Кадота: Остров отверженных

От мрачного подтекста в его взгляде у меня по спине побежали мурашки. Но я продолжала оставаться невозмутимой, что, похоже, еще больше забавляло мужчину, когда он, с насмешкой, направился к террасе, чтобы взять металлическую кружку с чем-то темным и пахучим. Было любопытно, что же там так усердно выводят на дощечках другие старейшины, сидевшие неподалеку.

Седоволосый мужчина оперативно подключил остальных старейшин лагеря к просмотру моих отборочных. Женщина, которая насмехалась надо мной до этого, сделалась еще мрачнее.

- Не принимай это на свой счет, девочка. Ида ничего против тебя не держит. Просто в ее планы входило, что следующим новичком здесь будет именно мужчина. Притом обязательно статный и в ее вкусе! - шепнул мне Лев и громко расхохотался, видя мое замешательство, отчего все вокруг уставились на нас в недоумении.

Пока мы шли к очередному тренировочному полю, находившемуся неподалеку от дома старейшин, они с нескрываемым недовольством сразу же уселись на бревно, служившее скамьей для наблюдателей, а один из них ворчливо произнес: - Не слишком ли много зрителей для одного человека?

Лев отреагировал: - Да. Мы могли бы просто выгнать ее к чертям собачьим и сидеть на своих теплых местечках и дальше. Но раз уж мы были на ее месте дюжину лет назад, а теперь удостоились чести быть старейшинами лагеря и принимать все решения. Вам всем, мать вашу, лучше исполнять свои обязанности!!! А это включает в себя обеспечение справедливых отборочных даже для одного человека! - его слова рикошетом отразились от близлежащего леса и породили мертвую тишину. Мое уважение к нему, к его принципиальности, возросло в этот момент.

Пятеро присутствующих старейшин, на их лицах застыли гримасы вины и безмолвного согласия, повернулись, чтобы взглянуть на меня по-другому. Но это заставило меня содрогнуться еще сильнее.

Я приготовился к тому, что произойдет, - едкий привкус страха теперь смешивался со странным предвкушением.

- Мы испытываем каждого новичка одинаково. У нас в ИСЕ одиннадцать секций, поэтому тебя будут проверять одиннадцатью пробами на пригодность к одной из них. - монотонно пояснил Лев, помогая устанавливать какое-то неизвестное мне и чудное на вид оборудование, напоминающее доску для дартса, но только крупнее.

Я предстала перед рядом тренировочных манекенов, которые выкатили передо мной двое старейшин, вспотевшие пальцы скользили по деревянной рукояти уже третьего ножа.

Прицелившись, я прошептала тихую молитву, как учила меня мама, и метнула оружие в цель.

Оно пронеслось по воздуху по изящной дуге, а потом... упало, вонзившись в пыльную землю даже с такого ничтожного расстояния.

Пристроившись на краю мишенного поля, загорелый от знойного солнца один из старейшин следил за происходящим, с досадой покачивая седеющей головой.

- Ясно как день. Совершенно точно не файтер и не охотник! - заявил он осипшим голосом.

"За оставшиеся девять секций еще можно побороться!" - подумал я, поджав губы.

Затем начался так называемый "оценочный процесс" для менее важных секций, как я уже поняла из их предыдущих диалогов.

Это было похоже на вихревой тур по всем возможным задачам, которые мог предложить этот лагерь: проверка моих навыков в стрельбе из лука по березовому стволу, кузнечное ремесло по металлу, карабканье по высохшим деревьям у них на площадке, разбивка палаток из одних только тряпок и палок, расшифровка потертых топографических карт и проверка элементарных знаний в области медицины.

Они могли бы просто спросить меня о всех этих умениях, но по какой-то причине я была обязана пройти через этот унизительный ритуал, который выяснил, что я не гожусь ни на какую роль в этом лагере.

Старейшины осматривали и проверяли меня со всех сторон, даже дали мне иглу и палатку для штопанья. Я посмотрела на предметы круглыми глазами, и они тут же отобрали их. Наверное, побоялись, что я выкину что-нибудь с острой иглой. Например, выколю им глаза за то, что они промучили меня все эти несколько часов.

Оставалось пять секций из одиннадцати.

