
Полная версия:
Последний Карамболь
— Хорошо. Будем считать, убедили, — сдался Ярош. — Мигель, принимай данные по векторению и тяге Гейта. Рассчитывайте.
***
Тарас посмотрел на часы. Черт, на транспортировку ушло намного больше, чем он рассчитывал. Все же камни были огромной ценности и сбивать с них пустую породу не решились. Дезы остались без работы, зато гравистрелкам пришлось несладко.
Ну да ладно. Три минуты до закрытия защитной зоны тоже нормально. Если никто не подведет — успеют.
Алексей скосил взгляд на вычислитель. Телеметрия осколков. Скорость, вектор, масса. Данные Гейта — скорость сближения, курс, тяга. Отлично, фиксируем. Теперь они константа. После расчета менять нельзя.
— Федоренко, — голос Алексея ровный. — Направляй свой осколок на вектор три-семь-два. Параметры удара передаю.
— Принял, — Владимир выровнял катер.
Астероид летел под заданным углом. Тарас дал искажение гравиполя. Камень, вращаясь, влетел в ворота.
— Один ноль! — крикнул Хавьер.
— Есть! — Деви захлопала в ладоши.
Они счастливы. Они причастны к рекорду.
Остается два алмаза. Тарас посмотрел на время. Две минуты. Нос Гейта уже входил в защитную зону.
Решение пришло само. Забить свой. Не останавливаясь, втолкнуть в исчезающее искажение тот, что сопровождает Никита. Иначе не получится.
— Никита, передаю параметры удара. Отправляй свой осколок.
Алексей ждал подтверждения команды, но Цыганков молчал. А затем возмущенное:
— Это же…мимо Гейта! Вектор вообще в сторону!
— Делай, что говорю! — закричал Алексей и начал расчет. — Я его добью вместе со своим.
— Нет уж, я сам! — прорычал Цыганков. — Без пижонов!
— Ну, как знаешь. — Тарас тщательно прицелился. Палец лег на кнопку.
Искажение едва заметно, одним точным импульсом дернуло осколок.
И в тот же миг увидел: осколок Никиты тоже изменил траекторию.
Нетерпеливый Цыганков решил, что Тарас его специально оставляет без приза. Самостоятельно отправил камень в Гейт.
— Никита, придурок! Ты что делаешь?! — заорал Мигель.
Алексей вскочил…
Уже ничего не исправить. Искажатели поля на обоих кораблях разряжены. Федоренко уже зашел в свой док.
Подбежал к иллюминатору.
Медленно вращаясь, оба камня летели в Гейт.
Кто раньше? Успеют войти в замедляющее поле или столкнутся раньше?
Все застыли в ужасе.
— Закройте бронеплиты! — крикнула Нежкина. — Они идут на сближение! Сейчас полетят осколки!
Камни столкнулись у самых ворот.
Никитовский, выдержав удар, сразу влетел в открытую пасть Гейта. Второй, не выдержав, раскололся.
Часть обломков влетела в ворота. Но один, самый большой, пролетел мимо.
Царапая длинный бок перерабатывающего модуля, он скользнул вдоль него и, как часть большого корабля, преодолел границу защитной зоны.
Глаза Алексея округлились.
Твою мать, эта глыба сейчас разворотит «Алтай». И остановить ее нечем!
Глава 3
— Лешка, — голос Мигеля сипло. — Леха…
Тарасов молчал. Только смотрел в иллюминатор. Огромная вращающаяся глыба неслась на корабль. Их корабль. На то, что стало их родиной. Где родились они, их родители. Родители родителей. И еще почти пятнадцать поколений пилигримов, покинувших Землю в поисках спасения. И сейчас эта маленькая, но такая родная родина в опасности?
Алексей сглотнул.
— Тревога! Ярош, объявляй тревогу! Срочно! Сейчас! — закричал Мигель.
Почти одновременно с его криком над головами курсантов полыхнуло алым:
ТРЕВОГА! ТРЕВОГА! УГРОЗА РАЗГЕРМИТИЗАЦИИ! ВСЕМ СРОЧНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ НА ГЕЙТ! ВСЕМ НАДЕТЬ СКАФАНДРЫ. ГОТОВИТЬСЯ К ЭВАКУАЦИИ!
— Писец! Приехали! — Ангграэни мрачно посмотрела на Тарасова. — Лешка. кажется, мы доигрались.
Алексей не ответил. Его глаза «держали» осколок. Тот уже стал совсем маленьким. С его голову величиной.
