Обещаю не влюбляться

Лия Широкова

Обещаю не влюбляться

Глава 1_Лиза

Забежав в комнату, я закрываю дверь на щеколду и в ужасе пячусь назад. Сердце колотится о ребра, разгоняя кровь по венам с такой силой, что закладывает уши. От страха в глазах темнеет, а в висках застучало.

– Нет! Так просто я не сдамся!

Хватаю рюкзак со стула и торопливо запихиваю в него лекции. Ручка двери опускается вниз, и я резко оборачиваюсь.

– Лиза, открой, или я её вынесу к херам! – рычит Тимур за дверью.

Проигнорировав его угрозу, распахиваю дверь шкафа и принимаюсь кидать в рюкзак сменное белье, джинсы и толстовку. Больше ничего не влезает.

Друг брата с остервенением принимается таранить дверь. Щеколда ходит ходуном, как и мои нервы.

Застегиваю рюкзак и надеваю его на плечи. Глаза лихорадочно метаются по комнате, ища хоть какой-то выход из этой ловушки.

Тимур не унимается, продолжает выбивать дверь. Щеколда вот-вот сорвется.

Хватаю стеклянную вазу и прижимаюсь к стене возле двери. Руки трясутся от страха, и я крепче прижимаю вазу к себе, чтобы не выронить. Виски сдавливает тупая боль. На мгновение зажмуриваюсь:

– Я смогу! Другого выхода у меня нет.

Адреналин в крови набирает обороты и придаёт отчаянную уверенность.

Дверь с треском распахивается, и в комнату влетает разъярённый бугай. Не раздумывая, я со всей силы размахиваюсь и разбиваю вазу о его голову.

– Тварь! – он хватается за голову, а я, как ошпаренная, вылетаю из комнаты.

В коридоре на ходу вскакиваю в ботинки, срываю с вешалки куртку и выбегаю из квартиры.

Пулей спускаюсь вниз по лестнице, чудом не спотыкаясь. Топот сверху придаёт мне ускорение.

Распахиваю подъездную дверь и вылетаю на улицу, но не успеваю сделать и шагу, как спотыкаюсь и падаю на колени прямо в лужу, выставляя ладони вперед. Ледяная вода брызжет в лицо. Куртка отлетает в сторону.

От резкой боли в глазах темнеет. Колени и ладони жжёт огнём.

– Куда это ты собралась? – узнаю голос ещё одного дружка брата и тут же забываю о боли.

Вскакиваю на ноги и чувствую, как этот урод пытается меня схватить за плечо. Извернувшись, бью его ногой в пах. Он со стоном сгибается пополам, едва удерживаясь на ногах. Я хватаю куртку и бегу в сторону парка. Мысленно радуюсь, что ему не хватило ума схватиться за рюкзак.

Маневрирую между припаркованными машинами на стоянке, выбегаю на детскую площадку и пересекаю её. Перепрыгиваю через невысокое ограждение и со всех ног бегу к соседнему дому. Обогнув его, мчусь к перекрёстку.

Дыхание сбивается, а бок начинает противно покалывать. У проезжей части немного замедляюсь, чтобы отдышаться.

Заметив вдалеке две знакомые фигуры, ускоряюсь и, оглядываясь, бегу к пешеходному переходу.

Выбегаю на зебру, и в этот момент мимо меня с ревом проносится машина. От неожиданности я теряю равновесие и падаю на задницу.

– Чёрт! – морщусь от боли. – Да что за невезение!

Машина с визгом тормозит, и я боковым зрением вижу, как из неё выскакивает водитель.

– Ненормальная? – орет мужской голос. Парень это или мужик, не знаю. В его сторону даже не смотрю.

Молча поднимаюсь и уже собираюсь убежать, как вдруг меня хватают за рюкзак и резко дёргают назад.

– Тебя вообще смотреть по сторонам не учили? – меня разворачивают и хватают за локоть. – Лиза?

