История России. От первых Романовых до Павла I

Все мероприятия по подъему экономики приходилось осуществлять в очень сложной внешнеполитической ситуации. В 1613 г. отряды А. Гонсевского разорили Торопецкий уезд. Вольные казаки опустошили Олонецкий уезд и города Романов, Углич и многие земли на Севере. Под Брянском, Орлом и Карачевом разбойничал А. Лисовский. И. Заруцкий огнем и мечом прошелся по Рязанщине. Только под Воронежем царским войскам удалось нанести ему ощутимый удар и заставить отойти на юг. Там в Астрахани он вместе с Мариной Мнишек создал свое царство и даже вознамерился отойти от Русского государства под протекторат персидского шаха. Кроме того, Заруцкий рассылал по казачьим станицам «прелестные грамоты», приглашая казаков на службу, чтобы вместе грабить русские земли.

Для правительства Михаила был опасен даже не сам Заруцкий, сколько его влияние на неустойчивую казачью среду. Привлекая казаков на свою сторону, он мог вновь дестабилизировать ситуацию в стране. Поэтому по инициативе Михаила по всем городам были разосланы грамоты, сообщавшие о новом законном правительстве, вернувшем людям прежний порядок, тишину и спокойствие, и «злодейских неправдах» Ивашки Заруцкого с «еретичкой и люторкой» Маринкой, которые вновь желают «пролить христианскую кровь и начать междоусобную войну».

Грамоты подготовили благоприятную почву для борьбы с «астраханскими» царями. В мае 1614 г. жители Астрахани, узнав о приближении царских войск, восстали против И. Заруцкого и Марины и заставили их бежать на р. Яик (Урал). Войско князя И. Одоевского вошло в город без всякого боя. За беглецами отправили небольшой отряд стрельцов, который обнаружил их на Медвежьем острове. Под сильным конвоем их отправили в Москву.

Там состоялся боярский суд, приговоривший И. Заруцкого и сына Марины Ивана к смертной казни. Марину заточили в башне, где она вскоре умерла. Сторонники Заруцкого были прощены и взяты на царскую службу. Это очень подняло авторитет молодого царя в казачьей среде. Смерть астраханских властителей положила конец затянувшейся авантюре Лжедмитриев, 10 лет сотрясавшей устои Русского государства. Но ее последствия ощущались еще несколько десятилетий.

Если на юге к середине 1614 г. казаки успокоились, то на севере казачьи банды атамана Баловня наводили страх на жителей Вологодского, Каргопольского и Белозерского уездов. Понимая, что «ворами» являются свои же русские люди, царь решил отправить к ним представителей духовенства и разных чинов, чтобы те уговорили их «отстать от воровства и перейти на царскую службу».

1 сентября 1614 г. от Земского собора в Ярославль была направлена представительная организация во главе с архимандритами Герасимом и Авраамием для переговоров с казаками. Они смогли уговорить часть казаков влиться в отряд воеводы Вельяминова и направиться против шведов. Но некоторые смутьяны не захотели подчиниться царю и сначала осадили Вологду и Ярославль, а весной 1615 г. подошли к Москве. Все это заставило активизироваться царского воеводу князя Б. М. Лыкова. Он отогнал казаков от Вологды, а в июле разгромил отряды Баловня под Москвой. Руководителей восстания казнили, а простым казакам вновь предложили поступить на царскую службу. Со 2-й половины 1615 г. стала проводиться перепись всех вольных казаков, распределение их по гарнизонам, наделение землями и денежными окладами. Эта политика позволила к 1619 г. покончить с беспорядками, устраиваемыми вольными казаками, так же, как и с ними самими.

Наибольшую опасность для молодого царя представляла Речь Посполитая, поскольку и Сигизмунд, и королевич Владислав не желали отказываться от своих планов получить царский трон. Владислав даже считал, что имеет на него все права, поскольку русские люди целовали ему крест во время правления «Семибоярщины». Кроме того, в польском плену было много русских людей, включая Филарета, отца Михаила. Нельзя было смириться и с утратой Смоленска. Но бороться в одиночку со столь грозным противником было трудно.

Поэтому уже в первые месяцы правления Михаила ко дворам европейских монархов были отправлены посольства с сообщением о новом русском государе и просьбой о военной и материальной помощи. Однако традиционно дружеские Англия и Голландия денег не дали, ссылаясь на собственные трудности, австрийский император отнесся к послам холодно, поскольку был союзником Сигизмунда. Правда, английский король пообещал стать посредником при заключении мирного договора со Швецией и вскоре прислал в Москву своего представителя Джона Мерика.

Отношения России с северным соседом также были очень сложными. Значительная часть северо-западных русских земель вместе с Великим Новгородом находилась под властью шведского короля Густава, и он планировал посадить на московский трон своего родственника Карла-Филиппа.