Алмаз ударил «Алтай» без вспышки. Просто в обшивке гигантского, заслонявшего весь горизонт корабля, вдруг появилась дыра.
Строительный модуль! — отметил Алексей. Его резко отпустило. — Повезло. Да, что повезло, просто чудо какое-то! Строительный, не жилой, там сейчас точно никого нет. За всю свою короткую жизнь. Тарасов не помнил, чтобы на строительном комплексе велись работы. Это, когда строился «Алтай», на орбите Земли и в первые столетия полета, строительство шло без остановки на отдых, потом модуль законсервировали.
— Вот это дырища! — восхитилась Деви.
Ее зрачки часто дергались, так бывает, когда оператор работает на визуальной клавиатуре. Алексей предпочитал виртуальную — пальцы не так устают, как глаза.
Что она сейчас набирает? Или… уже готовиться к расследованию и подчищает файлы? Умная девчушка. Хотя ей-то чего — сегодня дезы, можно сказать, туристами покатались. Вся шишки полетят в него, как стрелка, запустившего осколок по неверной траектории и в запрещенном направлении. Хотя логи системы документирования покажут — его расчеты были верны. Единственно за что могут зацепится — нарушение очередности отправки породы в Гейт. Вот тут придется разбираться. Но главное, чтобы на «Алтае» никто не пострадал.
— Тарас, чего застыл? — Мигель хлопнул приятеля по плечу. — Команду слышал? Скафандры надеть! Держи, вот твой комплект.
Алексей машинально взял диск со своей фамилией. Приложил к груди. Броня из нанитов с шуршанием обволокла тело. Не защищенным осталось только лицо, обстановка этого не требовала.
— Что начальству говорить будем? — спросила Деви. В надетом скафандре ее фигурка стала еще тоньше. — Чтобы и не врать и Тарасу не навредить?
— Правду будем говорить! — Прервал его Мигель и показав пальцем вверх, спросил с нажимом: — Поняла? Правду. Но с умом.
Ангграэни прикусила губу. Кивнула. Ее большие, почти анимешные глаза, сверкнули пониманием.
Алексей вновь повернулся к поврежденной стройплощадке. Глазами поискал дыру. Не нашел. Далеко. Тогда он следил за осколком, сейчас ничто не указывало на место соударения.
Ничего. скоро все соцсети будут пестреть фотографиями разрушенного модуля, — раздражено подумал он.
Катер чуть заметно вздрогнул. Магнитный захваты притянули его к фиксаторам, чуть заметно хлопнули замки шлюзов. Легкий перепад давления и диафрагменные гермошторки открылись.
У выхода их встречал Ярош. Глаза сержанта горели, Наноткань, оставившая открытым только лицо сделала его брови еще более колючими.
— Тарас, ты что натворил? — прошипел Серж. — Ты мне чуть Гейт не угробил!
Гейт? — Алексей опешил. — При чем здесь Гейт, когда в «Алтае» дыра? Там люди могли погибнуть, их люди, из их экипажа, а его спрашивают о каком-то Гейте?
Впрочем, Гейт тоже их, но с ним-то вроде все в порядке…
В памяти вдруг вспыхнуло воспоминание: раскалывающийся алмаз, его осколок, борт Гейта, глубокая борозда в обшивке.
А, так это Ярош о той царапине? Неужели она волнует его больше, чем судьба людей?
— Я делал все правильно, предъявляй претензии тому, кто все это устроил. — Алексей показал в сторону доков. — Жертвы есть?
— Твое счастье, что обшивка не пробита. Конструкторы Гейта именно из-за таких балбесов, как вы с Хачатуровым, сделали ее из сверхпрочного сплава.
Хачатуров? Борис? А он… Ну да, стрелок второго экипажа. Получается Ярош решил во всем винит стрелков? Не неугоомнного Никиту с его амбициями, а Борьку виноватым выставляет? Или его, Алексея? Пилоты, получается, ни причем? В принципе верно, Мигель уж точно не виноват, инициатива вся была моня. Но Никита…
— А что с «Алтаем» — поинтересовался Мигель. — Там все целы?
Ярош вздрогнул. Замер. Потом медленно повернулся к Кортесу.
— Что с «Алтаем»? — Тихо переспросил он. Голос ровный, вкрадчивый, но со скрытыми обертонами нарастающего рокота. Такой, что от него мурашки по коже бегут. И вдруг крик: — Что вы еще натворили? Ну?
Курсанты первого экипажа переглянулись.
