Ни минуты больше

В ожидании Леры время тянется как жвачка, но, завидев ее издалека, понимаю, что поговорить не получится и в этот раз – она не одна. А свидетели такого разговора нам не нужны. Может, дождаться окончания ее обеда? Понимаю, что это гон какой-то, я как одержимый, просто пялюсь на ее силуэт, уезжать не хочется вот совсем. Но и стоять тут весь день – это уже лишнее. Меняю место дислокации, паркуясь прямо напротив кафе, в которое она зашла. Зачем? Дебил, блин. Девчонка же ясно сказала, что не хочет говорить. А мне даже просто видеть ее – уже в кайф. Спустя какое-то время она выходит с коллегой из кафе, а мне как раз звонит Миша, наш специалист из службы безопасности. Черт, я же ему так и не дал отбой по поиску. Ну тогда послушаем, что он накопал на мою Леру. Слушаю Мишу, а сам смотрю на мою девочку в упор. Она замечает, видит меня, но почти сразу отворачивается. Вредина.

Зато я узнаю от Миши ее адрес, новый, кстати. Надеюсь, она там не с Пашей живет? Такой информации у Миши, конечно, нет. Ну хоть не замужем официально, уже хорошо. Хотя о себе не могу сказать того же. Какая-то информация об отце. Отце? Она никогда не говорила об отце. Но в принципе, логично, у всех есть отцы. Он просто не жил с ними в последние годы, судя по информации от безопасников. Еще информация о работе, вот это я и без вас уже знаю, ребята. Но все равно спасибо. И все. Больше информации нет. В сомнительных организациях замечена не была, налоги платит исправно, прямо-таки белая и пушистая моя Лера. Всегда такой была – правильной до мозга костей. Но это и зацепило меня три года назад. Чистая и правильная девочка. И даже ложка дегтя, что она сама подлила, когда согласилась за деньги со мной, меня не смущает. Может, смутила бы раньше, но сейчас я в курсе причин такого ее решения.

Надо только в самое ближайшее время добиться развода. Я с Риткой уже больше года не общался. Где она вообще сейчас? Вроде в последний раз звонила из Новой Зеландии. Девку несет по полной, конечно. И этот дебильный брачный контракт, который составили без меня, пока я валялся на больничной койке два месяца, обязывает меня пять лет с ней мучиться. Ее отец решил, что я смогу держать его распутную дочурку в узде? Как же он просчитался. Надо подключить лучших юристов, поискать лазейки в брачном контракте. Меня эта история уже достала. Да и отец что-то не торопится, как я погляжу, застраивать полученные от Громова земли. Короче, надо заняться вплотную этой мутной историей.

Набираю отца, и, убедившись, что он сейчас в офисе, направляюсь к нему.

- Ну что, уболтал этого пройдоху на проект? – Отец пожимает мне руку и просит секретаршу сделать нам кофе.

- Пока все по плану.

- Не знаю, Матвей, стоило ли связываться с ним. Мы с ним не на самой приятной ноте распрощались. Мало ли, как он может вывернуть ваше сотрудничество в свою пользу.

Отец стал ко мне более лоялен, когда я, закончив магистратуру в Германии, занялся там строительством. Даже как-то зауважал, что ли. Впрочем, белее мягок он стал еще тогда, когда им с матерью сообщили, что я, наконец, вышел из комы после аварии. Видимо, страх смерти близкого помогает переосмыслить некоторые моменты. Сейчас отец до сих пор старается помочь мне советом, но порой лезет, когда я его об этом не прошу. Но и я стараюсь быть с ним сдержанным. Он просто хочет быть полезным мне, я это понимаю теперь. Вообще после аварии я на многие ценности в жизни взглянул по-новому. И родители – одна из тех ценностей, что важны в первую очередь.

- Буду на чеку, па. Не волнуйся. Договор я состряпал качественный. Мои юристы долго трудились.

- Немецкие хоть юристы?

- Конечно. Гарантия качества, - поднял я указательный палец вверх в шутливом тоне.

- Ладно. А сейчас-то что приехал? – Отец улыбнулся и перевел тему.

- А что там по Громовским землям, хотел узнать.

- А что по ним? – Отец делает вид, что не понимает.

- А то, что ты так стремился их поскорее застроить, а теперь они простаивают уже три года.