В сентябре 1613 г. под Новгород были отправлены войска под началом Д. Т. Трубецкого и Д. И. Мезецкого. Им удалось зазимовать в Торжке, но уже летом следующего года шведы нанесли им сокрушительный удар и захватили Гдов. Вскоре оказалось, что в Новгороде многие жители вновь захотели воссоединиться с Русским государством. Об этом они поручили сообщить царю Михаилу главе новгородского посольства в Москву архимандриту Киприану. Шведскому королю Густаву стало об этом известно, поэтому он решил воспрепятствовать воссоединению и в январе 1615 г. напал на Псков. Но там его уже ждали царские войска, присланные для обороны города по указанию Михаила. Состоявшиеся в июле бои показали королю, что город сдаваться не собирается. Без всякого результата он был вынужден покинуть псковские земли. Становилось ясно, что с Россией следует договариваться мирным путем.

После длительных переговоров при посредничестве Джона Мерика 17 февраля 1617 г. в местечке Столбово был подписан мирный договор. По его условиям Русскому государству возвращался Новгород с прилегающими землями без какого-либо выкупа, но оно теряло все города в Прибалтике – Иван-город, Ям, Копорье, Орешек, за обладание которыми сражались весь ХVI в. московские государи. Такой стала плата за междоусобные баталии и чехарду на царском престоле.

Следует отметить, что подписание мирного договора со Швецией было очень важным для царя Михаила. В наказе послам, отправленным в Столбово, он писал: «Со шведскими послами никак, ни за чем не разрывать. Ссылайтесь с ними тайно, царским жалованием обнадеживайте, сулите и давайте им что-нибудь, чтобы они доброхотели. Делайте не мешкая, для литовского дела и для истомы ратных людей». В итоге уже 13 марта 1617 г. Новгород вновь вошел в состав Русского государства.

Новой насущной задачей стало подписание мирного договора с Речью Посполитой. Хотя спорных вопросов было много, но сражаться друг с другом обескровленные страны не могли. Переговоры начались осенью 1616 г. в местечке между Смоленском и Вязьмой. Русские послы требовали вернуть Смоленск и всех пленных. Поляки обещали только отдать пленных. Неуступчивость обеих сторон привела к вооруженному столкновению – польские послы были побиты и взяты в плен. В ответ король отправил на Русь войско во главе с Владиславом «для отмщения за поругание послов». В апреле 1617 г. оно вступило на русскую территорию. Но у королевича были и свои планы – он хотел силой получить московский трон.

Чтобы склонить на свою сторону русских дворян, королевич разослал по городам грамоты, в которых обещал щедро наградить всех своих сторонников. В итоге некоторые приграничные воеводы перешли на его сторону. В руках Владислава оказался Дорогобуж, Вязьма, путь к Москве прикрывал только Можайск. Туда по приказу Михаила был направлен отряд во главе с князьями Б. М. Лыковым и Д. М. Черкасским. Им удалось приостановить победоносное наступление поляков и заставить их зазимовать у Вязьмы. Весной 1618 г. боевые действия продолжились. Обойдя Можайск, Владислав двинулся к Москве. 25 сентября он уже был в районе Павшино, 2 сентября начались первые бои в районе Донского монастыря и под Дорогомиловом.

Хотя лично для Михаила польский королевич представлял смертельную опасность, царь не покинул Москву и лично возглавил её оборону, как когда-то сделал Фёдор Иванович, отбивая нашествие Казы-Гирея. Это побудило защитников города, воевод, биться с особой отвагой и уверенностью в победе.

Владислав понимал, что его конница не сможет взять мощные крепостные стены, поэтому решил взорвать Арбатские ворота и через пролом ворваться в город. Об этих планах два французских инженера донесли царю. Поэтому, когда 30 сентября полякам показалось, что они близки к победе, из взорванных ворот вышли многочисленные царские полки и отогнали их. Тогда Владислав попытался взять Троице-Сергиев монастырь, но и у его мощных стен поляки потерпели неудачу.

Королевич понял, что мощные русские крепости ему «не по зубам» и, что русские люди быть его подданными не желают. Все это заставило его сесть за стол переговоров. 1 декабря 1618 г. в селе Деулино у Троице-Сергиева монастыря было подписано долгожданное Деулинское перемирие на 14 лет и 6 месяцев. По его условиям Россия уступала Польше Смоленск, Белую, Невель, Красный, Дорогобуж, Рославль, Почеп, Трубчевск, но получала назад Вязьму, Козельск, Мещовск, Серпейск, Стародуб, Новгород-Северский, Чернигов, Перемышль, Заволочье, а также всех пленных.

§ 3. Реформы отца и сына

По Деулинскому перемирию на родину возвращался отец Михаила Филарет. Вместе с ним приехали брат царя Василия И. И. Шуйский, смоленский воевода М. Б. Шеин с семьей, известный дьяк Т. Луговской и много других людей. Второй глава Смоленского посольства В. В. Голицын и Д. И. Шуйский с женой умерли в плену.

После смерти Гермогена в Москве не было патриарха, поскольку Михаил желал видеть на этом посту только своего отца. Для его рукоположения был специально приглашен иерусалимский патриарх Феофан. Возможно, царь опасался, что русское духовенство не изберет Филарета, запятнавшего себя связями с самозванцами (первый возвел его в ростовские митрополиты, второй сделал тушинским патриархом, правда, предварительно пленив). 22 июня 1619 г. Филарет стал патриархом Московским и всея Руси. С 1622 г. он официально был объявлен соправителем сына с титулом Великого государя. С мая 1625 г. он даже получил право судить представителей духовенства и собирать доходы с церковных и монастырских земель.