Отказать нельзя напечатать

Ваш рассказ «Свидание по ГОСТу» поступил в нашу редакцию технической литературы, поскольку в названии было слово «ГОСТ». Редакция технической литературы изучила рассказ и обнаружила, что он не является техническим документом.

Затем рассказ был передан в редакцию художественной литературы. Редакция художественной литературы обнаружила, что рассказ не является художественной литературой.

В настоящее время рассказ находится в бухгалтерии, где его используют как подставку под монитор. Бухгалтерия передаёт Вам благодарность: монитор стоит ровно.

С уважением, редакция.

— Подставка, между прочим, тоже признание, — сказал Аркадий. — Они его оставили себе.

Зинаида Павловна вздохнула и взяла следующий рассказ. Ей было почему-то любопытно, как вообще можно написать свидание по ГОСТу. Это любопытство потом обошлось ей в целую ночь.

Рассказ второй. Свидание по ГОСТу

Олег Кирпичников, тридцать один год, ведущий инженер-проектировщик проектного института «Гипрочто-то», никогда не делал ничего без технического задания.

Даже в детский сад он, по словам мамы, пошёл только после того, как воспитательница письменно изложила ему распорядок дня. В школе он сдавал сочинения с приложением в виде пояснительной записки. На выпускной пришёл с планом эвакуации актового зала. Девушки на выпускном к нему не подходили. Пожарный инспектор подошёл и пожал руку.

К тридцати одному году Олег спроектировал четыре торговых центра, два моста, детскую поликлинику и один очень красивый общественный туалет, который получил областную премию. А вот на свидании не был ни разу.

— Олежек, — говорила мама каждое воскресенье по телефону, — ты хоть бы с кем-нибудь познакомился.

— Мама, у меня нет исходных данных.

— Каких данных, сынок?

— Исходных. Без исходных данных нельзя начинать проектирование. Это же азы.

Мама вздыхала и записывала его на сайт знакомств сама. Там она указала: «Хороший мальчик. Непьющий. Умеет считать нагрузки. Мама на связи».

Ответила одна девушка. Её звали Вера Сметанина, двадцать девять лет, сметчица. В анкете у неё стояло: «Ищу серьёзные отношения. Несерьёзные отношения не прохожу по смете».

Олег прочитал анкету шесть раз. Потом позвонил маме.

— Мама. Мне нужна консультация.

— Наконец-то! Пригласи её в кафе, сынок. Подари цветы. Будь собой.

— Быть собой — это не методика, мама.

— Ну тогда делай как умеешь.

И Олег сделал как умел.

Подготовка

На подготовку ушло три недели. Олег составил:

Техническое задание на свидание (12 страниц, с приложениями).

Календарный план-график (диаграмма Ганта, распечатанная на формате А1).

Перечень критических рисков с мерами по их снижению (в том числе риск «она опоздает», риск «я опоздаю», риск «пойдёт дождь» и риск «я скажу что-нибудь не то», последний — с пометкой «высокая вероятность»).

Ситуационный план кафе с указанием путей эвакуации.

Акт приёмки свидания (в двух экземплярах, для каждой из сторон).

ТЗ начиналось так:

1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

1.1. Настоящее техническое задание определяет требования к проведению свидания между Заказчиком (Кирпичников О. И.) и Второй стороной (Сметанина В., отчество уточнить).

1.2. Цель свидания: установление взаимной симпатии в объёме, достаточном для назначения второго свидания.

1.3. Продолжительность: 2 часа ± 15 минут. Превышение допускается по согласованию сторон.

1.4. Свидание выполняется в один этап. Поцелуй на данном этапе не предусмотрен. Предусмотрено рукопожатие (допускается замена на объятие при наличии сигналов со стороны Второй стороны, см. Приложение Г «Сигналы»).

Приложение Г было самым толстым. Его Олег составлял по книгам по психологии, двум романам и одному сериалу, который ему посоветовала коллега из отдела вентиляции. Главный вывод приложения Г звучал так: «Если она смеётся — это хорошо. Если она смеётся долго — уточнить, над чем».

Накануне свидания Олег не спал. Он пересчитывал бюджет. Бюджет свидания составлял 2 400 рублей, включая непредвиденные расходы в размере 10 процентов. На цветы выделялось 600 рублей. Олег купил хризантемы — по нормативу они стояли дольше всего.

Начало работ

Кафе называлось «Уют». Олег пришёл за сорок минут, чтобы провести обследование объекта. Он измерил расстояние от столика до выхода, проверил устойчивость стульев и попросил официантку показать сертификат на огнетушитель. Официантка показала. Огнетушитель был просрочен на два года. Олег сделал пометку в журнале замечаний.

Ровно в 19:00 вошла Вера.

Она была невысокая, в очках, с короткой стрижкой и большой сумкой через плечо. Сумка была тяжёлая и угловатая. Олег по форме определил: внутри калькулятор, папка с документами и, возможно, сборник единичных расценок.

— Олег? — спросила она.

— Кирпичников Олег Игоревич, — встал Олег. — Заказчик. Прошу. Это вам.

Он протянул хризантемы. Вера взяла их, понюхала и, к его ужасу, достала из сумки калькулятор.

— Хризантемы, семь штук, — сказала она, нажимая кнопки. — Сейчас сезон, оптом они по восемьдесят. В рознице по сто двадцать. С упаковкой — девятьсот. Вас обсчитали на триста рублей.

— Я… — Олег побледнел. — Я заложил шестьсот.

— Значит, перерасход пятьдесят процентов. — Вера посмотрела на него поверх очков. — Это вы откуда брали?

— Из непредвиденных.

