Независимая

Но, представив, как хорошо будет в сауне, я все же заставила себя встать, хоть и кряхтела как старушка. Макар прав, его бабушка гораздо бодрее.

Ульяна зашла за мной через минут двадцать, как раз в тот момент, когда я переодевалась с черепашьей скоростью.

– Ну что, тебе понравилось? – она проскользнула в комнату и плюхнулась на кровать, обнимая большое махровое полотенце.

– Рисковать жизнью? – я усмехнулась, стягивая с себя термобелье, потом поморщилась: – Фу, и вонять…

– Это же чистый кайф.

– Чистый кайф – мой сегодняшний инструктор. И герои на склонах… – и пока искала вещи, поведала подруге свою историю избежания смерти, но, как и ожидала, она только посмеялась. Может, для них такое в порядке вещей, а я нагнетаю? Но тогда на склоне мне правда было очень страшно, и закончиться это могло не самым лучшим образом.

– И ты не обменялась с ним номерами? – она стрельнула в меня подозрительным взглядом.

– Он сказал, что запомнил мой, – я хмыкнула, не сильно в это поверив. – Но я призналась ему в любви.

Ульяна закатилась смехом.

– Лер, ты сумасшедшая…

– Что? – улыбнулась я. – В тот момент я бы переписала на него и свою квартиру, подсунь он мне бумагу.

– Да ну брось, такое со всеми случается. Это ничего, упала бы, ну максимум сломала бы что-нибудь, – отмахнулась Ульяна, и я возмущенно посмотрела на нее, представив, как я в новогоднюю ночь спускаюсь в своем сексуальном платье и гипсе.

– Интересно, а спасатели здесь тоже выглядят как мистер Тор? – пошутила я и бросила мечтательный взгляд на Ульяну. – А хирурги?

– Ой, Лер, ты как скажешь… Давай уже, бери полотенце и пошли.

В сауне меня совсем разморило. Стало так хорошо, что я только слушала Ульяну, изредка поддакивая. Она рассказывала о ребятах, с которыми нам предстояло сегодня встретить Новый год. Вообще, я спокойно чувствую себя в новых компаниях, быстро вливаюсь и так же быстро забываю всех, если мы пересекаемся где-то всего один раз, потому что обычно мало кто производит сильное впечатление. Макар уже не раз привозил Ульяну в эту компашку, поэтому она хорошо их знала. Она наставляла меня, как с кем общаться. Степан с Аней – это те, с кем Макар хотел мутить какое-то общее дело, с ними максимально дружелюбно. Сергей ей был не интересен и не представлял никакой ценности. А вот от Антона она сказала держаться подальше, потому что Лиза – его бывшая и сестра Ани. А, как она напомнила, Аня – стратегически важная персона. От ее объяснений у меня загудела голова, и я поспешно дала понять, что все уяснила.

– Лер, – позвала Ульяна, усмехнувшись. – Ты сейчас уснешь. Давай, вставай. Ополаскивайся и иди к себе, отдохни немного, поспи, а то отрубишься под бой курантов, а загадывать желание кто будет?

– Ты же знаешь, я не загадываю, – пролепетала я, разлепляя глаза.

Но все же вынуждена была с ней согласиться, потому что энергии оказалось на нуле. Быстро ополоснувшись и поднявшись в комнату, я повернула замок, а потом упала на кровать прямо в халате и тут же уснула.

***

Меня разбудили звуки вечеринки, долбящая музыка, крики и взрыв смеха. Я резко села на кровати и поморщилась от тупой боли, прострелившей мышцы. Взглянула на экран телефона и ужаснулась. Я проспала почти три часа и время, к которому надо было спуститься, чтобы помочь накрыть на стол, как и само начало празднества.

Вот блин, теперь новые знакомые подумают, что я возомнила себя особенной. Не то чтобы мне было до этого дело, но все же я и сама понимала, что мой поступок выглядит не слишком красиво.

Я даже подумала, а не расправить ли постель, продолжив спать, но, полежав пару минут, поняла, что организм восстановился, спать не хотелось, а вот есть – очень даже. Поэтому пришлось потратить время на то, чтобы натянуть свое максимально сексуальное красное платье, которое Ульяна оценила фразой «на грани фола», привести волосы в порядок и накраситься. Критично оглядев себя в зеркало через пятнадцать минут, я поняла, что во всеоружии.

