Зачарованное королевство

– Ваше Величество, мне необходимо немедленно осмотреть королеву. Она нуждается в моём внимании и уходе.

– Понимаю, я думаю о ней. После этого мне нужно, чтобы вы вернулись к себе. Важно, чтобы вы были готовы к своим делам.

– Конечно, ваше величество. Я выполню все ваши указания. Я также приготовлю зелье против смерти, о котором вы просили. Оно будет готово к употреблению через несколько дней.

– Отлично. Мне важно знать, что оно будет готово в ближайшее время. Но, я так предполагаю, что есть некоторые условия?

– Как я уже говорила, для полного восстановления потребуется несколько недель. Это небыстрый процесс. – Король сделал глубокий выдох и его лицо немного погрустнело, я же продолжила. – Понимаю, Я постараюсь сделать всё возможное, чтобы ускорить процесс, но, к сожалению, такие дела требуют времени.

– Хорошо. Чтобы в будущем вам было проще, я даю вам, Лунара, этот пропуск. Он позволит вам входить во дворец в любое время без очереди и препятствий. Используйте его по мере необходимости.

– Благодарю вас, ваше величество. И прошу вас, называть меня Луна, так будет комфортнее. Этот пропуск значительно облегчит мне жизнь и позволит всегда быть рядом, когда потребуется.

– Хорошо. Тогда для вас я просто Альдрик. Будьте внимательны и бережливы. И передайте королеве мои наилучшие пожелания. Пусть она скорее выздоровеет, я чуть позже к ней зайду.

– Обязательно передам. Спасибо вам за доверие и поддержку, ваше Величество.

Стража провела меня через длинные коридоры дворца, тихо и чинно, словно зная важность этого момента. Они мягко отворили массивные двери покоев королевы, и я медленно вошла внутрь, ощущая тяжесть каждого шага. В комнате царила гробовая тишина, только слабое мерцание свечей, бросавших длинные тени на стены, казалось, боялось нарушить эту затаённую тьму. Передо мной раскинулась кровать, и на ней – она. Раньше -воплощение красоты, грации и силы, о которых с восхищением говорили все придворные и жители, – сейчас же она казалась совсем иной.

Ее лицо было бледным, словно высушенным листом, лишенным жизни и тепла. Кожа, тонкая и прозрачная, словно тонкий слой шелка, натянулась по костям, подчеркивая каждую жилку, каждое сосудистое русло. Веки – тяжелые, опущенные, скрывали глаза, что раньше сверкали умом, живостью и внутри которых пылала искра власти и достоинства. Теперь в них было только безжизненное затмение, будто глаза потеряли всякий свет и надежду, погрузившись в бесконечное забытье.

Волосы – некогда роскошные и густые – теперь казались тусклыми, седыми у корней, словно их лишили жизни сама смерть. Лицо – острое, с высокими скулами – казалось высушенным, будто высосанным изнутри, и в нем не осталось ни следа той мягкости и грации, которая раньше пленила и вдохновляла. Вся фигура – изломанная, хрупкая, словно веточка, которой достаточно легкого порыва ветра, чтобы сломать ее. Кажется, даже сама материя ее тела боялась, что может не выдержать бремени страдания и боли, что скрывались за этим изумительно тонким фасадом.

От былой красоты, которая когда-то окружала ее сиянием, не осталось и тени. Лицо кажется искаженным временем и болезнью, словно болезнь прошла по ней, оставив лишь тень былой женщины. Вся комната наполнялась тягостной атмосферой – ощущением потери, безысходности и бесконечной грусти. Я почувствовала, как сердце сжалось внутри, словно кто-то вырвал его и держит за горлом. В этой безжизненной оболочке я увидела не только физическую слабость, но и душевную рану, которая вгрызлась в нее и не отпустила.

Глядя на нее, я не могла избавиться от ощущения, что за этим мертвым взглядом скрывается вся та боль, которая невозможно излечение, и вся та грусть, что не оставит ее никогда. В этой комнате я почувствовала, что потеряла нечто очень дорогое – ту женщину, которая когда-то была сильной, грациозной, полной жизни. Теперь же она – тень, тень той, кем когда-то была, и эта тень кажется мне более печальной и трогательной, чем я могла когда-либо представить.