— Тот осколок, что поцарапал наш Гейт, полетел дальше. По моим наблюдениям он пробил дыру в строительном модуле. — Доложил Тарасов.
Глаза сержанта округлились.
— Он попал в серый сектор, — уточнила Деви. — Не рабочий, я видела…
— Что?! — проревел Ярош. — Так вы еще и… Так, быстро помещение для брифа. Всем надиктовать, распечатать и подписать объяснительные!
— Всем? — удивился Торрес. — Я же…
— Всем! — зарычал сержант. — Всем! И до стыковки с «Алтаем», не выходить оттуда!
— А Цыганков? – возмутилась Деви. — Это же они виноваты!
Ярош повернулся к девушке. Та не отвела взгляд. Ее глаза горели. Большие, черные, пугающие.
Сержант медленно кивнул.
— Экипаж второго! — прорычал он в распределенный микрофон скафандра.
— На связи, экипаж второго. — прозвучал голос Никиты. Командир отделения вывел связь на громкоговорители.
— Ваше место? — потребовал Ярош.
— Занимаем свой док.
— Провести послеполетную и сразу в учебный класс. Всему экипажу писать объяснительные. Без команды класс не покидать!
— Какие объяснительные, командир? — Возмутился Цыганков. — Все же пишется системой объективного контроля.
— СОК пишет ваши действия, вы напишите свои объяснение этих действий! Все, выполнять!
— Есть выполнять, — ответил Цыганков без энтузиазма.
Глава 2. Гейт.
Лязгнули магнитные фиксаторы.
Ярош машинально посмотрел на уровни. Гейт встал в причальное гнездо ровно. Микрон в микрон. Да и как могло быть иначе, автоматика не ошибается. Не то, что эти балбесы! Изуродовать новенький Гейт. Только со стапелей и на тебе! А если еще и подтвердится попадание осколка в «Алтай»… прощай сержантские погоны.
Да что погоны, не дай бог погиб кто-нибудь, вот тогда беда. Правда Деви говорит, что попали в нежилую зону…
Так, хватит комплексовать, нужно выйти, да посмотреть, что с Гейтом. Вдруг его в ремонт придется отправлять?
Надев САП — на курсантском сленге «сапог» — дал команду наноткани скафандра закрыть забрало.
На дисплеях HUD засветились зеленые сообщения готовности. Шлюзовая диафрагма мягко растворилась.
Шаг, другой…
Выход в открытый космос всегда событие. Даже сегодня. Сейчас. Когда вот-вот на отделение обрушится лавина упреков и разбирательств. Наказаний, куда же без них. А потому, нужно заранее ко всему подготовиться и доклад о состоянии Гейта, часть этой подготовки.
САП мягко набирая скорость, толкнул в пятки. Сложное управление средством автономного перемещения взял на себя умный скафандр. Точнее нейросеть, вшитая в его наниты. Простенька – на чем задержит взгляд носитель, туда и летит, но для перемещения вблизи корабля этого хватало с головой.
Сделав вираж, Ярош приблизился к своему Гейту.
Перед ним — бок перерабатывающего комплекса. Новенький. Только что полученный с верфи.
Борозда.
Длинная, глубокая, от середины корпуса и до технологического стыка. Метров восемь. Обшивка вздыблена, местами содрана до подложки. По краям — яркий блеск. Это налипшие крошки алмазной пыли.
Алмазы. Последняя надежда. Если стоимость добытых астероидов превысит убытки… Нет, если стоимость алмазов многократно превысит убытки, об их проступке могут и забыть. Это если обойдется без жертв. Черт, как много всяких «если»!
Ярош повернулся к стройзоне «Алтая».
Огней не видео, хотя спасательная операция уже должна была начаться. О происшествии и о потерянном астероиде он доложил уже… — Сержант поднял глаза на цифры дисплея. — Да уже минут сорок назад. Нужно поспешить, скоро начальство начнет слетаться.
Ярош отлетел от Гейта, повел глазами по трещине. Все, дело сделано — теперь она зафиксирована в «Инквизиторе» — индивидуальном средстве объективного контроля. «Инквизитор» рассчитает координаты, глубину, угол удара и все отправит в корабельный архив.
На HUD мигнуло сообщение.
Подполковник Шестаков. Начальник курса.
— Сержант Ярош. — Ответил Серж.
— Ты где?
— Фиксирую повреждения Гейта. Ничего страшного, серво-роботы за пару часов залатают.
— Хорошо. Возвращайся, будем проводить разбор происшествия.
— Есть возвращаться.
