Коллекционер душ. Книга 2

– Да я и не доверяю. Получится – хорошо. Не получится, значит придумаю что-нибудь другое.

– Значит маму твою не она нашла? – вдруг спросил Серый.

– Что? – я остановился и посмотрел на него.

– Я ее видел сегодня в продуктовом у дома. Вы еще не виделись?

Глава 4. Супергероика

Я добежал до своего дома так быстро, словно до этого не отпахал целых полтора часа на футбольной тренировке. Уже через несколько минут я поднимался по своему подъезду, слыша позади тяжелое сопение запыхавшихся Серого и Жендоса.

– О, мелкий! – вздрогнула от неожиданности Лиза, открыв дверь прямо перед моим носом. – Я как раз никак не могла найти ключи, чтобы закрыть квартиру. Хорошо, что ты пришел…

– Где мама? – я убрал девчонку в сторону и ворвался внутрь.

Свет, везде кроме коридора, уже был выключен. Поэтому я мгновенно нащупал выключатели и люстры на потолке осветили сначала комнату матери, затем мою.

– Где мама? – повторил я вопрос, вернувшись в прихожую и весь дрожа от напряжения.

Лиза провела своим взглядом сперва по мне, а затем по моим друзьям, которые исходя потом уселись на тумбочку в коридоре и тяжело дышали.

– Твоя мама нашлась? – широко открыв глаза, спросила девушка.

– Серый говорит, что видел ее сегодня в продуктовом, – я посмотрел на своего друга.

Тот кивнул в ответ.

– Я не выходила отсюда с самого утра. Решила не ходить сегодня в школу, – ответила она. – Но никто, кроме парней не приходил.

– Ничего не понимаю… – я снял с головы шапку, прошел на кухню и уселся на табуретку, все еще хорошо видя тех, кто был в коридоре.

– Может тебе показалось… – начала Лиза, но не успела договорить. В дверь постучались.

Я в надежде вытянул шею.

– Договорились же через десять минут, – подъездное эхо разносило голос Глобуса. – Прошло уже двадцать. Мы так и до комендантского часа не успеем…

Лиза бросила на меня вопрошающий взгляд.

– Все нормально, – махнул я рукой. – Идите.

Как только дверь захлопнулась, Серый с Жендосом сняли обувь и прошли ко мне на кухню.

– Ты уверен, что это была она? – спросил я у своего друга.

– Стопудово, Костян, – покивал он и поморщился при виде пробегающего таракана. – Мы даже поздоровались.

– И ты у нее ничего не спросил?

Он отрицательно покачал головой и добавил:

– Я ж не думал, что она не приходила домой…

– Она пьяная была?

Серый пожал плечами.

На кухне повисла тишина. Лишь ветер задувал через открытую форточку.

– А что, если попросить ту цыганку отыскать твою маму? – спросил Жендос и залез пальцем в пиалу с вареньем. Облизал его.

– Она и сестру не хотела искать, – с досадой в голосе произнес я. – А про мать…про мать сказала, что та сама меня найдет.

Снова молчание.

– Ничего не понимаю, – первым заговорил я. – Почему она скрывается? Почему не дает о себе знать? Что делала возле дома, если даже не зашла, чтобы написать мне хотя бы чертову записку?!

Я ударил по столу от собственного бессилия. Нервы были уже на пределе.

Всю прошлую жизнь я обижался мать как раз за то, что ей было плевать на собственного сына. За то, что она любила меня только тогда, когда ей было удобно. И всегда я списывал это на алкоголь. На ее зависимость от него. А что сейчас? Что двигает ей, когда даже теперь она так поступает?

Может быть я зря нагнетаю? Может она просто сбежала с отчимом. Но почему тогда ничего не сказала? Может все-таки стоит найти дядю Лешу и спросить что ему известно?

Зазвеневший будильник вырвал меня из мыслей.

– Девять! – встрепенулся я. – Похоже вы сегодня ночуете у меня. Серый, закрой ставни в моей комнате, я на балкон. Жендос, все остальное.

Я заторопился на балкон, все еще погруженный в мысли о матери. Прошел через комнату, запинаясь о разбросанные на полу настольные игры, пустые банки из-под «Пепси-колы», теннисные мячи, «йо-йо» и другие вещи, с помощью которых курьеры коротали время до следующих заказов. Подошел к балкону.

Прежде чем закрыть дверь, которая была настежь открыта весь день, чтобы постоянно проветривать помещение от табачного дыма, я закрыл глаза и глубоко вдохнул свежего воздуха. Следующие три часа сидеть в духоте.

