скачать книгу бесплатно
– Можно сказать даже больше, эта компания и основала ГСУ и оставалась в его составе, пока не потерпела крах.– подхватил тему разговора Лис.– Но сколько времени держалась на плаву «Призм Интерстелларс», это не так уж и важно. Важно помнить, что каким бы сильным ты не был, сколько бы власти не было в твоих руках, у тебя всегда есть слабые стороны. И порой, для того, чтобы свалить с ног гиганта, бывает достаточно одного слабого тычка. Так случилось и с теми, кто владел Аркторией. Началась война с Щелкунами и неожиданно выяснилось, что большая часть планет, находившихся под властью компании, располагалась на периферии. На самой линии фронта. В ходе боевых действий «Призм Интерстелларс» потеряла множество освоенных ею миров, а вместе с тем потеряла свои баснословные доходы, влияние и власть. А позже и сама перестала существовать. Гибнущую компанию растащили по кускам, жаждущие занять освободившееся место конкуренты.
– А вы, я смотрю, кое-что все-таки знаете.– удивилась Дина.
– Ну, так ведь я не на пустынном планетоиде родился.– угрюмо произнес Лис.– Я не всю жизнь провел на Арктории, а только последние семь земных лет. К тому же, я не сказал ничего такого, что не было бы известно каждому, кто застал те времена в более-менее осознанном возрасте.
– А когда началась война с Щелкунами, мне и пятнадцати не было.– с кажущимся сожалением сказал Джун.– Я тогда мало чего понимал во всех этих корпоративных междоусобицах. Понимал только, что теперь будет плохо. Будут погибать люди, будут разрушаться города, опустошаться целые планеты. Однако потом, когда я подрос, то понял, что не это было самым страшным. Самым страшным было то, что корпорации в той войне преследовали исключительно свои, меркантильные интересы. А на погибавших во имя них людей, на их семьи, на всех раненых и оставшихся без крова им попросту наплевать.
– Лес рубят- щепки летят.– процитировал архаичную пословицу искатель.– Или же, как в шахматах, короли всегда будут жертвовать пешками. Вот только, когда фигура будет убрана с доски, о ее дальнейшей судьбе король уже думать не будет.
– Верное сравнение.– закивал биолог.– А вам сколько было во время войны?
– Гораздо больше, чем тебе.– коротко ответил Лис. В его голосе явно слышалось растущее недовольство, но Джун, будто нарочно, не замечал этого, продолжая свои по-детски наивные расспросы.
– Так вы, наверно, и в боевых действиях участие принимали?
– Принимал.
Искатель, ускорив шаг, снова вырвался вперед, демонстрируя тем свое нежелание продолжать этот разговор. Ученый хотел было последовать за своим угрюмым собеседником, но Дина придержала подчиненного, осуждающе покачав головой. В своей любознательности Джун перешел некую недозволенную черту, и теперь лимит общительности был, похоже, исчерпан. Следующие несколько часов пути троица провела в полном молчании. За это время они успели сделать пару привалов, отдохнуть и восполнить силы. Лис, усевшись чуть поодаль от своих спутников, на вершине камня, справил скромную трапезу, опустошив банку консервированных овощей и употребив трофейный УЛП-брикет. Джун и Дина разместились ниже, в укрытой от ветра глубокой промоине во льду. Воспользовавшись по-быстрому питательными инъекциями, они с интересом и плохо скрываемым внутренним содроганием наблюдали за тем, как искатель играется с грозным снегожуком, дразня того брошенной на снег пустой жестяной банкой. Биологу невольно вспомнились ужасающие сцены, когда его товарищи, срывавшиеся с обледеневших скал, падали на покрытый прочным настом сугроб и, не успев прийти в себя, оказывались разорванными на куски, вынырнувшими из нор хищниками. В душе Дины в тот момент, оживала обуревавшая ее первобытная ярость. На вторые сутки пребывания на Арктории она и сама едва не стала жертвой снегожука. Утянутая вслед за рухнувшим с горы ученым, женщина оказалась на небольшом снежном поле. Не успела она тогда сделать и пару шагов, как на пути возникло три громадных насекомоподобных туши. Еще несколько секунд и жизнь Дины трагически оборвалась бы. Но на выручку пришло оружие, взятое ею оружие. Неосмотрительно разрядив в приступе праведной злости весь боекомплект, женщина смогла уничтожить алчущих ее плоти тварей. Она спаслась, но взятый ею пистолет, без зарядов, превратился в бесполезную игрушку. И этот факт, факт того, что Дина не смогла сохранить необходимое в той ситуации хладнокровие, факт, что она вообще допустила свое падение, злил ее куда сильнее, чем агрессивное поведение снегожуков, или по-мальчишечьи необдуманное поведение покойного главы экспедиции.
