Заповедник Твоей Жизни

— Коля окликнул девушку, пробегавшую рядом, и пока они говорили, мне хватило времени рассмотреть ее.

Ее внешность и манера держаться словно сошли со страниц современного романа: она сочетает в себе загадочность и уверенность, создавая неповторимый контраст между внешней мягкостью и внутренней силой. Волосы длинные, собранные в хвост, прямые, светлого оттенка, придают ей вид легкой небрежности, словно ветер играл ими весь день. Черная толстовка, надетая поверх короткого топа, очень подчеркивала ее тело, широкие брюки дополняют этот образ. Тонкая цепочка на шее с голубым сердцем добавляет ей утонченности. Эта девушка обладает внутренним светом, который проявляется в ее спокойствии и уверенности. Она явно любит исследовать мир, находить скрытые уголки города и наблюдать за жизнью вокруг себя. Ее взгляд, кажется, видит больше, лицо излучает нежность и спокойствие, глаза, окрашенные в оттенки коре-зеленого цвета, смотрят мягко и задумчиво, словно хранят в себе тайны вселенной. Губы полны и сочны, а фарфоровая кожа, подчеркивающая ее хрупкость и чистоту. Спокойный тембр голоса манил; она, посмотрев мне в глаза, подмигнула. А кто это я вижу, вы знакомы? Обратился я к Коле наблюдая как ее силуэт отдаляется.

— Это племянница Лили, хорошая девочка, училась с моей дочкой в школе. После института поехала набирать опыт, она ландшафтный дизайнер. Теперь приехала, наконец-то, как видишь. И главный сад в городе помнишь? Ее работа, хотя она была на втором курсе тогда, очень способная девочка так что можешь смело звать ее в свои проекты.

— Да, он неплох. Ладно, я поехал, ты можешь отдыхать.

Придя с пробежки, поработав до обеда, я решила выгулять Арчи и проветрить голову.

— Пошли, родной! – и, не глядя, куда иду, витая в рабочих мыслях, я наткнулась на ту самую площадку, если ее можно так назвать. Интересно, ну что, дружок, глянем на это произведение? И каков был мой шок, когда, подойдя, я увидела это: не площадка, а место для пыток! Тут убить легче, чем играть, как говорится, не умеешь — не мучай. Это ужас, ее убрать надо! Какой идиот это построил? К стене таких! Тут все переделать нужно, иначе бед с детьми будет море. Да, дружок, ты согласен со мной, – возмущаясь я смотрела на пса. – Тот, кто это делал, – баран! Я все видела, но это... – повернувшись, я почувствовала резкую боль во лбу.

— Заехав домой за документами, я направился обратно к машине. Меня привлекла картина: кто-то стоял на площадке и, весьма эмоционально что-то говоря, махал руками. Положив документы в машину, я направился в сторону площадки. Видимо, это судьба, раз она попадается мне постоянно. Подойдя ближе, я уже понимал, кто там стоит. А какие фразы летели в мой адрес! Она явно не ожидала увидеть меня.

Я собиралась уходить и, повернувшись, почувствовала резкую боль во лбу. Что за черт, ай! Что я вечно бьюсь обо все лбом! — отойдя, я увидела этого парня. Вблизи он еще выше и огромнее. Ты что, маньяк? Подкрадываться так тихо? И что у тебя там острое такое под рубашкой? Терла лоб от боли, возмущалась еще эмоциональнее. И я не ожидала услышать столь грубый, басовый, глубокий и властный голос, от которого волосы дыбом встали и пробежали мурашки по коже.

— Значит, я кретин, баран и к стене меня надо, да? – не смотря на нее, задавал вопрос попутно оглядывая, что натворили рабочие.

— Именно так, да. Это каким идиотом надо быть, чтобы такое место ужасное выбрать? Ясно, теперь почему тебя не жалуют тут люди.

— И почему же?