Каждая моя попытка была встречена с разной степенью неудачи, о возможности которой я даже и не подозревала.

По мере того как часы шли, мое безысходное положение углублялось. Оно смешивалось с усталостью, просачивающейся в каждую клеточку тела, заставляя меня сомневаться в своем намерении искать приюта в этом лагере.

В последних попытках найти мне место кто-то из старейшин стал расспрашивать меня об основах кулинарии, сельскохозяйственных ремеслах и даже интересоваться, есть ли у меня знания о ловле рыбы. Я ощущала, как разочарование просачивается в их лицах каждый раз, когда я качала головой.

Обветренное лицо Льва выглядело на редкость мрачным, когда он смотрел на меня.

- Прости, девочка. Но, кажется... - его слова прозвучали резче обычного.

Однако его фраза осталась незавершенной, прерванная звонким свистом.

На наших глазах вдалеке появилась группа молодых ребят в рубашках цвета хаки. Их атлетически сложенные, поджарые силуэты пересекали равнину неподалеку.

Наблюдая за их передвижением, за шелестом деревьев, я будто заново обрела силы.

- Я неплохо бегаю! Могу поспорить, что смогу обогнать любого в вашем лагере! - выпалила я, чувствуя, как сила моего заявления придает мне уверенности. Реплика пронеслась в тишине, как налетевший порыв ветра, прорвав нерасположение старейшин.

Лев воззрился на меня, от удивления его мимику перекосило сочувствием. Никто мне не поверил. Конечно.

Мужчина взглянул на своих товарищей.

Пять лиц отображали ответную озадаченность.

- Прежде чем делать столь смелые заявления, тебе нужно это доказать. - возразил один из них, - рыжебородый мужчина с россыпью веснушек на носу.

Жестом он подозвал к себе одного из проходящих атлетов, и тот молниеносно двинулся сквозь толпу к нам.

Юноша, которого окликнули, резко затормозил перед нами, поднимая облако пыли.

Долговязый, тёмно-русый, с чуть кривоватым носом, наверняка когда-то сломанным.

- Это Ян, он в пятерке лучших бегунов из полусотни. - рыжебородый подкрепил свое представление кивком в сторону парня. Его лицо приобрело гримасу ехидности, когда он произнес: - Эй, тут у нас одна девочка заявляет, что способна оставить твою задницу в пыли, Ян! Как насчет небольшой гонки?

Глаза Яна округлились, и атлет настороженно присмотрелся ко мне, в его взгляде сквозило неверие и воинственность. Из-за бесцеремонного пересказа моих слов рыжебородый превратил их в удар по его достоинству.

- Я... постараюсь, конечно, - вымолвила я, переводя взгляд со старейшин, которые явно получали удовлетворение от происходящего.

Ян смерил меня сардонической усмешкой.

- Ну что ж, посмотрим.

Парень жестом указал в сторону импровизированного трека.

Надменная ухмылка промелькнула на бесцветном лице, когда он поманил меня за собой.

Мы миновали группу бегунов, сгрудившихся в ожидании, и каждая пара глаз сверлила нас, жадно вглядываясь в зарождающееся соперничество.

Ропот толпы был взбудоражен: "Чо происходит? В чем прикол?" - осведомился кто-то из них.

- Одна провальная затея, - процедил Ян, и его злорадная ухмылка разрослась, стоило ему взглянуть на меня. - Лгуньи, которая возомнила, что может превзойти лучших из лучших.

Коллективное ликование его соратников усилило мое напряжение, и тут Лев, выпрямившись на возвышении, вмешался, чтобы усмирить ревущую толпу.

- Тишина!!! Захлопните рты! - прогремел его бас над зеваками. Вы двое, займите беговые позиции! - гаркнул он на нас.

Как только я заняла исходную точку, мир вокруг меня словно размылся. Остались только две параллельные дорожки, уходящие в далекий хвойный лес, и Ян, замерший в нескольких сантиметрах от меня, его мышцы напряжены, взгляд сфокусирован.

Я практически не заметила его приближения, когда он чуть склонился к моему уху.

- Приготовься к самому быстрому поражению в твоей жизни, дура.