Меж тем, охваченная бередящими разум воспоминаниями, Дина не сразу заметила, как Лис, снявшись с места, отправился в дальнейший путь, ни сказав ни слова. Растолкав зазевавшегося Джуна, она вместе со своим подчиненным поспешила вслед за уходящим вдаль искателем. Разморенный дозой питательных веществ, как после сытного обеда, биолог шевелился, будто сонная муха, недовольно жужжа, и ругаясь на покинувшего их странника. Дина пропускала этот выплеск негодования мимо ушей. Она прекрасно понимала логику Лиса и за то, что он ведет себя столь отчужденно, ни в коей мере не осуждала. Женщина осознавала, что этот искатель, спасший ей и Джуну жизнь, ничем им более не обязан. Он мог со спокойной совестью уйти прочь, бросив их одних в заснеженной пустыне. Мог не оставлять веревку, дабы помочь выбраться из пещеры. Мог не приходить на выручку этим утром, отдав на растерзание бандитам. Не сделай он этого, судить его было бы не за что. Как и другие искатели, он выживал на этой проклятой, скованной холодами планете как мог, собирая и используя каждую крупицу былого величия человеческой цивилизации. Одним своим существованием Лис символизировал собой ту самую цену, какую некогда пришлось заплатить древним людям за право жить на родной Земле. Ту самую цену, которую не осознают современные, живущие в тепле и достатке люди. Лишь охотникам за удачей была известна истинная мера веса всех пороков и добродетелей. В суровых условиях Арктории такие понятия, как милосердие, отзывчивость и доброта считались излишней роскошью. Даже человечность и та теряла былую ценность. А настоящим достоянием становилась твоя собственная, сохраненная вопреки всему жизнь.
Исходя из этой логики, свершенный Лисом поступок был неким «даром с барского плеча». Услугой, оказанной тем, кто вовсе не обязан был этого делать. И от того в голове начинали зарождаться тревожные мысли. Обеспокоенный разум искал ответы на возникшие вопросы. Искал причину, подтолкнувшую искателя на спасение незнакомых ему людей. Был ли тут корыстный мотив? Или движителем всему послужило такое абстрактное понятие, как кодекс?
Кодекс искателей.
Не в силах больше молчать, Дина отважилась крикнуть вслед бредущему впереди Лису.
– Так почему вы нас спасли? Зачем ведете к себе домой? Какая вам в этом выгода?
Но Лис не ответил сразу. Он лишь приостановился и, обернувшись, молча, посмотрел в сторону своих спутников. Из-за темных, непроницаемых очков, взгляда его невозможно было рассмотреть. И потому оставалось неясным, как искатель воспринял этот вопрос. С недовольством, или осуждением. А может, такая прямота обескуражила его, заставив задуматься над заданным вопросом.
– Выгоды мне в этом никакой нет.– вымолвил, наконец, Лис и продолжил идти.– Спас потому, что вы нуждались в помощи и потому, что у меня была возможность вас спасти. Искатель должен помогать другому человеку, если тот нуждается в помощи. Так в нашем кодексе сказано.
– Но ведь это не свод законов. Это не документ, не книжка какая-нибудь.– возражала Дина, догоняя странника пустоши.– Это всего лишь правила, рекомендации к действию. За отклонение от них, никакого наказания не предусмотрено. Так почему?
– Потому что у всех поступков есть свои последствия. И у нарушения кодекса тоже. Допустим, ты помог другому человеку. Неважно, как и при каких обстоятельствах. Этот человек приходит в Урба Нову и рассказывает о случившемся своему знакомому. Тот еще одному, и еще… Через некоторое время о твоем поступке знают уже почти все, кто живет на Арктории. И все знают, что ты человек хороший и мимо попавшего в беду несчастного не пройдешь. Ты человек, который всегда подаст руку помощи. Относиться к тебе станут хорошо и, случись что нехорошее с тобой, помогут в ответ, без каких-либо лишних раздумий. А вот, допустим, что ты совершил злодейство какое. Например, бросил погибать другого искателя. Или еще хуже, убил ради найденного им сокровища. Тогда этот принцип сработает в обратную сторону. Все будут знать, что ты последняя скотина и на выручку не придут. Даже если тебя снегожук жевать начнет у них на глазах. Скупщики и торговцы также поменяют к тебе отношение и будут либо за куплю цену заламывать, либо за сбыт занижать. И станет жизнь твоя тогда несносней некуда. И останется у тебя два пути: или погибать от голода и холода, без расходников и провианта, или же становится бандитом, как те ребята, которых я сегодня убил.
