
Полная версия:
Когда ты оффлайн
Только вот легче от этого не стало. Интернет постепенно занимал всё больше места в моей жизни. Я уже не просто общалась с незнакомыми людьми. Я рассказывала им о себе то, чего никогда не происходило. Могла придумать прогулку, свидание, поклонника, который якобы не давал мне прохода. Иногда добавляла к реальным событиям такие подробности, что сама начинала путаться, где правда, а где моя фантазия.
Мне нравилось быть девушкой, у которой всё интересно. Которую замечают. Которой пишут. Которую хотят увидеть. В реальности всё было куда сложнее. Я по-прежнему не умела знакомиться первой. Не знала, как подойти к парню, как начать разговор, как показать, что он мне нравится. Если кто-то смотрел в мою сторону, я могла заметить это, но тут же отводила глаза. А потом дома думала, почему он не подошёл.
Я ждала, что кто-нибудь сам заговорит. Сам попросит номер. Сам скажет, что я ему понравилась. Мне казалось, что если я действительно кому-то нужна, он обязательно найдёт способ это показать. А ещё мне всё чаще не хватало простых вещей. Не сообщений с сердечками, не комплиментов под фотографиями, а прикосновений. Хотелось, чтобы кто-то обнял меня, взял за руку, поцеловал. Чтобы рядом был человек, которого можно было почувствовать, а не только представить. Наверное, именно поэтому я так быстро согласилась познакомиться с Максимом.
О нём я узнала от Дениса. Мы как-то переписывались, и он прислал мне несколько фотографий с ребятами. На одной из них был высокий парень в тёмной футболке, стоявший возле машины.
— Это кто? — спросила я.
— Максим. А что?
— Да ничего. Просто спросила.
— Он тебя на фотках увидел, кстати.
Я удивилась.
— На каких ещё фотках?
— У меня в профиле. Спросил, кто такая.
Я почувствовала знакомое приятное волнение.
— И что ты сказал?
— Что моя подруга.
— И всё?
— А что ещё?
Через некоторое время Денис написал:
— Он хотел бы с тобой познакомиться. Нормальный вроде.
— Ты теперь сводничеством занимаешься?
— Иногда. У меня талант.
Я засмеялась.
Максим написал сам на следующий день.
Он был на год старше меня. В сообщениях не особенно старался понравиться, не устраивал долгих разговоров и не забрасывал комплиментами. Спросил, свободна ли я вечером, предложил прокатиться. Я согласилась. Он приехал на машине. Когда я увидела его возле подъезда, на секунду растерялась. На фотографиях он казался просто высоким, а вживую был ещё крупнее. Широкие плечи, уверенная походка, спокойный взгляд. Он выглядел человеком, который привык получать то, что хочет.
— Привет, — сказал он, открывая пассажирскую дверь.
— Привет.
— Садись.
Я устроилась рядом, пристегнулась и положила руки на колени.
В машине играла музыка. Максим спросил, как дела, как закончила школу, куда собираюсь поступать. Я отвечала, иногда сама задавала вопросы, но разговор всё равно в основном вёл он.
В какой-то момент он посмотрел на меня и усмехнулся:
— Ты в жизни такая тихая?
— А какая я должна быть?
— Не знаю. На фотках поувереннее выглядишь.
Я почувствовала, как щёки становятся горячими.
— Просто фотографии.
— Ну, посмотрим.
Он улыбнулся и переключил передачу.
Мы катались по городу, останавливались у круглосуточного кафе, потом снова ехали. Ничего особенного не произошло. Но когда Максим привёз меня домой, я ещё долго стояла возле подъезда, глядя вслед его машине.
Мне понравилось.
Не столько то, что мы говорили, сколько само ощущение. Я сидела рядом с парнем, который приехал именно за мной. Он выбирал, куда ехать, включал музыку, иногда смотрел на меня. И мне не нужно было придумывать, что кто-то обратил на меня внимание. Это происходило на самом деле.
На следующий вечер он снова предложил встретиться.
И я снова согласилась.
Очень быстро наши встречи приобрели странный распорядок.
Максим приезжал поздно. Иногда после десяти, иногда ближе к полуночи. Мы катались по городу, слушали музыку, могли остановиться где-нибудь на окраине, поговорить или просто посидеть в машине.
Днём мы почти не виделись.
Мама знала, что я иногда гуляю с Денисом, и совершенно спокойно относилась к этому. Поэтому, когда Максим предложил встретиться ночью, я сказала дома, что иду к Денису.
Мне было неловко врать, но я быстро нашла себе оправдание: мама всё равно не разрешила бы. А я не хотела отказываться от встреч.
— Ты сегодня с Денисом? — спросила мама однажды, когда я собиралась.
— Да.
— Далеко не ходите. И не задерживайся.
— Хорошо.
Я закрыла дверь и почти сразу достала телефон.
Максим: Вышла?
Я: Да.
Максим: Жди, подъезжаю.
Я улыбнулась.
Мне нравилось, что он не спрашивал, свободна ли я на выходных, не предлагал заранее планировать встречу. Он просто писал, и я шла.