Что ж, я ведь собиралась сегодня веселиться вопреки всему, значит, придется следовать этому решению, даже если напиваться придется без мистера Тора. Поэтому, подмигнув своему чертовски обворожительному отражению, я открыла дверь и пошла на звуки музыки и смеха.

Кухня-гостиная, которая казалась огромной еще несколько часов назад, сейчас выглядела так, будто ее искусственно уменьшили, когда в ней оказалось с десяток человек. Ароматы витали умопомрачительные, пахло едой и алкоголем. Но особенно шашлыком, отчего рот неконтролируемо наполнился слюной. Стол был… ну, «накрыт» – это слишком громкое слово. Уже нещадно ополовинен и заставлен открытыми бутылками, но еды хватало.

Едва я спустилась с последней ступеньки, снова раздался взрыв смеха в ответ на историю, которую травил Макар, как всегда выступая в роли главного стендапера мероприятия.

– Господи, ты идиот. Но веселый идиот, – Ульяна хлопнула его по плечу, раскрасневшаяся от смеха и алкоголя.

– Это важная поправка, – гордо заявил Макар и потянулся к ней за поцелуем.

Я шагнула ближе, на меня обратились несколько пар незнакомых глаз, осматривая с ног до головы. Я поджала губы, поняв, что не все девушки сегодня вырядились, как я. Кто-то был одет проще… гораздо проще.

Но, в конце концов, это не моя вина, что Новый год я привыкла встречать с шиком.

– Лера-а-а! – заорала на меня Ульяна, размахивая рукой так, будто я стояла в километре. – Иди сюда! Слушай, ну он красавчик, а? – она ткнула локтем Макару в бок. – Давай, расскажи ей вторую часть!

– Не-не-не, – замахал руками Макар, – вторую часть нельзя на трезвую голову.

Я широко улыбнулась и подошла ближе, заняв пустое место рядом с Пашей.

– Ну тогда чего мы ждем? Налейте мне скорее.

Пока Ваня искал чистый бокал и наполнял его вином, Лера принялась нас знакомить. Степан вел себя вполне дружелюбно, Аня с Лизой же посматривали настороженно, что неудивительно, учитывая мой вид и опоздание.

– Так а чего раньше не спустилась? – спросила Лиза, насаживая на канапе сыр и отправляя в рот.

– Девчонок меньше, помощь бы тут не помешала, – кивнула Аня, опустив взгляд на вырез платья.

– Держи, – Ваня передал мне бокал с улыбкой, и его глаза тоже совершили аварийное падение к стратегически важной зоне. Наверное, жалеет, что кинул меня в обед. Но уже все, надо было раньше…

– Спасибо большое, – я подарила ему одну из своих самых сладких улыбок, повернулась к Ане и просто ответила: – Я спала.

– Нормально, – протянула та, явно не ожидая такого ответа, и криво усмехнулась.

Ульяна, заметив напряжение между нами, вклинилась в разговор.

– Лерка сегодня впервые встала на доску, – чересчур весело сказала она, сделала большой глоток вина и добавила: – И не обошлось без приключений. Поэтому она стрессанула, и ей нужен был отдых.

– Эти новички… – закатила глаза Лиза. – Антон сегодня как раз рассказывал о какой-то дуре, которая едва не убилась сама и не убила других…

Я усмехнулась в бокал, ничуть не обидевшись. Интересно, какова вероятность, что эта дура – я?

Наложив себе полную тарелку еды, я откусила уже остывший шашлык и довольно вздохнула. Дверь в прихожей открылась, и вошли двое парней, запуская вместе с собой клубы морозного воздуха. Мой взгляд приклеился к высокому парню в черной куртке. Что-то кивая в ответ своему другу, он прошел к нам, и наши глаза встретились.

– О, Антон, мы тут как раз говорим о тупых новичках…

Я смотрела ему в лицо и видела, как серьезное, даже строгое выражение пропадает, а на его губах медленно расплывается удивленная улыбка. Не обращая внимания на своих подруг, он усмехнулся, в неверии качнув головой, и произнес:

– Ну привет, ядерная девушка.

Глава 4

Я перестала жевать, не на шутку обалдев от такого совпадения. Мир, конечно, тесен, но… черт возьми, какова была вероятность?