– Понятно. Значит, тут дело в репутации.– понимающе покачала головой Дина.– Выходит, вы и нас ради собственной репутации спасли?
– Вроде того.– закивал в знак согласия Лис.– Вот только знаете, у меня к вам тоже вопросы есть. И основной из них такой: зачем вам все-таки понадобилось сюда, на Аркторию, прилетать? Вот, вроде бы экспедиция у вас. Десять человек вас было. Искали вы что-то. А подготовлены, как мне показалось, вы были из рук вон плохо. На кого вы работаете? На какую корпорацию? «ТрансГалактический Трест»? «Солар Технолоджи»? «Минданао Группс»? Или кого помельче? Ну, явно не на кого-то из ГСУ. Если бы вас корпорация из ГСУ послала, то вы были бы все в новехоньких, с иголочки, скорлупках. Причем одинаковых, с фирменными логотипами. С вами бы охрану вооруженную послали, технику. Вы бы всех снегожуков, что вам на пути попадались, разматывали бы в фарш. А так, судя по всему, вы кто в чем одеты были. У кого старые научные скафандры, у кого переделанные военные. Оружия при вас я тоже не заметил. Да и к самой планете вы не готовы оказались. Создается впечатление, что вы группа, решившая искателями заделаться. Ну, либо вас послала не корпорация, а какая-то шарашкина контора, у которой денег на посыл нормальной группы не хватило. Так в чем ваш секрет?
Ответа тут сразу не последовало. Джун, плетшийся позади и пропустивший большую часть разговора, попросту не знал, что сказать. А Дина оказалась в который раз поражена внимательностью искателя и его умением анализировать, сводя воедино мелкие, незначимые на первый взгляд, факты.
– Мы не искатели. Это точно.– сказала, наконец, женщина, тщательно подумав о том, что нужно говорить, а что нет.– Но мы разыскиваем на этой планете кое-что. Кое-какие технологии, разработанные учеными «Призм Интерстелларс». Простите, но я не могу сказать конкретнее. Это слишком важно.
– Я понимаю.– спокойно ответил Лис.
– И мы не работаем на частные компании. И уж тем более на корпорации из ГСУ.– Дина продолжала отвечать на поставленные вопросы.
– Значит вы свободные кладоискатели?– усмехнулся странник пустоши.– Почти, что коллеги… Или конкуренты.
– Это тоже не совсем так.– покачала головой Дина.– Мы работаем на организацию, но она находится вне действия устоявшейся корпократической системы правления.
Услышав последнюю фразу, Лис насторожился. Похоже, он начинал догадываться, с кем имеет дело.
–Если честно, мы в принципе противники подобной системы.– добавила собеседница искателя, после короткой паузы.
– Так вы антикорпы! Борцы с корпократией!– воскликнул Лис, испытывая восторг от внезапного озарения.
–Ну, вообще мы предпочитаем называться антикорпоративным движением, выступающим за реставрацию государственного строя.– с ноткой протеста в голосе заявил Джун.– Мы хотим, чтобы корпорации снова подчинялись общим, установленным государством нормам и законам. Прямо как это было в двадцатом веке.
– Ясно, ясно. Называйтесь, как хотите. Для меня вы антикорпы. Так проще звучит. Не столь пафосно. Теперь мне ясно, отчего вы, как босяки одеты. У вашего движения денег, скорее всего, немного. Частные фирмы и корпорации вас точно спонсировать не станут. Все за счет частных пожертвований. Средства собирали с миру по нитке. Теперь сюда прилетели, за технологиями. Наверно, пытаетесь что-то эдакое найти, чем можно будет ГСУ шантажировать и навязывать им свою волю. Я ведь прав?
Дина вопросительно посмотрела на своего подчиненного, будто подозревая того в чем-то. Джун лишь недоумевающее развел руками.
– Вообще, вы правы, конечно.– запинаясь проговорила женщина.– Но как вы догадались?
– Так это же и дураку ясно!– фыркнул искатель.– Вы, антикорпы, уже не одно десятилетие существуете. Все пыжитесь, думаете что-то изменить. Ваши цели давно ни для кого не секрет, как и методы борьбы. Диверсии, саботаж, провокации, агрессивная агитация среди рабочих и рядовых сотрудников, запугивание глав небольших фирм и похищения людей. Слышал я про вас и прекрасно знаю, что на самом деле вы ничем от корпократов не отличаетесь. Просто другая сторона. Но мне, в конце концов, плевать на ваши междоусобицы и дрязги. Вы мне лучше на другой вопрос ответьте: отчего вы с собой оружия никакого не взяли? Ведь вроде известно, что Арктория планета не шибко радушная к прилетающим сюда людям.
