Бесовки

Из соседней комнаты донёсся голос Дианы:

— Если освободишь, Белиал тебе ещё и повесит. Он, похоже, любит обустраивать чужие квартиры.

Селена повернулась к дверному проёму.

— С чего ты взяла?

Диана стояла возле открытого шкафа и рассматривала небольшую шкатулку.

— С того, как он у тебя распоряжался сумкой в машине. Вид у него был вполне хозяйский.

Селена подошла ближе.

— Он сегодня, пока я спала, убрался у меня дома. Всё вымыл, одежду сложил, книги переставил. Я проснулась и сначала даже обрадовалась.

Афина сидела перед сейфом. Она подняла голову.

— Почему сначала?

— Потому что потом начала искать свои вещи там, где оставила. А у них, оказывается, теперь другие места.

Белиал прислонился плечом к дверному косяку.

— Мы уже договорились, что в следующий раз я спрошу.

— Вот именно, — сказала Селена. — Я люблю порядок, в котором сама понимаю, что где лежит.

Диана открыла шкатулку. На светлой подкладке лежали золотые украшения. Она приподняла цепочку, посмотрела на неё и бережно опустила обратно.

— А мне ужин приготовили.

Афина на секунду замерла, затем повернулась.

— Кто?

Диана посмотрела на Асмодея.

— Думаешь, у меня за день ещё кто-то появился?

Селена усмехнулась и взяла шкатулку из её рук.

— И как ужин?

— Вкусный. Я проснулась от запаха, пришла на кухню, а там уже тарелки стоят. Он даже салфетки нашёл.

— Ты рассказывала об этом с меньшим раздражением, когда ела, — заметил Асмодей.

— Сейчас я тоже вполне довольна. Просто пытаюсь понять, почему вы так быстро освоились.

Маммон стоял возле Афины. Услышав разговор, он посмотрел на неё.

Она почувствовала его взгляд и подняла голову.

— Да, мне тоже помогли. Шкаф починил. Теперь дверца закрывается ровно.

Диана рассмеялась.

— Получается, утром мы их одели, а к вечеру у нас ужин, уборка и ремонт.

— Главное, чтобы сейчас тоже пригодились, — сказала Афина. — И дайте мне закончить. Я вас слушаю и отвлекаюсь.

Селена передала шкатулку Белиалу и вернулась в коридор. По дороге остановилась возле другой картины, внимательно рассмотрела её и провела пальцами по нижнему краю рамы.

— Эту тоже заберём.

Белиал подошёл с украшениями в руках.

— Тебе достаточно одного взгляда?

— Иногда достаточно, чтобы понять, стоит ли смотреть дальше. Здесь стоит.

Она повернулась к следующей двери и заглянула внутрь.

За ней оказалась гардеробная.

На открытых полках стояли сумки: большие и маленькие, строгие и яркие. Некоторые — в тканевых мешках, другие — в отдельных ячейках. На уровне глаз Селены находилась светлая Birkin с дымчато-серыми переходами по крокодиловой коже.

— Девочки, идите сюда.

Диана появилась в дверях.

— Что нашла?

Селена осторожно взяла сумку за ручки.

— Это Himalaya.

— Вижу, что сумок много. Почему у тебя такой голос?

— Потому что я до сегодняшнего дня такую в руках не держала.

Она рассматривала кожу и фурнитуру с открытым, почти детским восторгом.

— Эту тоже собираешься продать? — спросил Белиал.

Селена прижала сумку к себе.

— С этой я ещё решу.

— Уже решила. По тебе видно, — сказала Диана.

На соседней полке стояла Kelly Picnic с плетёным корпусом и кожаным верхом. Селена потянулась к ней свободной рукой.

— Блядь, здесь ещё и эта. Ты понимаешь, что это за коллекция?

— Начинаю понимать, что мы здесь задержимся.

Афина остановилась в дверях.

— Сколько ты собираешься взять?

— Я пока смотрю.

— Ты уже держишь две.

— Потому что здесь есть на что смотреть.

— Селена, мы знаем, зачем приехали. Сумки — очень заметные вещи. Ты потом будешь ходить с чужой коллекционной вещью и делать вид, что так и было?

— Я сейчас вообще не думаю, куда с ней пойду. Оставить её здесь у меня рука не поднимется.

— Вот это меня и беспокоит. У тебя оценщик закончился, осталась женщина перед шкафом.

Диана рассмеялась.