— Ты серьезно? Подняв бровь, я глянула на него. Да все, начиная с того, что между игровыми ступеньками корни! Если застрянет нога – все, перелом обеспечен. Камни, ветки какие-то, стекла повсюду. А там вообще поваленное дерево лежит с острыми ветвями, направленными в сторону площадки. Это все небезопасно. Тут все нужно либо сносить, а лучше переносить в другое, более подходящее место. Выбора у тебя нет, только переделывать. Ну ничего, я в тебя верю – машинально я похлопала его по плечу не ожидая почувствовать мышцы сквозь ткань пальто словно его вообще не было.

— Да вы что, выбор есть всегда, но я согласен место неудачное выбрали, и те, кто это сделал, считай, уже несут наказание. Обещаю, исправят.

— Тут я почувствовала тепло по лбу: оказалось, кровь пошла с раны от удара. Прижав рукавом толстовки, пыталась остановить ее. Я рада, ну, у тебя есть шанс всё исправить. Ладно, мне надо идти.

— Постой, вот держите. Видимо, ты сильно ударилась о кулон, извини.

— Спасибо, – взяв платок из рук. Он еле коснулся моей кожи, и его пальцы были обжигающе горячими. Да, возможно, отведя от него взгляд, я приложив ткань к ране, и аромат его духов ударил в нос. Если вы хотите и правда сделать что-то хорошее не только для детей, но и окружающих, то подумайте о смене места и нормальном проекте. То, что сейчас, – это нарушение всего, что можно и нельзя.

— Поправляйтесь, я подумаю. Хорошего дня.

— И вам. Арчи, пойдем. Придя домой, я пошла за аптечкой и, обработав лоб, взяла его платок, чтобы отнести в стирку, но, почувствовала такой волшебный аромат духов с нотами коньяка, сигар, дерева, покачав головой кинула его в корзину.

— Арт, что это было? Ты так давно не набрасывался на меня, – еле переводя дыхание, смотрела я на своего любимого. После бурного секса он стоял у окна, поджигая очередную сигару.

— Будь готова, на днях хочу съездить отдохнуть. – игнорируя ее вопрос, я надевал рубашку, избегая этих лживых глаз.

— А куда? – подойдя ближе, я гладила его спину, пока он одевался, соблазняя чтобы, он остался хотя бы еще на час.

— На Волгу поедем, давно там не был, хочу порыбачить, отдохнуть и поохотиться.

— Ну, ок. Правда, я в Майами хочу или в Турцию, давай лучше туда?

— Пока. Завтра заеду. – забрав с стула пиджак и поцеловав ее в лоб, я молча ушел.

— Пока, вот тварь! Приехал, спустил пыл и смылся, мудак.

Приехав домой, я собирался в зал и, идя к лестнице, вспомнил, смотря на товарища.

— Кстати, Коля, распорядись, чтобы на завтра охотничий дом приготовили, я на днях, а может, и завтра приеду, и отправь бумаги, что на столе, в офис, пожалуйста, только сам. Новенькому я не очень верю пока.

— Хорошо. Ты один или с Викой?

— К сожалению, с ней.

— Артур. Глянь, позвал я его, сидя за ноутбуком.

— Это срочно? Я позаниматься хотел пойти.

— Думаю, да, тебе будет интересно глянуть, поворачивал я ему ноутбук.

— Сразу скажу, не пыли, она такая, ей никто не указ – прям, как и тебе. – смеясь, я прикрывал рот рукой пряча улыбку.

— Что за? На видео было, как эта ненормальная с детьми очистили дальнюю поляну, раскидав вокруг костра бревна и, жаря зефир на нем, играли на гитаре, прыгали через костер.

— Так, Коля, для тебя еще одна задача: пока меня не будет, где они сидят, левее, вот тут, – показав я на экран, – поляна. Огороди ее, и все, что строили те идиоты, пусть уберут. Я пришлю людей завтра, а дальше, как приеду, решим.

— Мира, хорошо ты придумала собрать всех, как раньше. – остужая зефир хвалила я племяшку.