Я медленно, осторожно подошла к кровати, чувствуя, как каждая моя ступень наполняется трепетом и состраданием. В комнате царила полная тишина, лишь едва уловимый вздох королевы, когда я приблизилась. Она так и не открыла глаз – ни одного движения, ни намека на пробуждение. Ее лицо оставалось неподвижным, словно маска, скрывающая боль и усталость. Я протянула руку и осторожно коснулась её плеча, и в этот момент она тихо вздохнула, будто только тогда почувствовала моё присутствие, словно её сердце еще было где-то внутри, цепляясь за остатки жизни.

Мне стало холодно, когда моя рука соприкоснулась с её телом – кожа была ледяной, словно она была выморожена до самого сердца. Внутри закипело желание сразу же отдернуть руку, почувствовать хоть немного тепла, которое исчезло так быстро. Но я сдержалась. Не могла позволить себе показать слабость, потому что знала, что это – всего лишь иллюзия надежды, которая скоро исчезнет.

Я взглянула на её лицо, и в моих глазах вспыхнуло понимание: чтобы помочь ей восстановиться, потребуется гораздо больше, чем я предполагала. Взгляд травника, скользнувший по её бледному лицу, говорил мне о грустной истине – доза зелья должна быть увеличена, и на восстановление понадобится не менее трех-четырех недель. Это будет тяжелый путь, и я знала, что каждое мгновение, проведенное в этом состоянии, – это борьба за её жизнь и за то, чтобы вернуть её к свету.

Я стояла, погруженная в размышления, глядя на её безжизненное лицо. Внутри меня бушевала смесь отчаяния и надежды. Надежды на исцеление, на возвращение той женщины, что когда-то была сильной и полной жизни. А грусть наполняла меня, потому что я понимала – вся эта борьба еще не окончена, и впереди – долгий, трудный путь.

Из покоев королевы я выбежала, чувствуя, что моя голова кружится, как вихрь из грязи и тоски. Увиденное мной было просто удушительным, как сжатое в тисках одеяло, из которого невозможно вырваться. Мне было так больно, что я не могла вдохнуть полной грудью, как будто моя грудь была распята на кресте, и каждый вдох был будто палкой, которая била меня по ребрам. Я не могла говорить, как будто мои губы были завязаны узлом из слез и тоски. Мои глаза были открыты, но я не могла видеть, как будто передо мной был черный фон, который был полон тьмы и безнадежности.

Я устало опустилась у двери, чувствуя, что я обессилена, будто была брошена в глубокую яму, из которой невозможно выбраться. Я не могла понять, что произошло, но я чувствовала, что это было что-то ужасное, что оставило меня в тоске и безнадежности. Мне было так больно, что я не могла даже плакать, как будто мне было запрещено выразить свои чувства.

Я не могла больше сдерживать свои слезы, сердце мое разрывалось от боли и отчаяния. В этот момент, когда слезы хлынули из моих глаз потоком, я почувствовала, как какая-то теплая, мужская рука легла мне на плечо. Это была рука Кайлена – горячая и сильная, словно пламя, которое согревает в холодной ночи. Он просто сел рядом со мной, не сказав ни слова, и я ощущала его присутствие как тихий, утешающий шепот в моем сердце. Его рука оставалась на моем плече, и в этот момент я почувствовала, что мне не одиноко, что кто-то рядом, кто понимает мою боль.

Когда поток слез стал немного слабее, и горечь в груди немного утихла, он мягко обнял меня. Его объятия были крепкими и надежными, словно щит, защищающий от всего мира. Он отвел меня к себе, прижимая к своей груди, и я почувствовала тепло и силу его тела. В этот момент я поняла, что даже в самой темной ночи есть кто-то, кто готов протянуть руку и поддержать меня. И в его объятиях я нашла немного утешения, словно часть моей боли стала легче, когда я могла просто быть рядом с кем-то, не боясь, что меня отвергнут или оставят одну.

Глава 7. Быстрее и ещё быстрее.

@Дневниковые записи Верховного Чародея

Когда время уходит в бег, Иль срочность требует мгновенья, Тогда скорость – наш верный кнут, и Единственное спасенье

Я сидела в покоях принца Кайлена, и он тихо и спокойно пытался меня успокоить. Меня трясло от сильных волн эмоций – то бросало в холодный пот, то охватывал жар, словно внутри бушевала буря. Я понимала, что промедление может стоить кому-то жизни, что каждое мгновение важно, и страх за близких сжимал сердце. Но Кай не отпускал меня, его крепкие руки держали, словно опора, и он искренне хотел помочь мне прийти в себя. Его спокойствие и забота были для меня словно маяк в шторме, напоминали, что рядом есть кто-то, кто готов защитить и поддержать в самый трудный момент.