Поднимаю глаза и узнаю своего однокурсника. Он опускает взгляд и брезгливо меня осматривает, окончательно убеждаясь, что не просто так меня все в универе называют убогой мымрой.

Именно так я сейчас и выгляжу: пижама мокрая, грязная, рваная на коленях, а колени в кровавых ссадинах.

– Вон она!

В ужасе оборачиваюсь и вижу, как к нам приближаются друзья брата. Начинаю метаться, соображая, в какую сторону бежать, но железная хватка на моём локте не даёт сдвинуться с места.

– Кто это? – хмурится Самойлов, глядя за мою спину.

– Отпусти меня, – прошу я в панике.

– Держи её! – кричат эти уроды.

Самойлов переводит на меня удивленный взгляд.

– Ты им что, дорогу перебежала? – усмехается он.

– Ага, вот теперь боятся, что неудача их будет преследовать.

Друзья брата, схватившись за бока, замедляют шаг и уже не спеша идут к нам.

Смотрю на машину Самойлова, и в голову тут же приходит безумная идея.

– Поехали! – выворачиваю руку из его захвата и толкаю к машине.

– Куда?

– Подальше отсюда, – умоляюще смотрю на него.

– Ты не сядешь в мою машину в таком виде.

– Я потом тебе ее вымою, – хватаю его за ладонь и тяну к машине. Чувствую, как его ладонь слегка дёргается, словно от удара электрическим током. Самойлов опускает взгляд на наши сплетённые руки и хмурится.

– Куда собрались? – кричат эти придурки.

– Поехали! – топаю ногой.

– Я не собираюсь убегать, – выдёргивает ладонь и опускает руку вдоль туловища, сжимая и разжимая кулак.

– Ты дурак? Они тебя изобьют и ещё машину разобьют.

– За что? Им нужна ты, – насмешливо произносит он.

– Да пошел ты! – хочу уйти, но он снова хватает меня за локоть. – Отпусти! – верещу на всю улицу и бью его по руке.

– Успокойся! – встряхивает меня.

– Спасибо, дружище! – подбегают к нам друзья брата.

– Это моя сеструха, – Тимур хватает меня за другой локоть.

– Отпусти, урод! – пытаюсь выдернуть руку, но Тимур её сжимает ещё крепче, от чего я морщусь.

– И что же ты сделал, что она как ненормальная бежала от тебя? – Самойлов освобождает мою руку от его захвата и заводит меня за свою спину.

– Она мне чуть голову не разбила, – показывает на струйку крови, стекающую с головы по щеке.

– За что? – спокойно уточняет он.

– Это не твоё дело. Отойди, – Тимур приближается и нависает над ним.

– Понятно, – вздыхает тот. – Садись в машину, – говорит мне через плечо.

Повторять дважды мне не надо. Бегу к машине и запрыгиваю на переднее пассажирское сиденье.

Пытаюсь немного расслабиться, но при каждой попытке дрожь в теле только усиливается.

– Нужно было бежать в парк. Я только загнала себя в ловушку. Самойлов один с ними не справится.

– Урод, – слышу приглушенный вопль, а затем ещё один.

– Идиотка! Чего сидишь? Бежать надо! – в панике уговариваю себя. – Нет. Не могу же я бросить Самойлова, он ведь хотел помочь.

Пока я раздумывала, водительская дверь резко распахивается, и я от испуга хватаюсь за ручку двери, готовая в любую минуту бежать.

– Это я, – спокойно говорит Самойлов, заметив мою реакцию. Он садится в машину и качает головой, внимательно осматривая меня.

Я в панике оборачиваюсь и вижу, как друзья брата корчатся от боли, лежа на асфальте.

– Ну и чего мы стоим? – испуганно выдаю я, боясь, что они сейчас поднимутся и просто вытащат меня из салона.

Машина трогается с места, и я тихонько выдыхаю.

– Куда тебя отвезти? – он бросает быстрый взгляд на мои колени и морщится.