Вдруг послышался пронзительный детский плачь. Он доносился до меня сквозь ночную тишину и десяток звуков опускающихся ставней соседей. Я открыл глаза и посмотрел сквозь тонкие ветви березы, растущей прямо под балконом на запорошенную снегом площадку. Несколько разрывов уже мерцали во дворе, а тени медленно выползали из них наружу.

– Ты чего? – Серый положил руку на мое плечо, чем заставил меня вздрогнуть.

– Слышишь это? – я приложил палец к губам.

Друг со шрамом над бровью, почесал щеку и прислушался.

– Эээ…кажется, еще один ребенок не успел домой к началу комендантского часа, – с сочувствием произнес он.

В этот самый момент что-то сильно громыхнуло, а посреди площадки образовалась небольшая голубая светящаяся сфера. Внутри нее и находился ребенок. Теперь его было видно.

– Похоже, это девочка… – я сжал зубы. – Сфера вокруг нее. Что это?

– Похоже на щит. Правда… Сейчас такой щит уже никто не использует. Он не позволяет сблизиться с противником. Думаю, ее родители где-то недалеко и помогают ей таким образом. Вряд ли она сама смогла создать его.

Души, выползающие из порталов, надвигались на беззащитного ребенка, словно толпа оголодавших зомби. От их вида девочка закричала, попыталась отойти, но уперлась в растущие близко друг к другу деревья. Начала плакать еще громче.

– А если нет? – спросил я.

– Что нет?

– Что, если этот щит создали не ее родители, а она сама?

– Только если… – начал Серый, но тут же передумал. – Нет. Не может быть. Она еще и читает-то, наверное, с трудом.

– Надо бы помочь… – пробубнил я себе под нос. – Девчонка, кажется, еще младше нас. Может можно куда-нибудь позвонить, чтобы за ней приехали?

– Вся помощь приедет только после двенадцати. Щитники не выезжают по пустякам. Если эта девочка сама не поможет себе – или ее родители, – то никто не поможет. Закрывай! Души уже летят на свет!

Серый дернул меня за плечо, а затем закрыл дверь, а затем ставни.

Теперь я стоял посреди комнаты и думал.

Дилемма. Маленькая девочка. Потерянная и напуганная. Посреди пустого двора. Насколько хватит этого щита? На все три часа или в один момент сфера исчезнет, и ребенок станет очередной жертвой этих сущностей, бродящих по улице? Достаточно ли во мне безразличия, чтобы просто сидеть тут и ждать того момента, когда она издаст последний, истошный крик? Нет. Может быть я еще не понял насколько серьезна эта проблема с порталами в этом мире, но сидеть здесь, когда я могу ей помочь – не вариант.

Только вот один я точно ничего не сделаю. Нужны Знаки. Магия. Желательно помощь еще одного одаренного. Серого.

– Ты куда? – Жендос догнал меня в коридоре. – Совсем того, что ли?

– Там, на улице, ребенок остался. Надо помочь, – я накрутил шарф вокруг шеи.

– Мы сами еще дети, Костян! – Серый догнал меня и перегородил путь. – Нельзя на улицу. Ей уже не поможешь!

– С чего ты взял? – я натянул ботинки и встал перед другом.

– Души уже заполонили двор.

– Но я ведь однажды выжил, – припомнил я один из случаев, когда Кипяток и Антропов заперли меня в старом доме.

– Тебе повезло, – отмахнулся Серый. – Сейчас нельзя.

Я прикоснулся указательным пальцем к губам, заставив всех замолчать. В тишине снова каждый из нас смог расслышать плач девочки.

– Она там, – замотал я головой. – Надо помочь.

Затем я посмотрел на своих друзей. Убеждать их выйти на улицу к душам бессмысленно. Их глаза полны страха. Но…они всего лишь дети и если сказать правильные слова, то скорее всего они не только отпустят меня, но и пойдут вместе со мной.

Я выдохнул.

– Серый. Кто твой любимый супергерой? – спросил я.

Ощущение такое, точно обзавёлся двумя детьми, которых у меня никогда не было, а не друзьями. Но что поделать. Кажется, я начинаю привыкать.

– Бэтмен, – немного погодя ответил одаренный.

– Фу-у-у! Бэтмен отстой! У него вообще нет сверхспособностей. Вот супермен – другое дело! – воскликнул Жендос и снова макнул малец в пиалу с вареньем, которую теперь повсюду таскал с собой.