– Оружие у нас было. Правда, не у всех.– ответила Дина.– Те, кто его с собой имел, погибли. Теперь вооруженной осталась только я. У меня импульсный пистолет в рюкзаке. Но к нему нет батарей.
– Ну, можно считать, что вы не вооружены, раз источников питания нет.– усмехнулся Лис.– Хотя, даже если бы и были… Лететь на Аркторию с одним пистолетом, все равно, что с перочинным ножом на снегожука идти.
– Я в этом уже убедилась.– с некоторым недовольством ответила Дина. Ей было не особо приятно слушать то, каким тоном говорил с ними искатель, но правоты это его не убавляло. Экспедиция и вправду была подготовлена в спешке, без должного внимания к деталям и всем возможным развитиям событий. Денег с трудом хватило, чтобы оплатить дорогу до Арктории. На то, чтобы нанять проводника средств у землян уже попросту не было. Отправляясь в ледяную пустошь, некоторые члены отряда испытывали обреченность. Веры в успех общего дела и в то, что они смогут вернуться домой живыми и невредимыми, почти не было. Хотя, сложись все иначе, с таким искателем, как Лис у людей Дины наверняка все получилось бы. Вопрос оставался лишь в одном, захотел бы такой человек сотрудничать с ними, зная, что не получит не только аванса, но причитающегося ему гонорара, по окончании задания?
Скорее всего, нет. А думать об ином варианте развития событий было бы в высшей мере наивно.
Однако час следовал за часом, и день постепенно подходил к концу. Красное аркторианское солнце, перевалив через вершину небесного купола, будто пущенная с горы телега, спешно клонилось к горизонту. Казалось, вместе с его ускорившимся движением, ускорило свой бег и само время. Ползли, угрожающе багровея, тени на снегу. В сумрачных расщелинах сгущался мрак. Предчувствующий наступление сумерек, ветер, порывисто носился над горными грядами, гоняя по их изрезанным гребням искрящуюся рыжим огоньком порошу. Контрастно очерченное лучами нисходящего светила горное плато расположилось вдалеке и напоминало теперь зубчатую спину исполинского ящера, устало растянувшегося во всю свою длину. От края горизонта, до края.
На охваченную крепчающим морозом пустошь опускался вечер.
Лис, взобравшись на вершину одинокой скалы, окруженной россыпью ледяных валунов, замер на месте, подобно истукану. Пристально разглядывая просторную низину, раскинувшуюся неподалеку, он подозвал к себе своих спутников.
– Смотрите туда. Вот моя нора.– он показал рукой туда, где посреди равнины виднелся занесенный снегом купол. О примерных его размерах трудно было судить. Постройка, скорее всего возведенная еще в прежние времена, уже глубоко ушла в толщу сугроба и теперь выглядывала на поверхность, как айсберг, лишь малой своей частью. Макушка здания, облицованная выкрашенным в белый цвет металлом, была изрядно посечена ветрами и теперь, в лучах заходящей звезды, испускала таинственное, матовое свечение. Чуть поодаль от нее, в крепком, словно лед, полутораметровом насте был прорублен едва заметный издали прямоугольный проход, накрытый сверху толстыми листами термопластика, некогда служившего обшивкой звездолета. По периметру купола, частично припорошенные, будто стражники, возвышались несколько черных столбиков со сферическими утолщениями в основании.
– И как мы туда попадем?– спросил Джун, прикинув на глаз расстояние между зданием и основанием скалы.– Там везде снег. Ни камушка, ни валуна. Мы не сможем пройти тут. Нас тут же атакуют хищники.
– Посмотри внимательнее.– таинственно произнес Лис, протягивая биологу бинокль.– Особенно, на те штуковины, что по краям от купола стоят.
Джун воспользовался предложенной ему оптикой и, обведя взглядом нору искателя, непонимающе помотал головой.
– Эти штуки,– ограничители. Или, как их называют местные- пугалки.– пояснил искатель, стремясь развеять сомнения своих спутников.– Они отгоняют снегожуков. Если я хочу выйти, или войти, то врубаю их удаленно.
С этими словами он достал из нагрудного кармана похожее на брелок устройство и нажал на кнопочку. Укрывавший столбики снежок внезапно взвился искрящимися облачками, оголив их округлые, подпертые четырьмя ножками основания.
– Вот теперь можно идти.– удовлетворенно сказал Лис и стал спускать вниз. Сойдя на снег, он отошел в сторону на несколько метров и с минуту расхаживал из стороны в сторону, демонстративно притопывая ногами. Лишь после этого, убедившись, что нападения снегожуков опасаться не стоит, Дина и Джун слезли с камней.
