Дар ушедших моментов

– Сегодня ночью появились новые детали по делу, помимо подозреваемой. Достань зажигалку в бардачке.

Руслан нащупал кнопку открытия бардачка и открыл этот ящик Пандоры. Из него вывалился придавленный мусор: упаковка из-под сэндвичей, пакетики от пончиков магазина у заправки, пара пустых пачек из-под сигарет. Нащупав в куче хлама зажигалку, он выудил её, как рыбак – маленькую, скользкую рыбку. Мужчина усмехнулся. В его бардачке точно такая проблема.

– Так вот. Наверняка слышал о пропавших детях, оказывается, они учились в школе, где работала сестра твоей жены. Я ни на что не намекаю, но кажется, связь этих дел более чем очевидна, – Анатолий затянулся и с неким удовольствием выдохнул сигаретный дым. Зависимый от сигарет не так осуждаем обществом, как наркоман, но осуждаемый организмом и уважаемый табачными компаниями.

– Я более чем уверен, что это совпадение, а не закономерность. Хотя, учитывая, какой она была стервой, возможность связи дел не надо исключать. Что ты так смотришь? Да, она сестра моей жены, но это не значит, что она такой не была. Полина всю жизнь говорила, что нужно уметь держать язык за зубами. Может, из-за него её и убили.

– Она не конфликтовала активно. Обсуждение за спиной слабо похоже на мотив. Хотя, учитывая тех, кого я уже допросил, а это пенсионерки со школы, могу сделать скидку на их незнание происходящего. Они говорят, что она была очень милой и воспитанной девушкой.

– Да, Полина говорила, что Ника ни с кем не общалась в школе. Не знаю, может, это природный магнетизм или какое-то обаяние, но они всегда нравились пожилым людям, будь то железная дорога, школа или участок.

Машина заехала в один из дворов с двухэтажными зданиями. Выйдя из машины, мужчины постучали в квартиру, где проживала Козыркина. Покрутив ручку, Руслан посмотрел на Анатолия. «Дверь открыта», – кивком показал тот и, аккуратно стараясь не издавать лишний шум, отворил её. В нос ударила вонь кала и мочи. Следователь вынул из кобуры пистолет и прошёл в квартиру, оставляя безоружного Руслана позади. Наступая маленькими шажками на разбитое стекло и шприцы, он оказался в пустой кухне. Никого. На столе пара тройка шприцов-единичек и жгут. Придётся пройтись по всей квартире. Спальня пуста, обсосанное одеяло свисало с кровати. На полу пачки из-под сигарет. Из подоконника сделали пепельницу, прижигая об него бычки.

Отворив дверь ванной комнаты, Анатолий выдохнул. Диана со своей подругой Кристиной и два сорокалетних мужчины расположились вокруг ванны.

– Дышат, – прошептал следователь, проверив пульс каждого из ванной комнаты. Они хоть и спали как убитые, но были вполне здоровы.

– Вызывай наряд.

Наряд приехал в течение полутора часа. Несколько мужчин в форме и два понятых сновали по квартире с обыском, пока Анатолий разговаривал с хозяйкой квартиры.

– Где вы были в момент убийства Вероники Геннадьевны Мышкиной? – банальный вопрос, на который не все подозреваемые могут ответить.

– Я была в центре, на Миллион, – ответила Диана, трясясь то ли от страха, то ли от ломки.

– Что за Миллион? – ручка быстро выводила слова на бумаге, поспевая за ответами Козыркиной.

– Магазин, – влез в разговор Руслан, не сумев сдержаться. Злоба закипала в нём, как масло во фритюрнице перед жаркой картошки. Диана согласно кивнула.

– Выйдете и позвольте мне наедине поговорить с Дианой, – вежливо указал на дверь Анатолий Васильевич. Руслан покинул кухню, оставив следователя с подозреваемой.

Анатолий достал пачку сигарет из кармана. Глаза Дианы загорелись. Щёлкнула зажигалка, и Диана уже потягивала сигарету, немного расслабившись.

– Поговорим без протокола? – Анатолий отодвинул бланк и ручку в сторону.

– С этого и нужно было начинать. Ты мусор, но не такой, как они. Не один мент не давал мне закурить. Все только били дубинками по почкам, – она покачивалась на стуле. Сигареты хватило ненадолго, и нервозность снова вернулась. – Я её не убивала. Да и резона нет. Обокрасть да, скрутить колёса и продать тоже не проблема. Если ты, мусорок, спросишь моё мнение, то я тебе отвечу, кто здесь настоящий подозреваемый.