– Неважно кто. Супермен или Бэтмен, – начал я. – Как вы думаете. Если бы кто-то из них услышал детский плач, он бы отсиживался в безопасном месте, как последний трус?

Я до последнего не верил, что это сработает. С моего первого детства прошло так много времени, что теперь я и не понимаю насколько для меня важны те или иные вещи. Помню только, что мог завязать покрывало вместо плаща на шее и часами изображать из себя супергероя, бьющегося со своими врагами. Хотел ли я на самом деле быть супергероем? Наверное. Готов ли был ради этого взглянуть страху в глаза? Не знаю. Вот и посмотрим.

Парни молчат.

– Я понимаю, что вы боитесь выйти. Но кто вам сказал, что мы не вернемся? Мы с тобой одаренные, Серый. У нас есть способности. Жендос сможет прикрывать нас с балкона. Отвлечь внимание или подсказать что-то. Ну? Давай! Как Бэтмен и Робин. Выйдем во двор, спасем ребенка и станем героями. Ну?

Пауза.

– Но способности нельзя применять вне стен школы… – заявил мой друг.

– Кто нас увидит? Все попрятались в своих домах и нос высунуть боятся. Им даже на девочку плевать. Ну? Давай! Каких-то десять минут, и мы герои!

Серый посмотрел на Жендоса, кажется, ожидая одобрения. Самому принять такое решение невероятно сложно.

– У меня нет Силы, – сказал мой второй друг. – Поэтому мне реально придется остаться дома и помогать вам отсюда. Но если бы была, я бы не зассал.

Сработало. Я знал, что Жендос как раз бы зассал. Но перспектива стать героем и при этом не рисковать самому, была ему по душе.

– Десять минут, говоришь? – медленно проговорил побледневший от страха Серый и почесал свой шрам.

– Хорошо. Только если быстро… – все также неуверенно добавил он.

Есть! Маленькая победа. Помощь одаренного нужна была мне сейчас больше всего. Того, кто кроме меня сможет дать отпор душам. Если честно, без него вряд ли бы я сунулся туда. Но теперь у нас появлялся реальный шанс.

– Тогда нужно разработать план, – сказал я, и не снимая надетых ботинок прошел в свою комнату. – Жендос, посмотри, девчонку. Ее до сих пор защищает эта сфера?

– Да! – он почти молниеносно открыл ставни, увидел светящуюся голубую сферу и закрыл их снова.

– Хорошо, – я достал из ящика своего ламинированного письменного советского стола тетрадь. – Нужно подготовиться, – я посмотрел на другого одаренного. – Нарисовать Знаки, которые помогут нам.

– Давай, – Серый вырвал листок и взял одну из ручек со стола. – Что рисуем?

– Жаару. Огненный шар всегда пригодится, – предложил я.

Серый кивнул. Ручка в его руке ловко задвигалась над листочком, вырисовывая линии куба и треугольника. Сразу видно – старшеклассник. Жаару он нарисовал буквально за минуту.

– Дальше? – спросил он.

– Давай еще одну. Чтобы у каждого из нас было. Если разделимся.

– Тогда сразу будем рисовать всего по два. Есть у тебя переводная бумага?

Я на секунду задумался о том, что это такое, а потом вспомнил, как в будущем с помощью такой вот бумаги в некоторых заведениях мне выписывали квитанции. Заглянул в ящик стола и достал оттуда два черных листа. Теперь дело пойдет быстрее.

– Готово! Что на счет Ауранды? – спросил одаренный.

– Ау…ра…что? – поморщился я.

– Вы должно быть еще не изучали его. Но Знак очень полезный… – Серый принялся рисовать на листке волны и одновременно объяснять мне действие нового Знака. – Когда активируешь его, у тебя будет ровно двадцать секунд на то, чтобы спрятаться…

– Что он делает?

– Открывает разрыв. А этот разрыв засасывает все души в радиусе десяти метров. Десяти тире пятнадцати. Действует как бомба замедленного действия.

– Класс! А почему я до сих пор о нем не знал?

– Может пятиклассникам его не дают, потому что вы еще не готовы им пользоваться… Если не успеешь укрыться, то подвергнешься мощной радиации. Нарисую один. Для себя.

– Рисуй для меня тоже, – настоял я и протянул другу копировальный листок.

Серый неохотно, но согласился.

На рисование Знаков у нас ушло минут десять и уже скоро мы стояли на пороге моей квартиры и раздавали друг другу последние инструкции.