***
— Товарищ подполковник, сержант Ярошевич, — Серж вытянулся, насколько позволяла гравитация. — Докладываю о происшествии. Курсанты второго отделения, первый взвод, при выполнении плановой задачи по добыче ресурсов допустили нарушение очередности отправки породы в Гейт. В результате — столкновение осколков. Один из осколков отклонился от расчетной траектории, задел обшивку Гейта и вышел за пределы защитной зоны. По предварительным данным — пробил обшивку «Алтая» в районе строительного модуля.
Шестаков кивнул.
— Там уже работает твой командир. Старший лейтенант Титов. Подождем его доклада. Лишь бы жертв не было.
— По информации осколок попал в строительный модуль. Он законсервирован. Людей там нет. Не должно было быть.
— Это по предварительная информация. А у нас всегда так бывает, что люди суются туда, где они не должны находиться. Уточните.
— Есть.
Шестаков кивнул в сторону доков.
— Бойцы там?
— Первый экипаж бриф-зале, второй в учебном классе. Приказал им писать объяснительные.
— А третий?
— Так они же ничего не сделали…
— Они все видели! Вот и пусть это опишут. Потом Параноик все проверит и даст свои выводы.
Ярош кивнул. Параноик может. Специализированная нейросеть, фильтрующая фейки и прочие подделки. На таком корабле. как «Алтай», фейки можно приравнять к оружию массового поражения.
***
Бриф-зал. Яркий свет. Шестнадцать человек за двумя рядами столов. Стандартные серые комбинезоны. У каждого на плече нашлепка снятого скафандра.
Дверь открылась.
Курсанты встали.
Шестаков вошел первым. За ним — Ярош. Лицо сержанта каменное.
— Курсанты второго отделения, первый взвод, — доложил он.
— Вольно. Садитесь.
Подполковник обвел глазами зал.
Мальчишки. Совсем еще мальчишки. Ну и девчонки тоже. Таких ругать… Но надо! Иначе нельзя.
— Все вы уже знаете, зачем вас всех сюда пригласили, — голос Шестакова ровный, он глаза строгие. Колючие. — Поэтому не будет тянуть время. Пилоты катеров — встать.
Кортес, Цыганков и Федоренко поднялись. Вытянулись по стойке «смирно».
— Вольно. Кортес, начнем с вас. Докладывайте: что делали, что видели, что произошло.
Мигель посмотрел Шестакову в глаза.
— Товарищ подполковник, экипаж первого катера выполнял плановую задачу по добыче ресурсов в зоне, определенной полетным заданием. Зону поиска не покидали. Границу пояса не пересекали. По команде командира отделения произвели захват перспективных объектов. В процессе транспортировки к Гейту произошло столкновение осколков, вызванное несогласованными действиями стрелка второго экипажа.
— Ничего не нарушали, а ЧП организовали! — Подполковник наклонил голову. — Дыру в «Алтае» пробили. Гейт повредили… А если еще и человеческие жертвы будут, то…
Шестаков покачал головой.
— Кортес, вы уверены, что зону не покидали?
— Так точно, товарищ подполковник. Это можно проверить по данным объективного контроля.
— Параноик уже проверяет, — отмахнулся начальник курса. — Ладно, теперь вы, Цыганков. Доложите ваши действия.
Никита открыл рот. Но не успел ответить.
Коммуникатор Шестакова пискнул. Подполковник приложил палец к виску, слушая. Лицо изменилось. Помедлив, вывел звонок на громкую.
— Товарищ подполковник. Старший лейтенант Титов. Разрешите доложить? — голос Титова в канале. — Срочно.
Шестаков оглядел аудиторию.
— Я провожу брифинг с твоими, у тебя что-то секретное? Или курсанта тоже будет полезно услышать?
— Секретное… Нет. ничего такого нет. Скорее непонятное. И это хорошо, что они слышат, помогут разобраться.
— Поясни?
— Дело в том, что здесь, на месте… На строй площадке ничего нет. В смысле никакой дыры нет. Внутрь мы не заходили – объект на консервации, но внешние повреждения отсутствуют!
— Что? — вырвалось у Шестакова. — Как отсутствуют?
Подполковник повернулся к Мигелю.
— Курсант Кортес, вы докладывали о попадании осколка астероида в корпус «Алтая»? Куда именно попал алмаз?
— В борт строительного цеха. Ближе к правому краю. — Мигель повернулся к Алексею. — Ведь так же?
— Если по хоккейному, то точно в девятку! — Ангграэни опередила Тарасова.
