Заказ в ПВЗ

Анна закрыла глаза.

Он знал. Теперь он знал.

— Он всегда так говорит, — тихо сказала она. — «Скучает», «поговорить». А потом начинается: «Ты моя, ты никуда не денешься». Я больше не хочу это слышать.

— Тогда будь осторожна, дочка. Если он будет приходить в ПВЗ — звони своему новому участковому. Как там его?

— Максим Павлович, — автоматически поправила Анна.

— Правильно, — сказала мама, пряча улыбку. — Калинин Максим Павлович. С визиткой и без улыбки. Если что, он тебя в блокнот записал, значит, обязан защищать.

Анна фыркнула, но внутри что-то тепло дрогнуло. Она вспомнила его внимательный взгляд, его ровный голос и кивок у фонаря. Почему-то стало спокойнее. Как будто присутствие этого серьёзного человека в форме где-то рядом делало мир чуть более надёжным.

— Ладно, — сказала Анна, беря вилку. — Будем надеяться, что Андрей просто так сказал и остынет.

— Будем надеяться, — повторила мама. — А пока - ешь. Котлеты остывают.

Они сидели на кухне, слушали телевизор и ели ужин. За окном опускалась тёплая ростовская ночь, фонари зажигались жёлтыми кругами, а где-то в районе ходил по улицам новый участковый - записывал, запоминал, охранял покой.

Утро выдалось на удивление ясным для конца сентября - воздух был прозрачным, чуть колючим, и пахло почему-то одновременно осенью и чьими-то оладьями. Анна вышла из подъезда, ещё не до конца проснувшись, с домашним кофе в одной руке и телефоном в другой, и уже на третьем шаге чуть не столкнулась с соседкой тётей Валей, которая выгуливала своего мопса Ричарда - на самом деле маленькое, обиженное на весь мир существо, убеждённое, что весь двор принадлежит лично ему.

— Осторожно, — предупредила тётя Валя таким тоном, будто речь шла о минном поле, а не о собаке размером с батон хлеба. — Он сегодня злой.

— Ричард всегда злой, — заметила Анна, обходя их по широкой дуге.

— Сегодня злее.

Анна кивнула с полным пониманием, с Ричардом она была знакома два года и давно перестала спорить о степенях его злости и уже собиралась пройти мимо, когда мопс, очевидно, решивший, что именно этот момент требует героического поступка, рванул вперёд с неожиданной для его габаритов яростью и вцепился зубами в шнурок её кроссовка.

— Ричард!

— Он не кусается, — тут же сказала тётя Валя тоном человека, который сам не до конца в это верит. — Он просто... выражает мнение.

— Его мнение зажало мне шнурок.

Мопс держался с упорством, достойным лучшего применения. Анна попробовала аккуратно вытащить ногу, потом менее аккуратно, потом просто застыла посреди тротуара в позе фламинго, пока тётя Валя пыталась уговорить собаку словами вроде «ну Ричарочка, ну солнышко», которые на Ричарда не производили ровным счётом никакого впечатления.

В итоге шнурок пришлось просто развязать прямо на ноге- Анна наклонилась, чувствуя, как кофе в другой руке подозрительно кренится, и одним движением выдернула шнурок из ботинка, оставив мопсу почётный трофей. Тот тут же удовлетворённо сел на асфальт и принялся жевать добычу с видом победителя.

— Извини, — сказала тётя Валя. — Он неделю на новом корме, психика немного шалит.

— У меня тоже теперь психика немного шалит, — пробормотала Анна, поправляя ботинок, из которого торчал только один шнурок, зато с достоинством.

Она сделала ещё несколько шагов, уже почти у арки, когда телефон в руке звякнул сообщением от Лены. Анна машинально опустила взгляд на экран, не сбавляя шага, и в эту самую секунду наступила прямо в свежую лужу, оставшуюся от ночного дождя, ровно настолько глубокую, чтобы вода зачерпнулась в кроссовок с недостающим шнурком.

