Новенькая

Возле дорожки стояли маленькие садовые гномы, и я невольно улыбнулась. Если у Молли такой милый дом, может, и она сама в душе мягче, чем кажется?

Воодушевленная, я постучалась в дверь. Долгое время никто не открывал, а потом из коридора раздалось шарканье, и старческий голос спросил:

— Кто там?

От неожиданности я не сразу нашлась, что сказать.

— Ничего покупать не буду! — продолжил старик. — На благотворительность денег не дам.

— Нет, я пришла к Молли.

— Какой еще Молли? — проскрипел за дверью старик. — Тут таких нет!

Поняв, что он все равно мне не откроет, я сошла с крыльца. Как так могло получиться? Я точно пришла по адресу. Может, Молли ошиблась?

Я позвонила ей, но номер оказался недоступен. Поежившись под холодным порывом ветра, я огляделась по сторонам. Это ведь просто совпадение? Она ошиблась совершенно случайно, а теперь ее телефон разрядился. Когда меня долго не будет, Молли обязательно начнет меня искать и обнаружит ошибку.

Я утешала себя этими мыслями, хотя в душе понимала: надо мной просто поиздевались! Самая популярная девушка класса решила показать новенькой ее место. Может, это за то, что я села рядом с Руэлем? Или она просто увидела во мне легкую мишень?

Охваченная разочарованием, злостью и обидой, я вышла со двора, с силой захлопывая ни в чем не повинную калитку. Зря я надела это платье, зря накрасилась, зря сейчас мерзну под разошедшимся ветром! Но как я пойду домой и скажу родителям, что это все был обман?

Пока я стояла на обочине дороги, сжавшись от холода, рядом остановилась та самая дорогущая машина, которую я видела утром. Может, это Молли приехала за мной, поняв, что дала неправильный адрес?

Дверца открылась, и из машины появился Руэль. Он поспешил ко мне с встревоженным выражением лица, а мое сердце отчего-то забилось быстрее.

В сгущающихся сумерках кожа Руэля казалась еще бледнее, а глаза сияли, как черные звезды. Но он совсем не выглядит пугающим, — наоборот, от него будто исходил свет и мягкое, ласковое тепло, к которому так хотелось прижаться.

Не удержавшись, я сделала шаг навстречу.

— Что ты тут делаешь? — спросил он, оглядывая меня с ног до головы. — Элли, да ты совсем замерзла.

Он помнил мое имя! Единственный человек, который не называет меня просто "новенькой". В животе появилось странное, покалывающее чувство, которое бывает, когда катаешься на качелях и летишь с высоты.

Я не успела ответить, когда мне на плечи опустилась черная куртка Руэля, и он начал поправлять ее, пытаясь закутать меня потеплее. Я подняла голову и встретилась с его взглядом. Его черные, сияющие в полутьме глаза затягивали, словно две бездны. Руэль мягко улыбнулся; я ощущала от его куртки легкий, едва уловимый аромат чего-то свежего, будто земля после дождя. Почему он так добр ко мне? Зачем заботится, будто мы знакомы не всего лишь день?

— Спасибо, — пробормотала я и заметила облачко пара, вырвавшееся у меня изо рта. Неужели сейчас настолько холодно? А я и не почувствовала.

— Ты ошиблась адресом, — сказал Руэль. — У Молли двадцать восьмой дом, он дальше по улице, за поворотом.

Не восьмой, а двадцать восьмой? Она точно просто ошиблась, забыв написать одну цифру! Или нет..?

— Ты едешь к ней? — спросила я, но Руэль покачал головой:

— Не люблю вечеринки. Хочешь, подвезу тебя?

Я замялась, не зная, что ответить. Меня правда там ждут? Представив, что окажусь в компании Молли и ее подружек, я совсем сникла. Вот бы остаться с Руэлем. Но не спрашивать же его, куда он направлялся? Это будет слишком нагло с моей стороны.

— Кажется, ты тоже не фанатка больших компаний, — улыбнулся Руэль, рассеивая повисшее между нами напряжение. — Хочешь, пойдем со мной? Я кое-что тебе покажу.

Конечно же, я хотела. Мне с трудом удалось сдержаться, чтобы не выпалить радостное «Да!», поэтому я лишь молча кивнула.