— Согласен, я давно так не отдыхала. Да и ты тоже, Лили.

— Да что тут такого? Просто собрались, да отдохнули, и все. Тем более сегодня Иван Купала. – родные, достав из спины бутылку с водой, я окатила ей тетю и Мишу.

— Я уже представляю лицо. Э-э, ты что творишь? Холодная же! С ума сошла?

— Ты, о чем? – смеясь, отбежала с места преступления я.

— Мира, ну ты даешь! Ну это же все участок Артура, а мы без разрешения тут такое закатили. И, закричав: "Мочите ее, ребят!", все соседи стали бежать к ней с водой, и обливать друг друга. Прям как раньше. И тут Миша вытащил шланг со двора и начал обливать всех. Подняв его наверх, Мира кружилась босиком под струями воды и смеялась так звонко, что вся улица звенела от ее смеха. И все, подхватив ее настроение, начали плясать под каплями воды и петь песню, которую играл Сережа на гитаре. Я, наблюдая за всем этим, вспомнила, как много лет назад все было точно так же. Она, подбежав ко мне, схватила и потащила в центр улицы, где уже все плясали, включив музыку у кого-то в машине.

— Ты вдохнула жизнь в нас, вернувшись, куколка моя. Спасибо, без тебя тут все вымирало и один мрак был, а теперь играет солнышко.

— Ой, тетя! Его участок... И что теперь? Без его разрешения что ли листьям падать нельзя? Может, что разогнать, наорать? Пусть попробует! Ага, сейчас! Забыли, кто я? Сам открыл, пусть принимает. Теперь тут будет, так всегда! Звонко смеясь, все плясали под песню, играющую из чьей-то машины. Я так прекрасно себя ощущала, это слияние с природой. Горячий асфальт от капель холодной воды был как парное молоко, теплый. И я, врезавшись в кого-то, начала падать, и тут меня схватили сильные, грубые руки.

— Ну, я не собираюсь выгонять никого, – поймав ее при падении, грубо сказал я. Смотря в эти большие глаза, на белое платье, которое было насквозь мокрое, прилипнув к телу, не скрывая его очертаний, мокрые волосы, которые падали на грудь и прилипли к лицу. Она, оттолкнув меня, отстранилась, убирая непослушные пряди.

— Привет, я надеюсь, ты не против, мы тут слегка похозяйничали? – подходя и становясь между ними, спрашивала я.

— Нет, мне сегодня дали ясно знать, что я ничего не понимаю в делах, да? – глядя на Миру, произнес тихо.

— Не поняла? – кинув строгий взгляд на племянницу.

— Что? Ты видела его площадку? Там убиться проще, начиная от техники безопасности, заканчивая расположением. Все ужасно! Лучше снести все и...

— Да? Так сделай, как правильно!

— Если хотите сделать что-то нормально, так отдайте людям, которые в этом понимают, а сами не лезьте, если ни черта не шарите в этом.

— Знаешь что? Не нужно мне тут указывать, что и как. Думаешь, самая умная? И не смей со мной так говорить! – отодвинув Лили я подошел в плотную к ней.

— Нет, не думаю, я знаю, и факт налицо. Я понимаю в этом лучше, чем ты, – я ткнула ему в грудь пальцем, оттолкнув его. —Я из бревен и камней смотри, сделала лучше, чем ты из металла.

— Ну так делай, раз умная такая. Посмотрим, ко прав или трусишь?

— Ха! На понт берешь? – подняв бровь и скрестив руки на груди, произнесла я. А не получиться, я таких, как ты, на завтрак ем, зай.

— Так, все, остыли оба, тут дети вообще-то. Артур, все, успокойся, идти, потом поговорим. Лили, уведи Миру.

— Хорошо, тебе повезло, что тут дети, я бы указал тебе твое место!

— Артур, тебе пора, и вам, дети, все живо, все по домам - крикнула я уводя племянницу.