— Конечно, — сказала она вслух, ни к кому конкретно не обращаясь. — Конечно, именно в эту.

Из арки навстречу ей вышел мужчина с собакой, на этот раз крупной, спокойной овчаркой и, судя по всему, стал свидетелем всей сцены целиком: и мопса, и лужи, и одноногого шнурка.

— Тяжёлое утро? — спросил он с сочувствием человека, которому лужа не грозила.

— Вы не представляете, — ответила Анна, выливая воду из кроссовка прямо там же, стоя на одной ноге и снова рискуя чувством равновесия.

Овчарка посмотрела на неё с явным одобрением её акробатических способностей.

Когда она наконец добралась до ПВЗ с мокрой ногой, одним шнурком и остывшим кофе, над дверью, как обычно, звякнул колокольчик, и внутри было тихо и сухо, как в убежище после шторма. Анна опустилась на стул за стойкой, сняла кроссовок, вылила остатки воды и посмотрела на него с философским смирением.

— Ну, — сказала она себе, — по крайней мере, дальше хуже быть не должно.

Именно в этот момент,будто вселенная услышала вызов.

Глава 3. Гном.

Утро началось интересно, что само по себе должно было насторожить Анну. Она открыла ПВЗ ровно в девять, включила терминал, поставила сушиться кроссовок, разложила по полкам вчерашнюю партию заказов и уже собиралась выпить кофе, когда звякнул колокольчик над дверью. На пороге стоял мужчина лет сорока в идеально выглаженной рубашке и тёмных брюках. Выражение его лица было настолько сосредоточенным, что Анна невольно выпрямилась. Так люди приходили не за посылками, а за чем-то действительно важным: паспортом, дипломом, результатами анализов или документами, от которых зависела их дальнейшая судьба.

— Доброе утро, — сказала Анна. — Номер телефона или код заказа.

— Мне нужна моя посылка, — произнёс он с достоинством. — Заказ на фамилию Прохоров.

Анна нашла коробку, небольшую, лёгкую, судя по этикетке, что-то из категории «дом и сад» и положила на стойку.

— Пожалуйста.

Мужчина не спешил её забирать. Он смотрел на коробку с подозрением, как смотрят на посылку, в которой может оказаться бомба.

— Она не повреждена?

— Внешне нет.

— А внутри?

— Я туда не заглядывала, — честно ответила Анна.

— А можно проверить?

— Можно вскрыть на месте, до выкупа.

Мужчина медленно кивнул, словно принимал решение государственной важности, и достал из кармана маленький складной нож.

Анна невольно посмотрела на него.

— Вы всегда носите его с собой?

— Иногда приходится.

Почему-то после этого ответа ей стало ещё интереснее, что именно он заказал.

Мужчина аккуратно вскрыл коробку. Достал упаковочную бумагу, ещё одну коробку и наконец обнаружил содержимое. Три садовых гнома. Разного размера, одинаково румяные, с круглыми щеками и выражением лица, которое почему-то делало их немного зловещими. Мужчина молча достал самого большого. Повернул. Посмотрел на него спереди. Потом сбоку. После этого поднёс почти к самому носу, словно пытался обнаружить поддельную подпись на картине.

— Не тот, — сказал он наконец.

— Простите?

— Я заказывал гнома с трубкой. У этого лопата.

Анна посмотрела на список товара в системе.

— Здесь написано «набор садовых гномов, три штуки, ассорти».

— Ассорти меня не устраивает. Мне нужен конкретный гном. С трубкой. У меня уже два таких стоят у дома, я коллекцию собираю.

— Коллекцию гномов?

— Тематическую, — уточнил он с достоинством, будто это всё объясняло.

Анна честно постаралась сохранить невозмутимое лицо.

— Я могу оформить возврат, если гном не соответствует описанию.

— Не соответствует духу, — поправил мужчина. — А это куда серьёзнее.

— Дух коллекции нарушается, — добавил мужчина, будто это требовало отдельного юридического комментария.