– Ты знаешь какой-нибудь хостел?

Самойлов приподнимает бровь и смотрит на меня как на умалишенную.

– Тебе мало проблем?

– Это лучше, чем вокзал, – снимаю рюкзак с плеч и прижимаю к себе, словно пытаюсь за ним спрятаться.

– Может, лучше в гостиницу?

– На неё у меня нет денег.

– Я оплачу, – почёсывает бровь.

– Слушай… – пытаюсь вспомнить, как его зовут.

– Демьян, – подсказывает он.

– Одна ночь меня не спасет. Завтра мне все равно придется искать новый ночлег.

– Понятно, – задумчиво тянет он.

Через две улицы Демьян паркуется у аптеки и поворачивается ко мне.

– Лиза-Лиза, – цокает языком и улыбается.

Округляю глаза, поворачивая к нему голову. Он узнал мое имя? В последнюю нашу встречу, когда он просил меня помочь ему "подтянуть" экономику, я спросила, как меня зовут. Он не угадал.

– Предлагаю друг другу помочь.

– И как ты можешь мне помочь? – с опаской уточняю я.

– Я предоставляю тебе ночлег, а ты поможешь мне "подтянуть" экономику, чтобы сдать экзамен на отлично.

– До сессии два месяца, и на это время ты предоставишь мне ночлег?

– Всё верно.

– И где этот ночлег?

– В моей квартире.

– Нет! – от возмущения повышаю голос.

– У меня две комнаты. Одна моя, другая будет твоей. За уборку и готовку буду платить.

– Я не буду жить с тобой в одной квартире!

– Ты считаешь, что лучше в хостеле или на вокзале?

Осматриваю себя и понимаю, что мне даже не на что купить новую одежду. Брат нашёл мою заначку и забрал все мои накопления. Возвращаться обратно я точно не собираюсь. Бросать универ или опять переводиться на последнем курсе тоже не выход. Друзей у меня нет.

Смотрю на Демьяна. За два месяца учебы я поняла, что он самый адекватный из мажорской компании. А на это у меня глаз наметан. Он никогда не называл меня убогой мымрой. Он просто делал вид, что меня не существует. И это вполне мне подходит.

– Я согласна.

– Отлично.

– Только пообещай, что не влюбишься в меня!

Его брови удивленно взлетают вверх. Мне даже кажется, что он ошарашен. Затем он медленно окидывает меня взглядом, потирая указательным пальцем кончик носа, едва сдерживая улыбку.

– Пообещай! – настаиваю я, наплевав на его насмешливое выражение лица.

– Обещаю не влюбляться!

Глава 2_Лиза

Мы подъезжаем к элитной многоэтажке, и моя уверенность в принятом решении угасает.

Согласиться жить с парнем, которого я едва знаю, – нужно быть полной дурой. На тех отморозков можно хотя бы заявить, а вот на мажора… не уверена. Могут ещё и виноватой сделать.

– Бежать собралась? – насмешливо спрашивает Демьян, припарковавшись у подъезда.

– Если честно, то да, – признаюсь я, потупив взгляд.

– Пошли. Не обижу, – заглушив двигатель, он забирает с заднего сиденья кожаную куртку, аптечный пакет и выходит из машины.

– Ладно, – торопливо вылезаю из салона, стараясь не отставать от Демьяна.

За спиной раздаётся сигнал, и от неожиданности я вздрагиваю.

– Это всего лишь сигнализация, – качает головой, распахивая передо мной дверь подъезда и пропуская меня вперёд.

Заходим в лифт, и я ахаю, увидев своё отражение в зеркале. Волосы взъерошены, от пучка ничего не осталось, а резинка болтается на кончиках волос. Толстый слой тонального крема перемешался с грязью и растёкся по лицу и шее.

– Десятый этаж, – уточняет Демьян, я в ответ едва заметно киваю.