— Нет, ну ты слышал? Он бы указал мне мое место! Вот мудак – показав ему фак, отошла и, взяв шланг, сделав сильный напор, окатила его водой. Когда он начал уходить: «Остынь, дружок» – крикнув вслед ему, повернулась к людям, я сказала: – праздник продолжится, значит, он продолжится! – сказав намерено громко чтобы он точно услышал! Кинув шланг, я направилась к костру.

— Вот сучка! Ладно, посмотрим кто кого.

— Успокойся, я же говорил, и тетя говорила, он не простой, тот еще псих, и стоп крана у него нет.

— Ха! Если бы не дети... Нет, ну ты слышал то, что? Если бы не они... Миша, пойми, я смеялась, у меня его нет тоже, забыл, что ли? Все, пошли праздновать, а то мне тут атмосферу пытались испортить.

Неделю спустя.

— Лили, у меня к тебе и Мире есть предложение. – встретив ее на улице, я шел с одной целью.

— Какое? – привет, для начала, садясь в машину, отвечала я Артуру.

— Взять проект под стройку площадки.

— А мы тут при чём? Это ведь совсем другое направление моей и её работы.

— Сама подумай: для неё опыт новый, плюс проект в копилку, и у тебя так же. Разве плохо?

— Хорошо, я не против, но с ней сам говори, тебе это надо, не мне. И вам есть что обсудить, ребят.

— Хорошо, я зайду на днях. – постучав по крыше авто, я направился к своей машине.

— Мир, не отвлекаю? – приехав домой вечером я все размышляла, как ей сказать о разговоре с Артуром и стоит ли говорить.

— Слегка, я работаю, что-то срочно? – не отрывая глаз от ноутбука, отвечала я.

— Я Артуа встретила утром. Хотел было поговорить о чем-то вроде с тобой.

— Да? О чем, интересно, – подняв глаза и спустив на кончик носа очки, я посмотрела на тётю.

— Да, я думаю, извиниться хотел.

— Мне плевать честно, тётя, прости, я взяла проект, завтра поговорим. Доброй ночи, мне надо работать.

— И тебе. Ладно, работай, я пойду отдохну.

Утром, сидя у камина, я всё думала над его предложением, что он крикнул тогда на улице. Я понимала, что могу поставить ему условие: я делаю работу бесплатно, брав в расчёт только материалы, а он отпускает долг тёте. Надо всё до мелочей продумать, но тётя вырвала меня из мыслей.

— Мир? Меня напрягает эта ситуация между вами. Артур хороший как сосед, но, учитывая вашу крайнюю ссору, не знаю... Он парень непростой, с ним враждовать я не хочу, пойми: ты уедешь, а мне тут жить.

— Да, ты права, прости, я не буду тебе доставлять проблем. Не переживай, я всё решу.

— Иди ко мне, я соскучилась по тебе. – подойдя сзади, я обнимала Артура пытаясь насладиться моментом.

— Вик я сколько раз тебя просил не называть меня так! Тупая что ли? – откидывая её руки с груди и, отойдя к камину, я жалея, что приехал с ней. Надо было одному ехать, ни черта не отдохну, только ещё больше напряга добавилось.

— О чём ты думаешь постоянно? Не злись, я тебя расслабить хочу. А ты избегаешь меня в чем дело?

— Помнишь, я хотел построить площадку детскую в своём районе?

— Да, помню. Зачем тебе это брось эту идею, тратить ещё бабки на чужих, оно тебе надо? – взяв бокал, я налила ему джин, чтобы расслабить его тело и разум, а себе налила вина, подошла к нему сохраняя дистанцию.

— Во-первых, для детей, во-вторых, я её не брошу. Я, если сказал, значит, сделаю. Ты знаешь, я решений не меняю и говорю один раз. Её переделывать будут уже начали работу.

— Зачем она же готова была?

— Да, была, но я не проконтролировал, и там ничего нет, и дети туда не ходят вообще.

— Ну и ладно, их проблемы. Ты же сделал всё, вопрос закрыт. Зачем ты грузишь себя?