Файтеры

Раздался звук хлопушки, похожий на клич внеземного зверя, при этом Ян сразу же вырвался вперед, уверенный в себе и проворный, как мстительная фурия.

Не успев толком сориентироваться, я запнулась на старте, но сумела вовремя опомниться - здесь не было места оплошностям. В голове раздался приятный голос Макса: "Выживает тот, кто может перебороть себя".

Я рванула вперед, превозмогая накопившуюся усталость, минуя оживленную тренировочную площадку, где какие-то группки людей стали оборачиваться на нас, чтобы рассмотреть столь нехарактерное зрелище.

Чувствуя на себе коллективные взгляды случайных зрителей, я постаралась не думать о них и полностью посвятить себя бегу. Моему бегу. Такому же как и в пустыне, только легче, ибо под ногами нет раскаленного и замедляющего скорость песка, а легкие не обжигает при резком вздохе.

Выровняв дыхание, я не сразу заметила, как стремительно прибавила в скорости: мимо меня пролетали кедровые стволы и секционные домики, словно я была скакуном в галопе.

За минуту мне удалось нагнать Яна, в его глазах вспыхнуло ярое раздражение, когда он искоса глянул на меня. Мы пронеслись мимо открытой кухонной зоны бок о бок.

И тут совершенно внезапно его локоть со всей силы впечатался прямо мне в бок, отчего я потеряла контроль и, спотыкаясь, устремилась навстречу пылающему кострищу. В голове пронеслось множество вариантов предотвращения столкновения с пеклом. В долю секунды я решилась на смелую импровизацию.

Оттолкнувшись от близлежащего бревна, используя его в качестве трамплина, я взлетела над костром, - языки пламени жадно облизали мои лодыжки. Послышался коллективный вздох смотрящих на это со стороны.

С огромным трудом я вновь набираю обороты в разгоне и вскоре оказываюсь наравне с Яном.

Кривясь, бегун прорычал что-то невнятное себе под нос. Он уже мчался к победе, считая, что покончил со мной. Но, стиснув зубы и подавляя вспышку боли в боку, я показательно задела его плечом и рванула вперед еще быстрее.

Он пошатнулся, на какое-то мгновение пошатнувшись от неожиданного сопротивления. Задыхаясь, парень разразился залпом отборных ругательств, сдобренных ядом в каждом слове.

К моменту, когда я достигла финишной черты, Лев оказался единственным очевидцем, встретившим меня изумленной донельзя ухмылкой.

Упираясь руками в колени, я судорожно пыталась отдышаться, в то время как Ян появился на финише всего несколькими секундами позже, - его раскрасневшаяся физиономия была перекошена от бешенства.

Мое сердце лихорадочно билось, а рубашка неприятно липла к потной спине. Я привалилась к пню, вытирая рот тыльной стороной ладони.

Лев окинул меня взглядом, его кобальтово-голубые глаза искрились редким чувством признания.

- Поздравляю!!! - его звонкий баритон эхом разнесся по поляне. - Другие старейшины, как видишь, свалили. Не верили в твою победу, новенькая. А я верил! Я увидел в тебе полное отчаяние. И это... - он скользнул взглядом по моему лицу, - самая существенная вещь, чтобы выжить на этом Острове. Впрочем, у тебя уже есть несколько приемчиков в рукаве, не так ли? Не многие тут могут похвастаться, что провели несколько ночей за третьим забором и остались при этом в здравом уме и невредимы.

Его огромная ладонь хлопнула меня по плечу с чересчур бурным энтузиазмом.

Позади нас послышался хруст листьев, - Ян подошел ближе, его осунувшееся лицо блестело от пота и болезненного напряжения.

- Она смухлевала, Лев! - воскликнул он, тыча в меня пальцем, - Девка оттолкнула меня локтем у финишной черты! Я бы несомненно выиграл, если бы не это!

Я стиснула челюсти, утратив дар речи в попытке сдержать бурлящую во мне ярость.

Лев нахмурил брови.

- ...Это правда?

Я уже хотела возразить, как вдруг позади нас раздался бодрый женский голос: - Чистейшая херня!!

Все обернулись на спешащую к нам женщину.

У нее были вороненно-черные волосы до плеч, пронзительные ониксовые глаза и слегка загорелая кожа - ее осанка говорила об уверенности, особенно если отметить ее пышную грудь, испещренную замысловатой татуировкой. По-моему, это был шанс на первого возможного союзника.