— Из непредвиденных — это правильно, — одобрительно кивнула Вера. — Хоть кто-то не забывает про непредвиденные. Садитесь.

Олег сел. Сердце у него стучало так, что, если бы его подключили к датчику вибрации, сработала бы сигнализация во всём здании.

Основные работы

— Я подготовил техническое задание, — сказал Олег и положил на стол папку. — Чтобы мы понимали, чего ожидать.

Он ждал, что она засмеётся. По приложению Г смех был допустим, но долгий смех надо было уточнять.

Вера не засмеялась. Вера открыла папку, достала карандаш и начала читать. Читала она быстро и профессионально, иногда делая пометки на полях. Через десять минут она закрыла папку.

— Ну что, — сказала она. — Неплохо. Но есть замечания.

— Замечания? — Олег сглотнул.

— Пункт 1.3. Продолжительность два часа. Вы не учли, что кафе закрывается в 21:00. Значит, остаётся час пятьдесят восемь, с учётом того, что мне нужно две минуты, чтобы надеть пальто. Это раз.

— Учту.

— Пункт 1.4. Рукопожатие. Вы же понимаете, что рукопожатие на свидании — это ниже нормативного уровня? Нужно хотя бы «приятно было познакомиться» с улыбкой. Вы вообще улыбаться умеете?

Олег попробовал. Вера посмотрела.

— Требует доработки, — сказала она. — Но потенциал есть. Пункт 3. Вы заложили на разговор о работе пятнадцать минут. Я сметчица, Олег Игоревич. На разговор о работе мне нужно минимум сорок. Иначе я не смогу рассказать про коэффициенты.

Олег почувствовал что-то странное. Это было тепло где-то в районе грудины, примерно в осях Б–В на уровне третьего ребра. По приложению Г это называлось «симпатия». Он отметил это в журнале.

— Расскажите про коэффициенты, — попросил он. — Пожалуйста.

И она рассказала. Она говорила сорок три минуты, с превышением норматива на три минуты, и Олег ни разу не посмотрел на часы. Она рассказала, как в прошлом месяце нашла в смете подрядчика бетон, который должен был быть доставлен на третий этаж вертолётом. Как однажды обнаружила, что подрядчик заложил стоимость покраски забора, которого не существовало. Как её все боятся на объектах, потому что она проверяет каждый мешок цемента.

— А вы? — спросила она. — Вы что проектируете?

— Мосты, — сказал Олег. — Торговые центры. И один туалет.

— Туалет?

— Общественный. В парке. Он получил премию.

Вера посмотрела на него очень внимательно.

— Подождите. Это тот, в Приморском парке? С фонтанчиком и стеклянной крышей?

— Да.

— Я делала на него смету! — Вера чуть не опрокинула чай. — Я весь проект помню! У вас там было вентиляционное решение — просто чудо! Я тогда ещё подумала: кто это так красиво считает воздухообмен?

Олег почувствовал, что тепло в осях Б–В распространилось до оси Г и выше, на уровень лица. По всей видимости, он покраснел.

— Это был я, — сказал он.

— Ну надо же, — тихо сказала Вера. — А я вас представляла пожилым дядькой с бородой.

— Я могу отрастить бороду, — быстро сказал Олег. — Если это требование.

— Не надо, — улыбнулась Вера. — Не в ТЗ.

Непредвиденные обстоятельства

В 20:15, согласно графику, должен был начаться этап «Десерт». Но тут сработал риск номер четыре: «Я скажу что-нибудь не то».

Олег, окрылённый, решил сделать комплимент. В ТЗ комплимент был предусмотрен, но формулировку он не прописал. Пришлось импровизировать.

— Вера, — сказал он с чувством. — У вас очень… очень правильная несущая способность.

Вера замерла с ложкой в руке.

— Что?

— Я имел в виду… — Олег лихорадочно листал приложение Г. Про несущую способность там ничего не было. — Вы выдерживаете нагрузки. Профессиональные. Вы надёжная. Как… как монолитный железобетон.

Вера смотрела на него долго. Олег мысленно уже составлял акт о срыве работ.

А потом она засмеялась. Громко, от души, так, что обернулись все посетители кафе и официантка с просроченным огнетушителем.

Она смеялась долго. По приложению Г это требовало уточнения.

— Простите, — сказал Олег. — Вы смеётесь… над чем?

— Надо мной, — выдохнула Вера, вытирая глаза. — Мне никто никогда не говорил ничего приятнее. Монолитный железобетон, Олег Игоревич. Я запишу.

Приёмка

В 20:58 Олег достал акт приёмки. Акт был заполнен заранее, кроме графы «Оценка». Он протянул его Вере дрожащей рукой.

Вера прочитала, взяла ручку и что-то вписала. Потом подписала, вернула ему экземпляр и ушла надевать пальто. Ей нужно было на это две минуты.

Олег посмотрел. В графе «Оценка» было написано: «Работы приняты с замечаниями. Замечания устранить на втором свидании. Срок — суббота, 15:00. Место — Приморский парк. Объект — туалет с фонтанчиком (осмотр). Ответственный за пирожки — Сметанина В. А. (отчество: Андреевна)».

Олег сложил акт и положил его во внутренний карман. Поближе к осям Б–В.

Ввод в эксплуатацию

Через полтора года они поженились.

Свадьбу проектировали вместе. Олег отвечал за планировку зала и схему рассадки гостей (с учётом конфликтных родственников и минимальных расстояний между ними). Вера отвечала за смету. Смета прошла экспертизу у трёх тётушек и одной свекрови и не получила ни одного замечания — впервые в истории семьи Кирпичниковых.