– Ступайте только по той тропе, по которой иду я.– предупредил искатель.– Наст не везде одинаково прочный, а толщина сугроба тут несколько метров. Провалитесь, да еще в проход, прорытый снегожуками, считайте вы труп. Достать вас уже не получится.
Дина и Джун советом своего спасителя пренебрегать не стали и старались идти за ним след в след.
Приблизившись к куполу, Лис стал расхаживать вокруг прохода, разрывая носками сапог наметенный ветром снег. Через несколько секунд он лязгнул найденными им цепями. Перекинутые через вбитые в сугроб колышки, эти цепи присоединялись к углам одного из пластиковых листов. С усилием потянув за них, искатель сдвинул в сторону кусок корабельной обшивки. Под ним оказался пологий, с уклоном градусов тридцать скат, со дна и боков выложенный кусками решетчатого палубного настила, обычно используемого на грузовых кораблях. Скат был достаточно широким, чтобы по нему мог съехать тягач и уходил вглубь примерно на восемь метров, упираясь во вмурованную в плотный сугроб стену купола. Здесь располагались две металлические двери. Одна из них стандартная, габаритами рассчитанная на обычного человека. Другая же больше напоминала собой грузовые ворота какого-то гаража.
Бросив цепи, Лис спустился вниз, взмахом руки позвав за собой Дину и Джуна. Джун, взволнованно глядя по сторонам, будто мальчишка, не смог удержаться от восхищения.
– Каких же размеров эта постройка? Как глубоко она ушла под снег?
– Достаточно глубоко, чтобы большая часть ее оказалась скрыта под поверхностью.– отозвался искатель, встав возле меньшей двери.– Когда-то здесь размещался лагерь геологов. Он был рассчитан на целую научную группу. Ученые бурили здесь разведывательные шахты. Изучали подземные пещеры. Смотрели, есть ли тут какие-нибудь полезные ископаемые. Теперь же здесь живу я.
Лис, при помощи припрятанной в переднем кармане плоской отвертки, открыл приборную панель рядом с дверью и, вставив в обнажившееся гнездо, причудливой формы самодельный ключ-болванку, несколько раз повернул его против часовой стрелки.
– Когда я нашел этот купол, в самом начале, он был в снегу меньше, чем треть.– искатель сложил все инструменты обратно в нагрудное отделение.– С тех пор его постепенно заваливало. Я год за годом увеличиваю скат. Настилаю новую решетку и пластик.
Громко лязгнув старинным, механическим затвором, странник пустоши отворил дверь, которая, к слову говоря, оказалась заметно толще, чем это могло показаться изначально. Массивная, словно гермошлюз космического крейсера, она медленно отползла в сторону, протяжно скрипнув закоченевшими от мороза петлями. Запустив гостей в внутрь, Лис зашел следом и заперся «на все замки». Дина и Джун оказались в кромешной тьме, в компании хозяина жилища, сгрудившись в каком-то непонятном тесном помещении.
– А снаружи этот купол казался заметно вместительнее.– раздалось недовольное роптание биолога.
– Не бурчите! Это только прихожая И она не была рассчитана на нежданных гостей.– сердито фыркнул искатель.– Сейчас я включу свет.
В следующий миг раздался громкий щелчок и под потолком нехотя зажглись тусклые прожектора. Их слабый, мерцающий свет с трудом заполнил небольшой тамбур, оставив по углам густеющий полумрак. Однако даже такого освещения оказалось достаточно, чтобы временно ослепить привыкших к бледному аркторианскому солнцу землян. Морщась, надвигая на глаза брови и мотая головой, Дина и Джун попытались снять маски, но их остановил властный голос хозяина.
– Намордники не снимать! Скорлупу не трогать! Если не хотите, чтобы кожа с лица слезла. Намор…– Лис осекся и заговорил спокойнее, уменьшив громкость голоса.– Фильтры респираторов поставить на полную блокировку. Я сейчас запущу дезактивацию.
– Но у меня нет в костюме аварийного запаса воздуха.– возмутился Джун, непонятно отчего. То ли от того что у него в скафандре и вправду не было встроенного баллона с кислородом, то ли от того, каким небрежно-командирским тоном заговорил Лис.
– Тогда дыхание задержите, и заткните фильтры.– сурово ответил искатель и принялся деловито щелкать тумблерами на какой-то приборной панели.
– И прошу, не крутитесь. Замрите.– сказал он.– Не хочу лишний раз гонять установку на максимальных оборотах.