— Ты сначала посмотри на верхнюю полку, потом смейся, — сказала Селена.

Там стояла небольшая серебристая сумочка в форме пакета молока.

— Это тоже сумка?

— Chanel Lait de Coco. Да, это сумка. И её я тоже возьму.

— Она тебе зачем? — спросил Белиал.

— Потому что мне нравится.

— А две предыдущие?

Селена повернулась к нему.

— Они мне тоже нравятся. По-разному. Одну я хочу потому, что она редкая и красивая. Другую потому, что представляю её с платьем. Эту потому, что она совершенно сумасшедшая. Мне обязательно выбрать одну причину на все сумки?

Он протянул руки.

— Давай сюда. Тебе уже трудно показывать остальные.

Она отдала ему Birkin и Kelly Picnic, сняла с полки серебристую Chanel и передала следом.

— Вы собираетесь забрать всю стену? — спросил Асмодей, появляясь за спиной Дианы.

— Они пытаются меня отговорить, — объяснила Селена.

Диана сняла с полки чёрную сумку на цепочке и приложила к себе перед зеркалом.

— Ты тоже? — спросила Афина.

— Я просто посмотрела.

— Тебе подходит, — тут же сказала Селена. — Бери, потом разберёмся.

— Сейчас у каждой появится по пять личных причин.

Маммон остановился рядом с Афиной.

— Ты против самой коллекции или против того, что они хотят оставить её себе?

— Я против того, чтобы мы забыли, где находимся.

— Пока ты с ними споришь, времени проходит ещё больше.

Она несколько секунд смотрела на него.

— Хорошо. Возьмите то, что выбрали, и заканчиваем.

Селена тут же повернулась к стеллажу. На дальней полке стояла жёлто-чёрная сумка в форме тыквы.

— Только не говори, что ты всегда о ней мечтала, — попросила Диана.

— Это Louis Vuitton с Яёи Кусамой.

— Я услышала название. Мне интересно, сколько у тебя рук.

Селена сняла сумку и повернулась к мужчинам.

— Для этого мы и взяли помощников.

У сейфа Маммон остался рядом с Афиной. Вскоре дверца открылась: внутри лежали плотные пачки денег и небольшие футляры. Афина позвала Диану.

Та пришла с чёрной сумкой через плечо.

— Уже носишь?

— Освободила руки. Что у тебя?

Афина отодвинулась. Диана заглянула в сейф, и улыбка уступила место деловому, внимательному выражению.

— Вот это уже хорошо.

Афина открыла один из футляров, посмотрела на камни.

— Позови Селену. Пусть проверит украшения, пока ещё помнит, зачем сюда пришла.

Первую сумку с деньгами она передала Маммону.

— Ты наконец довольна? — спросил он.

— Была бы ещё довольнее, если бы всё это уже лежало в машине.

Маммон исчез.

Афина застыла с футляром в руке. На месте мужчины теперь была видна стена.

— Диана.

— Я видела.

Он появился снова, уже с пустыми руками.

— Где сумка? — спросила Афина.

— В бусе.

— Ты перенёс её вместе с собой?

— Ты сказала, что хотела бы видеть её в машине. Я отнёс.

Диана позвала Селену. Та пришла с жёлто-чёрной тыквой; за ней шёл Белиал с тремя сумками из гардеробной.

— Он только что исчез с деньгами, — сказала Афина. — Всё уже в бусе.

Селена повернулась к Белиалу.

— Ты тоже так можешь?

— Могу.

— Тогда отнеси их, пожалуйста. Только поставь аккуратно.

— С какой заботой ты сейчас это сказала.

— Потому что они дорогие. И я очень хочу увидеть их целыми.

Белиал исчез вместе с сумками. Селена резко вдохнула. Диана смотрела на то место, где он стоял.

— Каждый раз всё равно странно.

— Зато полезно, — сказала Афина.

Вернувшемуся Белиалу Селена отдала тыкву и оглянулась на гардеробную.

— Даже не начинай, — предупредила Афина.

— Я ничего ещё не сказала.

— У тебя лицо уже всё сказало.

Асмодей предложил помощь Диане. Она сняла чёрную сумку с плеча.

— Эта отдельно. Селена начнёт перекладывать всё по-своему, потом я её не найду.

— Полчаса назад ты над ней смеялась, — напомнила Афина.

— Я и сейчас могу посмеяться. Сумка от этого хуже не станет.