- Да там ситуация мутная. Земли эти в федеральной собственности, как оказалось. Наебал нас, получается, Алексей, мать его, Степанович. Как бы я ни пыжился, не могу ничего с ними сделать. Я и так и этак пробовал. Все свои связи поднял.

- Вон оно как. Хитер мужик, - задумчиво потираю я висок. Черт, опять башка разболелась. - Ну тогда можно и контракт брачный пересмотреть. Пусть забирает себе эти земли вместе с Ритой нахрен. А то мне эта женитьба уже поперек горла.

- Да уж, наворотили мы тогда дел сгоряча. - Отец опускает голову, признавая свою ошибку. - Громов этот еще поторапливал, хотел поскорее от земли избавиться, видимо. А я и рад был, уши развесил. Ладно, подключу юристов наших, посмотрим, что можно сделать. Где хоть твоя женушка-то сейчас?

- А я знаю? Больше года ее не видел, не слышал. Надеюсь, жива хоть, – пожал я плечами.

Отец только усмехнулся и стал звонить начальнику юридической службы. Пора заканчивать этот затянувшийся спектакль.

Вечером мне позвонил Илья, предлагая зависнуть где-нибудь в баре. Собственно, почему бы и нет.

Наведался в свою старую квартиру, принял душ и выдвинулся к другу на такси. Бар предполагает алкоголь, а я до сих пор не пью за рулем принципиально. Впрочем, в прошлый раз от аварии меня это не уберегло.

Пялюсь в окно с пассажирского кресла. Город мало изменился за время моего отсутствия. Надо же, как раз проезжаем то самое место, чуть не ставшее для меня отправной точкой в мир иной. Это была последняя локация, которую я помню в этом городе. Потом меня прямо из больницы транспортировали самолетом в Германию, где я восстанавливался после комы. Так приложился головой, что какое-то время даже ходить и говорить не мог. Не долго, с месяц где-то восстанавливались все функции, но мне и этого хватило, чтобы кое-что переосмыслить в жизни. Как минимум, начать ценить жизнь и близких людей.

Ну а после реабилитации я там и остался. Громов настаивал на свадьбе, поэтому Рита радостно прискакала в Германию. Всё, как она и хотела - уехала из этого города и из страны вообще. Больше мы в Россию с тех пор не возвращались. Ни порознь, ни вместе. Хотя, вместе-то мы и не были. Она тут же уехала колесить по Европе, свободная от отцовского поводка, а я вплотную ушел в работу и учебу в магистратуре. Так бы и жил там, наверное, если бы не этот проект. Лишь иногда, когда шрам на виске давал о себе знать болью, я непроизвольно окунался в прошлое, вспоминая Леру, то, как обидел ее и то, как мне было хорошо и комфортно с ней рядом, хоть и очень недолго. Вспоминались и наши перепалки, и наша близость. И мой косяк тоже вспоминался.

Тогда я думал, судьба свела нас очень резко и так же резко развела. Может, это всего лишь эпизод из жизни, чтобы вынести какой-то урок и жить дальше? Но почему-то неосознанно тянулся к девушкам с похожей внешностью, не в силах вырвать из памяти образ Леры. Да что уж себя обманывать, в Германии достаточно именитых архитекторов, можно было не заморачиваться с этой поездкой в родной город. Но я уцепился за возможность, за призрачный шанс найти ее. И как бы я себя ни обманывал, что невероятно занят делами, краем сознания я понимал, что все равно буду ее искать. Как минимум для того, чтобы закрыть гештальт: извиниться, объясниться, удостовериться, что у нее все хорошо.

- Ну и как, удостоверился? - Усмехается Илья, слушая мой рассказ. Я повторил ему при встрече примерно все то, что прогонял в голове по пути в бар. Мы опрокинули еще по шоту.

- Угу, - киваю ему, и смотрю в сторону барной стойки, откуда на меня вот уже минут десять пялится какая-то мадам, уверенная в своей сногсшибательности и демонстрирующая свое откровенное декольте. А я смотрю на нее ровно и даже как-то отстраненно. Мне не интересно. В мыслях другая. И она никогда не демонстрировала свои прелести всем окружающим, хотя уж я-то знаю, что там есть, на что посмотреть.

- И что теперь будешь делать? В Германию с собой повезешь? Или здесь корни пустишь? Я так понял, девчонка не то что бы рада тебя видеть, - хохочет засранец.