— Не замерзнешь? — спросил Руэль, оглядывая мое короткое платье, выглядывающее из-под куртки.

— Мне тепло, — совершенно честно ответила я. С тех пор, как появился Руэль, вечер вдруг стал не таким холодным.

— Это недалеко, пойдем.

Он достал что-то из машины и, обернувшись, улыбнулся мне так ласково, что у меня заныло в животе. Его лицо преображалось каждый раз, когда он улыбался, превращаясь из очень красивого в безумно, невероятно, восхитительно, даже слишком невыносимо прекрасное. Никогда не думала, что чья-то внешность может понравиться мне до такой степени. Вот бы нарисовать его портрет!

Глава 4. После уроков

Мы обошли дом, заходя в небольшой переулок, где было не так ветрено. Интересно, куда мы идем? Я не решалась спросить Руэля, боясь разрушить атмосферу между нами.

— Будь здоров! — сказала я, когда он чихнул. Я сошла с ума, если мне даже его манера чихать кажется очаровательной?

Руэль толкнул калитку, и мы зашли во двор какого-то дома с заросшей лужайкой.

— Нам точно сюда можно? — осторожно уточнила я.

— Здесь никто не живет, — он потерял переносицу, пытаясь снова не чихнуть. — Извини, у меня аллергия.

Присев на корточки возле крыльца, Руэль открыл сумку и принялся что-то из нее доставать. В траве мелькнуло черное пятно, и скоро нам на встречу, радостно задрав хвост, выбежал черный кот.

— Иди скорее, маленький, — ласково позвал его Руэль.

Кот покосился на меня, но все-таки подошел, жадно набрасываясь на разложенное для него угощение.

— Ты приезжаешь сюда, чтобы кормить его? — спросила я.

Руэль поднял голову, глядя на меня снизу вверх.

— Глупо, да? Его хозяева уехали, а Уголька не взяли с собой. Я стараюсь почаще сюда приходить, чтобы ему не было так тяжело.

Я стояла, приоткрыв рот, пораженная а самое сердце. Конечно, это было не глупо. Тот самый богатенький наследник, которого я боялась, специально приезжает на своей дорогущей машине, чтобы покормить кота!

— Это очень мило, — наконец пробормотала я, справившись с удивлением. — Ты молодец.

Чихнув, Руэль поднялся, а кот потерся о его ногу.

— У меня аллергия, поэтому я не могу взять его себе. Но, думаю, мы с ним неплохо подружились.

Хорошо, что этот человек сломал все глупые стереотипы, которые были у меня в голове. Богатый отличник, красивый и добрый. Тут точно нет подвоха?

— Можно я буду иногда приходить сюда с тобой? — спросила я, когда мы вернулись к машине. Пришло время расставаться, а мне ужасно не хотелось идти домой и объяснять родителям, почему я вернулась так рано.

— Конечно, можно, — Руэль открыл передо мной дверь машины и предложил. — Погреешься?

Я застыла, боясь поверить в происходящее. Может, я оказалась в дораме про простую девушку и идеального богатого парня, который за ней ухаживает? Я тотчас отмела эту мысль, устыдив себя за нее. Я всего лишь бестолковая новенькая, которой дали неправильный адрес, и Руэлю просто меня жаль.

— Не хочешь? — спросил он, вглядываясь в мое лицо. — Ты замерзла, отвезти тебя домой?

Я все-таки залезла в машину, в которой пахло так же приятно, как и от куртки Руэля.

— Не хочу домой, — призналась я, пытаясь казаться равнодушной. — Мама расстроится, что я не пошла на вечеринку.

Если меня на нее вообще пригласили. Я не стала говорить этого, чтобы не казаться совсем жалкой, и Руэль тоже не стал уточнять.

— Можем поехать ко мне, — предложил он.

Я все-таки покраснела — так густо, что щеки начало пощипывать. Руэль приглашает меня домой! Нет, я точно попала в дораму. Ну правда, в чем подвох?

— Не подумай ничего такого, — сказал он, когда молчание затянулось. — Родители дома, как раз успеем к ужину.