В зеркале перевожу взгляд на своего нового соседа, который стоит за моей спиной, и сталкиваюсь с ним взглядом. И вместо того чтобы сразу отвести глаза, я немного прищуриваюсь, замечая, как его ореховый цвет глаз меняется с зеленого на карий с золотистыми вкраплениями.

Необычно. И завораживает.

Демьян первый прерывает наш зрительный контакт с едва заметной усмешкой. Затем брезгливо скользит взглядом по моему лицу и шее, отчего мне становится стыдно за свой внешний вид. Если бы не толстый слой тонального крема, он бы точно заметил мои пылающие щёки.

Хотя мне, должно быть, наплевать!

Развернувшись, я прислоняюсь плечом к стене кабины. Опускаю голову и рассматриваю свои черные ботинки в слое грязи, морщу нос от отвращения. Краем глаза улавливаю движение, исподлобья поднимаю взгляд и смотрю на Демьяна. Он тоже развернулся к створкам лифта, закинул голову вверх и разминает шею длинными, красивыми пальцами.

Невольно начинаю его рассматривать. В университете я не позволяла себе этого делать, чтобы избежать конфликта с одногруппницами.

Демьян высокий, спортивного телосложения. Волосы каштанового цвета, которые немного завиваются. Прямой нос и выразительные глаза. Острые скулы и лёгкая небритость, добавляет ему мужественности.

Он довольно привлекательный.

Сигнал лифта, сообщивший о прибытии на нужный этаж, заставляет меня оторвать взгляд от парня. От чертовски привлекательного парня. Мне кажется, я совершила ошибку, согласившись жить с ним на одной территории.

– Обувь у двери сними.

– Конечно, – закатываю глаза. Он думает, что я начну расхаживать по его квартире в грязной обуви? Не успев представить эту картину в своём воображении, застываю, рассматривая себя в глянцевом потолке. – Чёрт, – шиплю себе под нос. Теперь он точно увидит мои пылающие щёки даже сквозь слой тонального крема.

В квартире Демьян без лишних слов показывает, где моя комната, выделяет постельное бельё, полотенце и даже зубную щётку.

– Обработай раны, – протягивает мне пакет из аптеки.

– Спасибо, – забираю и застываю посреди комнаты, ожидая, пока он выйдет.

– Я в душ и спать. В холодильнике есть еда, – бросает он, направляясь к выходу.

– Подожди, – останавливаю его. – В универе никто не должен об этом знать. Мне не нужны проблемы.

– Хорошо, – равнодушно пожимает плечами и выходит из комнаты, прикрывая дверь.

– Фух. Вроде всё не так уж плохо, – выдыхаю с облегчением, осматриваюсь.

Комната большая и светлая. Окно выходит во двор. У стены стоит диван, напротив него – большой телевизор. В углу – шкаф. Ничего лишнего. Идеально. Вот только щеколды нет. Прикусываю губу и прислушиваюсь к своим ощущениям. Страха нет, и интуиция подсказывает, что он мне ничего не сделает. Но вот разум вопит обратное, призывая к бдительности и осторожности.

Поборов сомнения и доверившись внутреннему голосу, я бросаю рюкзак на диван. Достаю из пакета перекись, пластыри, заживляющую мазь и иду в ванную.

Тихонько приоткрыв дверь, я прислушиваюсь.

Тихо.

Заметив в конце коридора две двери, на цыпочках бегу к ним. Открываю первую – не то. Распахиваю вторую и вскрикиваю от испуга.

– Я что, такой страшный?

– Я не ожидала тебя здесь увидеть, – отворачиваюсь, стараясь не смотреть на соседа, пока он обертывает бёдра полотенцем. – И закрываться, видимо, тебя не учили?

– До сегодняшнего дня я жил один, и в этом не было необходимости. Просто по привычке не запер дверь . И я предупредил, что пошёл в душ.

– Я, видимо, прослушала. Прости.

– Можно пройти?

– Конечно, – посторонилась я.