- Не решил еще. Мне бы сначала ее лояльность заполучить. А то она будто готова каждую минуту на меня с кулаками броситься. Но я не сдаюсь, дружище, - салютую Илье новой порцией шотов. - Ты-то как? Я уж думал, женат давно.

- Да брось. У нас с тобой ситуации чем-то похожи. Запала мне в душу только одна, а я ее просрал по глупости. Может помнишь Катю? В кафе у матери работала бариста? Тачку еще мне расхерачила когда-то, дура дикая.

- Внешне смутно помню, но в целом припоминаю. Нервы тебе мотала знатно. Я думал, ты ее пошлешь.

- Я тоже так думал. Но как-то вышло не по привычному сценарию и зацепило. Обычно ж я первый сливался, а тут она заартачилась. Ну меня и вынесло. Пока с ней был, такой лютой эйфорией накрывало, наверное, выглядел как счастливый идиот, улыбка до ушей. А потом мать вмешалась. И Катя моя резко пропала. Мария Сергеевна говорит, что Катя сама предпочла материны деньги мне и уехала. С трудом верится, зная Катю. Но имеем что имеем, как говорится. Больше я ее не видел.

- А почему Мария Сергеевна? Официально-то как, - отметил я эту странность в его рассказе.

- Я с тех пор с ней только в таком формате и общаюсь. Не сошлись мы с ней во взглядах на жизнь. Я и с ней-то с тех пор виделся пару раз от силы. Не хочу ее видеть, Мот.

- Серьезно, бро. Ну ты не руби с плеча-то. Мать у тебя одна. У Лерки вон, нет больше матери, не думаю, что она по этому поводу не печалится.

- Да понимаю я все. Но вот не могу я через эту обиду перешагнуть пока, понимаешь? - Илья по ходу разговора приговорил уже шотов пятнадцать и едва мог связно высказываться, а на этой фразе так вообще стал бить себя в грудь, как заправский алкаш со стажем. Быстро же его накрыло. Да и ситуация эта его подкосила знатно, походу, раз он так напивается. Не замечал за ним раньше такого.

Посидев еще немного и отметив, что друг уже лыко не вяжет, я подбил его ехать домой, а не искать приключений на пьяную жопу. Тем не менее, та мадам, что два часа периодически не сводила с меня глаз, умудрилась всучить мне салфетку со своим номером. Поддерживая друга под плечо, чтобы он не расстелился прямо в баре, я свободной рукой развернул эту невероятно ценную вещь и, узнав, что девушку зовут Лерой, демонстративно бросил салфетку в урну.

У меня уже есть Лера.

Глава 8

Лера

Две недели пролетели почти незаметно. И за все это время Матвей меня действительно больше не беспокоил. Видела его краем глаза всего пару раз, но он общался исключительно с Пашей, приезжал спонтанно, уезжал незаметно. Я же работала с утра до позднего вечера над проектом, забывая порой поесть. Странно, я этого не замечала, зато другие были предельно внимательны к моему здоровью.

Особенно Олег, о котором в разговоре как-то упоминала Вика. Олег работает с нами уже год, и Паша его очень ценит. Правда, со мной у него ни разу не было совместного проекта. Может быть, поэтому он вдруг так активизировался в плане внимания к моей скромной персоне – я, вроде как, для него темная лошадка? Но не думаю, что он стал бы наблюдать, что и когда я ем, если бы ему на это кто-то не указывал. И подозреваю, что этот кто-то – моя чудесная подруга Вика, так волнующаяся за мою личную жизнь. Точнее, переживающая из-за ее отсутствия. Тем более, что я не раз уже за последние две недели замечала ее шушукающейся с Олегом то в комнате отдыха, то в курилке, хотя она не курит.

- Доброе утро, Лер! – Бодрым голосом поприветствовал меня Олег, нависая надо мной со стаканчиком кофе и крафтовым пакетом, источавшим дивный аромат свежей сдобы. - Могу поспорить, кто-то опять не позавтракал. Угадал?

Олег поставил на мой стол свои дары, а сам присел на свободный стул рядом. Вообще-то на этот стул я всегда складываю документацию, но сегодня, как назло, он был пуст.

И вот, с одной стороны, принять кофе от Олега – вроде как принять его ухаживания, а я этого делать не собиралась. А с другой стороны – желудок предательски дал знать о том, что я действительно не позавтракала и, может быть, даже не пообедаю сегодня, а он бы этого очень хотел. Поэтому я, скрепя сердце и скрипя зубами, приняла щедрое угощение от Олега.