Теперь дело пошло быстрее. Афина разбирала содержимое сейфа, Диана складывала украшения. Селена проверяла их и возвращалась к картинам. Мужчины принимали добычу и исчезали, чтобы через несколько мгновений появиться снова.

Когда Белиал снял первое полотно, Селена придержала раму.

— Осторожнее. Лучше взять вот здесь.

Он поправил ладони.

— Ты с вещами разговариваешь мягче, чем со мной.

— Вещи хотя бы отвечают на вопросы о своём происхождении. По ним можно что-то понять.

Белиал улыбнулся. Селена встретила его взгляд и на секунду забыла о картине. Потом он исчез, оставив её возле пустой стены.

— После этого заканчиваем, — сказала Афина, передавая Маммону оставшиеся вещи.

— Я ещё одну картину покажу.

— Ты можешь сразу сказать, что собираешься оставить в этой квартире?

— Мебель. У Дианы и так тесно.

Асмодей рассмеялся. Афина пыталась сохранить серьёзное лицо, но тоже улыбнулась.

* * *

У буса Селена первой открыла боковую дверь. Внутри лежали сумки с деньгами и ценностями, отдельно стояли картины. Коллекция занимала заметную часть оставшегося места. Селена забралась в салон и принялась её осматривать.

Афина остановилась возле водительской двери.

— Ты мог сразу сказать, что умеешь переносить вещи, — обратилась она к Маммону.

— Ты могла спросить.

— Теперь я понимаю, сколько ещё придётся спрашивать.

— У нас достаточно времени.

Диана устроилась впереди с чёрной Chanel на коленях. Афина посмотрела на неё, потом в зеркало на Селену.

— Утром мы считали, сколько потратили им на футболки.

— Хорошо, что всё-таки купили, — ответила Диана.

Мужчины расселись; Селена освободила для Белиала место рядом с собой. Когда бус тронулся, она придержала коллекционные сумки.

— И всё-таки хорошо, что Диана оставила себе зеркало.

Диана посмотрела на Афину.

— Запомни эту фразу. Особенно когда в следующий раз захочешь сказать, что всё надо сразу продавать.

К Диане вернулись ночью. Мужчины перенесли добычу из буса в квартиру. Картины поставили у стены, футляры с украшениями — на стол; сумки заняли кресло и часть дивана.

— Наличку делим сейчас, — сказала Афина. — С остальным разберёмся отдельно.

Она выложила деньги. Диана села напротив, Селена задержалась у кресла.

— Сумка подождёт, — позвала Афина. — Деньги сами себя не посчитают.

Мужчины расположились рядом. Подруги работали молча, изредка уточняя подсчёты. Белиал наблюдал за Селеной.

— Ради сумок ты радовалась гораздо громче.

— Потому что деньги я в руках уже держала. А такие сумки — впервые.

— И сколько собираешься оставить себе?

— Я пока выбираю. Ты торопишь меня с решением, которое требует внимания.

— Главное, чтобы после твоего выбора нам осталось что делить, — сказала Диана.

Когда наличные распределили, Афина отодвинула свою долю.

— Всё. Теперь домой.

Селена посмотрела на кресло.

— Сумки остаются здесь, — предупредила Диана. — Завтра решим, что дальше.

— Я могла бы забрать хотя бы одну.

— Ты возьмёшь одну, потом вспомнишь про вторую и опять полезешь перебирать коллекцию. Оставь до завтра.

— Только аккуратно с ними.

— Я собираюсь спать, а не устраивать показ мод.

Белиал подал Селене её собственную сумку. Она убрала деньги и пошла в прихожую. Афина тоже забрала свою долю.

— Завтра созвонимся. Раньше обеда я человеком себя чувствовать не буду.

Маммон вышел вместе с ней.

Когда гости ушли, Диана оглядела комнату. Картины у стены, украшения на столе, дорогие сумки на кресле. Асмодей остановился рядом.

— Теперь ты довольна нашей помощью?

Она посмотрела на него, потом на свою долю денег.

— Сегодня вы действительно пригодились.

Он улыбнулся. Диана собрала деньги.

— Остальное обсудим после сна. Я уже второй раз за сутки ложусь с ощущением, что у меня в квартире слишком много всего произошло.

Глава 5

Утром Диана включила телевизор, пока на кухне готовился кофе. С чашкой она прошла в гостиную и остановилась возле кресла. При дневном свете коллекция выглядела ещё красивее. Диана взяла чёрную Chanel и провела пальцем по краю застёжки.