- Этот брехливый неадекват буквально на наших глазах толкнул девчонку в костер рядом с походной кухней! Представляешь, Лев, каким надо быть паскудой, чтобы нагло врать прямо тебе в лицо? - в ее тоне прозвучала тяжелая доля обвинения, нацеленного четко на Яна.

Лев выглядел явно опешившим. Его взгляд упал обратно на бегуна, который сердито пожевывал нижнюю губу, находясь на грани истерики.

- Да пошло все на хер! Пошла ты к черту!!! - прошипел парень, сплевывая на землю у моих ног. - Я не подписывался на это сраное шоу, Лев! - рыкнул Ян, уносясь прочь.

Как только фигура бегуна исчезла, старейшина глубоко выдохнул.

- Ну... Что ж. Спасибо, Мия, - мужчина обратился к моей спасительнице с широкой улыбкой. - Кстати, это твоя новая соседка по комнате! Помоги ей освоиться. Она наш новый бегун. Дерзай, новенькая! Я передам Аде, чтобы принесла тебе комплект для новичков и что за проигрыш она должна мне кружку пива! Хе-хе-хе!!! - Лев приветливо махнул рукой и последовал по следам Яна.

Мия медленно поворачивается ко мне, расплываясь в очаровательной лукавой улыбке с протянутой рукой.

- Что ж... Добро пожаловать в секцию бегунов, девчуля! С новым именем уже определилась?

- Ди... Меня зовут Ди.

...Никогда не оставляй надежду. Как только она исчезнет, - считай, что все пропало. - Дневник Макса...

Мия привела меня к пункту, который теперь станет моим новым домом - секция бегунов в двадцати минутах ходьбы по восточной стороне ИСА. Место, где среди всей чуждости прослеживалась поразительная схожесть с местом для охотников в Зете, - территория лагеря, оборудованная специально для бегунов - слева располагались секции целителей и скалолазов, а справа - дремучий лес.

Вид у секции был весьма живописный - просторный двор, опоясанный высокими елями. Неподалеку стояли пять деревянных хижин, а чуть поодаль - еще шесть, обращенных в другую сторону. Крыши насыщенного зеленого цвета приветливо смотрелись на фоне деревьев.

Куда не взгляни, можно было обнаружить следы пребывания тут атлетов. Импровизированные турники, закрепленные между ветвями, всевозможные приспособления для тренировок, разбросанные по округе. В центре секции располагалась костровая зона, располагающая к проведению досуга. Я с любопытством рассматривала все подряд.

- Рада, что тебе здесь нравится, девчуль, - прервал мои размышления задорный голос Мии, - все-таки отныне это твой дом! И, говоря между нами, из наших окон открывается самый красивый вид на лес!

На ее губах заиграла довольная ухмылка.

Часть меня испытала немалое облегчение от того, что мне наконец-то удалось получить место в лагере, но другая часть... всё ещё не могла отделаться от горькой памяти о случившемся. От того, что пришлось покинуть родительский дом, от того, что потеряла Макса. Мучительная тоска все еще терзала мою грудь, напоминая, что этот оазис достался мне слишком дорогой ценой.

Я хранила Макса рядом со своим сердцем. Несмотря на то что мы были знакомы всего ничего. Его дух был жив в моих снах, его легкий голос все еще слышался в закоулках моего сознания. Я не понимала, почему он велел мне держать диверсию в тайне ото всех. Но почему-то чувствовала, что на это есть весомая причина, которая откроется мне впоследствии. Хотелось надеяться.

...

Мы с Мией неплохо поладили. Девушка обладала энергичной и дружелюбной натурой, излучавшей яркие эмоции, как и ее алая помада, которую она нанесла, когда мы отправились на небольшую экскурсию по территории. Откуда она взяла косметику и из чего та была сделана, я понятия не имела. На вид моей соседке было около тридцати, но ее энергия так и бурлила, словно в самом расцвете юности. Охарактеризовать ее как "обычную" было невозможно.

После короткого обхода я разместилась в небольшой деревянной хижине. Внутри было предусмотрено две двухярусные кровати, стоявшие друг напротив друга, и одна обычная - у окна.