- Спасибо, Олег. Я что-то в последнее время совсем заработалась. А ты? – Киваю я на пакет со сдобой. - Может быть тоже голоден? Я и за один только кофе уже благодарна.

- Нет, спасибо, я не завтракаю обычно.

- Почему? Это же вредно.

- Сказала та, что сама забыла, когда ела в последний раз, - парировал Олег.

- Ну, это временно. Вообще-то я нормально питаюсь. Когда не цейтнот.

- Ну тогда тебе срочно нужно организовать отдых и вкусный ужин. Тем более пятница сегодня. Могу составить тебе компанию за ужином. Ты как? Не против?

Это он меня сейчас так витиевато на свидание, типа, позвал?

- Поужинать? – Уточнила я. Вдруг пропустила какую-то часть его бравады.

- Со мной, - кивком головы подтвердил Олег.

- Ох, - я растерялась. Идти вот вообще не хотелось.

- Давай, я дам тебе знать чуть позже? Просто меня сегодня отец звал поужинать с его семьей, я уже сказала, что приду. Но если что-то изменится, я тебе сообщу, ладно? – Нагло вру и даже не краснею. По крайней мере, мне эта причина кажется убедительной.

Но Олег, похоже, меня раскусил. Он усмехнулся и поднялся со стула.

- Я тебя понял. Но если что – я буду рад провести с тобой время.

Какой смелый. Напористый мужик. Или, скорее, парень еще. Он лишь на пару лет старше меня, насколько я знаю. Ух и получит у меня Вика, когда подвернется мне под руку. Сводница чертова.

И только я, решительно настроенная высказать Вике все, что думаю по этому поводу, встаю из-за стола, как дорогу мне преграждает никто иной, как Градов собственной персоной.

Сегодня что, приемный день? Ему-то что нужно?

- Привет, - с мягкими интонациями здоровается этот дьявол. – Как продвигается работа?

- Привет, - нехотя здороваюсь в ответ и поджимаю губы. Нет смысла в официальном приветствии, поблизости никого нет. – Я все результаты передаю Павлу, у него и уточняй. У нас был уговор.

- Я помню. Просто не знаю, с чего начать разговор, - Матвей потирает шею, словно волнуется. Волнуется? Он? Тысячу раз «ха»! Он никогда не волнуется.

- О чем тогда разговор? – Понимаю, что мне лучше закончить беседу с ним и ретироваться, но что-то меня не отпускает.

Я даже знаю, что именно. Его взгляд, его рука, в привычном жесте поправляющая челку, его голос. Надо признаться уже самой себе, я скучала по всему этому. И, в конце концов, я тоже живой человек, у меня есть эмоции, потребности, желания. И сейчас в глубине души я желаю не отпускать этого дьявола, а еще лучше – прижаться к нему, как когда-то в его кабинете после приема инвесторов. Но одно дело – признаться в этом самой себе и тайно хранить свои желания в самом отдаленном уголке сознания, и совсем другое дело – дать понять этому эгоистичному мужчине, чего я хочу. Не дождется.

- В прошлый раз ты дала понять, что не хотела говорить со мной на тот момент. Я дал тебе время, Лера. Две недели – достаточный срок, чтобы остыть и поговорить на холодную голову. Поэтому сегодня после работы я тебя забираю. – Матвей говорит так уверенно, словно это дело уже решенное.

- Куда забираешь? – Растерялась я от такого напора.

- В ресторан для начала. Поужинаем, поговорим, обсудим, что делать дальше.

- А что нам делать дальше? Проект закончится, ты уедешь в свою Германию, скатертью дорожка. Не нужно ворошить прошлое, Матвей.

- Давай не здесь? Вот это вот все и обсудим за ужином.

И снова он командует. Бесит. А мне на ум приходит другая идея. Не дождется он от меня совместного ужина. И разговора этого, который только душу мне окончательно разбередит.

- Извини, но сегодня никак не получится, - пожимаю плечами в извиняющемся жесте. – Сегодня я занята. У меня свидание.

И на весь офис обращаюсь к Олегу:

- Олег, во сколько?

- В семь! – Тут же отзывается довольный Олег.

- Договорились! – Все так же на весь офис отвечаю я, показывая ему жест «окей».

Лицо Градова при этом выглядело мертвой маской. Такое отрешенное и непоколебимое. Но я-то помню, что за этой маской он, как правило, скрывает массу неоднозначных эмоций. Может, даже хочет меня придушить.