По телевизору говорили о городских событиях. Она слушала вполуха, пока не прозвучало слово «коллекция». На экране появилась фотография знакомой гардеробной.

Диана поставила чашку на стол.

— Асмодей.

Он вышел из кухни. Она прибавила громкость.

— В числе похищенного — редкие коллекционные сумки Hermès, Chanel и Louis Vuitton, драгоценности, наличные деньги и произведения искусства, — рассказывала ведущая. — Квартира принадлежит Элеоноре Валье, которая собирала коллекцию на протяжении многих лет.

На экране показали светлую Birkin. Такая же стояла в кресле рядом с Дианой.

— Что случилось? — спросил Асмодей.

Она подняла руку, призывая его послушать. Фотографии сменились записью с камеры у входа в дом. Диана сразу узнала Афину: чёрный спортивный костюм, капюшон, привычное движение плечом. Рядом шла Селена, за ней — она сама.

Следом появились мужчины. Даже на зернистой записи были заметны высокий рост, широкие плечи и облегающие футболки. У одного рука на мгновение оказалась ближе к камере, и на коже проступили тёмные линии татуировок.

Диана опустилась на край дивана. Изображение остановили как раз тогда, когда все трое оказались рядом.

— Из-за ракурса камеры чётких изображений лиц получить пока не удалось, — продолжила ведущая. — Особое внимание следствия привлекли трое мужчин высокого роста и атлетического телосложения. На открытых участках рук видны татуировки. Полиция просит связаться со следствием всех, кто мог видеть этих людей или располагает сведениями об их местонахождении. Проверяются возможные связи с городскими спортивными клубами.

Асмодей с интересом рассматривал собственное изображение.

— Меня здесь трудно узнать.

— Тебя вчера утром две соседки рассматривали с головы до ног. Вместе с Маммоном и Белиалом. Вы вышли из моего подъезда босиком и в полотенцах, помнишь?

— Помню.

— Так вот, они тоже помнят. Особенно после такого сюжета.

Запись возобновилась. Теперь шестеро выходили из дома.

— Камеры зафиксировали их уход с пустыми руками. Каким образом из квартиры была вынесена объёмная коллекция и остальные ценности, ещё предстоит выяснить.

Диана закрыла глаза ладонью. Потом взяла телефон и набрала Селену.

— Если ты решила позвать меня разбирать сумки прямо сейчас, дай хотя бы проснуться.

— Включи новости. Показывают нашу вчерашнюю квартиру. И нас у входа.

— Лица видно?

— Толком нет. Зато мужчин видно прекрасно. Сейчас добавлю Афину.

Та ответила сонным, раздражённым голосом:

— Что случилось? Мы же собирались позже.

— Включай телевизор, — сказала Селена. — По новостям показывают квартиру.

Из телефона донёсся голос ведущей, затем ругань Афины. Диана смотрела на Асмодея: он стоял возле дивана в той самой футболке, в которой попал на запись.

— Белиал рядом со мной, — сказала Селена. — Смотрю на него и на экран — мне даже лицо для сравнения не нужно. А сумки тоже показали?

— Твою любимую крупным планом. Теперь она известнее нас всех вместе взятых.

Селена выругалась.

— Надо встретиться, — решила Афина. — По телефону сейчас только друг друга накрутим.

* * *

Афина приехала первой, с Маммоном. Через несколько минут в дверь позвонили Селена и Белиал.

— Это уже в интернете, — сообщила Селена с порога. — Люди обсуждают, как можно вынести столько вещей с пустыми руками.

Диана выключила телевизор. Слушать сюжет ещё раз она не могла. Мужчины устроились на диване, Селена освободила от сумок кресло. Афина осталась возле стола.

— Давайте перестанем наводить суету. Если их задержат, они там сидеть не будут. Исчезнут и вернутся сюда, как вчера с лестницы.

— Прекрасно, — сказала Диана. — Они вернутся сюда, а потом сюда придут за нами. Ты об этом подумала?

— Я говорю, что за них переживать бессмысленно.

— Я за себя переживаю, — вмешалась Селена. — Нас видели вместе.

— А у меня посреди комнаты стоит коллекция Элеоноры Валье, — добавила Диана.

— Ты говоришь так, будто мы собираемся тебя бросить, — заметил Асмодей.

— Я как раз пытаюсь понять, как вас отсюда убрать.

— Мы уже проверяли этот способ.

Диана стиснула пульт.