Он опустил ресницы, слегка отворачиваясь, и я с потрясением осознала — Руэль тоже смутился!

— Это точно удобно? — спросила я, пытаясь развеять неловкость.

Колеса тихо зашуршали по дороге, а я плотнее укуталась в куртку, пытаясь незаметно вдохнуть запах свежести и чистоты. Мы были знакомы всего день, но почему-то я не сомневалась, что Руэль не сделает ничего странного или пугающего. В его компании я чувствовала волнение, но лишь потому, что была как простушка рядом с прекрасным принцем.

Все оказалось так, как я себе и представляла, — даже еще лучше. Дом Руэля был таким же дорогим, как и его машина. По сравнению с ним, я жила в какой-то лачуге!

Родители тоже были, как с картинки. Идеальная семья, приветливая и заботливая.

— Скоро ужин! — окликнула нас его мама, когда мы поднимались в комнату. — Я вас позову.

— У меня неубрано, — скромно сказал Руэль, хотя внутри царила идеальная чистота. У меня даже после уборки так никогда не было!

На полках вокруг стола стояли высокие стопки учебников; не даром Руэль был лучшим в классе. Осматриваясь, я заметила рисунок черного кота и подошла, чтобы его рассмотреть.

— Я еще учусь. Лапки не очень получились.

— Это ты нарисовал? — удивилась я. — Так красиво! А мне акварель никогда не давалась.

Руэль опустился на кровать, с улыбкой глядя на меня.

— Ты тоже любишь рисовать?

Он сидел так близко, и его лицо сейчас было на уровне моей груди, почти касаясь ее дыханием. Руэль начал что-то говорить про акварель и карандаши, но я почти не слышала его за стуком собственного сердца. Он даже не подозревал, как действует на меня его присутствие. Просто сидел и болтал о творчестве, а я думала о том, какой он красивый, и какие длинные у него ресницы.

— Не хочешь? — уточнил Руэль, и лишь тогда я очнулась.

— А? Что?

— Присоединиться к нашему клубу по рисованию. Тебе все равно нужны внеклассные занятия.

— А ты там будешь? — выпалила я быстрее, чем успела подумать.

Руэль и правда не понимал, что со мной происходит. Он кивнул, мило улыбаясь, и сказал:

— Не представляю, как трудно перейти в новую школу, да еще и в выпускном классе. Ты можешь спрашивать у меня все, что нужно.

Наверное, сейчас было самое время сказать, что я отстала по всем предметам, но глупое чувство гордости меня остановило. Я и так чувствовала себя какой-то замарашкой рядом с идеальным Руэлем, не хватало ему еще знать, что я тупая. Нужно попробовать справиться самой, а уж потом просить о помощи.

Ужин в компании Руэля и его родителей прошел на удивление спокойно и приятно. Под конец я даже почти перестала нервничать, с удовольствием отвечая на вопросы о своем родном городе.

— Я тебя подвезу, — сказал Руэль, когда мы вышли на улицу. На мне все еще была его куртка, согревая от порывов ветра.

Я не стала спорить, — слишком уж соблазнительным было предложение. Я смогу провести еще немного времени вместе с ним, а не идти одной по холодной вечерней улице.

— Я отдам куртку завтра, — пообещала я, когда мы подъехали. От усталости и избытка впечатлений у меня слипались глаза, но я старалась не зевать, чтобы Руэль не подумал, будто мне с ним скучно.

Родители, увидевшие из окна, как я выхожу из незнакомой машины, тотчас накинулись на меня с вопросами.

— Это был мальчик? — выпытывала мама, поднимаясь следом за мной. — Как его зовут? Где познакомились?

— Завтра, — пообещала я, не слишком вежливо закрывая перед ней дверь. — Я расскажу обо всем завтра.

***

После идеального вечера с Руэлем настал день расплаты. Во-первых, я не подготовилась к занятиям и опять ничего не понимала. Почему меня вообще не предупредили, что здесь другая программа?!

Во-вторых, вчера я долго лежала без сна, прокручивая в голове встречу с Руэлем. У меня в ушах все еще звучал его голос, мягкий и бархатный, когда он говорил с котом или расспрашивал меня о рисовании. Когда я рассматривала блокнот с его рисунками, наши пальцы на мгновение соприкоснулись, и меня будто ударило током в самое сердце. Я до сих пор чувствовала мучительно сладкие отголоски этой вспышки, которые не давали мне заснуть до рассвета.