– Тебе хорошо видно площадку, Жендос, – я протянул другу старый бинокль, в который мы в прошлой жизни часто подсматривали за соседями и добавил: – Если увидишь какую-то опасность, посвяти рядом с нами лазером.

Я протянул своему лопоухому другу лазерную указку.

Давно я не держал в руке этого маленького золотистого предмета с крохотной кнопочкой, способной направить красный луч света далеко вперед. Интересно, период увлечения этой вещицей в нашем классе уже прошел или только на подходе? Судя по тому, что она была в одном из ящиков моего стола, мы уже наигрались.

Серый два раза щелкнул замком и открыл дверь.

– Ну все, – я глубоко вдохнул. – Не открывай никому кроме нас, Жендос. Мы постучим, как обычно. Специальным ритмом. Пошли!

Медленно спускаемся на второй этаж. Подходим к окну. Лампочка тут давно вышла из строя. Бесконечно мерцает. Коротко вспыхивает и потухает.

Я медленно приоткрываю окно и выглядываю. Недалеко, на улице, светится разрыв. Но душ нигде не видно. Жестом предлагаю другу вылезти через окно. Мало ли кто может ждать нас у входа в подъезд, а со второго этажа мы неоднократно спускались, когда играли в жмурки.

Приподнимаю раму, пролезаю наружу и меня тут же насквозь продувает ноябрьский морозный ветер. Помогаю Серому тоже вылезти на козырек подъезда. Осматриваемся.

Пустая детская площадка. Еще один разрыв. Теперь две души бродят неподалеку словно ходячие мертвецы. Нас не замечают.

Встаю на колени и заглядываю под козырек. Убеждаюсь, что там никого нет. Затем медленно и бесшумно спускаюсь, сперва повиснув на одних руках. Спрыгиваю. Серый словно моя тень. Повторяет все движения один в один.

Медленно двигаемся в сторону каменной площадки, на которой и была девочка. Ее плач до сих пор слышно. Заглядываю за угол.

Души умерших одаренных окружили сферу, за которой прячется ребенок. Они не издают ни единого звука, но от этого не выглядят менее жутко. Наверняка, ждут, когда защита рухнет и даст им пройти.

Чего они хотят? Завладеть ее телом или у них другие планы?

– Сейчас я заберусь на то дерево, – начал я, как только мы оказались за небольшим деревянным заборчиком, окружающим палисадник у моего дома. – Затем ты по моему сигналу откроешь разрыв вон там. Как только это произойдет я привлеку внимание теней. За следующие двадцать секунд ты должен оказаться на безопасном расстоянии от портала, а все души в зоне его действия. Если все пройдет гладко, мы избавимся от теней и у нас будет время убежать с девочкой домой.

Серый нахмурился, все еще взвешивая мое предложение и, в конце концов, кивнул.

Уже через минуту я лез на самое популярное дерево в нашем дворе. Бывали деревья, растущие вертикально, совсем без выступов на стволах. На них залезть было практически нереально. Это же – искривленный ствол со своими бугорками и сломанными ветвями. Он позволял забраться на уровень третьего этажа за считанные секунды. Очень скоро я сидел на большой ветке и искал глазами своего друга. Словно и не прошло двадцати лет с моего последнего покорения этого Эвереста.

Нашел.

Серый удостоверился, что я больше не собираюсь менять позицию, наблюдая за мной в течение некоторого времени, а затем принялся красться к узкой протоптанной тропинке, которая находилась на одинаковом расстоянии между площадкой, где до сих пор канючила маленькая девочка и деревом, на котором засел я.

Я взял палку в руку и приготовился стучать, чтобы привлечь внимание душ.

– Эй!

Я громко крикнул и поморщился от собственного детского голоса, разбивающего тишину. Серый применил Ауранду и уже бежал в укрытие.

Все души, как одна развернулись и начали искать смельчака глазами.

– Я тут на дереве, – рвал глотку я и стучал палкой о толстый ствол.

Тени, наконец, заметили меня и помчались в мою сторону. Кто-то быстрее, кто-то из них отставал. Но все шло по плану. Через десять секунд они отправятся восвояси, а у девочки появится шанс выжить.

– Сюда, чертовы…

Я вдруг замолчал, увидев, как по веткам передо мной пронеслась красная точка. Она нервно прыгала по земле, усыпанной тонким слоем снега, моим рукам, ветвям дерева на котором я сидел.