– Кай, я должна, понимаешь? – С этой фразой я вновь попыталась вырваться из его объятий, но он лишь крепче прижал меня к себе. – Пусти!

– Я понимаю, ты хочешь помочь, но сначала помоги себе, Лунара. Пока ты не в состоянии работать – ты помочь не сможешь никому, а сделаешь только хуже. – Его размеренный и спокойный голос бесил меня ещё больше. Однако, я понимала, что здесь он мыслит здраво и говорит правильные вещи.

– Любое промедление может стоить твоей матери жизни, слышишь меня?

– Слышу. Тогда позволь помочь тебе, хочешь, поеду с тобой, пойду. Что угодно сделаю, я не хочу, чтобы ты случайно убила ее. А то иначе уже не случайно казнят тебя.

– Принц, знаю, что вы хотите помочь, но ваша забота – это мило. Может вы останетесь лучше здесь, в своих покоях?

– Тебя абсолютно нельзя оставлять в таком состоянии одну, а то мало ли чем дело кончится. Пойдем к тебе, там будет для тебя спокойнее и привычнее.

О, да, конечно, – я усмехнулась от бессилия. – Там, наверное, будет так уютно, что вам, принцу, придется протискиваться, после дворца. В тесноте и ветхой мебели!

Кай взглянул на меня с легкой улыбкой, стараясь удержать маску спокойствия на лице.

– Я не боюсь небольшого пространства, если это поможет тебе. Да и теснее пообщаться нам не помещает. Тебе нужно восстановиться, и я хочу быть рядом.

– Если ты настаиваешь. – Я вздохнула, чувствуя, как усталость накатывает с новой силой. – В конце концов, у меня больше ничего и не остается, кроме этого старого домика. Может, там мне действительно станет легче…и вам тоже, принц.

Он мягко кивнул и взял меня за руку. В ночной тиши мы медленно шли по коридорам замка, рука Кая крепко держала мою, словно это единственный источник стабильности и уверенности в этом мраке. Внутри царила гнетущая атмосфера – стены, казалось, дышали, отражая наши шаги эхом в пустых коридорах. Тусклый свет факелов, рассеянный по каменным стенам, бросал длинные тени, которые казались движущимися фигурами, словно сама тьма оживала и наблюдала за нами. Каждое наше движение отзывалось эхом в безмолвной гробовой тишине, и ощущение, будто замок дышит, не покидает меня. В воздухе витало ощущение, что мы вторгаемся в запретную зону, и каждая тень могла скрывать что угодно – шепот прошлого или опасность, поджидающую в темноте.

Наконец, мы вышли на просторную дворцовую площадь. Городская ночь тут казалась особенно безмолвной и уединенной. Горели лишь одинокие фонари, мягко освещая гладкий камень и создавая длинные тени, которые тянулись по площади. Ни единой живой души – только тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом ночного ветра. Вдали раскинулась торговая площадь – лавочки были плотно закрыты на замки, вывески не горели, и всё казалось застывшим во времени. В этом месте ощущалась какая-то безмолвная грусть, словно город засыпал, ожидая рассвета, и даже ночная жизнь замка оставила здесь свои следы только в виде тени.

Я уже собиралась подойти к охране, чтобы показать пропуск, когда Кай быстро потянул меня за руку. Его движение было решительным, и в его взгляде я заметила нечто настойчивое, почти неукротимое. В мгновение ока он повел меня в узкий переулок, спрятанный между двумя зданиями, словно в попытке укрыться от чужих глаз. Мы оказались зажатыми лицом к лицу между холодными каменными стенами, наши тела почти соприкасались – дыхание сбилось, и я почувствовала, как от близости у меня забилось сердце.

В этом узком пространстве, в глухой ночной тишине, ощущалось нечто иное – смесь страха и опасности, словно мы оказались в ловушке, и каждое шорох или шепот мог раскрыть наше присутствие. Вся эта сцена казалась словно сценой из другого мира, где время остановилось, а тень ночи стала свидетелем нашей тайны. В этом зажиме между стенами я почувствовала, как будто вся ночь сжалась до этого мгновения – и в то же время, как будто опасность витает в воздухе, поджидая свой момент, чтобы раскрыться.