Демьян выходит, а я, развернувшись вокруг своей оси, залетаю в ванную и захлопываю дверь на замок. Несколько раз дергаю за ручку, проверяя, закрыла дверь или нет.

– Точно ненормальная, – бубню, бросая полотенце на стиральную машинку.

Включив воду, смываю с себя всю грязь и кровь. Колени и ладони саднит неимоверно, но я терпеливо выдерживаю пытку, намыливая ссадины мылом и смывая оставшуюся грязь.

Затем встаю под теплые струи с головой, ощущая невероятное блаженство. Потянувшись к тюбикам на полке, я выругиваюсь сквозь зубы. Мой шампунь и маска для волос остались в квартире брата.

– Не мылом же мыть…

Хватаю с полки мужской шампунь и мою голову. В нос сразу проникает аромат грейпфрута с нотками кедра.

– Мне нравится.

Тщательно намыливаю лицо и встаю обратно под струи воды. Чувствую невероятное облегчение, словно смываю весь негатив за сегодняшний день.

После душа наношу мазь на раны и заклеиваю их пластырями.

– Вот блин, – рассматриваю свою рваную и грязную пижаму.

Недолго думая, закидываю её в стиральную машину и, одолжив у соседа немного порошка, запускаю её.

– Так, а в чём мне сегодня спать? – осматриваюсь и замечаю на крючке футболку Демьяна. – Ну не голой же мне спать, – убеждаю саму себя, натягивая на себя черную футболку. – Она уж точно чище моей пижамы.

Приоткрыв дверь, я выглядываю в коридор. Никого. Пулей долетаю до комнаты, застилаю постельное бельё, кладу телефон под подушку, ныряю под одеяло и накрываюсь с головой.

***

Просыпаюсь от сигнала будильника, доносящегося с пола. Перекатившись на живот, свисаю с дивана, нащупываю мобильник. Я так крепко спала, что даже не услышала, как он упал. Тычу пальцем в экран, отключая нарастающий сигнал. Затем фокусирую зрение, вглядываясь в экран, и с облегчением выдыхаю, не обнаруживая паутины трещин, расползающейся по стеклу. На новый экран денег точно нет.

Шесть утра. На удивление, чувствую себя бодрячком. Давно я не спала так спокойно.

Решаю долго не разлёживаться, нужно успеть уйти до пробуждения хозяина квартиры, чтобы не мозолить ему глаза. Сладко потянувшись, быстро поднимаюсь с дивана и иду в ванную.

Чищу зубы. Надеваю широкие джинсы, толстовку на два размера больше, завязываю на голове самый нелепый пучок и наношу на лицо толстый слой тонального крема, затем надеваю круглые очки.

– Пора в универ, убогая мымра.

Футболку Демьяна вешаю обратно, будто я её и не трогала.

Подхватив рюкзак, выхожу из ванной. В квартире царит тишина.

В коридоре прикладываю ухо к двери спальни. Тихо. Ушёл? Да и плевать.

– Блин, – жалобно тяну я, заметив на коврике возле двери свои грязные ботинки. – Не идти же мне в грязных!

Скидываю рюкзак на пол. Подхватываю ботинки и иду в ванную. Найдя в шкафу губку, тщательно мою их в раковине. Убрав всё за собой и убедившись, что не осталось ни единой улики о проделанной грязной работе в идеально чистой ванной комнате, возвращаюсь в коридор.

Надеваю ботинки и морщусь: – Мокрые.

Выбора нет. Придётся идти так. Одевшись, я тихо проворачиваю торчащий ключ в замке и распахиваю дверь. И тут меня осеняет:

– Я не могу оставить дверь открытой… А если его ограбят, пока он спит?… Он же на меня подумает…

Прикрыв дверь, резко разворачиваюсь и сдавленно вскрикиваю, испугавшись массивной фигуры за своей спиной. Демьян стоит в дверном проёме спальни, уперев руки в бока. Он смотрит на меня сонным взглядом, но в глазах читается удивление. Против воли, мои глаза начинают гулять по его обнажённому торсу, задерживаясь на поясе домашних брюк. Брови взлетают, когда замечаю чёткие линии косых мышц и кубики пресса.