– Мне интересно Ваше мнение. С радостью его послушаю.

– Махна, лысая гора – сто процентов убийца. Отвечаю. А если это не так, то можешь меня посадить в обезьянник. Но ты не посадишь, ведь я права. Я всегда права. В наших кругах меня называют свинья. Как свинья находит трюфели, я нахожу чужие закладки. Так что я всегда права. Это как аксиома или типа того.

– Но какой у него может быть мотив? Конфликтов не было, по крайней мере, по рассказам свидетелей.

– Была у них один раз стычка. Не помню, о чём они там базарили, но каждая информация стоит денег, и, быть может, я вспомню.

Анатолий нахмурил брови, и Диана, отмахнувшись руками, продолжила рассказывать.

– Говорила что-то про незаконный труд и несвоевременную выплату зарплат. Этот лысый так злилсь, что ударил её по лицу. У неё потом синяк на половину лица был…

Диалог прервал полицейский, который бросил на стол пакетик с белым порошком. Понятые с открытыми ртами наблюдали за происходящим. Ведь именно они стали свидетелями как молодой полицейский нашёл заначку в подушке.

– Статья 228 Уголовного кодекса Российской Федерации: приобретение, хранение наркотических средств преследуется по закону. Козыркина Диана Олеговна, вы арестованы, – полицейский озвучил положенную протоколом фразу.

– Мусора поганые! Это ты, тварь, меня сдал! Ты такой же, как и все! – Диана швырнула сигарету на пол и бросилась к выходу, где её перехватил полицейский.

Наручники щёлкнули на её запястьях, не давая возможности бежать быстрее. Она не переставала сопротивляться, но сил не было. Полицейский грубо одернул её, приструнив.

– Твари! – Диана плюнула в лицо Анатолию, ведь именно его она винила в бедах. Оскорбление чести и достоинства следователя не осталось незамеченным, и полицейские ударили её по лицу. Буйная наркоманка стихла, но глаза выдавали её ненависть и злость.

Анатолий смахнул слюни на пол и промыл лицо проточной водой с запахом хлорки. Испачканное лицевое полотенце, висящее на газовом баллоне, отталкивало от себя всякое желание им воспользоваться, поэтому мужчине пришлось вытереть лицо рукавом рубашки.

Следователь решил задержаться в посёлке ещё на несколько дней, ведь мысль о конфликте и возможном мотиве его не покидала. На записи с камер, изученных ночью, не было ничего необычного, кроме маленьких людей в рабочей одежде. У Маховского частенько подрабатывали дети. Кто-то копил на велосипед, кто-то на навык скины в игре. Это было обычным делом, да и никто никогда не был против. Но был один момент заставивший мужчину присмотреться внимательнее.

Факты выстраивались в голове в цепочку. Две цепочки, которые нужно было изучить, и подозреваемые, указывающие друг на друга. Был ли конфликт между владельцем магазина, и Диана говорит правду? Или же Диана лжёт, отводя от себя подозрения? А может, есть кто-то третий, дергающий за ниточки, как кукловод? Вопросы, на которые ещё предстоит ответить.

Глава 5

«В лесополосе посёлка Даппы найдено тело мальчика пятнадцати лет со следами удушья. Полиция разбирается, но информация о личности подростка пока не разглашается. Мы будем держать вас в курсе событий, но для вашей личной безопасности советуем не отпускать детей одних и усилить контроль за их передвижениями.

Ситуация неспокойна. Похищения детей участились. Поиски не приносят хороших результатов»

Анатолий читал статью в «Амурскграме». Закурив сигарету, он передал телефон коллеге Евгении, которая была сама не своя.

– Мы этого парня полтора года искали. Понимаешь? Это не просто так. Я сегодня еду брать эту мразь. Твоя информация от этой наркоманки позволила поставить кирпичик правильно. Ребята собираются, и мы выезжаем. Конечно, наркоманка могла соврать, но лучше задержать и отпустить, чем упустить монстра. – Елена накинула кофту на бронежилет и выскочила в коридор. Анатолий кинулся следом.

– Я поведу. Садись в мою машину. – следователь прыгнул в машину, и через минуту они уже тронулись с места. Автомобиль с группой ехал, следом держась на расстоянии, чтобы не было подозрительно.

Из-под колес отлетала галька. Пыль столбами взлетала словно дым от взрыва.

Анатолий получил сообщение от Руслана: «Маховского не было на работе».