— Тогда, может, вас просто сдать? Сказать, что вы появились у меня дома, приволокли всё это и устроились на диване.

— И отдельно объяснить, почему мы покупали им одежду и вчера приехали в ту квартиру вместе, — сказала Селена. — Диана, мы уже связаны с ними.

Белиал наклонился вперёд.

— Вы сами позвали нас. Каждая увидела своего суженого.

— Ты возвращаешься к этому слову, словно оно всё объясняет. Мы гадали ради развлечения. Никто не представлял, что утром придётся покупать вам штаны, а на следующий день смотреть ваши фотографии в новостях.

— Но моё отношение к тебе от этого не изменилось. Я останусь рядом.

Маммон посмотрел на Афину.

— И я останусь с тобой. Даже если вы решите уехать.

— Уехать из города, — произнесла она. — Это выход.

— Куда? — спросила Селена. — Снять жильё на несколько дней, потом ещё на несколько? Я только начала жить так, как мне удобно.

— Деньги у нас есть.

— У меня и квартира есть. Я её бросать не собиралась.

Диана села на край стула. Она тоже не собиралась никуда уезжать. Вчера утром ей казалось, что главная проблема — накормить этих троих.

Маммон повернулся к Асмодею. Тот едва заметно улыбнулся.

— Если вопрос в деньгах, — сказал Маммон, — их можно принести столько, сколько потребуется для другого жилья.

— Откуда принести? — спросила Афина.

— Из банка.

Селена выпрямилась в кресле.

— Ты сейчас серьёзно? — Диана посмотрела на Маммона, потом на Асмодея.

— Ночью мы втроём появимся в хранилище. Скажете, какой банк, и объясните, сколько денег вам нужно. Одну сумку, две. Принесём, а дальше выберете место, где хотите жить.

— Ты предлагаешь нам ограбить банк? — уточнила Афина.

— Я предлагаю вам остаться дома. Мы сходим сами.

— Это займёт немного времени, — добавил Белиал.

— Насколько немного? — спросила Диана.

— Минут десять–двадцать, — ответил Маммон. — Зависит от того, сколько захотите взять.

Диана посмотрела на свою остывшую чашку. Он предлагал принести деньги из банка за время, которое она обычно тратила на кофе.

Афина повернулась к подругам.

— Нам нужно поговорить.

На кухне Селена дождалась, пока закроется дверь.

— Если они принесут пару миллионов, нам вообще больше не придётся этим заниматься. Можно купить жильё, спокойно жить, выбирать, чем заниматься. Я устала думать, насколько удачным окажется следующее дело.

Афина села за стол.

— Мне тоже хочется хотя бы однажды планировать жизнь дальше ближайших расходов.

— А мужчины? — спросила Диана. — Они собираются ехать с нами.

— Они и сейчас с нами. Мы уже пытались от них избавиться. Переезд сам по себе ничего не изменит.

Селена посмотрела на дверь.

— Честно? Я уже предпочту Белиала на своём диване и деньги на новую жизнь, чем Белиала на своём диване и необходимость продолжать воровать.

Диана рассмеялась, но быстро стала серьёзной.

— Они уже собирались жить большой семьёй. Мы действительно будем все жить вместе?

— Дом обсудим отдельно, — ответила Афина. — Сейчас они предлагают деньги.

— Меня больше интересует, выполнят ли они обещанное, — сказала Селена.

Диана вспомнила вчерашний ужин, потом — как Асмодей принимал у неё вещи и исчезал с ними.

— До этого выполняли.

— Значит, пусть выполнят и это. Мы сами туда не пойдём.

Селена села напротив Афины.

— Можно вообще улететь. Я давно хочу пожить где-нибудь без постоянной мысли о следующем деле.

— Я сейчас не готова выбирать страну, — сказала Диана. — Мне достаточно нормального жилья и возможности спокойно пожить.

— Тогда договариваемся, — подвела итог Афина. — Сумма, которая позволит начать заново. И без обещаний прямо сегодня поселиться всем в одном доме.

— Маммон уже наверняка считает, что это решено.

— Маммон многое считает решённым. Ему ещё предстоит привыкнуть, что я тоже участвую в разговоре.

Когда они вернулись в гостиную, Афина остановилась перед мужчинами.

— Мы согласны. Нам нужна сумма, которой хватит на жильё и спокойную жизнь. Пара миллионов.

— Это можно устроить, — ответил Маммон.

— Ты даже не задумался, — заметила Селена.

