Племорфы не преклоняются

Когда время приблизилось к десяти часам, она встала и обвела взглядом первокурсников. Гул голосов начал стихать.

— Доброе утро, — чётко произнесла она, не повышая голоса. — Меня зовут Морена Викторовна, я буду вести у вас практически все предметы, связанные с фамильярами. Надеюсь, мы сработаемся, — она едва заметно улыбнулась, оглядывая новоиспечённых студентов. — Прежде чем перейти к лекционной части, давайте сначала решим организационные вопросы. Старосты всех присутствующих групп, прошу подойти со списком вашей группы.

В разных концах аудитории поднялись несколько человек. Шуршание бумаг, шаги вниз по ступеням.

Яся машинально огляделась. Агнела не было.

— А где Ангел? — прошептала Сольвея, делая тоже самое.

— Не знаю, я его не видел.

— Я тоже.

— А у кого тогда список?

— Не знаю.

Яся посмотрела на Плерию. Та спокойно наблюдала за преподавательницей и другими старостами. Она что-то у них тихо спрашивала, что-то отмечая в своём планшете. Ясения понаблюдала за этим, слушая обеспокоенные перешёптывания одногруппников. Про них забудут? Только мелькнула мысль, как Морена Викторовна подняла взгляд со словами:

— Б-1?

— Мы здесь, — поднял руку Илларион.

— Только нашего старосты нет, — сообщила Камилла. — Опаздывает, наверное.

Оля тихо фыркнула. Яся её поняла без слов. Агнел не создавал впечатление человека, который постоянно опаздывает.

— Сходите тогда к куратору, — спокойно предложила преподавательница. — На третий этаж, это недалеко.

Сольвея непроизвольно сжалась и шепнула наверх:

— Так не к нему же, а к Шастиану? Это же не супер какой-то там вопрос, значит...

— Не, я ни к тому, ни к другому не пойду, — ответили сверху справа тем же шёпотом.

— Ага, я тоже. Он на меня вчера так посмотрел, будто я у него стипендию украл, — пробормотал кто-то слева.

И подобные шёпотки продолжались, а на них смотрели все остальные первокурсники. Яся чувствовала, как внутри ворочается беспокойство. Она достала телефон, быстро пролистала «ВД-апп» — официальное приложение ведариумов. В разделе группы действительно был номер Агнела. Она набрала. Гудки шли, но ответа не было.

«Ну конечно, как иначе,» — подумала Яся.

Взгляд преподавательницы становился всё более нетерпеливым. Сдвига в обсуждении не наблюдалось — либо отказались идти, либо молчали, как Плерия. Яся поняла: если сейчас кто-то не решит эту мелкую проблему, группа просто развалится под гнётом первой же неудачи. Из-за них задерживается лекция, их ждут остальные.

— Я схожу, — Яся встала, прежде чем успела испугаться.

Оля потянула её за край рубашки:

— С ума сошла? Шастиан не любит, когда его отвлекают по пустякам. Пускай вон... Кто-то из парней идёт.

— Это не пустяк, — Ясения высвободилась и кивнула преподавательнице. — Я быстро.

Та одобрительно кивнула в ответ, и Ясения вышла из аудитории под прицелом десятков глаз.

Она быстро спустилась на нужный этаж, чувствуя, как сердце бьётся о рёбра. Тот самый кабинет, где вчера они сидели в ожидании куратора, нашёлся практически сразу.

Дверь была приоткрыта. Нет времени на страхи, мысли и сомнения. Будь там куратор или его помощник, эту проблему создала не она, а Агнел. Бояться нечего.

И всё же Ясения замерла на пороге, подрастеряв решительный настрой.

Профессора Севира не было. За массивным столом, заваленным бумагами и какими-то кристаллами, сидел Шастиан. На нём была чёрная водолазка с закатанными рукавами. Свет из окна падал так, что его кожа казалась почти прозрачной, а пальцы, перебирающие бумаги, — неестественно длинными.

Снова это ощущение... будто невидимая волна прошла сквозь неё, заставляя замереть.

«Некогда тупить, там люди ждут!»

Отругав себя, Ясения переступила порог:

— Извините, — подошла к столу, — мне нужен список группы.

— У старосты, — не поднимая взгляда, ответил Шастиан.