Джун и Дина послушно замерли, обескуражено поглядывая друг на друга. Стенки комнаты начали тревожно гудеть, а из потолочных решеток повалил густой, белый дым. Заполнявшие тесное пространство клубы неизвестного газа перемешивались, образуя единую непроглядную пелену, не позволявшую разглядеть ничего дальше в нескольких сантиметров. Дребезжа расшатавшимися заклепками, завибрировал пол. И его дрожь при этом ощущалась даже сквозь толстые подошвы сапог. Чем больше времени проходило, тем сильнее становился шум, тем плотнее он спрессовывал качающийся в тамбуре воздух. В какой-то момент стало складываться ощущение, будто комната готовится к взлету и в любую следующую секунду вознесется к небесам, пробив металлический потолок купола. Но внезапно грохот стих, а неподвижно повисшая молочно-белая дымная масса начала стремительно таять, струящимися ручейками стекая в конусообразные коллекторы на полу.
Бесцеремонно распихав своих гостей, Лис пробрался к внутренней двери и, распахнув ее, выскочил в соседнее помещение. Джун и Дина хотели последовать за ним, но были остановлены на пороге.
– Снимайте свои скорлуп… скафандры прямо в дезактивационной камере.– распорядился искатель, преградив грудью путь.– Они, конечно, не фонят так, как раньше, но их нужно еще помариновать. Раздевайтесь и оставляйте все прямо тут, на полу. А я потом включу глубокую прожарку на всю ночь.
Несколько напряженные не самым радушным приемом, не сразу понимающие суть некоторых жаргонных выражений, Дина и Джун подчинились, приступив к долгому разоблачению.
Уставшим от долгой дороги землянам показалось нескончаемым то количество застежек, ремешков и защелок, коими были скреплены отдельные подвижные части их защитных костюмов. Надежно укрывавшие от холода и излучения доспехи, стягивались с трудом, будто нехотя. Даже шлем, казалось, прирос к голове. Однако стоило его снять, как Дина и Джун тут же ощутили невероятную свободу и облегчение. Словно черепа их были пустотелыми и наполненными гелием, как воздушные шарики.
Стал раздеваться, тем временем, и Лис.
Когда он отстегивал защитную маску с затемненными, непроницаемыми очками, Дина, не видевшая до этого лица своего спасителя, невольно замерла, с любопытством уставившись на искателя. Еще находясь в пути, она не раз пыталась представить себе внешность странника пустоши. Женщине казалось, что этот суровый, нелюдимый человек, с одинаковой долей вероятности, может оказаться как брутальным красавцем, наподобие известных актеров, звезд остросюжетных кинофильмов, так и жутковатым мордоворотом, со злобными сверлящими исподлобья глазками и кучей тюремных татуировок, раскиданных по всему телу. Однако оба предположения оказались ошибочными. Во внешности Лиса не было ничего особенного. Обыкновенное, мало примечательное лицо мужчины. Прямой без горбинки нос, темно-карие глубоко посаженные глаза и тонкие, слегка опущенные по уголкам рта губы. Единственной отличительной чертой искателя были его шрамы. Один из них, глубокой, раздваивающейся с одного конца, уродливой полосой пересекал правую скулу, а второй едва заметной, терявшейся в короткой щетине черточкой размещался на нижней части подбородка. На лбу, прямо над левой бровью виднелась свежая, но уже подсохшая ссадина, переходящая в изломанную, пунктирную линию частично отшелушившейся царапины. Взгляд Лиса казался равнодушным, словно усталым. И в то же время в нем таилась невообразимая глубина, мрачная бездна, своей темнотой пронизывавшая душу насквозь. Засмотревшись в глаза искателя, Дина неожиданно почувствовала неосознанный дискомфорт, будто ее пытаются сосчитать, просканировав самые потаенные уголки разума. С трудом поборов себя, женщина отвернулась, продолжив стягивать с себя скафандр.
Меж тем, ее подчиненный, уже заканчивал раздеваться. Невысокий и узкоплечий, слегка обрюзгший, Джун уселся на полу тамбура и расстегивал голенища сапог. Его жесткие как щетка, светлые волосы непослушно торчали в разные стороны, придавая биологу карикатурный вид, типичного рассеянного ученого. Закрепляли этот образ широко раскрытые, потерянно снующие светло-голубые глаза. Даже округлое, белокожее лицо землянина казалось по-детски наивным и простым. Если бы не многодневная, густая щетина, покрывавшая щеки и подбородок Джуна, то его вполне можно было бы принять за ребенка. Ребенка большого и неуклюжего, суетливо и как-то сумбурно, справляющегося с застежками ремешков и мучающегося с неуместно заедающими молниями.
Дина напротив, действовала неспешно, но зато умело. Было видно, что пользоваться защитными костюмами ей приходится далеко не в первый раз. Ловко перебирая пальцами, женщина методично щелкала фиксаторами и крючками, снимая с себя один элемент скафандра за другим. Украдкой поглядывая на то, как она это делает, Лис не побрезговал оценить фигуру своей гостьи. Дина была стройна и по-женски грациозна, хотя и не слишком изящна обводами стана. Все движения ее были четки и отточены, как у человека имевшего определенную профессиональную подготовку. Как следует, приглядевшись, искатель заметил, как поигрывает хорошо разработанная мускулатура под тонкой тканью термобелья землянки.