Группа повернула на дорогу ведущую к его дому.

Елена выбралась из машины и позвонила в дверной звонок кирпичного дома. Слева от дома была беседка, а рядом стоял мангал. В беседке стол ломился от вкусной еды: бутерброды с красной икрой, салаты и мясо, только-только снятое с шампуров.

– Похоже, он решил отметить очередное убийство, – Елена обошла дом со стороны огорода, – дверь открыта.

В доме оказалось пусто.

– Похоже, его предупредили. Прочешем участок, – скомандовал капитан группы, и все разбрелись по участку, тихо передвигаясь, держа оружие наготове.

Анатолий услышал какие-то голоса и отворил дверь сарая, держа в руках пистолет.

– Руки за голову! – скомандовал он, но остался проигнорирован.

– Ты не справился с таким простым делом, – говорил мужчина в строгом костюме с галстуком. Перед ним на коленях стоял Маховский. Его глаза умоляюще уставились на незнакомца. – Ты оказался бесполезен и не смог заплатить по счетам.

– Я всё исправлю! Прошу вас! Дайте мне ещё один шанс! Я сделаю всё что угодно! – под ногами Евгения текло что-то тёплое, от чего он чувствовал себя грязным и противным животным.

– Руки за голову! – снова послышался голос Вирхова. На этот раз его заметили, и мужчина в костюме повернулся лицом к гостю.

– Я ждал тебя, Анатолий Васильевич. Опусти пистолет, он тебе не поможет, – мужчина поправил запонки из слоновой кости и посмотрел своими пустыми глазами на следователя.

Прозвучал выстрел. Рубашка незнакомца окрасилась алым. Даже не шелохнувшись, он рассмеялся.

– Я закончу с ним, и мы, – мужчина оказался за Маховским, – с тобой обязательно поговорим, дорогой мой друг.

Рука, словно копьё, прошибла грудь бизнесмена. Горячее сердце пульсировало в ладонях злодея.

Анатолий выстрелил ещё несколько раз, но из-за животного страха, вселяемого незнакомцем, промахнулся. Он посмотрел на улицу через открытую дверь, но никто даже не двинулся с места. Все будто застыли на месте.

Тело Маховского упало на деревянный пол сарая, заливая всё кровью.

– Ну зачем же ты так сделал, друг мой? – спросил незнакомец, откусив одно из предсердий. Его некогда белые зубы окрасились кровью.

– Я? Я ничего, – Анатолий посмотрел на свои руки, они были по локоть в крови. Под ногтями застряла кожа. – не делал.

– Вот и поговорили. Ну ничего. В будущем мы с тобой обязательно встретимся. Надеюсь, ты больше не будешь убивать людей. От плохих привычек нужно избавляться.

– Стоять! Не двигаться! – Елена повалила коллегу на пол и застегнула холодные наручники. – Ты убил моего подозреваемого!

Оперативная группа окружила сарай. Двое крепких мужчины оттянули Евгению от Анатолия. Она била его и пинала ногами со злости. Последняя зацепка, связанная с пропавшими детьми, теперь никак не поможет.

– Лена, поверь мне! Я бы никогда его не убил! – оправдывался Вирхов.

– Ребята видели, как это сделал ты. Да и хочешь сказать, что руки у тебя в кетчупе? – Елена сидела напротив Анатолия.

Допросная комната была пустая и неуютная. Железный стол и стулья стояли посередине. Справа стояла камера, которая записывала допрос.

– Анатолий Васильевич Вирхов, вы подозреваетесь в убийстве Евгения Маховского, – женщина показала запись с камер одного из сотрудников оперативной группы. – На записи чётко видно, что вы, Анатолий, вырезали сердце из груди жертвы.

– Это же бред! Запись, наверняка, поддельная! – Анатолий глазам своим не верил. На записи действительно был он. – Как бы я успел провернуть это! Мы же вместе приехали.

– В крови жертвы были обнаружены наркотики с парализующим действием. По предположительным данным, это были синтетические наркотики – соли, которые и позволили ему замереть на месте. Воспользовавшись этим эффектом, вы и вырезали сердце.

Результаты экспертизы лежали на столе напротив Анатолия. Пробежавшись глазами, он успел выхватить лишь пару слов.

– Да даже если логически подумать! Я бы не успел. Я же с тобой был почти всё это время и отлучился лишь на пару минут!

Елена достала из папки фотографии с камер видеонаблюдения. На фотографиях – машина Анатолия и сам мужчина на выезде из города за два часа до выезда оперативной группы.