- Очаровательно, - почти по слогам произносит он сквозь зубы, а затем кладет на мой стол визитку с номером телефона. – Это мой личный сотовый. Как будешь готова – позвони.

А затем молча разворачивается и уходит, не попрощавшись.

Еще одна моя маленькая победа. Вот только почему-то мне от этого не радостно. В какую игру я играю? Не переиграть бы саму себя. Еще и Олега приплела, теперь и с ним нужно как-то решать вопрос. Соскочить со свидания уже не получится, это неприлично, как минимум. Да и он не сделал мне ничего плохого, чтобы так его обижать. Ну что ж, схожу с ним вечером поужинать, а дальше как-нибудь сольюсь.

* * * * *

Олег ждал меня в своей машине на парковке у здания офиса, когда я, отложив чертежи, увидела, что на часах уже начало восьмого. В офисе я снова осталась последней. Выйдя из здания, уже было подумала, что Олег не стал меня дожидаться и уехал, решил, что я его продинамила. Но внезапно его автомобиль остановился у самой лестницы, а Олег вышел из машины и открыл мне пассажирскую дверцу. Какой галантный.

- Спасибо, - поблагодарила я, садясь в машину. – Извини, что задержалась. Не смотрю на время, когда есть вдохновение.

Олег лишь улыбнулся одним краем губ и процитировал Грибоедова.

- Счастливые часов не наблюдают, да? Ты явно счастлива в своей работе. Это и есть твоя любовь, как я понимаю?

- Ну, примерно так. За неимением прочего, видимо, - зачем-то разоткровенничалась я. Ну зачем ему знать, что мое сердце свободно? Еще подумает, что я на что-то намекаю. Поэтому я постаралась перевести тему. – Хорошо, что ты на машине. А моя вот сейчас в сервисе. Приходится пока пешком походить. Мне не впервой, конечно, на общественном транспорте, но как-то уже привыкла к своему Гольфику.

- А я все думал, почему твоей машины не видно на парковке. Что с ней? – Попался на мою уловку Олег, как и все мужчины, предпочитающий говорить больше о машинах, чем о любви.

- Да идиот какой-то не смотрит на дорогу. – Кто конкретно этот идиот, Олегу знать не обязательно. – Въехал в меня, пока я пешехода пропускала. Хорошо хоть, что человек не пострадал, успел перебежать. Ну а у меня смятый задний бампер, - развожу я руками.

- Сама-то не пострадала? – Проявил Олег участие. Кстати, а вот Градов в той ситуации даже не поинтересовался, как я. Только пялился на меня во все глаза. Может, сам приложился там у себя в своем танке (внедорожнике) обо что-нибудь? Контузило беднягу.

- Я в порядке, спасибо. Куда мы едем? – Вновь перевела тему, потому что та мелкая авария невольно у меня ассоциируется с Градовым, а думать о нем – вредно для моей психики.

- В мексиканский ресторан. - Он сказал какое-то название, но я не то, что выговорить его не смогла, даже запомнить. - Любишь мексиканскую кухню?

- Да я ее особо и не пробовала. - Растерялась я. Вот деревня. Что я вообще знаю о мексиканской кухне? - Буррито, например, считается мексиканской кухней? Правда ела я его в какой-то забегаловке. Наверное, это не считается.

- Это мексиканская кухня, да. Так что зачтем, - со смехом отозвался Олег.

В ресторане Олег заказал нам - внимание – уши слона! Вот тут я слегка опешила. Да что там, я просто офигела! Я не планировала есть уши слона. Эти большие и добрые животные не заслужили быть съеденными, даже частично. Но когда я поведала о своих переживаниях на сей счет Олегу, он натурально заржал. А я почувствовала себя дурой. В этом его цель – выставить меня посмешищем? Потому что я, судя по его реакции, явно чего-то не догоняла.

- Расслабься, Лера. Никто не будет есть слонов. Это просто название блюда. Свинина, приготовленная особым образом. Или к этим животным у тебя тоже особое отношение? – Все еще посмеиваясь, пояснил мне мой спутник. А я еще больше почувствовала себя идиоткой. Могла бы сначала уточнить, а не высказывать свои мысли так сразу.

- Рада, что повеселила тебя, - обиделась я.