— Да, но старосты нет, а занятие уже началось.

Шастиан поднял взгляд.

«Я в этом не виновата!» — хотелось крикнуть Ясе, но она молча смотрела в ответ. Следующая мысль: «Долго в гляделки играть будем?».

— И где он? — Шастиан отодвинулся от стола, чтобы поискать бумаги в ящиках.

— Не знаю. Мы не смогли дозвониться.

— Ясно.

Через пару секунд он положил лист на край стола, но не убрал пальцы. Когда Яся потянулась за списком, их взгляды встретились. В глубине его зрачков на мгновение вспыхнуло серебро — холодное, ртутное, совершенно не похожее на мерцание у других ведов. На секунду Ясе показалось, что он слышит её мысли, и от этого стало жарко.

— Спасибо, — Яся усилием воли отклеила от себя желание превратиться в статую, смотрящую в глаза Шастиана, и поспешно ушла.

Не могла не вспомнить вчерашний ступор. Его эхо всё ещё отдавалось в ней, но Яся старалась его не слушать. Некогда. Можно будет подумать об этом потом.

Она отдала лист преподавательнице и только тогда облегчённо выдохнула.

«Может, он и правда на всех такое впечатление производит?»

— Никаких изменений нет? — спросила Морена Ясению.

— А? А, вроде нет, — Яся опустила глаза на лист и пробежалась взглядом по фамилиям и именам. Почти все знакомые.

— Все присутствуют?

Ясения посмотрела на два занятых ряда и понадеялась, что память на лица не подвела:

— Кроме Люстория Агнела.

— Мгм, — кивнула преподавательница, делая пометки. — Хорошо, спасибо. Можешь занять своё место.

Так Яся и сделала. Едва она села, как со всех сторон на неё обрушился шёпот. Примерно одинакового содержания.

— Нет, не съел, — ответила она всем сразу громким шёпотом. — Спросил про Агнела и отдал список. Успокойтесь.

— Даже не верится, я читала, что...

— Если никто не против, приступим к лекционной части, — смотря в сторону группы Б-1, начала Морена Викторовна.

Всем пришлось замолчать. К счастью Ясении.

«С чего кого-то вообще надо бояться?»

Морена Викторовна провела ладонью по поверхности кафедры. За её спиной вспыхнула плоская панель — не экран в привычном смысле, а тонкая световая плоскость, на которой проступили концентрические круги.

— Итак. «Биология и история фамильяров». Начнём с простого. Фамильяр — это не усилитель. Не защита. И уж точно не эмоциональная поддержка в бытовом смысле. Это наиболее частые заблуждения. Вы должны запомнить, ваш фамильяр — партнёр по резонансу.

На панели круги медленно пульсировали, расходясь волнами.

— В древности, — Морена вышла из-за кафедры и пошла вдоль рядов, поднимаясь по ступеням, — веды были подобны оголённым проводам. Те, в ком доминировала морте, сгорали в собственной холодном пламени, превращая всё вокруг в пепел и хаос. Те же, чья плера была избыточна, буквально захлёбывались жизнью — их энергия выплескивалась наружу, приводя к катастрофам, сводя с ума окружающих. Веды были великими, но очень нестабильными.

Сформировалось изображение на доске: маленькая фигурка девочки, свернувшейся калачиком в углу комнаты.

— Легенда гласит, что жила девочка, чья структура резонанса разрушалась быстрее, чем лекари успевали её латать. Она была обречена на скорую гибель. Однажды к её постели пришла обычная уличная кошка. Она не испугалась вспышек морте, не убежала. Она легла рядом и замурлыкала. И резонанс девочки, до этого бившийся в агонии, чудом выровнялся.

Картинка сменилась: девочка лежит на кровати, болезненно морщась, а к ней подходит серая кошка.

Морена, спустившись, остановилась прямо перед первым рядом.

— Родители этой девочки были учёными. Со временем они поняли, что животные интуитивно владеют тем, чему мы учимся годами. Так веды и открыли фамильяров.

Она резко щёлкнула пальцами, и сказочная картинка рассыпалась, сменившись двумя спектрами — тёмным и светлым, с пересекающимися зонами.