– Сбегаешь? – доносится до моих ушей его хрипловатый голос.

– Не хотела тебя будить, – прикрываю глаза, стараясь развидеть увиденное. – Вовремя поняла, что не могу оставить дверь открытой.

– Понятно, – он делает шаг вперёд, проводя ладонью по волосам, и мой взгляд невольно возвращается к его обнаженному торсу.

– Мне пора, – сбивчиво бормочу я и выбегаю из квартиры.

– Лиза… – доносится в спину, но я уже вылетаю на чёрную лестницу, пулей сбегая вниз, забыв про лифт.

По дороге до университета, обдумываю, как мне забрать остальные вещи из квартиры брата. Мысль попросить Демьяна о помощи отметаю сразу. Он и так достаточно помог. Остаётся ехать самой.

До универа добираюсь на удивление быстро. Оказывается, Самойлов живёт совсем рядом, что невероятно радует.

Солгав охраннику, что не успеваю подготовиться к лекции, он, сжалившись, разрешил пройти в библиотеку. Найдя укромный уголок, усаживаюсь за стол и достаю свои записи, чтобы подготовиться к паре.

Время пролетает незаметно. Громкое урчание в животе напоминает, что я не ела уже почти сутки.

Нащупав в рюкзаке батончик, радуюсь как ребенок. Рву обертку и, блаженно прикрыв глаза, откусываю кусочек.

Внезапно возле меня опускается стаканчик, и в мой нос проникает аромат кофе. Резко вскидываю взгляд на рядом стоящую фигуру.

– Привет, – Лебедев, мой одногруппник и друг Самойлова, опускается на соседний стул. – С кофе батончик будет вкуснее, – ближе пододвигает ко мне стаканчик.

С раздражением закрываю конспекты и убираю их в рюкзак.

– Пошли со мной в кино? – вдруг предлагает он, а я на мгновение застываю.

– Что на кону? – поднимаюсь, перекидывая рюкзак через плечо.

– В смысле? – откидывается на спинку стула, расставляя ноги шире. – А, понял, – усмехается. – Никитина, не переживай, никто не хочет на тебя спорить.

– Тогда что тебе от меня нужно? – складываю руки на груди.

– У нас с тобой совместный проект по маркетингу.

– Я тебе уже сказала, что делать его за тебя не буду.

– Тогда мы его завалим, – скалится он.

– Я разделила материал на две части и одну из них тебе отдала. Просто подготовь её, а я, так уж и быть, соберу всё это воедино.

– Так не пойдёт, – цокает он.

– Твои проблемы. И да, я уже поставила преподавателя в известность.

– Слушай сюда, мымра, – вскакивает Лебедев, нависая надо мной.

– Макс, – окликает его знакомый голос.

Обернувшись, вижу, как к нам направляется Демьян.

Глава 3_Лиза

Пока Самойлов отвлёк внимание Лебедева, я огибаю внушительную фигуру и спешу на пару по менеджменту.

Как же я ненавижу этих высокомерных мажоров, уверенных в своей безнаказанности. Они считают, что если у их родителей толстые кошельки, то им всё можно. Даже не считают, а уверены в этом. Возомнили себя королями, хотя сами ещё ничего не добились в этой жизни.

Одна из первых захожу в аудиторию и занимаю место в первом ряду, за которым почти никто не сидит. Одногруппники стараются занять верхние ряды, наивно полагая, что там можно избежать внимания преподавателя.

Профессор Смирнов стоит на трибуне и ждёт, пока все студенты займут свои места. Лекции у профессора интересные. Он постоянно задаёт вопросы, провоцирует дискуссии, и, надо сказать, ему это удаётся на славу.

