправился на поиски дочери инженера-генетика.

***

По улицам Москвы бродили полицейские рейды, выискивая беспризорников. Они показывали прохожим примерный фоторобот подростков, но люди лишь разводили руками – никто их не знал.

Жека заметил излишнюю активность правоохранителей, и это ему совсем не нравилось.

– Ментов что-то в последнее время слишком много на улицах, – бормотал он, выглядывая из-за угла дома, где прохаживались патрули. – Не выйти никуда, а денег осталось всего на пару дней. И в магазин не пойдёшь – паспорт просят, пока штрих-коды не ввели. Зараза!

Яна выглядывала из-за его плеча, не понимая, что происходит.

– А что мы будем делать, если введут коды? Нас же поймают, Женя? И почему так много полиции? Они кого-то ищут?

– Нас ищут, Яна! Нас! – резко ответил Жека. – И я не знаю, что делать дальше. Не знаю… Я заказал паспорта у одного человека. Надеюсь, скоро принесут. Пошли, а то мы так до вечера здесь простоим – ещё заподозрят.

Он натянул капюшон на рыжую голову и уверенно прошёл мимо полицейских, Яна шла следом. Жека заметил в руках у одного из патрульных фоторобот – рыжие волосы совпадали, но остальное было не похоже. У Яны же вместо фоторобота – детская фотография. Это его насторожило.

«Откуда у них детское фото Яны?.. Получается, кто-то её ищет? Чёрт… Вот почему она молчит о семье! Но кто за ней охотится?» – размышлял он, уводя напарницу через стройку.

– Вроде пронесло… Сейчас пойдём в обход, там ментов нет, – сказал он, но в тот же момент заметил, что за ними следят. – У нас хвост. Пошли быстрей!

Не успел он закончить, как из-за угла ему прилетел сильный удар прямо в лицо. Голова закружилась, уши заложило, из носа хлынула кровь.

– Яна, фас! – крикнул он.

Но тут же раздался выстрел – Яна упала замертво.

– Яна!

Жека рванул к ней, но здоровяк в форме КГБ схватил его за шею и приподнял над землёй.

– КГБ?! Что вам от нас нужно, херы моржовые?! – заорал он.

Ответа не последовало. Его бросили на груду строительного мусора и несколько раз выстрелили в грудь.

– Девчонка у нас. Уходим! – бросил один из кгбшников.

Они скрылись, унося Яну с собой.

Через пять минут Жека очнулся. КГБ были уверены, что убили беспризорника, но парень оказался не промах.

– Ай, чёрт, как больно… – застонал он, приподняв толстовку и увидев пробитый, но сдержавший пули бронежилет. – Вот это я удачно приоделся…

Он стал искать Яну.

– Ян? Яна?! – он еле поднялся и осмотрел стройку. Напарницы нигде не было. – Яна! Яна!

Рыжий подросток метался по стройке, звал свою черноглазую подругу, но в ответ слышал только эхо.

– Чёрт! Я один… Кгбшники грёбаные… Блядь! – он схватился за волосы, упал на корточки и зарыдал, как ребёнок. – Один… Один… Один!

Его никто не слышал. Вокруг стояла гробовая тишина. Лишь лай бездомных собак нарушал её. И, как назло, начался дождь.

Из последних сил Жека добрался до полуразрушенного дома, где раньше скрывался вместе с Яной. В заброшенной квартире всё ещё пахло мандаринами – их корки лежали в углу, на узком матрасе, где спала Яна. Он рухнул на этот матрас, прижавшись лицом к подушке, и зарыдал:

– А-а! Уроды! Суки! Откуда они взялись?! КГБ уже много лет как не существует! Что за чертовщина?.. Или… Или оно всё ещё работает? А что тогда делает ФСБ? И куда они увезли Яну?.. Чёрт!.. Надо спросить Миху, может, он знает.

Он набрал номер знакомого:

– Привет, Миха! Слушай, а ты знаешь что-нибудь о КГБ? Они вообще ещё существуют? Ну… типа как ФСБ, только старое? Ага… А где у них штаб-квартира? Не знаешь… Засекречено… Не-не, я им дорогу не переходил, просто одного мужика в форме видел, вот и стало интересно… Что?! Ловят монстров?! Ты сейчас серьёзно? Нет… Подожди, каких ещё монстров? Психов, что ли? Да ладно, ты шутишь. Так и скажи, что ничего не знаешь… Ладно, пока.