— Такова легенда. Курс истории мы пройдём позже. А сейчас — к биологии. Резонанс — это частотная совместимость нервной системы и первоэнергий. У животных он, как правило, выражен чище. Менее замутнён социальными надстройками. Поэтому на первой ступени обучения фамильяр — один из ключевых инструментов стабилизации.

На доске всплыли подписи.

— Морте-доминантные: автономность, экономия энергии, чёткие границы. Кошки, вороны, змеи, крысы.

Плера-доминантные: устойчивость, контактность, восстановление. Собаки, голуби, кролики, лошади. Смешанный спектр — адаптивность и нестабильная доминанта.

Яся машинально подумала о Русе и Весе.

— Важно, — голос Морены стал жёстче, — фамильяр подбирается по принципу сходства, а не компенсации. Соединение противоположных перекосов нестабильно. Мы не исправляем и не создаём искусственный баланс. Мы учим каждого жить в собственной частоте.

Яся старалась записывать, но мысли неизбежно возвращались к утреннему кабинету. И к серебряному блеску в чужих зрачках.

Дверь тихо скрипнула. Агнел вошёл так, словно ничего не произошло. Это не он опоздал, это все остальные пришли раньше. Ясю кольнуло раздражение.

— Продолжим, — Морена Викторовна не собиралась тратить время на опоздавшего студента. — Записываем тему: «Динамика частотных перекосов при первичном контакте».

Остаток лекции прошёл для Яси как в тумане. Она механически записывала термины: «контур связи», «фильтрация шумов», «амплитуда отклика». Но перед глазами всё время всплывала строчка о «нестабильности противоположных перекосов». Попытки что-то понять разбивались об десяток всплывающих вопросов. Столько нюансов, что и не запомнить. Яся решила, что надо будет самой порыскать в поисках информации. Одних лекций точно не хватит.

Два лекционных часа закончились. Преподавательница попрощалась, отметив, что сегодня с частью потока она ещё увидится на практике, и ушла из аудитории. Туда же хлынули и студенты. Ясения неторопливо убирала тетрадь и пенал в сумку.

— Пойдёте на обед? — обратилась Сольвея ко всей группе Б-1. Точнее, к тем, кто ещё не ушёл, а также копался в своих вещах или завис в телефоне.

— У нас всего час до практики.

— Ну да, как раз успеем.

— Пойдёмте.

Ясения же смотрела в спину белобрысого старосты. Безответственного старосты. Нужно поговорить с ним. Почему никто не попытался его спросить? Из-за статуса его семьи? Бред на взгляд Ясении. Он должен был предупредить. Мог не объяснять причину задержки, но не мог оставить группу на произвол судьбы. Что куратор, что его помощник, что староста — всем на всё плевать, сами разбирайтесь.

— Идёшь? — Плерия ждала уже внизу.

— Догоню, не жди.

Лера кивнула и направилась к выходу. К ней подскочила Оля и начала оживлённо рассказывать о чём-то.

Лёгкий страх заблудиться перекрывался растущим в груди раздражением.

Выйдя из аудитории, Яся увидела стоящего неподалёку Агнела. Он что-то набирал в телефоне, но её это не волновало. Поправив сумку на плече, она решительно подошла к нему:

— Агнел.

Он поднял взгляд, чуть изогнув бровь в немом вопросе.

— Почему ты опоздал?

Если этот вопрос и выбил его из колеи, то он мастерски скрыл это. Его лицо никак не поменялось. Ни раздражения, ни высокомерия не добавилось.

— Внеплановый семейный совет, — и в его взгляде мелькнуло что-то. Задумчивый интерес?

— Понятно. И часто такое происходит?

— Нет.

— Если в следующий раз снова будешь опоздывать, то напиши, пожалуйста, об этом в чат, — Ясения сжала лямку сумки. — Мне пришлось сходить к... — «как его назвать?», — помощнику куратора за списком.

— Сочувствую, — ни намёка на сочувствие в его взгляде не появилось. — Хорошо, в следующий раз предупрежу тебя.

Он издевается? Но его тон не менялся.

— Не меня, а всю группу, — чуть нахмурилась Ясения.

Тема подошла к концу. Агнел опустил взгляд на экран телефона. А Яся перебирала в голове варианты, что ещё можно сказать или как закончить этот разговор. Возымеет ли он эффект узнается в будущем. Но хотелось бы надеяться, что впредь староста не будет ни прогуливать, ни опаздывать.