— Как это «ну и ладно»? Я, имея такой опыт и такую компанию, одно из направлений которой – строительство, построил шалаш, грубо говоря. Ты серьёзно?

— Артур, сдались тебе чужие дети, да ещё и тратиться на них? Фу. – подойдя ближе, я начала целовать его грудь.

— Я предложил Лили, скоро поговорю и с её племянницей, хочу, чтобы они взяли проект.

— А вон в ком все твои мысли, – отстранившись, я подняла на него глаза. Помни, я не буду терпеть твои шашни. И что умеет эта Лили? Красить обои и покупать шторы? Ты видел ее работы? Колхоз! А племянница ее кто вообще? Я не знала что у нее кто-то есть.

— Не смей так говорить о Лили, она хороший специалист, и опыт огромный у нее за плечами. А ты что умеешь? Только бабки тратить, панты, цацками и жопой в интернете светить. Все, больше ничего ты пустая.

— Это Лили сказала тебе, что надо переделать все, и ты, как пес, послушал ее и побежал делать да? Старалась удерживать тон спокойным.

— Заткнись! – отойдя в другой конец комнаты, я залпом опустошил бокал!

— Во-первых, мне никто не смеет указывать, что делать и как работать, выбор может лишь остаться за мной.

— Во-вторых, не твое дело, да и о чем с тобой говорить, у тебя только бабки на уме.

— Ну нет, конечно, родной, я люблю тебя, иди ко мне, ну же – и, к нему идя, я вела его в постель. «Значит, бабки только тратить умею, да? Тупая». Дождавшись, когда он уйдет на охоту, наконец смогла позвонить:

— Алло, привет, нужна помощь. Слушай внимательно, без вопросов? Потом обсудим.

— Все понял?

— Да. Когда встретимся?

— Скоро, жди. И сделай в этот раз все тихо, я еле отмазала тебя тогда, не подставляй так больше.

— Да, понял, я начну сегодня уже. Ты тоже аккуратней будь, не пались и собери информации побольше, сложное.

— Так я не только это хочу, у меня в планах отыграться по полной. Идем ва-банк в этот раз, зай, так что готовься.

— Ненормальная! Все, на связи, пока.

Глава 4

Глава 4

Храм предков

— Тетя, погода хорошая, не хочешь потренироваться на свежем воздухе со мной, – спускаясь по лестнице, спрашивала я поймав ее в кухне за чашкой чая.

— А давай! Только с йоги начнем, давно хотела ей заняться, а ты в ней профи.

— Только без фанатизма. Не знаю, сколько мы занимались, но было здорово. Тетя все смогла легко повторить. Для первого раза хватит, тебе, думаю. Ого, уже 9:40, – представляешь, убирая телефон в сторону, легла на спину, ловя лучи солнца!

— Да ладно! Я же опаздываю. – поцеловав племянницу, уходя, крикнула: — Спасибо за тренировку завтра повторим, а сейчас надо в душ и на работу.

— Хорошо, я еще побуду тут. – легла обратно на коврик, думала, как все сделать. Напряжение стало накрывать. Вдохнув полной грудью воздух, я обрела спокойствие с выдохом, которое так было необходимо, и, расслабившись, такое блаженство накрыло – легкая усталость после тренировки придавала особое наслаждение. И тут что-то, закрыло мне солнышко, и чувство блаженства ушло.

— День добрый, Мира, можем поговорить? Есть деловое предложение.

— Он был добрый, – не открывая глаз, произнесла я. — Пока ты не пришел. – открыв глаза, я заметила, что он стоит за калиткой, в одних шортах, с голым торсом, подняв руки над головой, опираясь на нее, демонстрируя все тело. Мышцы рук рельефны и кажутся готовыми к любым испытаниям, торс и широкие плечи, говорящие о регулярных тренировках и силе духа. Кажется, что даже сердце бьется ритмично и уверенно, поддерживая его готовность к действию. Накачанные ноги, массивная грудь, меж которой на толстой цепи висел виновник моего синяка на лбу. Его лицо украшали лучи солнца, пару прядей выбились из массы, падая ему на лицо, капли пота и томно вздымающаяся грудь гласили о только что проведенной тренировки. Неплохо. И тут, поймав себя на мысли, что разглядываю его слишком долго, да еще и в слух комментирую, отвела взгляд.