В-третьих, мы снова встретились с Молли, и теперь сомнений не оставалось, — я ей не нравлюсь. На перемене вокруг нее собрались девчонки, и они громко смеялись, обсуждая вчерашнюю вечеринку.

— А ты почему не пришла? — поинтересовалась Молли, перехватив мой взгляд. — Нам не хватало только тебя.

Я не сразу нашлась, что ответить. Сказать правду, чтобы она могла поехидничать? Или соврать?

— Она была со мной, — произнес Руэль, и класс резко погрузился в тишину.

— С какой стати?

Молли больше не притворялась дружелюбной, и ее тон стал резким и злым.

— Мы отмечали начало учебного года, — непроницаемо откликнулся Руэль.

Я не знала, радоваться ли мне триумфу или огорчаться, что теперь Молли возненавидит меня еще сильнее. Она бросила на меня такой взгляд, что мне стало не по себе. Кажется, я попала!

Когда началась математика, все стало только хуже. Судя по записям в тетради Руэля, он успел позаниматься вчера, а я просто улеглась спать! И сегодня мне пришлось за это поплатиться.

— Давайте послушаем новенькую, — сказал учитель, и у меня екнуло сердце. — Валентайн, к доске.

Я встала, чувствуя, будто иду на казнь. Одноклассники устремили на меня любопытные взгляды, надеясь на шоу. И я их не разочаровала: первая же задача поставила меня в тупик.

— Это же элементарно, — возмутился учитель, глядя, как я переминаюсь с ноги на ногу. — Что сначала нужно посчитать?

Я так и не поняла его намек, беспомощно оглядываясь на класс. Руэль что-то беззвучно шептал, шевеля губами, но я не могла его понять. Зато Молли, приподняв руки над партой, показывала пальцами цифру шесть.

Я не настолько отчаялась, чтобы использовать ее подсказку, поэтому еще какое-то время мялась у доски, пытаясь разобраться сама. Ну почему я вчера не удосужилась открыть учебник!

Теряя терпение, учитель начал постукивать ручкой по столу, и я решилась:

— Шесть.

— Что «шесть»? — переспросил он.

— Ответ.

Я почувствовала, что краснею, когда по классу разнесся смех. Мне и без того было неловко стоять перед незнакомыми людьми и тупить, а теперь я вообще едва удержалась, чтобы не выскочить в коридор. Единственным, кто не смеялся, был Руэль. Я уставилась на него, будто он был спасательным кругом, не дающим провалиться в пучину позора.

— Ты же понимаешь, что ответ должен быть в буквенном выражении? — уточнил учитель, явно раздраженный моей глупостью. — Садись, Валентайн. Поговорим после уроков.

И мы действительно поговорили. Точнее, говорил он, целых полчаса читая мне нотации. Наконец прозвучал вердикт: я должна остаться после уроков. Со мной впервые было такое, и настроение окончательно упало. Меня наказали, как какого-то хулигана!

Я решила провести время с пользой и действительно позаниматься математикой. Но, стоило мне достать учебник, как дверь класса распахнулась и вошел Дин — тот самый парень, в которого я недавно влетела.

Увидев меня, он замер и, приподняв брови, радостно поприветствовал:

— Новенькая! А ты тут какими судьбами?

— Занимаюсь, — буркнула я, не желая вдаваться в подробности своего провала.

Дин развалился за партой, бросив рюкзак на пол и явно не собираясь открывать никакие учебники.

— Ладно я — тупой отстающий спортсмен, — усмехнулся он. — Но неужели и ты тоже?

— Не угадал. Я не спортсмен.

— Ты похожа на ботаничку. Без обид, конечно, но я думал, что ты отличница.

На этот раз усмехнулась я — до отличницы мне было, как Молли до приятного человека!

— Мне нужно заниматься. Тебе, думаю, тоже.

Я уткнулась в учебник, давая понять, что разговор закончил.

— Ты скучная, — заявил Дин спустя пару минут молчания. — Давай сбежим?