Вспомнился разговор с Лерой про племорфов. Может, спросить его об этом? Но что именно? И не будет ли это верхом бестактности?

Прошло несколько секунд молчания, но на Ясю они давили тяжёлым грузом бесконечной прокрутки мыслей. В итоге она спросила:

— На обед не пойдёшь?

Вчера он не присоединился к ужину.

— Позже.

— Я подожду.

Агнел посмотрел на неё. Едва заметно, но Ясения заметила удивление. Честно говоря, она тоже подивилась непонятно откуда взявшейся наглости. Зачем к нему цепляться?

«Чтоб не расслаблялся,» — с раздражённой ноткой ответила она сама себе.

Агнел убрал телефон в карман.

— Идём.

Яся кивнула, стараясь выглядеть так, будто всё происходящее совершенно нормально. А внутри ей всё ещё казалось странным, что она вообще ввязалась в этот разговор.

Они молча спустились по лестнице и вышли из корпуса вместе с потоком студентов.

В столовой было шумно, как и утром. Почти весь поток первокурсников решил провести перерыв именно здесь. За одним из больших столов Яся сразу заметила своих. Сольвея сидела рядом с Плерией, напротив устроились Дамир, Илларион и Камилла. А ещё с ними сидела девушка с короткими чёрными волосами. Её имя всё ещё ускользало от Ясении — бейджик девушка решила не носить.

Когда Яся и Агнел подошли, разговор на секунду прервался.

— О, — первым усмехнулся Дамир. — Староста вернулся.

— И не один, — добавила Камилла, переводя взгляд с одного на другую.

— Мы думали, вы уже на отдельное совещание ушли, — хмыкнула черноволосая.

Агнел никак не отреагировал на подколки. Просто сел за стол, поставив поднос.

Яся заняла место рядом с Лерой.

Пару минут все занимались едой. Гул столовой постепенно заглушил их разговоры. Дамир размешивал чай, разглядывая Ясю с каким-то новым интересом.

— Кстати, — сказал он вдруг, — у нас теперь, получается, есть замстаросты.

— Что? — не поняла Камилла.

— Ну а как ещё? — он пожал плечами. — Кто у нас сегодня к Шастиану ходил?

— Она, — Сольвея кивнула на Ясю.

— Добровольно, между прочим, — добавил Дамир.

— Не добровольно, — отметила Яся. — Просто кто-то должен был.

— И никто больше не пошёл, — заметила Камилла.

— Логово зверя, — драматично сказала Оля, вслеснув руками. — Я туда и с крайней необходимостью не сунусь.

— Я тоже, — кивнул Дамир. — Поэтому предлагаю официально признать: Яся — заместитель старосты.

— Поддерживаю.

Все согласно закивали. Плерия посмотрела на соседку особенно проницательным взглядом.

— Серьёзно? Такой должности же нет, вроде.

По крайней мере, куратор её не объявлял и не требовал назначения.

— Абсолютно, — сказал Дамир.

Все посмотрели на Агнела.

Тот спокойно сделал глоток воды, словно обсуждение происходило где-то очень далеко от него.

— Согласен с народной инициативой, многоуважаемый староста? — с задорной улыбкой спросила Оля.

Кто-то тихо рассмеялся.

— Не против.

Яся хотела было возразить, что её просто вынудили обстоятельства, но, посмотрев на Олю, решила промолчать. Огонёк в её глазах снова горел. Пускай. Если этот нелепый титул хоть немного разрядит обстановку, то ладно. Не официально же и ни к чему не обязывает. Так можно будет в будущем на любые претензии ответить.

Обед и обсуждения заняли весь час, выделенный на перерыв. Нужно было забрать фамильяров из комнат и добраться до корпуса 5.

Зал для практических занятий напоминал спортивный зал, лишённый снарядов, но наполненный странной атмосферой. Пол был выложен мягкими матами цвета индиго, стены — абсолютно пустые и гладкие, а под потолком лениво плавали светящиеся сферы, дающие мягкий, не давящий на глаза свет.

— Рассаживайтесь где удобно, — скомандовала Морена Викторовна. Она сменила строгий пиджак на свободную тунику. — Расстояние между парами — не менее двух метров.