После его ухода Анна ещё несколько секунд стояла за стойкой, глядя на закрывшуюся дверь.

— Дух коллекции, — повторила она и наконец рассмеялась.

Она налила себе чай и поймала себя на мысли, что такие люди были, наверное, одной из лучших сторон её работы. Где ещё за одно утро можно увидеть человека, который с лицом дипломата обсуждает судьбу садового гнома?

Следующие два часа действительно прошли спокойно. Забрали несколько книг, чей-то новый чайник, набор кастрюль и детский конструктор. Женщина вернула платье, потому что, по её словам, «на сайте оно было синее, а в жизни какое-то слишком синее». Анна терпеливо оформила возврат, потом выдала ещё несколько заказов и время от времени поглядывала в окно. На улице была обычная жизнь района. Кто-то спешил в магазин, кто-то выгуливал собаку, кто-то вёз ребёнка в коляске, придерживая капюшон от ветра. Машины медленно проезжали по мокрой дороге.

Слишком спокойно, как позже поняла Анна. Около одиннадцати колокольчик звякнул снова, и на этот раз шаги были другими. Знакомыми.

— Доброе утро, — сказала она, не поднимая головы от экрана. — номер телефона или код заказа.

— Привет, Ань.

У неё замерла рука над клавиатурой, она медленно подняла глаза. Андрей стоял у стойки в тёмной куртке и улыбался так легко, будто они не расстались на довольно тяжёлой ноте.

— Ты что тут делаешь? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Заказ пришёл. — Он улыбнулся, доставая телефон. — Смешно, да? Я даже не знал, что это твой ПВЗ. Просто ближайший выбрал.

— Ближайший к чему? Ты же не в этом районе живёшь.

— К тебе, — сказал он просто, будто это всё объясняло.

Анна почувствовала, как внутри поднимается знакомое раздражение, смешанное с тревогой. Она заставила себя вернуться к рабочему тону.

— Код заказа, пожалуйста.

Он назвал код. Она нашла коробку, положила на стойку, но Андрей не взял.

— Ань, может, поговорим? Пять минут.

— У меня рабочий день. — Она подвинула к нему коробку— И нам не о чем говорить, Андрей. Мы это уже проходили.

Он посмотрел на неё внимательнее.

— Ты даже не хочешь меня выслушать? Я изменился, — сказал Андрей тихо.

Анна отвела взгляд.

— Тебе лучше уйти.

— Почему?

— Потому что я не хочу снова через это проходить.

— Но я хочу всё исправить.

— Ты опоздал.

В этот момент над дверью звякнул колокольчик. Анна машинально подняла глаза и увидела Максима Павловича. Он вошёл, придерживая дверь , остановился, увидев Анну и Андрея. Их взгляды встретились. На лице Максима не появилось ничего заметного, однако Анна вдруг почувствовала себя так, будто её застали за чем-то очень личным. Сегодня он был без привычной папки и выглядел немного иначе: в одной руке держал несколько отпечатанных листов, скреплённых зажимом, в другой планшет.

— Доброе утро, — произнёс Максим.

— Максим Павлович, — слишком быстро откликнулась она. – Проходите.

Он подошёл к стойке.

— Я принёс вам памятку по экстренным номерам.

Он положил листы на стол.

— Начальство просило, чтобы в ближайшие дни их разместили возле входа и на информационной доске. Я решил занести сразу, чтобы потом не забыть.

Андрей обернулся.

— Мы разговариваем.

Максим перевёл взгляд на Андрея.

— Я помешал?

— Нет, — быстро сказала Анна.

Несколько секунд никто не говорил.

— Я уже получил заказ, — добавил Андрей, показывая коробку. — Просто мы с Анной давно знакомы.

— Тогда тем более, — сказал Максим. — Думаю, вы сможете продолжить разговор в другом месте.

Андрей усмехнулся.

— А вы у нас кто? Новый знакомый?

Анна почувствовала, как внутри всё неприятно сжалось.