Принц был словно ожившая скульптура, воплощение красоты и статности. Его лицо – идеально гармоничное, с высокими скулами, плавным контуром подбородка и мягкими, но выразительными чертами, даже морщинки были почти не заметны. Глаза – глубокие и пронзительные, темные, словно ночное небо, в которых таилась мудрость и загадка. Легкая тень бороды подчеркивала его строгий, но привлекательный силуэт, добавляя немного мужественности к его изящной внешности. Волосы – темные, слегка вьющиеся, мягко ложились на лоб, придавая образу немного небрежной элегантности.

В этом узком пространстве и темноте он выглядел особенно завораживающе. В свете тусклого факела его лицо казалось словно сделано из мрамора – гладкое, холодное и в то же время живое. Грациозная шея и широкие плечи создавали впечатление силы и уверенности, будто он – воплощение благородства и достоинства. В этом мраке и тесноте, окружённый стенами и тенями, его внешность приобретала особую притягательность – словно он был создан для этого момента, для этого ночного уединения, и его красота казалась почти магической, сияющей изнутри и привлекающей взгляд словно магнит.

Внезапно в груди словно что-то кольнуло – острое и внезапное, словно нож, проткнувший сердце. В этот миг дыхание стало прерывистым, словно воздух вдруг исчез, и я почувствовала, как силы покидают меня. Пространство вокруг словно сузилось, звезды потускнели, а в голове зазвучал глухой шум, мешающий сосредоточиться. Мельком я осознала, что словно потеряла контроль над телом – и без сил выскочила из узкого закоулка, словно бегущая от невидимой угрозы. Мягко упала на холодную мостовую, почувствовав острый холод камней под кожей.

В ту же секунду Кай подскочил ко мне, его лицо исказилось от испуга, глаза широко раскрыты, а губы дрожат. В его взгляде читалась тревога и страх – словно он понимал, что случилось, и сам был потрясён этим внезапным приступом. В этом моменте весь его облик казался полным тревоги и решимости, будто он готов был сделать всё, чтобы защитить меня, даже если сам не знал, что именно произошло.

Через секунду невыносимая боль вдруг исчезла, словно её проглотила тьма, уступая место легкому покою. Вдох стал плавным и глубоким, и сердце снова забилось ритмично, наполняя грудь свежим воздухом. Я почувствовала, как силы постепенно возвращаются, и с облегчением подняла взгляд.

Кайлен мгновенно потянул меня за руку, вновь ведя через узкий проем, словно знал, что там спрятан выход. Мы пробрались сквозь тесное пространство, и вскоре перед глазами предстала дыра в стене. Она открывала путь прямо в лес – густую чащу деревьев и теней, куда можно было укрыться и скрыться от всего мира. В этом мгновении ощущение свободы поразило меня, и я понимала, что именно туда нам нужно.

С новыми силами я рванулась вперед, ощущая, как сердце бьется в груди, а дыхание становится чуть более свободным. Я мчалась сквозь густой лес, пробираясь сквозь ветви и кусты, которые царапали лицо и цеплялись за одежду. Каждая ветка, каждое корящееся дерево казались препятствиями, но я не могла остановиться – знала дорогу к своему дому как свою собственную ладонь. В голове билась одна мысль: туда, где безопасно, где я смогу укрыться и подготовиться.

Принц рванул за мной, его быстрое дыхание слышалось за моей спиной, но он не отставал. Его решительный взгляд и настойчивость придавали мне сил. Время казалось ускоренным, как будто весь этот путь – всего лишь мгновение. Мы преодолели скользкие корни, перепрыгнули через упавшие ветки и пробились сквозь плотную чащу, пока не достигли знакомого участка -узкой тропинки, ведущей к дому.

Наконец, я достигла порога, и сердце мое билось так сильно, что казалось, сейчас вырвется из груди. Я быстро открыла дверь, не обращая внимания на шум и суету за спиной, и вбежала внутрь. За мгновение я оказалась в кухне, где уже была подготовлена вся необходимая для моего дела атрибутика. Быстро схватила ножи, разделочные доски, свежие ингредиенты – всё, что нужно для приготовления зелья.

Мельком бросилась к столу, нарезая травы, чувствуя, как руки движутся автоматически, подчиняясь инстинкту. В это же мгновение зажгла огонь под котлом, чтобы тот засиял ярким пламенем и начал разогреваться. Каждое движение было быстрым и точным, словно я сама становилась частью этого ритуала – собирала силы и ресурсы, чтобы подготовиться к тому, что может произойти. Время казалось растянувшимся и сжатым одновременно, и в этой спешке я ощущала неустанную решимость: сделать всё, чтобы она выжила.