Впрочем, хозяин жилища и сам был непрост. Оставшись лишь в одетом на голое тело, облегающем, похожем на костюм аквалангиста, комбинезоне, Лис без лишней тени стеснения продемонстрировал своим гостям свое телосложение. Странник пустоши, как любой, не знающий излишеств человек, был сух и подтянут. Он был в меру широк в плечах и в груди, а сквозь кожу его оголенных рук проглядывали натренированные жилы и опутанные вздувшимися венами мускулы. Стоял мужчина свободно, однако немного сутулился, выдвигая вперед свои покатые плечи и наклоняя голову. Такая манера держаться была присуща тем, кто много времени проводил в скафандрах с надетым на спину рюкзаком. К примеру, тем же искателям. Груз припасов и снаряжения, а также особенности строения щитков костюма, не позволяли расправлять спину, а привычка смотреть чаще под ноги, нежели в небо, была причиной типичного «недоброго» взгляда странников ледяной пустоши.
Оставив свое снаряжение в камере дезактивации, Джун, однако, на внешность хозяина особого внимания не обратил. Куда больше интереса он проявил к норе Лиса. Покинув тамбур, все еще испытывая определенное недоверие к хозяину, биолог стал нерешительно расхаживать по короткому коридору, делая пару-тройку шагов то в одну сторону, то в другую. Своим несколько напуганным, но по-ребячьи любопытным взглядом он обвел, окружающее его помещение, и хотел было направиться в соседнюю комнату, туда, где из-за угла выглядывал импровизированный верстак, но вовремя спохватившийся Лис закрыл дверь перед носом у своего гостя.
– Это моя рабочая зона. Там нет ничего интересного.– пояснил искатель, встав на пути Джуна.– Пройдите туда. Там моя гостиная.– он махнул рукой, в конец коридора.
Обиженно нахмурившись, биолог покорно последовал в указанном направлении. За ним, постоянно оглядываясь на хозяина логова, последовала и Дина. Несколько недовольный излишней заинтересованностью своих гостей и, прежде всего своей неосмотрительностью, Лис вернулся к камере дезактивации. Бурча тихо себе под нос, он запер двери и, установив режим глубоко обеззараживания, направился в комнату, столь небрежно названую им гостиной.
По правде говоря, гостиной это никогда и не было. В прежние времена, когда в куполе размещалась команда геологов, в этом помещении находилась столовая и зона отдыха. Теперь же тут была комната неясного функционального предназначения. Одновременно кухня, одновременно склад припасов и одновременно спальня. Вместо большого обеденного стола и портативного многофункционального гарнитура в углу стояли три старые, заляпанные тумбы, с водруженной поверх них электрической плиткой. Тут же, неподалеку располагалось два полупустых стеллажа, предназначенных для хранения съестных припасов. В противоположной части комнаты, в гордом одиночестве располагалась самодельная кушетка, несуразный монстр, сотворенный хозяином жилища из нескольких корабельных амортизационных блоков и постеленного в качестве матраца куска вспененного полипропилена. В центре же помещения стояли несколько замызганных, в коричневых потеках аквариумов. В самом большом из них, на треть заполненным землей, жил своей жизнью декоративный папоротник астролепис[11 - В данном случае вымышленный вид растения. Генномодифицированный папоротник, листья которого покрыты едва заметными глазу точками. В темноте эти точки испускают слабое холодное свечение, чем-то напоминающее россыпь звезд на небе.]. Сильно разросшийся, он пышной зеленеющей массой заполнял всё пространство внутри стеклянного контейнера и, выпирая из него кудрявой шапкой, будто тонкие щупальца, свешивал на пол свои воздушные корни. Вокруг него, в боксах поменьше размещались импровизированные грядки с произраставшими на них помидорными и огуречными кустиками.
Очутившись в этой, так называемой гостиной, Дина и Джун замерли на входе с выражением благоговения на их лицах. После многодневного пребывания на открытом воздухе, беспрестанных пеших переходов и ночевки в ледяных, продуваемых всеми ветрами расщелинах, даже такая скромно обставленная комната смотрелась по-настоящему роскошной.
