«Координаты правды» — ложь в политике и медиа: от морального приговора к эпистемической картографии. Монография

Позитивная программа Харауэй, известная как situated knowledges — ситуированное знание, — строится на трёх взаимосвязанных принципах.

Первый принцип: воплощённость (embodiment). Знание производится телесно: наблюдатель имеет тело, находящееся в конкретном месте в конкретный момент — и это определяет, что видимо и что невидимо. Абстракция от тела не производит нейтральность — она производит специфический вид слепоты: слепоту к тому, что невидимо именно из этого воплощённого места. Объективность не достигается де-воплощением — она достигается рефлексией об ограничениях конкретного воплощения.

Второй принцип: локация как ресурс, а не ограничение. Харауэй совершает принципиальный концептуальный переворот: частичная перспектива — это не недостаток, который нужно преодолеть. Это эпистемический ресурс: «только частичная перспектива обещает объективное видение». Именно потому, что ты видишь из конкретного места, ты видишь некоторые вещи с недостижимой для тотализирующего «взгляда ниоткуда» точностью и детальностью. Видение с периферии обнаруживает то, что центральная позиция структурно не может заметить.

Третий принцип: частичное соединение без тотализации (partial connection without totalization). Поскольку каждое ситуированное знание частично, более широкое знание производится через сопоставление частичных перспектив без их поглощения одна другой. Харауэй описывает это как «создание сетей связей» (webs of connections): не синтез в гегелевском смысле снятия противоположностей, а диалог позиций, сохраняющих свою конкретность. Это принципиальный момент: объективность достигается не устранением частичностей, а их совместным рассмотрением при сохранении каждой из них.

«Мятежная объективность»: не нейтральность, а ответственность

Харауэй предлагает переопределить само понятие объективности. Традиционная объективность = нейтральность = устранение позиции. Феминистская объективность Харауэй = ответственность за позицию + прозрачность её ограничений.

Она формулирует это прямо: «Феминистская объективность — это знание об ограниченном месте и ситуированном знании, а не о трансцендентности и расщеплении субъекта и объекта. Она позволяет нам стать ответственными за то, что мы учимся видеть»