Он сбросил вызов. Лучше не стало.

Жека снова заскулил в тишине квартиры. Он не знал, где искать Яну, и что с ней сейчас делают. Но вдруг понял – Миха не шутил. Возможно, КГБ действительно до сих пор существует. И возможно, они действительно охотятся… на монстров.

Глава 18

«Моя месть будет жестокой и безжалостной». – Яна

Здание КГБ.

Тёмный коридор, слышны крики и стоны – кого-то жёстко допрашивают в стенах зеркального здания. Никто в Москве не подозревал, что в этом, на первый взгляд, богатом здании происходят ужасные вещи и что до сих пор существует такая организация, как КГБ.

В одной из камер высотного здания была связана цепями и ремнями Яна. Она лежала на холодном столе, вокруг всё было мутным – точнее, мутным было сознание пленницы. Она пыталась выбраться из пут, но её очень хорошо заковали, словно заранее готовились к её визиту в здание КГБ.

– Отпустите меня! Женя, где ты?!

К беспризорнице подошёл мужчина в форме КГБ. Это был Виктор Вальтер – начальник мифической организации, которая давно жила своей отдельной жизнью в России.

Виктор внимательно разглядел девочку, которая вот-вот вырвется из плена.

– В ту ночь она выжила… Невероятно…

Яна развернула голову в сторону того, кто сказал эти слова, – и увидела лицо человека, хотя и смутно. Она ещё сильнее разозлилась, так как узнала мужчину. Ужасные воспоминания накрыли её сознание: гостиная загородного дома, где её нашёл Жека; в центре зала стоял Виктор Вальтер, целясь в неё из пистолета, потому что она рычала на него, как собака.

Сейчас Яна также зарычала и оскалилась на кгбшника.

– Ты! Ты! – кричала она.

Виктор Вальтер даже не обратил внимания на крики девочки и равнодушно отдал приказ медицинскому персоналу:

– Возьмите образцы её крови. Нужно убедиться, что генетик не ошибся в своих исследованиях.

– Будет сделано, начальник. А если генетик ошибся? Что прикажете делать с девчонкой?

– Я скоро решу, что делать с дочерью Менжинского.

Виктор Вальтер покинул камеру, а медики послушно и оперативно начали выполнять его приказ. Шприц был распакован и уже был близок к руке Яны.

Она начала сопротивляться, но врач тихо приободрил её:

– Это будет не больно. Как комарик.

Но утешающие слова не помогали – девочку трясло от злости.

– Он! А-а-а! Это он!

Яна с нечеловеческой силой вырывалась из оков и срывала с себя датчики с проводами.

– Держите её! Иван, ты самый сильный из нас! Держи её руки!

Молодой, но сильный парень держал руки девочки. Охранники тоже присоединились к Ивану, так как он не мог справиться с Яной в одиночку. И он не понимал, откуда такая мощь в столь хрупком теле:

– Откуда у неё столько сил?!

– Сейчас не время для допросов, Ваня! Держи её крепко! Я сейчас возьму образцы её крови. – Врач пытался проткнуть кожу девочки, но игла всё не проходила. – Чёрт! Кожа слишком прочная. Давай ты, Ваня! Ты сможешь проткнуть её кожу.

Санитар не мог поверить своим глазам – он впервые сталкивался с таким:

– Что она такое?!

– Меньше вопросов – больше дела! Быстрее! Я не смогу её долго сдерживать!

Все в камере держали крепко беспризорницу, которая вот-вот вырвется из плена. Иван смог проткнуть кожу Яны, и в шприц пошла алая кровь. Но в этот момент пленница освободила свою руку и отшвырнула врача, а потом выхватила шприц и воткнула прямо в грудь Ивану. Он сразу почувствовал невыносимую боль и потерял сознание.

Охранник по рации тут же стал звать на помощь:

– Срочно!.. – Он не успел договорить, так как Яна свернула ему шею.

Она схватила скальпель с железного подноса и побежала прямо на охранников. Дочь Алексея Менжинского была как зверёныш – очень злая. Хрупкая и нежная на первый взгляд девочка безжалостно убивала всех на своём пути, пока не выбралась из здания.