– Вас, Анатолий Васильевич, с нами не было.

– Что за бред? Это же подстава. Разве ты не видишь?! – Анатолий стал более эмоциональным. Всё это выводило его из себя. А представленные доказательства заставляли верить в свою вину. – Руслан!

– Что Руслан?

– Он писал мне в телефоне сообщение о том, что Евгения нет в магазине!

– К сожалению, вы ошибаетесь. Руслан написал данное сообщение мне, так как до вас не мог дозвониться со вчерашнего вечера. В истории вашего ноутбука были обнаружены ссылки на статьи, посвященные жертвоприношению ацтекскими племенами. Для жертвоприношения используется каменный нож, который также был найден на месте преступления.

– Я ничего не понимаю. Какие ацтеки? Я даже фильмы про индейцев не смотрю, что уж там говорить о статьях. Мне подставили, по-другому я это объяснить не могу.

– Допрос окончен. – Елена выключила камеру. Маска серьёзности сменилась на маску грусти и печали. – Толя, как бы мне не хотелось тебя обвинять, но все факты налицо. Записи с камер, то, что я видела своими глазами, говорят об обратном. После того, как ты задержал наркоманку ты стал сам не свой. Я твой друг, и ты мог со мной поделиться своими переживаниями, но теперь уже поздно.

– Но ведь там был другой мужчина, который голыми руками убил Маховского, я сам лично его видел!

– Нет. Там был только ты. – Щёлкнув зажигалкой, Елена подожгла сигарету и протянула её другу. – Ты убил этого мужика, а значит, убил и ту девушку, и тех детей, которых мы могли найти». Не думала, что это скажу, но суши сухари и ищи адвоката.

Глава 6

Осень 2027 год

На улице гудел ветер, срывая жёлтые листья с деревьев. Лило как из ведра. В некоторых районах города отключили свет из-за перебоя на линии электропередач. Да. погода была не очень живописной, но даже в такой погоде есть своя красота. О бабьем лете и говорить не нужно. Сюда оно не заглянуло.

В маленьких советских квартирках родители отгоняли детей от окон. Вдруг что-то прилетит и разобьёт его. Первоклассники, у которых отменили линейку, нервно всхлипывали, а их родители пытались как-то утешить.

На улице не было видно даже бродячих собак, они скрылись на детских площадках под горками и в беседках. Машин на дорогах было немного, а людей, прогуливающихся по скверу, не было вовсе.

– Давай дыши! – испуганно кричал мужчина с тёмными волосами, держа одну руку на руле, другую на коленях своей жены, которая истошно кричала. – Мы почти на месте! – добавил тот, проезжая очередной перекрёсток. Свернув за угол, они уже оказались на парковке возле парадного входа в родильное отделение.

Заглушив мотор, мужчина открыл заднюю дверь. Взял жену на руки и помчался внутрь.

– Схватки! Всё больнее и больнее! – сказал он медсестре, стоявшей возле регистратуры. Та вызвала врача, и, погрузив женщину на носилки они скрылись за дверями отделения.

Мужчина нервно заполнял бумаги, держа открытым паспорт с именем и фамилией жены: Полина Врангель. Заполнив документы, конечно, не с первого раза, он уселся на лавку, стоящую вдоль стены. Что же будет? Как пройдут роды? Кто родится? Мальчик или девочка? Полина решила сделать ему сюрприз и не сообщила пол после УЗИ. Присутствовать на родах Руслан не мог физически. Его и без того мутило и трясло, как алкаша после попойки. Волнение было жутким.

Крик женщины стих, и через несколько секунд раздался вопль младенца. Руслана передёрнуло, он был рад, но волнение его не оставляло. Ребёнка вынесла акушерка. Старая, хромая женщина, видевшая в жизни многое.

– Вы отец? Поздравляю. У вас мальчик. Три кило триста грамм. Богатырь. – Она протянула малыша отцу и отошла в сторону.

Малыш был лёгкий, даже легче сумки муки. Руслану казалось, что он ничего не весит. Такой маленький, хрупкий и беззащитный. Он боялся брать его на руки, чтобы не раздавить своими большими пальцами. Сейчас он хотел лишь защитить этого маленького ангелочка и его маму.

– А мама… что же с Полиной?

– С вашей женой всё в порядке. Она устала, – в коридоре появился доктор. – Мы сейчас пристроим её в свободную палату, и, думаю, что вы сможете к ней заглянуть.