Кай стоял рядом, его глаза внимательно следили за моими действиями. Он не мешал, только наблюдал -его присутствие было спокойным, словно тень, которая всегда рядом, готовая прийти на помощь в нужный момент. Мои руки работали быстро и точно, каждый жест был отточен до совершенства. Время от времени я ощущала, как магия проникает в мои движения, ускоряя их, делая работу легче и быстрее. Вся комната наполнялась тихим шепотом магических потоков, сливаясь с моими усилиями.

Кай оставался молчаливым, его взгляд был сосредоточенным, без тени сомнения или беспокойства. Он не говорил ни слова, лишь наблюдал за мной, словно знал, что сейчас важен каждый мой жест и каждое мое слово. Я изредка бросала на него косой взгляд, чувствуя в себе желание что-то сказать, спросить или даже упрекнуть, но понимала – слова могут оказаться лишними. Одно слово – и оно может занять то, что предназначено для королевы, отвлечь или изменить ход событий, и мне не было времени на лишние разговоры.

В этом молчаливом взаимодействии ощущалась вся сила и ответственность, которая лежала на моих плечах. Мы были как два элемента одного механизма, движущегося в унисон – я, вкладывающая магию и уверенность, и он, тихий страж, готовый вмешаться, если понадобится.

Когда нарезка была завершена, я быстро закинула все ингредиенты в котел. Магией аккуратно и точно помешивала, ощущая, как поток сил пронизывает мои руки, ускоряя процесс. Вскоре вода в котле закипела, и я почувствовала, что время пришло – я откупорила одну из свободных бутылочек объемом 500 мл. Взяв в руки магию, я аккуратно и плавно перелила все содержимое котелка в бутылку, контролируя каждое движение, чтобы ничего не пролить.

Когда последний поток магии завершился, я закрыла бутылку и сделала глубокий вдох. Этого должно было хватить – концентрация и точность были важны. Теперь оставалось лишь подготовить всё необходимое и ждать, когда это понадобится. Внутри я чувствовала спокойствие, зная, что сделала всё возможное для успешного исхода.

Я села на кровать, чувствуя, как усталость накладывает свой отпечаток на тело и разум. Каждое движение давалось с трудом, и я решила дать себе передышку. В этот момент Кай подошел ближе, но не присел – его взгляд был внимательным и вопросительным, словно он хотел понять, всё ли у меня в порядке. Его глаза говорили больше слов, передавая заботу и тревогу без единого звука.

Я посмотрела на него и кивком дала понять, что всё хорошо, хотя внутри чувствовала, как истощены мои физические и магические ресурсы. Мое тело было измотано, магия – исчерпана. Я медленно провалилась в сон, позволяя себе наконец расслабиться, зная, что рядом есть человек, который заботится и следит за мной.

Глава 8. Интермедиа. Часть 2

@Дневниковые записи Верховного Чародея

В сердце огонь, и тьма, и свет, Влюблён в ведьму – это твой завет. Не можешь бороться с этим огнём, В её глазах найдешь ты свой дом

Я тихо наблюдал за Луной, когда она спала. Её лицо было таким нежным и безмятежным, словно вся усталость мира не могла затмить ее красоты. Несмотря на утомление, в ее чертах читалась спокойная мягкость, которая делала ее особенно милой. Каждое дыхание было медленным и ровным, словно она находила в этом коротком отдыхе утешение и силу.

Я заметил, как она с усердием и аккуратностью собирала ингредиенты для зелья – даже в этом состоянии усталости она вкладывала всю свою энергию и внимательность в каждое движение. Каждая капля, каждое движение казались наполненными заботой и преданностью, словно она делала это не ради кого-то, а ради самой идеи помочь, ради того, чтобы сделать что-то хорошее для моей матери.

Я видел, как в ее глазах мелькали внутренние переживания – тревога за кого-то, кто ей дорог, и, возможно, страх перед тем, что она не сможет справиться или сделать все идеально. Она старалась сдержать эмоции, держала лицо спокойным, хотя тело и душа явно требовали отдыха. Внутри меня роились мысли, как я мог бы облегчить ей эту ношу, как помочь ей расслабиться и почувствовать, что она не одна. Но я понимал, что сейчас самое важное – дать ей возможность восстановить силы, чтобы она могла продолжать заботиться о близких.

