Книга 1: «Вести с Невы»

— «Мутанты с Торца» в натуральном виде, — пробормотал Штырь. — Дикари. Годятся только на пушечное мясо в чьих-то тестах.

— Не спеши, — Артём изучал их вождя. Тот сидел на кресле, вытащенном из директорской ложи. Крупный, лысый, с бычьей шеей, обвешанный золотыми цепями поверх армейского бронежилета. Рядом с ним стояла девушка с пустыми глазами и два здоровяка с автоматами, явно трофейными. — У них есть ресурсы. Оружие. Люди. И они уже на пути деградации. Система их либо утилизирует, либо направит на нас. Надо попробовать договориться.

— С такими? — недоверчиво фыркнул Багор.

— С разумной их частью. — Артём отполз от края трибуны. — Мы не можем сражаться на два фронта. Если получится сделать их союзниками, или хотя бы нейтралами... Штырь, ты остаешься здесь, прикрываешь отход. Багор, со мной. Оружие на предохранитель. Идем как парламентеры.

Спуск на поле был похож на выход на арену древнего Колизея. Их заметили сразу. Крики смолкли. Пьяные рожи уставились на них со смесью злобы и любопытства. Десяток стволов нацелился на двоих людей, медленно идущих к центру с поднятыми руками.

Вожак, не вставая с кресла, оценивающе осмотрел Артёма.

— Кто такие? С неба упали? — его голос был хриплым, пропитанным хмелем и властью.

— С Петроградской, — спокойно ответил Артём, останавливаясь в десяти шагах. — Ищем союзников. Мир рухнул. Выживать поодиночке — смерть.

— Ага, понял. У вас там, у «цивилов», еда кончилась, вот и приползли, — вожак усмехнулся, обнажив желтые зубы. — А у нас, у дикарей, как раз есть. И патроны. И девки. Чего принесли-то на обмен?

— Шанс, — четко сказал Артём. — Шанс не стать пушечным мясом для тех, кто все это устроил. Они уже здесь. В метро. Идут сюда. И ваша пьяная оборона их не остановит.

— Кто такие «они»? — вожак нахмурился.

— Те, кто делает из людей вот это, — Артём указал на парня с почерневшими пальцами, стоявшего в толпе. — Или вот это, — он кивнул на другого, у которого изо рта сочилась черная слюна. — Они сейчас отсеивают слабых. Потом примутся за сильных. Но у сильных есть выбор: драться друг с другом за их удовольствие... или найти способ бить их.

В толпе прошел ропот. Идея внешнего врага, более страшного, чем соседняя банда, начала работать.

— И какой у тебя способ, командир? — съязвил вожак.

— Дисциплина. Слаженность. Знание врага. У нас есть укрепленная база. Генераторы. Оружие. И понимание, как они действуют. Мы предлагаем объединить усилия. Не под чью-то власть. Ради общего выживания.

— А на твоей базе кто главный?

— Я. Но решения принимаются советом командиров. Вы будете в нем представлены.

— Соблазнительно, — вожак почесал щеку. — Только я тут царь и бог. А там буду... один из. Не по нраву. — Он откинулся на спинку кресла. — Вот что. Докажи, что твоя дисциплина чего-то стоит. У нас тут есть развлечение. — Он указал на ржавые, покосившиеся ворота бывших хоккейных коробок по краям поля. — Ставлю своих трех лучших бойцов. Против твоих трех. Без стволов. Только то, что под рукой. Победители забирают все, что пожелают. Проигравшие... либо уходят, либо служат. Честно. По-мужски.

Это была ловушка. Примитивная, но эффективная. Отказаться — потерять лицо и любой шанс на договоренность. Согласиться — ввязаться в бойню по чужим правилам. Но в этих правилах Артём увидел **свой** шанс. Не доказать силу. Показать систему.

— Хорошо, — сказал он. — Но условия меняю. Не трое на трое. Пять на пять. И не здесь, в грязи. У нас, на настоящем льду. Через два часа. Приводи своих. Увидишь, на что способны люди, которые работают как один механизм.

Усмешка сползла с лица вожака. В его глазах мелькнуло нечто — не уважение, а любопытство хищника, увидевшего необычную добычу.

— На льду? — он фыркнул. — Ладно. Посмеемся. Через два часа. Но если это ловушка...

— Это не ловушка, — перебил его Артём. — Это **приглашение на игру.** Приходи. Посмотри. И сделай выбор.

Он развернулся и, не оборачиваясь, пошел к выходу с поля, спиной чувствуя десятки враждебных взглядов. Первый ход был сделан. Теперь все зависело от того, смогут ли «Хранители» за два часа превратить идею в плоть и кровь, в четкий, беспощадный алгоритм победы. Первый матч новой эпохи был назначен.

ГЛАВА4: ЛЕДОВОЕ ИСПЫТАНИЕ

Пятерка«Щита»

Стадион«Арктика», раздевалка гостевой команды. 22 марта. 10:15.

Холодныйвоздух арены, пахнущий старым льдом и озоном, просачивался в помещение. Пятьчеловек заканчивали экипировку. Но это была не спортивная форма.

Артём(Центральный нападающий/Капитан):поверх термобелья — разгрузочный жилет, усиленный стальными пластинами на грудии спине. На руках — хоккейные краги, но с прошитой внутрь кевларовой тканью.Клюшка — стандартная, углепластиковая, но ее торец был обмотан колючейпроволокой и облит эпоксидной смолой, превращаясь в тупой, но страшныйинструмент ближнего боя. На поясе, в кобуре на бедре, — «Стечкин». За голенищемправого конька — нож.

Борис«Бора» (Правый нападающий):использовал старый силовой жилет сапёра, выдерживающий удары и осколки. Егоклюшка была короче, тяжелее — переделанная из лома. Он отвечал за силовоедавление, за «работу у борта».

Молчун(Первый защитник): Наделнагрудник от мотоциклетной экипировки и тяжелые кожаные краги со вставками изтитановой сетки. Вместо клюшки держал в руках щит из снятой с «Урала» дверикабины, с проделанным смотровым окном и рукоятью. Его задача — прикрывать, бытьживым барьером.

«Профи»Иволгин (Левый нападающий): Облаченв легкий бронежилет «Кора-2» и хоккейную форму поверх. Его клюшка былаединственной настоящей спортивной. Он отвечал за скорость, маневр и точность.На его запястье — самодельный щиток с закрепленной петардой для созданиядымовой завесы.

Штырь(Второй защитник/Вратарь):расположился у импровизированных «ворот» — двух сложенных друг на другаметаллических бочек у края площадки. Он был вооружен своей СВД, но со снятымоптическим прицелом для стрельбы накоротке. Его зона — последний рубеж.

ЛикаВольская, стоя у бортика, сверяла показания двух приборов: глушилки испектрометра. Ее лицо было сосредоточенным.— Биосигнатуры приближаются. Пять человек. Состояние… возбужденное. Повышенныйвыброс адреналина и тестостерона. Ожидайте неконтролируемой агрессии с ихстороны.— У них есть огнестрел? — спросил Артём, проверяя шнуровку коньков.— Тепловые контуры показывают холодное оружие, дубинки. Один — с обрезом, заспиной. Нарушение условий, — ее голос был ровным. — Будьте готовы.— Мы готовы, — Артём встал, и его клюшка глухо стукнула о бетонный пол. —Помните: мы не просто дерёмся. Мы демонстрируем принцип