Шестаков поморщился.
— Титов, слышал?
Старший лейтенант несколько секунд не откликался.
— Товарищ подполковник, здесь нет ничего! Никакой дыры! Хотите попрошу представителя ремонтников подтвердить мои слова?
— Еще не хватало ремонтникам моих офицеров подтверждать! — Возмутился Шестаков. — Мне достаточно твоих слов. Только непонятно, вы об одном и том же объекте говорите? Ты и твои курсанты? Так, стоп.
Подполковник повернулся к молчаливо замершим Цыганкову и Федоренко.
— А вы, что скажете? Была девятка?
Курсанты переглянулись.
— Я за Тарасом… За Кортесом был, мне оттуда не видно было, — доложил Федоренко. — Я как отстрелялся, сразу отстал, чтобы ребятам дорогу дать.
— А я вправо отвалил, мне стройплощадку Гейт закрыл. — Пожал плечами Цыганков.
— Титов, ты еще там? — Шестаков посмотрел на стену, за которой должен был находится строительный модуль.
— Там… То есть здесь.
— Пришли фото стены, может курсанты посмотрят, да…
Подполковник не договорил, его прервал новый вызов.
Шестков повернул дисплей к себе.
Генерал. Как не вовремя.
— Сержант Ярош, продолжайте без мня. Личный состав не распускать, ждите меня здесь.
Подполковник стремительно вышел из бриф-зала.
— Товарищ подполковник, один вопрос, — Ярош выскочил следом.
Глава
***
Тарасов почувствовал на себе чужой взгляд.
Повернулся.
Ярош. Сержант смотрел на него.
Чего это он?
Внимание отвлекла смена информации на демонстрационном дисплее. Теперь это была сплошная серая стена мозаичного металла.
Металла, что покрывал все корпуса внешних модулей «Алтая» и всех остальных кораблей этого проекта. Систершипы, как издревле называли такие серии. — пронеслось в голове Алексея.
Подтверждая его догадку, в правом верхнем углу экрана засветились метаданные снимка и подпись: ст. Л-т. Титов.
Три секунды. Ровно три секунды длилась тишина. А затем взрыв. Первым был Никита Цыганков.
— Стрелки хреновы, вы бы хоть врать убедительно научились! В девятку они попали! — голос пилота сорвался на визг. — Вы что, заранее договориться не могли? Не понимали, что все ваши слова проверят?
— Никита, ты чего? — опешила Деви. — Я лично могу…
— Наш курсовой офицер врет? — Скривился Цыганков. — Старший лейтенант Титов лично проверил вашу… версию. И что? Пустышка! Нет никакой дыры!
— Я не знаю, что Титов подтвердил, но дыра была! — вспылил Мигель. — Мы все ее видели.
— Видели! — Никита развернулся к нему. — Ну так покажи ее. Бортовой СОК наверняка все записал.
— Ты же прекрасно знаешь, что все данные арестованы и находятся у Инквизитора. — напомнил Алексей.
— Как удобно прикрыться Инквизитором, — улыбка Никиты стала еще презрительней. — Я верю своему командиру — Титов, в отличие от некоторых врать не станет. А скоро и Инквизитор подтвердит несостоятельность ваших слов!
— А я верю ребятам! — подал голос Рамис Тюдилеков. — Мигель с ребятами говорят правду.
— Но дыры нет! — напомнил Борис Хачатуров
— И какая разница, есть дыра или нет? — вмешался Федоренко. — Ее наличие или отсутствие не меняет того, что во всем виноват ты, Никита! Это твой выстрел привел к происшествию. Не помешал бы ты Тарасу, все было бы нормально. Мы бы сейчас готовились к увольнению в Центр и подсчитывали сколько баллов нам начислят. А теперь еще неизвестно, может еще и в минус вылетим! Самый жирный кусок упустили — 87 процентов, да таких даже в учебниках не упоминается!
— Ну конечно, ты будешь на их стороне, тебе же с Тарас с барского плеча кость бросил! — Никита выставил вперед руку и указал пальцем на пилота третьего экипажа. — Вовочка, ну признайся, без этой подачки ты бы на Гейт пустой вернулся!
— Как и ты! — парировал Рамис. — Твой осколок тоже Тарас выдернул.
— Не спорю, — Цыганков развел руками. — Что есть заслуга первого, то есть. Но врать зачем? Про дыру в строительном модуле!