— Что, прости? Хотя слух у меня хороший, хотелось вогнать ее в краску.

— Я говорю, что ты хотел? – старалась забыть его тело, но выходило плохо.

— А мы перешли на «ты»? Если мне не врет память, мы официально не знакомы, ведь.

— Допустим, и что с того? – тут он открыл калитку и, войдя, сел на корточки у моей головы, поставив руки у моих плеч, наклонившись так низко, что я чувствовала аромат его тела. Он пах нет, не потом, а горьким табачным дымом. И моего лба коснулся кулон в виде шара с шипами, что висел у него на цепочке. Тут наши взгляды встретились.

— Что ж, я предлагаю лишь раз. Говорю лишь раз, так что слушай: я хочу, чтобы ты сделала не просто площадку, а парк и.

Взяв его за кулон, я притянула его к себе так близко, что наши носы касались. Во-первых, мне плевать, что ты там хочешь. Во-вторых, я, возможно, соглашусь, но на моих условиях.

— Первое условие: ты отпускаешь весь долг тети.

— Второе: ты отдаешь мне все бумаги, если ваше соглашение было заключено не на словах.

Моя работа – бесплатна в счет списания долга. Ты оплачиваешь материалы и зарплату работникам. Такие условия я говорю один раз, и лишь на моих условиях. – и, толкнув его в грудь со всей силы, закрыла глаза, ловя лучи солнца.

— Хорошо – встав, я отошел. — Пусть так, а ты не плоха в переговорах, молодец, хвалю. Зайди вечером для подписания договора. И, кстати, я не просил ее возвращать их, они все лежат на отдельном счету. Доступ от него отдам с договором. Пока.

Зайдя домой, я села на диван, вся в мыслях. Не зная, радоваться или грустить, я была слегка в шоке.

— Мира, я выходя из дома, заметила, что с ней что-то не так. Подойдя, убедилась, что так и есть.

— Да что, тетя? – я старалась удержать выражение лица как всегда легким.

— Что случилось? Лица на тебе нет.

Посмотрев на руку, не поверила глазам, но, чтобы не палиться, не подала виду, положив ее между ног. Я говорила, только что с Артуром, он предложил проект, я его возьму. Вот думаю, о нем все хорошо.

— Уверена, ты хорошо подумала? С ним сможешь работать, учитывая вашу «дружбу»? И когда ты все успеваешь, не пойму.

— Да, уверена.

— Ну, раз ты так решила, хорошо. Я поехала до вечера.

— Пока, до вечера. – как только она ушла, я сняла браслет с руки. Он был неописуемо красив. Изящный, сплетен из разноцветных камней, каждый из которых хранил свою тайну. Он состоял из прозрачных кристаллов, сверкающих, подобно утренней росе, зеленых изумрудов, символизирующих мудрость лесов, и фиолетовых аметистов, хранящих память древних магических ритуалов. Камни были соединены тонкой серебряной нитью, которая переливалась на солнце, словно нить судьбы, связывающая прошлое и будущее. Это не просто украшение, это талисман, дарованный древними духами земли, защищающий своего владельца от темных сил и направляющий на путь праведных деяний. Очень тонкая работа. Я знала, кто творец этого шедевра, ее стиль единственный и неповторимый. Но когда он успел? Крутя его в руках, я посмотрела в окно размышляя и наставляя себя, не смей позволять приблизиться ему близко. Весь день я работала над чертежами до поздней ночи. Тетя уже спала. Прихватив все чертежи и ноутбук, я пошла в беседку. Дома стало душно, а на свежем воздухе лучше работает мозг, это факт. Выйдя с дома, и вспомнив, что должны были вечером встретиться ударила себя по лбу ругав о забывчивости. Ладно, утром схожу к нему. Сейчас надо доделать еще сыро, чтоб показывать.