Это был знак. От Жендоса, который беспорядочно крутя лазерной указкой хотел о чем-то нас предупредить. Я тут же огляделся. За мусорными баками, куда сейчас бежал Серый, открылся еще один разрыв и оттуда уже выползали новые души. Мой друг бежал прямо в ловушку…

Глава 5. Профиль аристократа

– Серый! – кричу я изо всех сил. – Назад! Там тени! За баками!

Мой друг останавливается, а души, которые все это время направлялись ко мне, теперь бегут в его сторону.

Ауранда срабатывает. Яркая вспышка ослепляет меня. Заставляет жмуриться. Когда я открываю глаза, то вижу, что разрыв забрал только половину сущностей. Зато оставил целый клок выжженной земли в радиусе десяти тире пятнадцати метров, как и говорил Серый.

Я достаю несколько листов из кармана пальто. Суматошно отыскиваю среди всех Знаков Жаару. Другую руку сую в левый карман и крепко сжимаю тамагочи. Нужно напитаться Силой.

Уже через несколько секунд огненный шар, выпущенный мной, разбивает душу, преградившую путь моему другу. Я бросаю короткий взгляд на девочку. Теперь она не плачет. Изумленно наблюдает за начавшейся битвой.

Я спрыгиваю с дерева и бегу в сторону площадки. Не контролирую себя. Не хочу, чтобы Серый оказался на месте моей сестры или матери. Он точно не должен пострадать по моей вине. Сейчас наплевать даже на то, что может произойти со мной. Главное помочь другу убраться отсюда.

Это огромный двор. Он расположен между тремя хрущевками и трехэтажной гостиницей. Дети со всей округи собираются здесь, чтобы найти компанию. Каменная площадка справа. Турники, на которых местные жители выхлопывают ковры, прямо за ней. Широкий утоптанный пустырь забирает почти весь центр этого двора. Там было круто играть в квадрат, бросать ножики в землю, а сейчас это лучшее место, чтобы отправить оставшиеся души прочь из этого мира.

– Серый! – кричу изо всех сил. – Сюда!

Гончие. Адские псы, которые тоже вырвались из вновь открытых порталов теперь гонятся за ним и едва не кусают за пятки.

Опускаю руку в сугроб. Снег – это вода. Значит должно получится открыть разрыв. Я скрещиваю пальцы в определенном знаке и два раза ударяю по пространству рядом с собой. Электрический разряд тут же открывает портал, и я касаюсь его рукой, чтобы набрать больше силы. Получилось. Тень, которая начала выходить из открытого разрыва, растворяется в воздухе, как только закрывшийся портал разрубает ее пополам.

Затем я судорожно перебираю листки со Знаками в своих руках, выбрасывая те, что точно не помогут мне сейчас. Ветер подхватывает их и уносит далеко от меня.

– Ауранда. Вот Она, – шепчу себе под нос и поднимаю глаза. – Серый! Сюда! Скорее!

Я тороплю своего друга. Ведь уже через двадцать секунд после того, как я открою разрыв мой друг должен быть вне досягаемости.

Открытой ладонью прикасаюсь к Знаку. Ладонь начинает святиться ядовитым зеленым цветом. Провожу ей по пространству перед собой и открываю смертоносный для душ разрыв. Отчет пошел.

– Бежим! – Серый пробегает мимо меня и толкает в плечо.

Знаю, если останусь, то не просто подвергнусь радиации. Прежде всего, заставлю своего друга затормозить. Этого допустить нельзя.

– Бежим! – теперь подгоняю его я и устремляюсь вслед за ним.

Один шаг взрослого ровно один метр. Значит моих не больше пятнадцати, чтобы остаться в зоне действия Ауранды.

– Раз, два, три…

Мы бежим по подтаявшим сугробам, периодически проваливаясь в них. Ставни вокруг заперты. Ни один смертный не желает даже посмотреть на то, кто рвет глотку в этом дворе. Лишь Жендос все еще пытается беспорядочно светить моей лазерной указкой, указывая нам дорогу, как будто мы сами не знаем куда бежать.

– Двенадцать. Четырнадцать. Пятнадцать! – кричу я вслух и одновременно толкаю Серого вперед.

Импульса моего толчка должно хватить, чтобы он по инерции пробежал еще несколько метров.

Оборачиваюсь. Души, словно оголодавшие звери мчатся на меня вслед за гончими, которые бегут впереди остальных.

Если я уйду, то у Серого почти нет шансов спастись. Если я сделаю еще шаг, то не факт, что девочка останется жива.