***

После побега Яны к стенам КГБ приехал отряд полицейских. Они оказались внутри здания и увидели валяющиеся трупы. Кто-то смог спастись от беспризорницы, но по их лицам было видно, как застыл страх и ужас от увиденной картины.

– Эта девчонка очень опасна, – сказал Эдуард Аверихин, оглядываясь вокруг. – Что ты из неё сделал, Менжинский?! Чёртов учёный! – Он хорошо видел, на что способна дочь инженера-генетика, который долгие годы работал на корпорацию «Кибермир».

– Её нужно как-то поймать, – сказал Виктор Вальтер начальнику полиции. – Мои люди убили рыжего мальчишку, чтобы тот в дальнейшем не использовал её потенциал в коварных целях. Сейчас нам нужно объединиться и найти опасный эксперимент, пока она не попала в безумные руки.

Тем временем Яна спешила к Жеке – больше она не знала, куда идти, потому что была очень одинока в огромном городе.

Москва горела яркими огнями и освещала Яне путь в беспроглядной ночи. После побега из здания КГБ она была вся покрыта кровью. Мимо проходящие люди ошарашенно смотрели на неё и шептались. Этих косых взглядов она не замечала, потому что её мысли были о семье, которой не было рядом. Из чёрных глаз пошли слёзы, чьи росинки омывали сухой и серый асфальт…

***

Жека не мог найти себе места в заброшенной всеми квартире. Но неожиданно в дверь постучали четыре раза, что заставило Жеку на всех парах броситься к двери и распахнуть её. За порогом стояла Яна, и вид у неё был ужасающий и пугающий.

– О… Боже… Что эти кгбшники с тобой сделали? Я думал, что они навсегда тебя упекли в свою клетку… – Жека держал Яну за худенькие плечи и смотрел на неё, словно впервые видит. – Что молчишь? Скажи хоть что-нибудь!

– Вода горячая есть? – тихо спросила Яна, пытаясь оттереть кровь с одежды и рук. – А то вид у меня слегка потрёпанный…

– Потрёпанный! Ты словно из мясорубки вылезла! Воды горячей нет, но сейчас в кастрюлях нагрею. – Жека как пуля умчался на кухню и стал искать кастрюли и тазы – всё, в чём можно было нагреть воду.

В это время Яна сидела на обочине ванны и молча смотрела на старую напольную плитку. Она ждала, когда напарник принесёт горячую воду.

– Ай! Горячая! – Жека занёс в ванную кастрюли с кипятком. – Столько тебе хватит?

– Да. И дальше я сама. Спасибо, – поблагодарила Яна и закрылась в ванной.

– Я тогда схожу в магаз. Одежду тебе нужно сменить – эту только выбросить, а лучше вообще сжечь.

Жека положил запачканные в крови вещи Яны в мешок и вышел на улицу. Он шёл через старый квартал, где часто сидели бездомные и грелись у импровизированной печки. Он бросил мешок в огонь и быстро покинул это место.

***

Сегодня пришли паспорта от хакера из Питера, поэтому Жека спокойно мог всё купить. В магазине он набрал всё, что считал нужным для девчонки, и быстро вернулся в логово, которое ещё не снесли.

– Я взял всё, что посчитал нужным, – сказал Жека у двери в ванную, где мылась Яна. – Бельё всякое взял, не глядя – неловко женские труселя выбирать. Если не по размеру – сорян. Оставлю всё добро на дверной ручке. Когда закончишь – жду тебя на кухне.

Яна слегка приоткрыла дверь ванной и взяла пакет с вещами, купленными Жекой.

Спустя несколько минут она вышла из ванной и стала больше похожа на человека. Жека взял для неё то, что обычно берёт себе: серая футболка, чёрная толстовка и джинсы. Новая одежда была Яне велика, кроме джинсов, которые лишь слегка провисали в талии.

– Ты чего такая тощая? Блин, всё большое, – немного расстроенно сказал Жека, когда увидел, как на Яне подвисают футболка и толстовка.

– Зато удобно. Мне всё равно, какая одежда на мне. А ты одежду взял в мужском отделе? На мне девчачье только бельё. – Яна приподняла футболку, чтобы посмотреть на розовый лифчик.