- Ну прости. Это я виноват, надо было сразу тебя предупредить. Не обижайся. Хотя нет, можешь пообижаться немного, - добавил он после извинений, в упор смотря на мое лицо. – Ты знаешь, что, когда обижаешься, у тебя губки становятся еще пухлее? Поразительное зрелище.

Олег так плотоядно сверлил меня взглядом, что стало не по себе. Я смутилась. К счастью, нам принесли эти самые «уши слона», и Олег отвлекся на еду, перестав на меня таращиться. А мне от его взгляда кусок в горло не лез. И, как бы я ни старалась распробовать блюдо, не смогла осилить и половину порции. Олегу я объяснила это тем, что в принципе мало ем, он ведь не знает, что, когда голодна, я способна съесть и в два раза больше.

Мы еще немного посидели и поговорили о пустяках, но я чувствовала себя на этом ужине главным блюдом, поэтому, сославшись на усталость, попросила отвезти меня домой.

- Ну, домой так домой, - Олег посмотрел на меня каким-то пронизывающим взглядом и согласно кивнул.

Уже сидя в машине, в какой-то момент я поняла, что мы едем не ко мне домой, хотя адрес я и назвала.

- Олег, а куда мы едем? – Не преминула я спросить, пока в груди начало зарождаться нехорошее предчувствие.

- Домой. – Спокойным тоном ответил Олег, не отрывая взгляда от дороги.

А мы тем временем уже выехали на загородную трассу. Вот это уже совсем нехорошо.

- К кому домой? – Тихо уточнила я.

- Ко мне, конечно. Ты же не уточнила в ресторане, к кому домой ты предлагаешь ехать. Я принял решение за двоих, - простодушно пожимает он плечами. - Я живу за городом, не люблю тесноту многоэтажек, предпочитаю жить в собственном доме, - говорит это как ни в чем не бывало.

- А зачем мы едем к тебе? Я же назвала свой адрес, когда мы сели в машину. – Вкрадчиво продолжила допытываться я.

- Лер, ну ты же большая девочка. Мужчина пригласил тебя на ужин, довез до места, оплатил этот ужин. Женщина должна быть благодарна, разве нет? Ты не считаешь, что должна меня поблагодарить? – Все так же спокойно продолжил мой спутник. А у меня мурашки поползли от страха и неприязни. Вот такого поворота я не ожидала.

- Эээ, спасибо, Олег. Ну вот, поблагодарила. Высади меня, пожалуйста. Если ты считаешь, что я должна была оплатить свою часть счета, мог бы сказать, я не против разделить счет. Могу перевести деньги прямо сейчас. Сколько я должна?

Олег молчал.

А вот я молчать больше не могла.

- Выпусти меня немедленно! – Резко заорала я так, что Олег от неожиданности дернул руль и машина вильнула по дороге. К счастью, нас не занесло.

- Ты что орешь, больная? – Разозлился этот маньяк.

- Останови машину, Олег! Немедленно! – Я никак не могла совладать с паникой. – Я никуда с тобой не поеду. Я сейчас находу выскочу, понятно? – Стала угрожать я, вцепившись в дверную ручку и давая понять, что полна решимости исполнить задуманное.

- Идиотка, блядь. – Видно, что Олег был на взводе, но тем не менее, затормозил на обочине дороги. – Выметайся, чокнутая!

Я воспользовалась шансом и поскорее покинула теплый автомобиль.

- Никто бы тебя не тронул без твоего согласия, истеричка, - бросил он напоследок и резко стартанул с места, оставляя за собой клубы пыли и брызги гравия с обочины.

А я осталась одна, ночью, на пустой трассе. В тонких брючках и легкой куртке. Сегодня еще на улице, как назло, резко похолодало, как и предупреждали метеослужбы. Но разве я могла предположить с утра, когда собиралась на работу, что мне придется встретить холодную ночь где-то вдалеке от города?

Конечно, трасса была не такой уж и пустой, туда-сюда сновали еще редкие автомобили, зачастую довольно дорогие, потому что дорога эта вела в элитные поселки. Но вряд ли кто-то остановится, видя на обочине одинокую продрогшую девушку, а если и остановится, еще не факт, что стоит садиться в такую машину.

Нужно срочно вызывать такси, пока я тут не околела, вот только почему-то геолокация тупила, а таксисты все как один не спешили ехать не пойми куда. Их, конечно, можно понять. Но что мне-то делать? Пальцы рук замерзли так, что я уже не попадала по кнопкам телефона.