Полину поместили в палату со светло зелёными стенами. Рядом с кроватью стояла маленькая тумба, а в углу стоял холодильник. Соседки у неё не было: её выписали вчера вечером, а новая ещё не появилась.

– Как ты? – мужчина поставил стул рядом с кроватью и сел. Взяв жену за руку, посмотрел ей в глаза. В его глазах читалось счастье. Он был рад, что в их семье всё замечательно: здоровенький малыш и здоровая мама.

– Всё хорошо. Хочу спать, а в целом всё нормально. Если вдруг в будущем у нас будет ещё ребёнок, то пусть делают кесарево. Это жутко больно. Даже больнее, чем сидеть в туалете после недельного запора, – пошутила та, посматривая на малыша, мирно лежащего рядом в специальной колыбели. – Скоро его отвезут в отдельную палату, чтобы я отдохнула после родов.

– Я позвонил тёте Анне и твоим братьям. Они приедут на выписку. Врачи пока не сказали, когда она будет, но всё же. Отдыхай. Завтра я зайду, и мы придумаем малышу имя. Хорошо? – Та одобрительно кивнула, и, поцеловав друг друга в щёчку, он скрылся за дверями, а Полина погрузилась в сон.

– Папа, почему погода не вовремя испортилась? Сегодня должен быть мой первый день в школе, – сидя на диване в гостиной квартиры, спросил мальчик.

– Не знаю. Такое бывает, – с грустью ответил тот и, потрепав мальчугану волосы, протянул ему тарелку с картофельным пюре и сосисками. – Я приготовил шедевр кулинарного искусства. Вот ещё салатик… – Положив чашку до верху, наполненную салатом на стоявший рядом книжный столик, воскликнул отец.

– Ты всегда вкусно готовишь. Давай завтра я помогу приготовить тебе плов. Я видел, как бабушки его готовят, и мне кажется, что это проще простого!

– О-хо-хо. Плов – это сложно. Просто твои бабушки очень много готовили, и для них это расплюнуть. Баба Анна до сих пор работает в детском саду поваром. Но давай приготовим, я знаю, как это делается, но у меня не всегда получается. Давай, мистер Бёрпи, налетай, пока горячее!

– Ну пааааппп, я уже не маленький, чтобы называть меня мистер Бёрпи, – заскулил тот, играючи подталкивая Валеру в бок. Не встретив сопротивления, он быстро переключился обратно на тарелку: – Давай посмотрим «Человека-паука»?

По окнам барабанил дождь, но Кирилл и Валера перестали обращать на него внимания. Они были погружены в разговор и обсуждение персонажей мультфильма. Мальчику очень нравился Человек-паук, и он часто представлял себя на его месте. Вот он стреляет паутиной и побеждает Песочного злодея, ограбившего банк с тысячи долларов, а вот он участвует в боях без правил, чтобы получить выигрыш. Фантазия у Кирилла была богатая. Иногда это пугало Валеру. Бывало, что Кирилл говорил про какого-то мужчину, который напал на маму и теперь держит её у себя в плену или что-то по типу того. И тогда Валера погружался в воспоминания, связанные с тем днём.

Через несколько дней Полину выписывали. Погода была прекрасная. Единственное, что напоминало об урагане, так это сломанные ветки деревьев и мокрые дорожки. Ребёнка решили назвать Артёмом. Это было имя, которое предложил Руслан, и оно выпало в жребии. Вся семья радостно встречала молодую пару с ребёнком на руках. Приехал и Валера с Кириллом. Мальчик пропустил свой первый день в школе из-за погоды. Со всех сторон сыпались поздравления и небольшие букетики цветов. Встав на крыльце порога, дядя Саша попросил первого попавшегося прохожего запечатлить такой момент. Он немного помялся, но всё же сфотографировал.

Распахнув дверь, Руслан пропустил Полину с цветами вперёд, а сам следом за ней.

Юного Артёма они пронесли по всей квартире, показывая ему, как выглядит его дом: не такой тесный и мокрый, как мамкин живот. Малыш этого не понимал, но всё равно смотрел своими маленькими глазками-пуговками. Его комната была обставлена мебелью. Маленький комод для вещей был прикручен к стене, чтобы в будущем не свалился на ребёнка, когда тот начнёт ползать. На полу был мягкий серенький ковёр. Деревянная кроватка с вырезанными на ножках пони при желание покачивалась, как кресло-качалка. Своими руками её соорудил дядя Саша, от чего она становилась ценнее. Над кроваткой, на потолке, было звёздное небо. Звёзды днём накапливали свет, а ночью ярко светились.