— Участковый, — ответил Максим прежде, чем она успела что-либо сказать. — А вы, насколько я понимаю, уже получили свой заказ.

В его голосе не было угрозы. Только спокойная констатация факта. От этого она прозвучала даже убедительнее.

Андрей несколько секунд смотрел на него, потом перевёл взгляд на Анну.

— Хорошо. Я понял.

— Андрей...

— Я зайду потом.

— Не надо.

Он чуть прищурился.

— Посмотрим.

А потом вышел, слишком резко толкнув дверь. Колокольчик над ней ещё несколько секунд тихо раскачивался. Анна только теперь заметила, что всё это время держалась пальцами за край стойки. Максим проводил Андрея взглядом и лишь после этого посмотрел на неё.

— Всё в порядке?

Анна выдохнула, пытаясь заставить плечи расслабиться.

— Теперь да.

Слова прозвучали слишком быстро, и она сама это услышала. Хотелось добавить что-нибудь ещё, обычное, спокойное, чтобы Максим не заметил, насколько сильно её всё-таки выбило из колеи появление Андрея, однако именно в этот момент все заготовленные нормальные фразы куда-то исчезли.

— То есть… сейчас уже порядок, — поправилась она. — А до этого был небольшой… рабочий сбой.

Максим посмотрел на неё внимательнее.

— Рабочий?

— У нас иногда случаются странные клиенты.

Она тут же поняла, что сказала лишнее.

Андрей совсем не был странным клиентом. С ним было гораздо хуже.

Он был человеком, который когда-то прекрасно знал, как сделать ей больно, а теперь почему-то решил, что спустя полгода имеет право снова войти в её жизнь через дверь пункта выдачи заказов. Анна до сих пор чувствовала его присутствие внутри себя — не как тоску, а как неприятное напряжение, которое оставалось после слишком громко хлопнувшей двери. Полгода. За эти шесть месяцев она успела научиться просыпаться без страха увидеть его имя на экране телефона, перестала автоматически оборачиваться на похожий голос в магазине и почти поверила, что прошлое действительно осталось в прошлом.

А теперь он стоял здесь. Улыбалс, говорил, что изменился. И, хуже всего, говорил это тем самым спокойным тоном, которым когда-то заставлял её сомневаться в собственных чувствах. Анна сглотнула и заставила себя улыбнуться.

— Хотя, если честно, утро вообще получилось насыщенное.

Максим слегка приподнял бровь.

— Судя по всему.

— Сначала был очень странный мужчина.

— Страннее того, который только что вышел?

Анна замерла.

— Вы заметили?

— Было сложно не заметить.

— А я думала, у меня получилось сделать вид, что всё нормально.

— Не получилось.

Она смутилась.

— Прекрасно. Значит, скрывать эмоции я тоже не умею.

— Зато говорите вы хорошо.

— Это защитная реакция.

— От чего?

Анна задумалась.

— Когда я нервничаю, начинаю говорить всё подряд.

— Уже заметил. - тихо и спокойно сказал он.

Она посмотрела на него с обречённостью человека, который только что осознал, что производит впечатление болтливой женщины с сомнительными навыками самоконтроля.

— Отлично. А я-то надеялась, что вчера на вас произвела впечатление серьёзного и собранного человека.

— Вы вчера рассказывали мне про мокрые кроссовки.

— Они были действительно мокрыми.

— Не сомневаюсь.

— И сегодня, между прочим, тоже.

Максим улыбнулся.

Анна почувствовала, что напряжение понемногу отпускает.

— А ещё сегодня у меня был духовный гном.

Максим несколько секунд молчал.

— Духовный?

— Да.

— Это новая должность?

Она неожиданно рассмеялась.

— Нет, это клиент. Вернее, не сам клиент, а его гном. Хотя после сегодняшнего утра я уже не уверена, кто из них был более странным.

Максим чуть повернулся к стойке, явно готовый послушать.

— И что случилось с гномом?

— Он не соответствовал духу коллекции.