Медленно, оценивающе я скользнула взглядом по его фигуре. Мои глаза поднялись от широких плеч к лицу и остановились на карих омутах, в которых плясали сотни заинтересованных и взбудораженных чертят. Темные волосы были чуть растрепаны, на щеках темнела двухдневная щетина. Линия губ растянута в ленивой, самоуверенной улыбке.

Красивый у меня спаситель, зараза. До неприличия красивый. Интересно, это он назвал меня тогда «дурой» или девушки окрестили?

Внутри проснулся азарт. Я хитро прищурилась и, сделав маленький глоток вина для храбрости, послала ему улыбку из категории тяжелая артиллерия.

– Привет, – голос предательски дрогнул, став чуть ниже. – Значит, благодаря тебе я тут живая, невредимая и пью вино в новогоднюю ночь?

Черт, я пустилась флиртовать и не могла это контролировать. Он это понял, я увидела по вспыхнувшему взгляду. И неожиданно поддержал.

– Было бы настоящим преступлением к этому платью добавлять гипс, – Антон хмыкнул, и нарочито показательно посмотрел в вырез платья, прежде чем вернуться к глазам.

– Да вы издеваетесь? – Лиза переводила взгляд с Антона на меня. – Серьезно?

– Ты оказался тем лыжником? – хохотнула Ульяна, удивленно хлопая ресницами.

– А че, у меня было такое однажды, – к столу подошел второй парень, который зашел вместе с Антоном, методом исключения я сделала вывод, что это Сергей. – Знатно мы потом покувыркались. И не с горы, прошу заметить…

Парни подхватили тему, вспоминая свои случаи каких-либо спасений, но я их не слушала, неприлично вцепившись взглядом в Антона.

Он небрежно скинул куртку, оставшись в свитшоте, и, схватив со стола свой бокал, шагнул ко мне. С грацией хищника ловко оттеснил Ваню, который даже не успел возмутиться, и опустился на стул рядом. Слишком близко. Я мгновенно ощутила исходящий от него тонкий запах морозной свежести вперемешку с умопомрачительным парфюмом.

– И что, тебя еще не исключили из союза сноубордистов за то, что ты якшаешься с лыжниками? – поддел он, делая глоток.

– На первый раз простили, – я расширила глаза в притворном ужасе, подыгрывая его тону, а потом чуть склонила голову набок: – Я больше удивлена, что тебя пустили за стол, а не накормили объедками где-нибудь в районе прихожей.

Антон рассмеялся низким, грудным смехом, от которого у меня внутри что-то сладко сжалось.

– Я купил себе билет за стол спасением безрассудной любительницы досок, – многозначительно произнес Антон, заставив меня захихикать. Поднял бокал и с наигранной торжественностью добавил: – Так, и я обещал выпить за самое…

Сердце пропустило удар.

– Ну-ну, – я со стуком поставила бокал на стол, едва не расплескав остатки вина, резко подалась вперед и зажала ему рот рукой, взглядом приказывая заткнуться. В ответ словила веселый и понимающий блеск карих глаз. Он не отстранился, его губы дрогнули под моей ладонью, пустив мурашки по коже, и я поняла, что он специально меня дразнил. Осторожно убрав руку, я прошипела: – Пей за это молча.

Ну правда, не хватало еще, чтобы он при всех заявил, насколько я была ему благодарна. Мне проблем с его бывшей не надо. Я отстранилась, снова опершись о спинку стула, и наконец отправила в рот оставшийся кусок шашлыка, вдруг встретившись с Лизой взглядами. Она сидела напротив и наблюдала за нами. В ее глазах уже плескалось неприкрытое раздражение, ей не нравилось, что я флиртую с Антоном. Я не была стервой и понимала, как это может быть неприятно, и тяжело вздохнула.

Кто вообще встречает Новый год с бывшей? Кому нужны эти сложности?

– У меня, кстати, есть видео, хочешь посмотреть? – спросил Антон, снова перетягивая внимание и как ни в чем не бывало продолжая меня дразнить. Прямые взгляды Лизы его, кажется, вообще не трогали.

– В смысле видео? – я обомлела от этой информации.

– Девчонки просили их поснимать, камера была включена, так что… – он сделал театральную паузу, наслаждаясь моим осознанием, – я могу вырезать тот кусочек.