Заняв единственную свободную - верхнюю, я поудобней устраиваюсь на ней. Невольно подумалось, сколько еще до меня так же клали свои головы на эту подушку.

Моя эксцентричная соседка деловито разлеглась на койке подо мной, напевая себе что-то под нос.

Ада, как и пообещал Лев, зашла чуть позже с сумкой, где была собрана вся необходимая одежда для жизни и бега с другими немногими вещами, - она бросила сумку прямо на мою кровать, так как не могла достать так высоко.

- Что ж, вчера ты определенно стала главной новостной сплетней в лагере, новенькая! - Ада хмыкнула, разминая шею. - Не ожидала, что ты так серьезно воспримешь мои слова о пристрастии старейшин к остросюжетным поворотам! Поджарить свою задницу на костре - вау, это было нечто!

Мия прищурила глаза, бросив презрительный взгляд на так называемого управителя лагеря, но ничего не сказала.

Я провела рукой по новой спецодежде цвета хаки - цвет секции бегунов. Три пары плотных леггинсов, пять футболок и две пары ботинок. Было даже чистое нижнее белье. Одна зубная щетка, гребень для волос, постельное белье и полотенце. До этого Миа сообщила мне, что все они получают подобные бытовые наборы каждый месяц из поставок с материка. Я мысленно содрогнулась. Как же мне рассказать им, что отныне эти поставки больше никогда к ним не поступят?...

- Не выношу эту стерву. - прошипела Мия, как только женщина ушла, и принялась расчесывать волосы у окна.

- ...Аду?

- А кого же еще! Эта баба думает, что все здесь держится на ней.... Не доверяй ей, Ди. Не открывайся и не доверяй здесь никому. Это мой главный совет тебе.

Переодеваясь в новую одежду, я почувствовала, как я в какой-то степени преображаюсь. Я собрала волосы в хвост, и меня посетила мысль о серьезности новой роли.

Ступив в новый для себя образ, я последовала за Мией к нашему следующему пункту - общему холлу бегунов.

Продвигаясь по лагерю мой взгляд задержался на ее нагрудной живописи - необычной татуировке, повергшей меня в раздумья о ее происхождении.

- Нравится?

- Она.... Интересная. - застигнутая врасплох, я коротко киваю, пусть и не совсем уверенная, что такое клеймо может подойти и мне.

Моя соседка тут же поведала мне, что в секции целителей есть одна пара, которая может набить тебе любую татуировку за банку ягод или чего-либо еще, что можно обменять у них в качестве платы.

Со слов Мии выяснилось, что в каждой секции есть общий холл для периодических собраний. Общий холл бегунов представлял собой отдельную просторную деревянную террасу, над которой был натянут тент, что создавало ощущение закрытости помещения. Там я познакомилась с Элей, Яной и Пией - тремя другими девушками, с которыми мне теперь предстояло жить в одной хижине.

После знакомства со всеми Мия по-прежнему была единственной, кто по собственной инициативе захотел продемонстрировать мне общие объекты - душевые бочки под тентом позади домиков, сарай, называемый санузлом, со всем необходимым инвентарем и предметами гигиены, вроде мыла и зубного порошка. Как она мне объяснила, пять хижин предназначались для девушек, а шесть других - для мужчин-бегунов.

После этого Миа провела меня по вымощенной булыжником дорожке к сердцу всего лагеря, где возвышалось массивное деревянное строение - столовая. Она была тщательно спроектирована, почти органично вписываясь в окружающую дикую природу, с просторной верандой у входа, где у опор сидели группки людей, попивая из своих металлических кружек.

Мне стало немного досадно, когда я заметила группу парней-охотников в оранжевых рубашках, покидающих столовую, - это означало, что обед подошел к концу. А мне уже начинало казаться, что я готова съесть сейчас буквально что угодно - ну взять хотя бы эти свежие сосновые иголки...