Максим посмотрел на неё с серьёзностью человека, который пытается разобраться в совершенно незнакомой области человеческих взаимоотношений.

— А должен был?

— Судя по всему, обязательно.

Анна оживилась, сама не заметив, как начала рассказывать всё подряд:

— Мужчина заказал набор садовых гномов. Открыл коробку, посмотрел на одного и сказал, что не тот. Оказалось, ему нужен был гном с трубкой, а приехал с лопатой. Я предложила возврат, а он объяснил, что проблема не в товаре, а в том, что гном нарушает дух коллекции.

— Серьёзная проблема.

— Очень.

— И чем всё закончилось?

— Гном вернулся обратно на склад. Надеюсь, он переживёт эту трагедию.

Максим кивнул.

— Сильная личность.

— Гном?

— Похоже, да.

Анна снова рассмеялась, прикрыв ладонью рот.

— Простите. Я сегодня почему-то очень много говорю.

— Мне кажется, это уже установлено.

— Я просто нервничаю.

Улыбка исчезла с её лица так же быстро, как появилась.

Это прозвучало слишком откровенно.

Максим понял это сразу, однако вместо вопросов только спокойно сказал:

— Из-за него?

Анна не ответила несколько секунд.

Она посмотрела на закрывшуюся дверь, за которой исчез Андрей, и почувствовала, как знакомое напряжение снова вернулось где-то под рёбрами.

— Немного.

Она помолчала.

— Мы расстались полгода назад. Я думала, что всё закончилось. Правда думала. А сегодня он приходит и разговаривает со мной так, будто прошло несколько дней, а не шесть месяцев.

Максим не перебивал и это почему-то оказалось важнее любых слов. Анна сама не ожидала, что скажет ему это. Они знакомы всего второй день, и вообще-то рассказывать почти незнакомому человеку о бывшем было совершенно не в её стиле. Но после Андрея ей вдруг стало трудно держать всё внутри.

— Он раньше тоже говорил, что изменился, — тихо продолжила она. — А потом всё возвращалось обратно. Поэтому, когда он сегодня сказал то же самое, я… в общем, у меня внутри всё сразу сжалось.

Она усмехнулась, пытаясь разрядить собственную откровенность:

— Зато теперь вы знаете обо мне гораздо больше, чем планировали узнать после двух встреч.

— Ничего страшного.

— Я обычно не устраиваю людям такие экспресс-экскурсии в личную жизнь.

— Хорошо.

— Хорошо?

— Значит, мне достался редкий экземпляр.

Анна посмотрела на него.

— Вы сейчас пошутили?

— Пытаюсь.

— Получается.

— Тогда день прожит не зря.

Она снова улыбнулась. На этот раз улыбка получилась настоящей. Максим взял со стойки один из принесённых листов.

— А вообще я пришёл вот зачем. Вам нужно разместить памятку возле входа. Здесь номера полиции, скорой, пожарных и ещё несколько важных телефонов. Начальство попросило разнести по точкам, чтобы у людей всё было перед глазами.

— А я-то уже подумала, что вы пришли спасать меня от духовных гномов и бывших парней.

— С гномами я бы предпочёл не связываться.

— Почему?

— Судя по вашей истории, они серьёзные.

Анна тихо рассмеялась. Максим уже собирался уходить, когда она посмотрела на него и вдруг сказала:

— Спасибо.

Он остановился.

— За что?

— За то, что успокоили...

Максим ничего не ответил сразу. Потом сказал:

— Думаю, я просто вовремя оказался здесь.

— Всё равно спасибо.

— Хорошо.

Он взялся за дверную ручку.

— И Анна…

Она подняла глаза.

— Если он снова появится и вам станет страшно или просто неприятно, звоните.

На этот раз она не стала спорить и не пыталась отшутиться.

— Хорошо.

Максим кивнул и вышел. Колокольчик над дверью тихо звякнул. Анна ещё несколько секунд смотрела на стекло, за которым он исчез, потом перевела взгляд на памятку