– Э! Я же здесь! – Жека резко опустил её футболку и почувствовал, как его щёки вспыхнули от стеснения. – Ты чего творишь?!

– А что не так? Это же просто одежда.

– Сейчас – не просто одежда… – неловко ответил Жека, наливая в кружки горячий чай (тот самый, который она любит – с бергамотом). – И переодевайся не в моём присутствии. И это… сама себе одежду покупай. Мне просто неловко – ты уже не маленькая девочка.

– А почему неловко? – спросила Яна, посмотревшись в зеркало, и не увидела особых изменений. – Со мной опять что-то не так?

– Нет. Ты девчонка, и всё. Была бы пацаном – базара нет, хоть голышом ходи. Мне бы было похер.

– Ты боишься меня? – неожиданно спросила Яна, и Жека насторожился от такого вопроса.

– Нет. Хотя ты жуткая, так-то. И хватит у зеркала стоять! Садись есть, а то опять как труп будешь ходить.

Жека достал из кармана штанов банку «Ревита», которая тут же опустела.

– Я уже начал думать, что больше никогда тебя не увижу, – сказал он, уплетая свой фирменный омлет с помидорами. – Как я один здесь без тебя? Пропаду и сгнию среди отбросов.

– Не сгниёшь и не пропадёшь без меня. Ты сильный. Это видно невооружённым взглядом. Кто здесь сгниёт – так это я… – грустно размышляла Яна и перестала есть.

– Ты чего опять не ешь, Яна? Я что, невкусно приготовил?

– Вкусно, но мне потом плохо становится от яиц.

– Тошнотик ты! – Жека взял её порцию и стал доедать за неё. – Потом тебе опять плохо будет из-за того, что ничего не ешь. Бесишь этим!

– Я всегда тебя бешу… – Яна была очень печальна, её чёрные глаза потускнели и бездумно смотрели в пол.

На кухне Жека разглядел бледное лицо напарницы и понял: она настрадалась в стенах КГБ. Он не знал, как она выбралась оттуда, но уже догадывался, что не самым приятным образом.

– Кто ты, Яна?

– Никто. Если хочешь жить, лучше не знать моего прошлого.

Яна не любила говорить о родителях и своём прошлом, поэтому молча взяла мешок мандаринов и ушла в комнату. Она скромно села в углу и стала чистить мандаринки, чтобы съесть сочные дольки фрукта.

Жека встал в дверном проёме, скрестил руки и смотрел, как Яна снова наполняет комнату запахом цитруса.

– Но кто-то же знает о тебе всё? Или нет?

– Есть один человек.

Жека вспомнил о письме на столе в загородном доме Яны.

– Это отец Владимир?

– Да. И Владимир – священник.

Жеке стало интересно, и он сел на подоконник:

– Так ты не сирота, у тебя была семья?

– У меня было всё.

– И что же случилось?

– Прошу, не спрашивай меня об этом! У меня и так плохое настроение. А ты ещё со своими расспросами… Ещё раз спросишь – вообще перестану с тобой разговаривать. Молчать буду всегда.

– Не-не! Этого не надо! Священник, значит?..

Жека вспомнил слухи, что остался один священник, который всё ещё проводит службы и не отказался от веры, в отличие от остальных. Сейчас храмы начали сдавать под магазины и клубы, атеизм снова набирал обороты, не дав восстановиться православию после СССР.

– Яна, а этот отец Владимир всегда в храме? Или как на работу туда ходит?

– До семи вечера. Хотя, когда как. Всё от служб зависит.

– И кто-то ещё ходит в храмы и молится?

– Ну, я, например.

– Жесть… – сказал напоследок Жека и ушёл из комнаты, оставив Яну одну.

В этот момент Яна вспомнила недавний визит к отцу Владимиру.

Она бесшумно вошла в храм и перекрестилась перед входом в зал. У алтаря стоял мужчина с длинными золотистыми волосами, короткой бородкой и жёлтыми глазами. Ростом он был ниже Жеки, но сильнее – даже под чёрной мантией это было видно с первого взгляда. Яна робко подошла к священнику и положила свои холодные руки на его горячую ладонь.

– Ты в последнее время не приходишь ко мне на исповедь, Яна, – сказал священник и убрал неряшливую прядь с её лица, чтобы нежно на неё взглянуть.