В голове успевает промелькнуть мысль о том, что я уже был по ту сторону. Если Серый говорил о радиации, которая вырывается из разрыва, то побывав по на изнанке я должен быть уже облучен – мама не горюй! А значит, есть маленькая надежда на то, что я ничего не теряю. Задержать бы тут все эти души, чтобы они отправились прямиком в ад.

Делаю несколько шагов навстречу теням. Чтобы наверняка. Задерживаю дыхание. В последний момент, когда псы уже должны накинуться на меня, из моего крестика вдруг вырывается душа отца и врезаясь в адских гончих прямо в воздухе, превращается вместе с ними в один большой ком густого черного дыма, который едва видно в темноте. Следом вспыхивает разрыв, который я открыл и яркое свечение затягивает в себя души, мчавшиеся на меня.

Я успеваю закрыть глаза рукой, чтобы не ослепнуть в очередной раз, а когда открываю – двор пуст. Все вокруг этого разрыва – мертво. Теперь и здесь деревья почти мгновенно чернеют, а ветви начинают падать на обнажившуюся землю. Радиации подверглось все вокруг.

Я поднимаю свои руки. Дрожат. То ли от холода, то ли от нервов. Но кожа вся на месте. Это радует.

Дотрагиваюсь ладонями до лица. Щупаю. Детская кожа, усики, уши – все на месте. Поворачиваю голову на асфальтированную площадку. Сфера, которая защищает девочку, начинает мерцать. Вокруг, тут и там, еще стоят души аристократов. Но эти настроены… по крайней мере, нейтрально. Не бегут на меня и не жаждут за что-то непременно отомстить.

– Как ты? – я подошел к девочке, сидящей на камнях и поджавшей колени к своей груди.

Она медленно подняла на меня испуганные глаза, все еще хлюпая носом.

– Нам надо уходить, – сказал я и протянул руку.

В этот самый момент сфера перестала мерцать и окончательно исчезла. Где-то недалеко открылся еще один разрыв.

– Прямо сейчас. Иначе они вернуться, – настаивал я спокойным голосом.

Наконец девочка протянула руку, я схватил ее, и мы побежали.

Специальный ритм, который мы с пацанами давным-давно придумали, заставил либо Серого, либо Жендоса почти бесшумно подойти к двери с другой стороны и заглянуть в глазок.

– Это я, открывайте, – выдохнул я.

Замок несколько раз щелкнул и дверь отворилась.

– Быть не может?! – удивился Жендос, когда мы вошли внутрь.

– Поставьте чайник, она вся дрожит, – погнал я своих друзей на кухню, а сам тут же принес из своей комнаты шерстяное одеяло и закутал в него девочку.

– Как ты выжил? – Серый стоял в прохожей и мотал головой. Он все еще тяжело дышал.

– Я думал, ты мне скажешь, – ответил я и скинул с себя шмотки.

– Ей нужно в ванную, – в коридор вернулся Жендос с чашкой черного чифиря. Видно, даром время не терял. И чаек успел попить.

– Ты прав.

Я тут же открыл дверь в ванную комнату, вышвырнул из ванны все тазики и включил горячую воду. Пар начал подниматься к покрашенному в зеленый потолку. Еще кусок засохшей краски откололся и упал на пол.

Я добавил шампуня «Wash & Go» под струю воды и пена стала появляться на глазах.

– Залезай в ванну. Как согреешься обернись вот в это полотенце и выходи. Я тебе расстелю.

Девочка ничего не ответила. Но я сдержал обещание и уже через несколько минут сидел на кухне и отвечал на вопросы пацанов.

– Это точно была Ауранда? – спросил Серый.

Я достал из заднего кармана брюк смятый листок и развернул его.

– Точно она, – задумчиво произнес мой друг и уничтожил улики применения магии над газовой плитой.

– А его точно должна была поразить эта…радиация? – спросил Жендос.

– Не знаю. Может учитель просто пытался запугать нас? – ответил Серый. – Он говорил, что от такого уровня радиации даже кожа слазит. А на тебе ни следа.

– Я тут что подумал, – начал я, решив поделиться догадками. – Я же был по ту сторону, помните? Когда видел всех тех тварей у огромного разрыва. И смог вернуться. Может…радиация на меня не действует? Просто… Вся земля там была похоже на ту выжженную пустошь, которая образовалась во дворе после применения Знаков.

– Это че получается… Ты супергерой что ли? – Жендос поднял брови.