Как и остальные, Яся заняла место. Русь расположился у неё на коленях. Веся села рядом, с чуть подрагивающим хвостом. Ясения физически чувствовала, как ей хотелось побежать всё обнюхивать, изучать и прыгать вокруг всех. Но Веселинка себя сдерживала, слушаясь немых команд хозяйки. В отличие от некоторых других всполошившихся питомцев.

— Те, кто справился со своими фамильярами, закройте глаза, — заговорила преподавательница. —Дышите ровно. Не ищите связь, она уже здесь. Просто попробуйте почувствовать, где заканчиваетесь вы и где начинается импульс вашего фамильяра. Ваша задача на этот час — удержать это ощущение, не соскальзывая в сон или посторонние мысли.

Морена Викторовна пошла к тем, чьи питомцы не хотели успокаиваться.

Ясения отвернулась, опустив взгляд на Руся. Целый час медитации — это и есть практическое занятие? Переборов мысли о невыносимой скуке, Яся закрыла глаза.

Поначалу мешала какофония звуков: голоса, шуршание крыльев, рык, шипение. Постепенно всё стихало.

Яся призрачно ожидала пустоты. Она же не веда. Не настоящая. Она — пустышка. С двумя фамильярами почему-то, но это наверняка ошибка.

Прогнав эти мысли, Ясения сосредоточилась на деле. Найти связь с фамильярами оказалось неожиданно просто. Практически сразу, как только Яся мысленно потянулась к любимцам.

Русь пульсировал в её сознании глубоким, бархатным баритоном — тяжёлым и надёжным, как земля под ногами. Веся же вплеталась в этот ритм золотыми искрами, её энергия представлялась быстрой и звонкой, как весенний ручей. Вместе они создавали невероятную акустику: стоило Ясе сосредоточиться, как два потока сплелись в идеальную двойную спираль.

«Как можно быть с одним фамильяром, если баланс создают два?»

Не успев обдумать эту тему, Ясения одёрнула себя. Во-первых, она всё ещё знает слишком мало. Во-вторых, цель занятия не думать, а сидеть в этом ощущении. Хотя Яся не заметила, чтобы мысли как-то сбили эту связь. Она не казалось хрупкой.

И всё-таки мысли потекли дальше. Обдумывая полученную на лекции информацию, Ясения пыталась сложить факты в единую картину.

Постепенно в зале стало тихо. Хотелось открыть глаза, но это посчитали бы отвлечением и сделали замечание?

Время от времени Морена Викторовна комментировала что-то, подходила к кому-то. Но Яся не видела происходящего, сосредоточенно удерживая внимание на обнаруженной двойной спирали.

Где-то на середине занятия что-то изменилось. Яся не поняла что — просто вдруг стало... теплее? Словно в зал внесли ещё один источник тепла. Она попыталась проигнорировать ощущение, вернуться к двойной спирали, но оно никуда не ушло. Просто маячило на периферии сознания. Просто присутствовало, не мешая и не отвлекая.

Яся решила, что это часть практики. Эффект от концентрации на фамильярах. Или усталость. Или что-то ещё. Она отпустила мысль и вернулась к густому басу Руся и золотым искрам Веси.

Оставшееся время протекло незаметно.

— Достаточно. Открывайте глаза, — прозвучал голос Морены Викторовны, мягко разрушая тишину зала.

Ясения не сразу смогла вернуться в реальность. Двойная спираль связи — густой бас Руся и искрящийся ритм Веси — отпускала неохотно. Когда она всё же разомкнула веки, мир на мгновение показался слишком ярким.

Яся вздрогнула.

У дальней стены, чуть в стороне от студентов, стоял Шастиан. Планшет в руках, взгляд опущен вниз — он что-то методично записывал. Чёрная водолазка делала его почти тенью на фоне гладкой стены.

Он был здесь всё это время?

Она не услышала, как он вошёл. Не заметила движения. Просто... был. То странное тепло, которое она почувствовала посреди занятия...

Она быстро отвела взгляд, не давая мысли оформиться до конца.

Русь лениво зевнул, потянувшись на её коленях, а Веся радостно тявкнула, поздравляя хозяйку с успешным завершением задания.