Он вскочил, внезапно схватив мой рюкзак, но я успела вцепиться в лямку и потянула на себя.

— Если сбежим, нас накажут!

— А ты вся такая правильная девочка? — сощурился Дин, перетягивая рюкзак в свою сторону. — Никогда не нарушала правила?

Он попал в самую точку, но отчего-то признавать этого не хотелось. Понимая, что проигрываю этот бой, я встала и потянула чуть сильнее.

— Ты сам попробуй хоть раз сыграть по правилам. Я слышала, что у тебя проблемы с учебой, так почему ты не занимаешься?

Дин внезапно рванул рюкзак так быстро и резко, что я потеряла равновесие. Но упасть мне не дали: рюкзак полетел на пол, а Дин поймал меня обеими руками, легко, словно пушинку, обвив за талию.

Я не успела даже возмутиться, как быстро все произошло.

— Не думаю, что хорошим девочкам стоит падать в объятия малознакомых парней, — сказал Дин, усмехаясь на одну сторону, словно голодный лис. — Неужели я такой потрясающий?

— Это ты меня держишь, — возразила я. Я уперлась ладонями ему в грудь, пытаясь создать хоть какое-то расстояние между нами, и почувствовала твердые напрягшиеся мускулы. Мы были так близко, что я вдыхала его запах — пряный, сладковатый, с легкой горчинкой пота. Совсем не такой нежный, как у Руэля.

Руэль... Почему в такой момент я думаю о нем? Я затрепыхалась в руках Дина, и тот наконец меня отпустил, довольный результатом. Решил, видимо, что меня смутила его близость. Знал бы он, о ком я вспоминала в этот момент!

Конечно, я не стала рушить самомнение Дина. Поправив волосы, которые выбились из высокого хвостика, я вернулась за парту и демонстративно поставила рюкзак подальше. Дин все это время наблюдал за мной, сложив руки на груди.

— Ужасно скучная, — подытожил он, когда я закрылась от него учебником.

Из-за его присутствия я никак не могла сосредоточиться. Сначала он вздыхал, потом щелкал ручкой, и наконец принялся играть на телефоне, не выключив звук.

— Ты же собирался сбежать, — напомнила я.

— Уже нет. Оказывается, за тобой тоже забавно наблюдать, новенькая.

— Так и будешь звать меня новенькой?

— Ты предпочитаешь «маленькая блондиночка»?

— Фу, — искренне скривилась я, и он рассмеялся:

— Тогда пока оставим «Новенькая».

За час я так и не успела позаниматься. Наконец, пришел учитель, чтобы нас отпустить, и Дин бросился на свободу, сразу позабыв обо мне.

Я вышла в теплые сумерки, вдыхая влажный после дождя воздух. За эти пару дней в новой школе так много всего произошло, но сейчас, в тишине, я осознала, как сильно скучаю по старой жизни. По своему классу, дому, улице, всей Аркадии; пусть не такой уютной и идеальной, но родной.

Смогу ли я вообще найти здесь друзей? Успею ли догнать программу и не завалить экзамены?

Задумавшись, я не заметила, как с крыльца спустилась компания девушек и быстро окружила меня.

— Веселишься? — спросила Молли, преграждая мне путь.

— Что?

Я растерянно огляделась — девчонок было пятеро, и все они выглядели очень неприветливо.

— Реально тупая или прикидываешься? — Молли уперла руки в бока, наступая. — Слушай внимательно. Мы с Руэлем дружим с самого детства. Это ясно?

— Ясно, — пробормотала я, пятясь. Ничего мне было не ясно. Чем я так ее разозлила, и при чем тут Руэль?

Молли щелкнула пальцами у меня перед лицом.

— Хватит ходить за ним, как приклеенная. Думаешь, ты его достойна?

Наконец-то до меня начало доходить, что происходит. Трудно было поверить, но она, кажется, ревновала ко мне Руэля? Нет, серьезно? Ко мне?! Вряд ли его может заинтересовать такая, как я. Неужели она этого не понимает?

Глава 5. Защищайся!

— Еще раз увижу тебя с ним рядом...

Молли продолжала наступать, а я — пятиться к крыльцу. Не заметив ступе