– Эм, нет… спасибо, – я натянуто улыбнулась. – Лучше удали его.

Я посмотрела на него, давя взглядом, и одними губами прошептала «пожалуйста». И он одними губами ответил мне – «ни за что».

– Ты просто не понимаешь, от чего отказываешься, – усмехнулся Антон и полез в карман штанов.

Ткань натянулась на бедре, очерчивая мышцы, и я поспешно отвела взгляд, ругая себя за то, что ведусь на него, как школьница. Он извлек смартфон, разблокировал его одним быстрым движением и, не спрашивая разрешения, придвинулся ко мне еще ближе. Теперь наши плечи соприкасались, и этот контакт обжигал даже сквозь его джемпер.

– Смотри, – шепнул он, держа экран так, чтобы нам обоим было видно.

Я чуть склонилась, вглядевшись в картинку, остро ощущая его дыхание на своей щеке. Мир вокруг – звон бокалов, смех, громкие разговоры и музыка – все дальше отступали на второй план, укрывая нас.

Я хмыкнула, отметив, что со стороны выгляжу вполне ничего, даже с учетом того, что ору. И на видео у меня не было скорости метеора. С моей точки зрения в тот момент все казалось гораздо страшнее.

– А это мой любимый ракурс, – тягуче произнес он, остановив видео, и я захотела прикрыть лицо руками, понимая, что он про мое положение между его ног.

– Выключи, – выдохнула я, накрывая телефон рукой, чтобы это не дай бог никто не увидел.

Повернула голову, собираясь потребовать более убедительно, и осеклась. Наши лица оказались в опасной близости. Я видела золотистые искорки в его карих глазах, крошечный шрамик над бровью, о котором захотелось спросить, видела, как его взгляд скользнул с моих глаз на губы и задержался там на долю секунды дольше положенного.

Время замерло. Видео на паузе, мы на паузе. В этой шумной гостиной вдруг стало так тихо, что я слышала, как бешено колотится мое сердце. Воздух между нами сгустился, стал плотным, искрящимся. Казалось, сделай он еще одно микродвижение вперед, и…

– Антон, нам тоже покажи! – звонкий голос Ани вдруг прорезал тишину между нами. Она протянула руку. – Дай телефон.

Наваждение рассыпалось. Я вздрогнула и резко отстранилась. Тепло его плеча исчезло, демонстративно потянулась к тарелке, делая вид, что судьба маслины на шпажке волнует меня куда больше всего этого разговора.

– Я бы тоже посмотрела, – сказала Антону Лиза, прожигая его ледяным взглядом. – Разберем технику, ошибки.

– Да какая там техника, я больше похожа на неуправляемый метеор, – хохотнула, бросив предупреждающий взгляд на Антона.

Он перехватил его, и уголок губ дрогнул. Но вместо того чтобы передать телефон Ане или Лизе, он лениво, с кошачьей грацией откинулся на спинку стула. С характерным звуком блокировки экран погас.

– Ничего там разбирать, – небрежно бросил он и сунул смартфон в карман. – Тем более вы на лыжах, она на доске.

Дразнящий огонек в его глазах сменился спокойной уверенностью, и, похоже, он не собирался выставлять меня на потеху всей компании.

– Да и не в новогоднюю ночь же! – вклинилась со смехом Ульяна, пытаясь разбавить сгустившееся напряжение.

– Да что вы все прицепились к девчонке. Забыли, как сами были новичками, – вдруг вклинился Сергей, подмигнув мне, а потом усмехнулся, обращаясь к Лизе. – Ты и сама третий раз в Геше.

– Но я уже нормально катаюсь, – возмущенно воскликнула Лиза, оскорбленно вскинув подбородок.

– Ага, поэтому попросила Антона страховать? – подмигнул подруге Степан, за что получил тычок под ребра от Ани.

Лиза залилась краской и пробормотала:

– Это не тоже самое, и вообще…

Да, все мы тут понимаем, почему она попросила его страховать.

– О, значит, будем вместе в группе тупых новичков, – воскликнула я весело и подняла бокал. – За это надо выпить, не находишь?