– Какой у вас малыш, ну копия деда, – попивая чай и цепляя тортик ложкой, бормотала мама Руслана. – Полиночка, дорогая моя, ты можешь спокойно выходить на работу. Прошло уже две недели, и ты, наверное, не можешь дождаться выхода в строй. Да ты не беспокойся, я ушла из библиотеки и смогу следить за Тёмочкой.

– Мама, Полина хочет провести некоторое время с ребёнком, – ответил Руслан, видя, что в Полине закипает злоба и сжимаются кулаки. Она никогда не любила его мать, вечно раздающую свои ненужные советы. Пошла бы она куда подальше и засунула свои советы себе в…

– Хорошо, но я всё равно буду приходить каждый день, чтобы помочь да подсказать, если что.

– Простите? – вопросительно посмотрела Полина на тёщу, а затем на Руслана, стреляя взглядом. – На минутку.

Руслан и Полина скрылись за дверями спальной, оставляя довольную тёщу с тортом наедине.

– Руслан, я ничего не имею против твоей мамы, но на расстоянии. Мне кажется, этот разговор уже был. Если хочет, то пусть приезжает, без проблем, но максимум раз в две недели. Раз в две недели, – повторила она. – Ты просил не вступать с ней в конфликт, я так и делаю, но терпеть это я не стану. Я выскажу ей это, если ты сам не решишь с ней поговорить.

– Я понимаю, почему ты злишься. Она и вправду очень навязчива. Я поговорю с ней об этом ещё раз и надеюсь, что мы придём к мирному соглашению.

Выйдя из комнаты, Руслан уселся за стол и взял дряхлую руку своей мамы. Полина же отошла к раковине и начала полоскать кружки.

– Сынок, ты и в самом деле так думаешь? Если да, то конечно, я буду приезжать раз в две недели. – К удивлению Полины, тёща согласилась очень быстро, и что-то ей в этом не нравилось и казалось подозрительным. Может, она приедет и останется здесь на месяц? А может, она вообще переедет? Нееет. Навряд ли. Скорее всего, она и сама понимает, что слишком навязчиво себя ведёт, и если продолжит, то Полина рявкнет на неё, как собака, сорвавшаяся с цепи.

Дети радостно, сломя голову, мчались из школы. Подростки курили за углом одну сигарету на троих и передавали её друг другу по очереди. Проходя мимо, Валера дал им совет отойти от школы подальше, на что те закатили глаза и послушно отошли. Они хорошо знали Валеру, ведь он общался с их родителями не только по работе, но и по дружбе, и не редко с Кириллом захаживал в гости. Кирилл с портфелем, который почти с него ростом шёл, опустив голову вниз. Он получил свою первую плохую отметку и придумывал, как рассказать об этом отцу. Он знал, что тот расстроится и не хотел его подводить, но всё-таки подвёл. Выйдя со двора школы, он помахал рукой Валере и подошёл ближе, пытаясь улыбаться, как ни в чём не бывало.

– Как школа? – поинтересовался мужчина и присел на корточки, вытирая с лица Кирилла чернила от ручки. Ребёнок ходил с ними весь учебный день. Замечтался на уроке и случайно испачкался. На вопрос отца тот рассказал про тройку и сказал, что не смог выполнить правильно задание.

– Не переживай, мы с тобой позанимаемся, и ты сможешь разобраться с заданием. Знаешь, сколько троек твой папка получил? Нет? Уууу. Вот и правильно. Лучше не знать. Что ты смеёшься? Думаешь, что я глупый? Нееет. В четверти у меня не было троек. Да-да.

– Я верю тебе, пап, верю, конечно, – усмехнулся мальчик и, взяв за руку отца, они направились к машине, припаркованной на другой стороне улицы.

– Кирилл! – отозвал их детский голос. Когда мужчина с ребёнком обернулись, они увидели щуплого белобрысого мальчугана в очках – Серёжку Деревянко. – Здравствуйте, папа Кирилла. Ты забыл на столе наклейки с супергероями. Кстати, это и мои любимые герои.

Валера отошёл к машине и оставил мальчиков одних, чтобы потом Кирилл догнал его. Они активно обсуждали наклейки и шли за мужчиной. Идя по дороге, мальчики остановились около ларька с шаурмой и дружно пошарили в карманах – денег не было. Просить у отца Кирилл не хотел, поэтому он со своим новым другом пошёл дальше. Валера это заметил и сделал вид, что проголодался.