- Господи, мне даже не нужно спрашивать, чтобы понять, о чем ты сейчас задумалась с таким унылым личиком, девчуля! - Миа звонко рассмеялась, подтолкнув меня плечом. - Не волнуйся, мы обязательно поедим. Только наше время еще не пришло. По полчаса на каждую секцию. Сначала, естественно, самые главные тут ребята - файтеры, потом охотники и скалолазы, а затем уже наша с плотниками очередь. - объясняла она, пока мы прогуливались по периметру к тому месту, где всего несколько часов назад Ян пытался поджарить меня на костре.

- Но ведь столовая огромная, почему люди не могут приходить и уходить, когда захотят? - спросила я, когда мы расположились на бревне, испещренном непонятными ножевыми гравировками.

- Шутишь? - ухмыльнулась моя соседка, откинувшись на спину, чтобы понежиться в солнечных лучах. - У нас в лагере почти восемьсот человек. Очевидно, что если мы все в какой-то момент решим туда заявиться, то просто разнесем столовку вдребезги. Помимо этого, каждой секции выдается отдельная еда. Первые пять секций, которые занимаются тяжелой физической работой, получают более питательные порции, ну, знаешь, те, которые укрепляют мышцы и дают сил. Мы в четверке, подруга. Скажу сразу, наше меню не такое уж и скверное. Мы даже иногда едим мясо! В основном, правда, рыбу из реки, что между вторым и третьим забором, уха из которой чаще всего получается... Уф. Так себе. - девушка вяло фыркнула. - Ну, а остальные шесть секций задействуют по большей части только голову, поэтому их меню отличается - для улучшения памяти и работоспособности мозга.

О, она бы удивилась, узнав, как сильно мой мозг сейчас смеется над идеей, что если есть побольше орехов и овощей, то произойдет хоть какой-то прогресс в моей мозговой деятельности. Увы.

Мы с Мией обедали вместе, разместившись за столиком на открытой террасе с панорамой на лес. На стол были поданы сытные порции дикого риса и зеленых бобов, смешанных с какими-то острыми специями. Еда была восхитительной. Мне стало ясно, что в секции поваров работают профессионалы.

Большую часть времени за трапезой мы провели в дружеской беседе о повседневной жизни в лагере.

Для меня Миа была единственным источником информации об ИСЕ; она оказалась из числа заключенных прибывших сюда почти два года назад. А я была новичком, едва успевшим занять здесь свое место. Но в одном я уже успела убедиться - это жестокое место не без добрых людей.

...

Легкое подталкивание пробудило меня от дремы, наполненной тревожными многократными всплесками. Моя соседка, ее черные живые глаза лучились бодростью, склонилась надо мной, облокотившись на стремянку у моей кровати.

- Пора отрабатывать свой следующий ужин, засоня, - возвестила она, подбрасывая мне одежду.

Сегодня меня ожидало посвящение в секцию бегунов, и я никак не могла сослаться на усталость, чтобы подольше поваляться в постели.

Я потянулась, пытаясь заставить свое тело прийти в движение.

Несмотря на то что спала я не очень, факт, что тело не гудело от изнеможения показался мне крайне странным, учитывая все то, что происходило в последние дни. На этот раз Макс не посетил меня во сне. Возможно, я приходила в себя от той зловещей ангельской пыли...

Как только рассвет озарил окрестности, я старательно попыталась изобразить на лице подобие невозмутимости и шагнула на улицу, но тут же столкнулась с пронизывающим до костей ветром, ставшим для такого пустынника, как я, настоящим ударом по нутру.

Я отпрянула, зубы застучали, по коже разбежались мурашки. Плеснув немного морозной воды из бочки на лицо в шатре общей купальни, я поспешила обратно в общий дом.

Там я застала группу бегунов-мужчин - всего пятерых. Мия стояла в центре, увлеченно беседуя с ними о чем-то.

- Наша новобранка, все познакомьтесь с Ди! - с неизменной уверенностью представила меня Миа.

Меня встретили целым рядом приветственных выражений. Все ребята выглядели подтянутыми, их крепкие руки и выдержка говорили о многолетних нагрузках. А я? Мне было еще слишком далеко до их отточенных мышц и твердой уверенности в своей силе.

Миа заулыбалась, хитро подмигивая мне. Кивком головы она указала на парней сзади - точнее, на места нииже их спин, когда те повернулись, чтобы поприветствовать кого-то еще. Мои щеки вспыхнули, и я сделала вид, что разглядываю просторный холл.