Одногруппники выглядели измотанными: кто-то тёр виски, кто-то тяжело дышал, а пара человек и вовсе сидели с отсутствующим видом.

Морена Викторовна делала пометки в планшете.

— Для первого раза неплохо, — резюмировала она. — Все получают средний балл за это занятие. Но я хочу выделить четверых, чей резонанс был эталонным и заслуживающим высшей оценки.

Все замерли в ожидании результатов. Шуршание хвостов, тихие писки питомцев.

— Люсторий Агнел и Эльтари Плерия — ожидаемо высокий уровень контроля. Сказывается подготовка, — Морена кивнула им. Агнел принял похвалу как нечто само собой разумеющееся, Лера лишь вежливо улыбнулась. — Также хочу отметить Туф Марту. Очень чистый контур, Марта, продолжайте в том же духе.

Девушка с короткими чёрными волосами — та самая, чьё имя Яся наконец запомнила — коротко кивнула, не меняясь в лице. Её шпиц весело вилял хвостом, подстраиваясь под поглаживания хозяйки.

Преподавательница сделала паузу, и её взгляд остановился на Ясе.

— И Росинина Ясения. Удерживать двух фамильяров в едином ритме, не допуская частотного перекоса... Это уровень, которого многие не достигают и к концу первого курса с одним фамильяром. Феноменальная интуиция.

По залу пронёсся тихий шёпот. Яся почувствовала на себе взгляд — тяжёлый, пристальный. Она инстинктивно посмотрела на Шастиана. Он смотрел прямо на неё. Планшет всё ещё в руках, но взгляд на ней. Холодный и пронзительный.

Их взгляды встретились на секунду. Яся сглотнула, чувствуя, как сердце ускоряет ритм.

Шастиан опустил взгляд, снова уткнувшись в планшет.

— Остальным понадобится время, — продолжила Морена, не обращая внимания на реакцию студентов. — Связь не терпит суеты. Рекомендую практиковаться в свободное время, в тишине. На сегодня всё. Можете быть свободны.

Группа Б-1 начала подниматься с матов.

Ясения машинально огляделась и заметила — Шастиан бесшумно, не оглядываясь, ушёл. То странное тепло, которое она чувствовала, исчезло вместе с ним.

Лера подошла к Ясе, улыбаясь. Возникло впечатление, что она гордилась соседкой.

— Ты молодец, — сказала Лера, когда они вышли в гулкий коридор.

— Просто невероятно, — восхитилась Оля, поправляя переноску. — Как вам это удаётся?

— Многолетняя практика. С детства.

— С детства? — Оля разочарованно вздохнула. — Нам вас не нагнать, — и глянула на Ясю.

Хотелось бы поддержать её, но вышло бы неуместно. Ясения не знала, как сделала это и почему получилось так просто. Но для резонанса в сто процентов это вполне... нормально?

— И в этом весь секрет? — поинтересовался Дамир, шедший за ними. — В бесконечной практике?

— Очевидно да, — ответила ему Оля. — Это в принципе любой сферы касается. Будь то...

И разговор потёк в уже привычном ритме.

Оля размышляла о том, как сложно удержать внимание на одном хорьке, когда тот постоянно пытается залезть в карман. Дамир подшучивал над Илларионом, чей енот умудрился стащить у кого-то из соседей булку прямо во время практики.

Яся слушала, но не слышала.

Она всё ещё чувствовала эхо чего-то, что было здесь, но исчезло.

Неосознанно искала взглядом Шастиана, но того и след простыл.

Глава 7. Неясная тоска

После практики и небольшой прогулки с одногруппниками девушки вернулись в комнату. Плерия намекнула на предстоящий разговор, они сели на её кровать. Русь обосновался на кровати Яси. Веся, полакав воду, разлеглась на полу. А Кицу заняла место на кровати рядом с Ясей.

Лера напомнила о рыжем принце из столовой и пояснила:

— Он — Максимилиан Гродский. А Гродские — элита среди элит. Они входят в совет управления. Формально там все представители равны, понимаешь?

— А неформально есть более крутые и менее крутые персоны, — кивнула Яся.

— Точно. Помнишь царский род? У них было две руки: правая — Племорские, левая — Гродские. Племорские последовали за своими царями, а Гродские выжили и не дали системе рухнуть. Они могли бы прибрать всё к рукам.