Я чувствовал, что за этим спокойствием скрывалась целая вселенная чувств – усталость, любовь, тревога, желание защитить. И в тот момент, когда я смотрел на нее, я понял, что хочу сделать всё возможное, чтобы поддержать ее, чтобы она почувствовала, что ее ценят и замечают все усилия, которые она прилагает. Пока я оставался в тени, надеясь, что скоро смогу стать для нее опорой, -ведь именно это она заслуживает после всех своих стараний.

Я мягко погладил её по голове. Она так спокойно спала, ничто не нарушало этот момент тишины. Ее лицо было таким умиротворенным, будто бы вся усталость исчезла хотя бы на мгновение. Я заметил, как она немного вздохнула, но не проснулась – возможно, ей было нужно это спокойствие, чтобы набраться сил.

Вспомнил наш вечер, как мы оказались зажаты в узком переулке под покровом ночи. Тогда я смотрел ей в глаза, и в тот момент мне показалось, что в их глубине отражаются звезды – такие же яркие и загадочные. В её взгляде я увидел не только усталость, но и ту силу, которая скрыта внутри, ту нежность и решимость, которые делают ее особенной.

Я хотел в тот момент прикоснуться к ней, обнять, почувствовать тепло ее тела. Мне хотелось защитить ее, утешить и дать понять, что я рядом, что она не одна. Внутри меня зрело желание – даже если бы она была против, я бы все равно поцеловал ее, чтобы показать, насколько она важна для меня, как много она значит. Мне казалось, что в этот момент ничто и никто не сможет помешать мне выразить свои чувства, потому что она -это самая ценная вещь, которая есть у меня в этом мире.

Я понимал, что сейчас лучше не тревожить ее сон, чтобы не нарушить это мгновение спокойствия. Но внутри меня росло сильное желание – я не мог удержаться. Я мягко прильнул губами к ее щеке. Ее кожа была такой теплой и мягкой, и в этот момент казалось, что вся вселенная остановилась, чтобы нас оставить наедине с этим ощущением.

Она была так красива, что затмевала собой весь мир – ее лицо, ее взгляд, даже во сне излучали ту невинность и нежность, которые невозможно было не заметить. В этот короткий миг я почувствовал, как сердце забилось чуть быстрее, и в душе зазвучала тихая песня благодарности за то, что она есть, за то, что могу быть рядом и разделить с ней этот момент. И пусть весь мир исчезает вокруг -для меня важнее всего было сохранить это тихое, искреннее ощущение её присутствия рядом.

С ранних лет отец рассказывал принцу легенды о великой ведьме Лунаре – о ее мудрости, силе и таинственной красоте. Он говорил, что Луна – это ее дом, а звезды – ее глаза, и что однажды он сможет увидеть ее хоть одним глазком. Эти истории наполняли сердце мальчика мечтами и предвкушением, и он рос в постоянном ожидании встречи с загадочной ведьмой. Каждое утро он просыпался с мыслями о Лунаре, а в его воображении она казалась недосягаемой, словно свет далекой звезды.

Со временем, по мере взросления, эти мечты начали угасать, уступая место более земным заботам и обязанностям. Но иногда, прогуливаясь по дворцовой площади, он встречал на ней прекрасную молодую девушку. Ее волосы были цвета ночи, с прядями синего и фиолетового, словно отражение звездного неба, а глаза – ярко-зеленого цвета – напоминали о ночных созвездиях. Он часто останавливался, чтобы взглянуть на нее, и в сердце его просыпалось желание познакомиться, но страх и неуверенность мешали сделать шаг.

Несколько раз он слышал ее тихий, мелодичный голос, и эти моменты становились для него особенными -словно шепот самой Лунары. Вечерами он представлял, как они гуляют под руку по саду во дворце, разговаривают и смеются, словно давно знакомые друзья. Эти мечты согревали его сердце и давали надежду.

Но однажды, охваченный любопытством и желанием узнать правду, он решил прокрасться в дом лесной ведьмы. Он надеялся увидеть ее в ее настоящем обличье, понять, кто она на самом деле. Однако, когда он проник внутрь, он никак не ожидал увидеть ее там – в этом загадочном, таинственном месте, где он надеялся найти лишь тень и шепот легенд.