Тарас в спор не вмешивался, его заинтересовали действия Деви. Ее глаза. Они вновь бегали. Как тогда, во время охоты…
— Вот, смотрите! — закричала она и показала на дисплей. Это с моей странички в общекорабельных «Вестях». Я это фото туда еще с катера отправила. Ну, что, Никита, что теперь скажешь?
На экране светилось изображение все той же мозаичной стены. Только теперь с огромной дырой в ней.
***
Тишину, воцарившуюся после появления фото Деви, нарушило появление Шестакова. Подполковник вошел, удивленно обвел взглядом притихших курсантов. Вместо ожидаемого ора, и поиска виновных его подопечные молчали. Вначале Шестаков даже не поверил, что вошел в нужную аудиторию. Но увидев, куда устремлены глаза подчиненных, повернулся.
Мозаичный рисунок, оставшийся после закалки металла, уродовало гигантское отверстие. Снимок был сделан с достаточным разрешением, чтобы увидеть рваные края обшивки, но недостаточным, чтобы рассмотреть внутренности. Но и так было понятно – его курсанты не врали, дыра в борту строительного модуля была.
Шестаков нажал вызов командира первого взвода своего курса.
— Старший лейтенант Титов, — прозвучало в громкой.
— Подполковник Шестаков, — представился начальник курса, хотя и понимал, что Титов и так видит, кто его вызывает.
— Слушаю вас, товарищ…
— Получил твое фото, — перебил старлея Шестаков. — И отказываюсь тебя понимать. Ты говоришь, что стена цела, а на фото такая дырища, что в нее малый тягач пролетит! Как тебя понимать прикажешь?
— Что в смысле? Это я тебя должен спрашивать, «в смысле»! Повторяю! Ты докладываешь, что стена цела, я прошу фото, ты присылаешь мне фото, где огромная дыра! Как мне это понимать?
— Я не присылал такое фото! Это…
Ярош подошел к начальнику курса и попытался объяснить, но тот только отмахнулся.
— Да как не присылал, я же вижу: вот на дисплее фото с дырой!
— Я не знаю откуда у вас то фото, но я могу сделать свежее и прислать новое! Никаких дыр!
— Так, а это откуда? То, что с дырой?
— Не знаю. Я такого не посылал.
Подполковник посмотрел на Яроша.
Тот развел руками.
— А это мое фото! — На весь зал прозвенел голос Деви. — Сейчас вы видите то фото, которое я сделала сразу после инцидента. А то, что прислал товарищ старший лейтенант, вот это.
Девушка дернула глазами и на дисплее появилось фото с целой стеной.
— Ангграэни, откуда у тебя доступ к оперативной сети? — Глаза Яроша потемнели. Голос сел, и последние звуки он произносил сквозь хрип. — Это как понимать?
— Да погоди ты, отмахнулся Шестаков. — Его рука потянулась в сторону дисплея. — Вот это как понимать? Вы, что разные стены фотографировали?
— Не знаю, я ту, куда попал осколок. А какую…
— Так, Ангграэни и… Тарасов! Полетите со мной. На месте посмотрим кто куда попал и кто что фотографировал.
Глава
***
— Вот здесь — Деви первая подлетела к стене строительного модуля.
Лихо развернувшись на САПах, дотронулась до металла. И тут же отдернула руку.
— Ай! — вырвалось у девушки. — Жжется! Как будто током ударило!
— А не лезь, куда не надо! — пробурчал Алексей.
Чертова стена была цела! Цела, мать ее! Но он же точно помнил, что попал именно в то место, куда указывала Деви!
Шестаков посмотрел на Деви.
— Курсант Ангграэни, это то место, которое вы обозначили, как пробитое астероидом?
— То самое, вот сравните, — Деви вывела на дисплей фото.
— С какой целью вы изготовили фальшивку?
Ангграэни на мгновение замерла.
— Владимир Павлович, вы в своем уме? Я никаких фото не подделывала! Дыра была здесь!
— Курсант Ангграэни, на службе я вам не Владимир Павлович, а товарищ подполковник! Если ваша мама член Высшего Совета, это еще не значит, что вам позволено нарушать субординацию. Наоборот, вы всячески должны поддерживать ее авторитет своей дисциплиной! А у вас тут…
— Товарищ подполковник, если вы старше меня по званию и мой начальник, это еще не значит, что вы можете обвинять меня в изготовлении фейков! Тем более, что Параноик не дал бы разместить в бортовой соцсети фейк — вам это как никому известно. Ибо именно шалости курсантов предыдущих поколений привели к тому, что пришлось создавать специализированную сеть выявляющую и исключающую всякие фото и видео подделки!