С каждым разом я всё меньше думала о том, правильно ли поступаю.
Через месяц я уже привыкла к его машине, к ночным поездкам, к тому, как он протягивал руку, когда я садилась рядом. Привыкла к его запаху, к голосу, к коротким поцелуям на светофорах.
Мне казалось, что у меня наконец-то появилась настоящая история.
Не придуманная для интернета. Не чужая фотография. Не переписка, в которой можно было бесконечно подбирать слова.
Моя.
В тот вечер Максим свернул с дороги на узкую грунтовку.
Я заметила это не сразу.
— Мы куда? — спросила, глядя в окно.
— Сейчас увидишь.
Машина проехала ещё немного и остановилась возле лесополосы. Вокруг было тихо. Где-то вдалеке проезжали машины, но здесь их почти не было слышно.
Я посмотрела на Максима.
Он выключил двигатель и повернулся ко мне.
— Иди сюда.
Я пересела ближе.
Он обнял меня, поцеловал. Я ответила, чувствуя, как сердце начинает стучать быстрее. Всё происходило впервые, и я одновременно волновалась и боялась сделать что-нибудь не так.
Максим заметил мою скованность.
— Ты чего? Боишься?
Я кивнула.
— Не надо. Не торопись.
Он действительно не торопил. Не пытался заставить меня делать то, к чему я не была готова. Был достаточно нежным, и это немного успокаивало.
Я не думала тогда о том, что мы почти не знаем друг друга. Не думала, почему наши встречи проходят только ночью и почему он никогда не предлагает увидеться днём.
Мне казалось, что всё это неважно.
Он выбрал меня.
Он хотел меня.
А значит, я наконец-то стала для кого-то особенной.
По дороге домой я смотрела в окно и улыбалась. Максим держал одну руку на руле, второй иногда касался моей ладони.
— Ты чего такая тихая? — спросил он.
— Просто.
— Понравилось?
Я кивнула.
Он усмехнулся и включил музыку погромче.
В ту ночь я долго не могла уснуть. Мне хотелось кому-нибудь рассказать, но я не представляла, кому. Маме? Нет. Денису? Тем более нет.
Я просто лежала в темноте, прижимая телефон к груди, и думала о Максиме.
Наверное, это и была любовь.
Тогда я ещё не умела отличать её от облегчения, которое испытываешь, когда тебя наконец-то выбирают.
Мы продолжали встречаться.
Месяц. Второй. Третий.
Все наши встречи были похожи одна на другую: поздний звонок, короткая переписка, машина возле дома, ночной город. Иногда Максим покупал мне кофе, иногда мы просто катались без определённой цели.
Я уже не так сильно стеснялась рядом с ним. Могла пошутить, сама потянуться за поцелуем, положить голову ему на плечо.
Мне казалось, что мы стали ближе.
Но я всё равно почти ничего не знала о его жизни. Где он проводит дни, с кем общается, чем занят, когда не приезжает за мной. Я не задавала много вопросов. Боялась показаться навязчивой, да и вообще считала, что если человек захочет что-то рассказать, он расскажет сам.
А Максим не особенно стремился рассказывать.
Иногда он мог не писать несколько дней, а потом появлялся как ни в чём не бывало:
Максим: Ты где пропала?
Я: Я? Это ты пропал.
Максим: Дела были.
Я: Понятно.
Максим: Вечером увидимся?
И я соглашалась.
Мне хватало этого.
До тех пор, пока однажды всё не изменилось.
В больницу я попала неожиданно.
Сначала появилась странная сыпь. Потом стало хуже: кожа горела, лицо начало отекать, стало трудно дышать. Всё происходило так быстро, что я даже испугалась не сразу. Мама вызвала скорую, и уже через какое-то время я оказалась в палате под наблюдением врачей.
Аллергическая реакция оказалась сильной. Врачи задавали вопросы, выясняли, что я ела, какие лекарства принимала, не было ли контакта с чем-то новым. Точную причину сразу установить не удалось. Кто-то из врачей предположил, что изменения в организме могли повлиять на реакцию, но уверенного ответа у меня не было.
Мне было страшно и неприятно. Лицо ещё оставалось припухшим, на руках и теле виднелись следы сыпи, я чувствовала слабость и всё время хотела спать.
Мама сидела рядом, поправляла одеяло, приносила воду и спрашивала, не нужно ли позвать медсестру.
Я взяла телефон.
Максиму я написала сама.
Я: Я в больнице.
Сообщение было коротким. Я не стала объяснять подробности. Мне казалось, он сам спросит.
Но он не ответил.
Я проверяла телефон через каждые несколько минут. Смотрела, был ли он в сети. Открывала наш диалог, закрывала, снова открывала.
Может, занят. Может, не видел.
Я пыталась придумать ему оправдания.
Вечером написала ещё раз:
Я: У меня сильная аллергия. Меня положили в больницу.
Ответа не было.
На следующий день тоже.
Я не помню, в какой момент перестала ждать звонка. Наверное, постепенно. Сначала мне было обидно, потом стыдно за то, что я вообще жду. А потом пришло какое-то странное спокойствие.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