— Артур, привет тебе тут просили передать.

— Привет, что там с утра уже?

— Вот, утром пересеклись в саду с Мирой, она работала там, и сказала, что чертежи скоро будут готовы. Возможно, вечером занесет.

— Это все, ну хорошо, спасибо. – открыв коробку, я увидел браслет, что вчера надел ей и розу. Стебель весь в шипах. Что это значит, да интересная она личность весьма. — Коля, ты не ушел еще? – окрикнул я товарища.

— Еще нет, но собираюсь. Что тебе.

— Отдай это Юлику, он поймет, что с этим делать. Как будет готово, заберешь. На связи будем все я поехал, вернусь через пару дней. Хорошего дня тебе.

— Хорошо, понял и тебе.

Чертежи, значит, готовы. Хорошо, раньше начнет, раньше, закончит, – выходя из дома, размышлял, попутно набирая номер. — Ало, Вик, ты готова я еду.

— Да, готова. Давай жду тебя.

— Здравствуй, Мира.

— Привет Коль, Артур дома? Я принесла чертежи.

— Нет, он опять на охоту уехал. Только давай сама отдашь ему их. Ладно, заходи, чай попьем.

— Спасибо – пройдя в дом меня встретила огромная прихожая интерьер которой выполнен в стилях минимализм и хай-тек, отражая его стремление к порядку и контролю, а также внутреннюю борьбу между рациональностью и чувствами. Кухня, соединенная с гостиной, была очень большая, это сердце дома, поразило своей строгостью и функциональностью. Холодные оттенки серого и черного, четкие линии мебели и массивный гранитный остров в центре создали атмосферу стабильности и уверенности. Каждый сантиметр дома продуман до мелочей: черные стеклянные шкафы слева у входа в кухню были наполнены посудой и коллекцией вин напоминающие о роскоши и хрупкости, а мягкие тени подсветки сглаживали эту жесткость, но намекали на скрытие и неразгаданные загадки. Деревянный обеденный стол слева от острова смотрелся очень гармонично, не съедая пространство. Лестница, ведущая на второй этаж была из натурального дерева, контрастируют с бетонной стеной, что создавало гармонию между природой и технологиями, а растения под ней украшали пространство и добавляли жизни. Каждый уголок рассказывал свою историю, дом стал зеркалом его внутреннего мира, и где он решает судьбы, – каждая деталь интерьера – ключ к разгадке его тайн. Читать дома меня научил дядя как я ему благодарна за это. У него красивый дом подметила я. Мы недолго посидели, и я пошла домой, а Коля уехал по делам. Всю неделю я бегала, разрываясь между проектами, и к концу недели нервы были на пределе. Я вся была в диком напряжении, и, получив оплату с первого объекта, который маленький, но выгодный, смогла купить себе машину. Ездить на такси за город на объекты не очень выгодно выходило. Подъезжая к дому, я заметила Артура. Вспомнив, что забыла напрочь про него, он махнул мне, зовя к себе. Выйдя из машины, я захватив ноутбук, подойдя, встретилась с мерзким взглядом его спутницы.

Перед мной стояла девушка ростом как я, чья внешность казалась воплощением искренности и открытости: длинные темные волосы струились по плечам, подчеркивая нежные, но резкие черты лица. Она была одета в спортивный костюм, который создавал обманчивый вид жизнерадостной особы, ее сероватые глаза с длинными ресницами были холодными расчетливыми, а слишком пухлые губы собирали весь акцент лица. Неестественно круглая грудь выглядывала с топа. Она стояла рядом с Артуром обнимая демонстративно его за талию, а он держал ее за плечо. От ее внешности и надменного взгляда, меня воротило. Я прям нутром чувствовала: она стерва еще та, и только кажется невинной овечкой. Такие всегда крутятся вокруг мужчин, типаж которых как у Артура.