Лиза бросила на меня взгляд с прищуром, быть в подобной группе ей явно не хотелось. Я в ответ послала ей самую дружелюбную улыбку, на какую была способна, надеясь, что она не воспримет ее как издевательство. А потом все потонуло в гвалте веселых тостов за тупых новичков, которыми все были, и звоне ударяющегося друг о друга стекла.

Когда разговор потек в другое русло и я перестала быть в центре внимания, Антон снова подался вперед и негромко спросил:

– Как ты себя чувствуешь? – в его голосе уже не было смешинок, он как будто правда интересовался.

– Что? – я аж вином поперхнулась и оторопело посмотрела на него.

Вопрос был простейшим. Но именно эта простота, эта внезапная, неироничная забота чужого человека в разгар новогоднего веселья меня оглушила. Как-то так получалось, что меня никогда не спрашивали, как я себя чувствую. Потому что я по умолчанию легка и весела для всех. Даже сегодня, когда едва не переломалась на горе, поэтому такой вопрос немного выбил меня из колеи.

– Ну, ты врезалась в меня на приличной скорости, – пожал плечами он, решив пояснить. – Даже я почувствовал удар, представляю, каково было тебе.

Его взгляд снова опустился на мою грудь, оценивая то ли ее размер, то ли наличие там синяка.

– Завтра, наверное, будет чертовски болеть.

Я снисходительно улыбнулась, заметив, с каким трудом Антон поднял взгляд.

– Ничего, переживу, – отмахнулась я, отвергая эту странную заботу, потому что Лиза готова была прожечь дыру мне в виске. Отвернувшись от Антона, переключила внимание на Ваню, который подсел с другой стороны.

Эх, Антон, вот приехал бы без Лизы. Насколько бы все стало проще…

Парни из второй компании оказались веселыми ребятами, они то и дело перебрасывались колкостями насчет досок, шутили и фонтанировали тестостероновой энергией, а потом кто-то из них накрутил музыку и потащил всех танцевать.

Ульяна подбежала ко мне и, схватив за руки, потянула, заставляя встать.

– Пойдем отрываться, скоро Новый год…

И я решила, что отрываться самое время. Запихнув последний бутерброд в рот и залпом осушив оставшееся в бокале вино, я выскочила на импровизированный танцпол. Забыв про все, я двигалась откровенно, соблазнительно, сводя с ума парней. Танцевала с Ваней, Пашей и Сергеем, зачем-то заводя их. На остальных мое внимание не распространялось, так как я отнесла их в группу «с обвесами» и обходила по широкой дуге.

Пашка-то был свой в доску и никогда романтических чувств ко мне не испытывал, мы с ним больше дурачились. А вот Ваня и Сергей явно хотели более близкого знакомства. Ни с кем из них я не собиралась спать, они не вызывали во мне и толики интереса. Но дразнить их, играть на этой тонкой грани, чувствовать свою власть… это никто не запрещал. И позволять, возможно, чуть больше приличного в порыве танца – тоже. Когда такое происходит спонтанно, на эмоциях, это всегда ощущается иначе, оставляет после себя острое послевкусие.

Я думала, что девчонки выдохнут, расслабятся, но, похоже, мнение обо мне уже сложилось не лучшее с самого начала. И после моих горячих танцев их взгляды выражали высшую степень холодного осуждения, граничащего с презрением.

А я что? Я же не с их парнями танцую, даже бывшего в покое оставила.

Но время от времени наши взгляды встречались. Антон сидел у стола, лениво откинувшись на спинку стула и наблюдал за танцующими, точнее за мной. К нему несколько раз подходила Лиза, но он качал головой и продолжал смотреть. Выражение лица было серьезным, даже мрачным, но глаза выдавали жадность.

И я не знала, отчего у меня бегут мурашки – от настойчивых прикосновений Сергея, который в танце пытался держать меня все ближе, или от прожигающего взгляда Антона.

Внезапно музыку резко убавили прямо посреди песни. Взглянув на часы, я поняла, что до полуночи оставались считанные минуты.

– Так, врубай телик, будем слушать президента, – распорядился Макар, а потом кивнул Паше. – А ты тащи шампанское.

– Надо загадать желание правильно, – засуетились девчонки, ища ручки и приготовленные заранее клочки бумажек, которые они собрались сжигать по традиции и выпивать пепел с шампанским, надеясь, что это приведет к исполнению желаний, а не к гастриту.