Достав из рюкзака конспекты и ручку, я устремляю взгляд на дверь, наблюдая, как студенты неспешно заходят в аудиторию, оживлённо обсуждая предстоящую новогоднюю вечеринку. Когда-то я также с предвкушением готовилась к таким вечеринкам. Но всё в этой жизни может измениться, если пойдёшь против того, кто имеет власть и деньги. И твоя привычная жизнь изменится буквально за сутки.

Последними в аудиторию заходят Лебедев и Самойлов. Лебедев, проходя мимо меня, скалится, а затем, перепрыгивая через ступеньки, занимает место в последнем ряду.

– Демьян, иди к нам! – кокетливо зовёт его Стоцкая.

Они вроде как встречались. Об этом я узнала случайно. Девочки в туалете очень громко обсуждали, как Стоцкая переживает разрыв с одним из самых популярных парней универа. И она, похоже, не теряет надежды его вернуть.

Самойлов, проигнорировав её, занимает место во втором ряду, практически за мной, что меня немного напрягает. Они с Лебедевым лучшие друзья и всегда сидят рядом на всех лекциях. Что сейчас изменилось?

Со звонком все студенты затихают, а профессор начинает лекцию.

– Вчера мы с вами изучили организационные структуры. Есть вопросы по данной теме? – обводит всех взглядом.

– Нет, – выкрикивают с задних рядов.

– Что ж, – хмыкает он. – Петренко, расскажите, какие бывают виды организационных структур и приведите примеры.

– Не успел подготовиться, Станислав Георгиевич.

Профессор, качая головой, ставит отметку в журнале, затем поднимает голову и обводит хмурым взглядом всех присутствующих.

– Елизавета, вы можете ответить на этот вопрос? – смотрит на меня поверх очков.

– Существует несколько основных видов организационных структур…. – начинаю я, стараясь говорить чётко и понятно.

По аудитории то и дело раздаются смешки и неуместные подколки. За два месяца я привыкла к таким провокациям, поэтому спокойно отвечаю на вопрос профессора.

– Очень хорошо, Елизавета! Прекрасный ответ, – хвалит он. – Демонстрируете глубокое понимание вопроса.

И в этот момент за спиной раздаётся голос Лебедева:

– Но, мне кажется, здесь есть неточность, – заявляет он.

Я стискиваю зубы, изо всех сил стараясь не обернуться. Не доставлю ему такого удовольствия.

– Убог…

По аудитории прокатывается взрыв хохота.

Я же сжимаю изо всех сил ручку, стараясь не реагировать на прозвище.

– Тихо, – гремит профессор.

– Простите. Никитина говорила о дивизиональной структуре, но, насколько я знаю, у них скорее функциональная структура с элементами дивизиональной.

Чувствую, как кровь прилила к лицу. Лебедев! Решил придраться. Подозреваю, он делает это специально. Мстит за то, что я отказалась делать проект за нас двоих.

Но прежде, чем я успела что-либо возразить, за спиной раздаётся голос Демьяна:

– Я думаю, она права, говоря о дивизиональной структуре. У них есть функциональные отделы, основная организационная единица – это дивизион, отвечающий за определенный регион или группу продуктов. Функциональные отделы поддерживают эти дивизионы, но не определяют общую структуру управления.

– Вы правы, Самойлов, – соглашается профессор. – Дивизиональный принцип является ключевым, особенно если учитывать их глобальную деятельность.

Лебедев замолкает, и в аудитории повисает тишина. Встревать, смеяться и отпускать шуточки в сторону Самойлова никто не осмеливается.

– Советую брать пример с этой парочки и так же готовиться к лекциям.

– Они не парочка, – вклинивается Стоцкая.

Качаю головой, пряча улыбку. Если ей кто-то доверит управление, она точно разорит компанию.

– Стоцкая, вам бы лучше учебе больше времени уделять, а то воспринимаете всё буквально и не там, где это необходимо.