— Вы назвали сумму. Что именно я должен обдумывать?

Диана почувствовала возбуждение, почти такое же, как вчера при виде денег в сейфе. Только теперь речь шла о совсем другой жизни.

— И ещё одно, — сказала она. — Мы пока не выбирали общий дом.

— С домом определимся позже, — согласился Асмодей. — Сейчас достаточно решить, что вы готовы уехать.

— Если всё получится, готовы, — ответила Афина.

Белиал посмотрел на Селену.

— А ещё утром вы хотели нас выгнать.

— Утром вы были тремя мужчинами, из-за которых у нас появились проблемы. Сейчас предложили помочь их решить. Естественно, разговор изменился.

— Рад, что ты это признаёшь.

— Я и дальше буду говорить прямо. Поэтому обещание про десять–двадцать минут тоже запомнила.

— Сегодня ночью принесём вам деньги, — сказал Маммон.

Он говорил с той же уверенностью, с какой вчера вечером объяснил Афине, что дверца шкафа теперь будет держаться.

* * *

К десяти вечера подруги собрались у Дианы с вещами. Дорожные сумки стояли возле двери. Деньги от вчерашнего дела снова сложили вместе с драгоценностями; картины прислонили к стене. Селена проверяла, как упакована коллекция из гардеробной.

— Мы переезжаем на двести километров, — сказала Афина, — а ты собираешь их так, будто они поедут через всю страну на крыше.

— Я хочу приехать и увидеть их в том же состоянии. Мы столько разговаривали, прежде чем ты разрешила их взять, что теперь я каждую довезу лично.

— Я разрешила? Ты уже нагрузила ими Белиала, когда решила спросить наше мнение.

— Значит, всё сложилось удачно.

Диана вышла из спальни с охапкой чулок. Асмодей подался вперёд.

— Ты опять решила нас переодеть?

— Я решила сделать хоть что-нибудь с вашими физиономиями. В прошлый раз лица на записи были плохо видны. В следующий раз может повезти меньше.

Маммон посмотрел на тонкую ткань.

— И это должно помочь?

— Хотя бы немного изменить то, что увидит камера, — ответила Афина. — Ваши плечи мы уже никуда деть не можем.

Через несколько минут трое стояли посреди гостиной с чулками на головах. Обрезанные части закрывали руки поверх татуировок. Диана отступила, рассматривая Асмодея: ткань прижала ему нос и потянула брови. Он терпеливо ждал её оценки.

У Селены дрогнули губы. Она отвернулась, но плечи уже тряслись.

— Ты можешь хотя бы сейчас вести себя серьёзно? — спросила Афина.

Селена обернулась и увидела Маммона. Его борода расплющилась под чулком, а выражение лица стало таким суровым, что она согнулась от смеха. Диана зажала рот ладонью. Афина тоже рассмеялась, хотя ещё секунду назад собиралась ругаться.

— Мы выглядим достаточно убедительно? — спросил Белиал.

— Для чего именно? Для спокойной жизни со мной ты сейчас выглядишь сомнительно.

Асмодей поправил чулок.

— Диана, ты довольна результатом?

Она вытерла выступившие слёзы.

— Я довольна, что хотя бы несколько минут могу смеяться. Всё, идите уже, пока я опять не начала думать о последствиях.

— Вернитесь быстро, — сказала Афина. — Мы заканчиваем сборы, потом сразу уезжаем.

— Всё будет так, как договорились, — ответил Маммон.

Мужчины взяли две большие пустые сумки. Селена перестала улыбаться. Предложение, которое они весь день обсуждали почти отвлечённо, вдруг стало совершенно настоящим.

— Вы действительно собираетесь принести их полными?

— Ты ведь хочешь, чтобы денег хватило на новую жизнь, — сказал Белиал.

Она кивнула. Асмодей задержал взгляд на Диане.

— Скоро вернёмся.

Через мгновение место перед диваном опустело. Диана всё ещё смотрела туда, где он стоял.

— Я каждый раз думаю, что уже привыкла.

Афина проверила время.

— Давайте заканчивать. Потом будем привыкать в другом городе.

Первые несколько минут они занимались вещами. Селена закрыла последние сумки, Афина убрала документы, Диана прошла по квартире, проверяя, всё ли взяла. В гостиной она снова посмотрела на часы.

— Сколько прошло?

— Ты спрашивала две минуты назад, — ответила Афина.

— Я помню, когда спрашивала. Мне интересно, сколько сейчас.