– Не стану строить из себя радушного хозяина и говорить, чтобы вы чувствовали себя, как дома.– произнес Лис, проскользнув в комнату.– На Арктории гостеприимство в таком же дефиците, как и еда, например. Кстати, на счет пропитания сразу предупрежу. Не рассчитывайте, что я стану делиться. Мои посадки еще не начали плодоносить, а запасов осталось мало.– он кивнул в сторону стеллажей, на полках которых стояли открытые картонные коробки. Многие из них и вправду были пусты.
– Не беспокойтесь об этом.– покачала головой Дина.– У нас есть питательные инъекции. Голодными мы не останемся.
– Рад за вас.– совсем нерадостно ответил искатель.– Размещайтесь сегодня вон там.– он показал на свою кушетку.– Я, так и быть, найду себе другое место для сна.
Джун окинул взглядом неказисто выполненную лежанку, застеленную старым, выцветшим тряпьем и быстро прикинул, что она не слишком-то просторна, чтобы на ней уместилось два человека.
– Эта кровать, пожалуй, будет маловата.– скривился биолог.
– Ну, извините.– развел руками хозяин купола, кажется, несколько обидевшись на высказанные гостями претензии.– Я тут один проживаю и к себе, обычно, никого не вожу. Так что радуйтесь, что есть хотя бы это… да крыша над головой.
– Мы вам благодарны. Пожалуйста, не злитесь на моего подчиненного. Порой, он ведет себя, как капризный ребенок.– постаралась разрядить обстановку Дина.– Вы уже и так достаточно много сделали для нас, предоставив укрытие на ночь и позволив воспользоваться вашей установкой для дезактивации.
– А еще я спас вам жизнь. Не забывайте.– неожиданно усмехнулся искатель, скривив свои тонкие, обветренные губы.– Кстати, после того, как вы так много времени провели снаружи, не снимая скорлупы, было бы неплохо помыться.
Джун с удивлением посмотрел на Лиса, будто полагая, что тот издевается над ними.
– Вот там у меня душевая.– искатель махнул рукой в сторону выхода из гостиной, рядом с которым расположилась малоприметная металлическая дверца.– Горячей воды нет. Но есть тепленькая… собственно вода, это единственное, чего у меня с избытком.
– Вода? Но откуда?– спросил биолог, все еще не веря сказанному.– Вы топите лед? Но ведь там снаружи радиация.
– Я использую снег в качестве охладителя для некоторых систем и агрегатов купола.– деловито заявил Лис.– Затем, отработанную жидкость собираю в накопителе, вмонтированном в стену дезактивационной камеры, и хорошенько обеззараживаю ее. После этого такой водицей можно не только умываться, но и без всякой опаски употреблять внутрь. Заразы нет. Излучения тоже нет.
Сказав это, искатель подошел к одному из стеллажей и, порывшись в небольшой коробке, что-то закинул себе в рот. Пожевывая и причмокивая, он направился к выходу.
–Оставляете нас одних?– с некоторой подозрительностью поинтересовалась Дина.
– У меня еще много дел.– ответил Лис, остановившись на пороге гостиной.– Такое жилище, это беспокойное хозяйство. Нужно хорошо следить за ним, чтобы оно хорошо защищало тебя. Думаю, вы здесь и без меня прекрасно время проведете. Главное, ничего лишнего не трогайте. А если возникнут вопросы, то стучитесь в дверь рабочей зоны. Я буду там.
Замолкнув, Лис пристально посмотрел на своих гостей. А они в ответ неотрывно глядели на него. Атмосфера взаимного недоверия неожиданно начала сгущаться, и теперь, когда Джун и Дина оказались в стенах искательской норы, казалась вязкой, непроницаемой субстанцией, струившейся между собравшимися под одной крышей людьми. Ожидать всего, чего угодно, в одинаковой мере, могли обе стороны. И у обеих сторон, друг к другу имелись вопросы, остававшиеся без ответа. Расслабляться в такой обстановке являлось непозволительной роскошью. Ведь, как мог оказаться ловушкой дом странника пустоши, так могли оказаться своеобразным олицетворением троянского коня и сами гости. Понимая это, Лис поспешил убраться с глаз долой и, прошмыгнув в рабочую зону, по-быстрому забаррикадировал за собой дверь.
В подобной ситуации излишняя предосторожность была истинным благом.
***
Оставшись вдвоем, Дина и Джун еще долго молчали, вслушиваясь в возню, раздававшуюся за стеной и пытаясь понять, чем занимается их новый знакомый. Искатель явно что-то двигал, переставлял с места на место тяжелые предметы, гремел россыпью металлических деталей и пустыми жестяными ящиками. Потом эти звуки стихли, и стены дома неожиданно завибрировали, словно от холода. Послышался гул. Этот шум волной прокатился по полу искательского жилища и, словно уходя вглубь, в недра планеты, стал отдаляться, постепенно сходя на нет.
А далее наступила полная тишина.