Давай знакомиться, муж

Глава 8. Новая неделя

Три вечера подряд я приходила домой с твердым намерением никем больше не руководить.

На четвертый день сорвалась на мусорное ведро.

Оно стояло не под раковиной, а возле двери: Вадим вынул его, чтобы вымыть пол, и не успел поставить обратно. Я вошла с тяжелой сумкой, задела ведро ногой и произнесла несколько слов, которыми не гордилась.

Муж появился из ванной с тряпкой в руке.

— Пострадало?

— Кто?

— Ведро.

Я посмотрела на целое ведро, потом на него и рассмеялась так неожиданно, что пришлось прислониться к стене.

— Извини. У меня сегодня весь день кто-нибудь стоит не там.

Он забрал сумку, поставил на полку и дождался, пока я сниму плащ.

— Ты поела?

— Да.

Он прищурился.

— Что?

— Точно поела? Или, как обычно, у тебя яблоко приобрело статус обеда?

— Яблоко и печенье. Это уже коллектив.

Вадим покачал головой и пошел на кухню. Я вымыла руки, переоделась и села за стол, не пытаясь немедленно помочь. С утра у нас не совпали два списка, потом заказчик изменил состав отправки, затем выяснилось, что я сама неверно поняла письмо и попросила Жанну переделать то, что переделывать не требовалось. Последнее было хуже всего. Ошибку пришлось признать вслух, а не просто исправить в файле, пока никто не заметил.

Муж поставил передо мной тарелку.

— Рассказывай.

— Про что именно?

— Про ведро. Чувствую, оно не первый виноватый.

Я рассказала. Он слушал, иногда улыбался, но не предлагал немедленно наказать кого-нибудь из сотрудников. Когда я дошла до собственного письма, спросил:

— Жанна сильно разозлилась?

— Нет. Сказала, что хорошо, хоть до обеда выяснили.

— Разумная женщина.

— Я тоже так сказала. Только про себя.

После ужина Вадим сказал, что выбрал нам фильм. Уже нашел, где посмотреть, и даже поставил у дивана тарелку яблок.

— У меня еще список, — сказала я.

— Ты же вчера говорила, сегодня освободишься.

— Я надеялась.

Он убрал пульт с моей половины дивана чуть резче, чем требовалось. Я села с ноутбуком, испытывая неловкость перед фильмом, которого не выбирала. Нужно было закончить список, чтобы утром не начинать с него. Вадим сел в кресло с книгой, и минут двадцать в комнате слышались только стук клавиш да шорох страниц.

Я посмотрела на него. Он был спокоен, немного смешно поджал под себя одну ногу, держал книгу так близко к лицу, будто боялся пропустить строчку. На столике возле него лежал карандаш. Муж иногда отмечал понравившиеся места на отдельном листке, потому что писать в самой книге считал почти неприличным.

— Ты весь день читал? — спросила я.

Он поднял глаза.

— Нет. Сходил в мастерскую.

— В какую?

— Районную, возле старого стадиона. Помнишь, там вывеска про занятия для взрослых?

Я смутно помнила. Небольшое помещение, окна наполовину закрыты светлыми жалюзи, у входа иногда стояли люди с деревянными заготовками.

— И что там?

— Столы. Инструмент. Человек по имени Валерий Павлович. Я записался.

— Ты же сам умеешь.

— Не все.

Он рассказал про ручные соединения, про тонкую работу, на которую в цехе не оставалось времени, про пожилого руководителя, который посмотрел на его пальцы и сказал: «Главное, не торопитесь доказывать, что вы опытный».

Вадим засмеялся, вспомнив эту фразу. Мне тоже стало смешно.

— Ты доказал?

— Пока нет. Час делал одну деталь.

— Удалась?

— Не вполне.

Он сказал это с таким удовольствием, что я посмотрела на него внимательнее.

В цехе не вполне удавшаяся деталь означала лишнее время, материалы, раздражение заказчика, чью-то задержку. Здесь она почему-то делала его вечер лучше. Я понимала разницу умом, но внутри продолжала считать, что человек, у которого есть целый свободный день, должен прожить его убедительно.

— И сколько стоят занятия?

Он назвал сумму. Небольшую, заранее помещавшуюся в наши личные расходы.

— Нормально, — сказала я.

Муж смотрел на меня.

— Я не спрашивал разрешения, Надь.

— Я и не давала. Просто ответила.

— Хорошо.

Он вернулся к книге. Я — к списку. Несколько минут мне казалось, что между нами стало прохладнее, хотя ничего страшного не произошло. Потом я закрыла ноутбук.

Список можно было закончить утром. Не весь мир обрушивался от того, что одна ячейка оставалась пустой до девяти часов.

— Вадик.

— Да?

— Мне хочется, чтобы ты сейчас был со мной.

Он поднял голову.

— Я здесь.

— Знаю. Не в смысле комнаты.

Муж положил книгу на столик и пересел ко мне на диван. Я убрала ноутбук с колен и поставила на полку, чтобы он не оказался между нами третьим участником.

— Что случилось? — спросил он.

— Ничего еще не случилось. Я просто... Мне весь день нужно было что-то решать. И я пришла домой, а у тебя был хороший день.

— Это плохо?

— Нет. Вот именно что нет. А я зачем-то хочу, чтобы он был трудный. Тогда мы могли бы вместе пожаловаться.

Произнести это оказалось стыдно. Не красиво стыдно, когда ждешь, что тебя сразу похвалят за честность. Обыкновенно, до горячих ушей.

Вадим некоторое время молчал.

— Могу рассказать, как испортил заготовку, — предложил он наконец.

— Не надо делать вид, что ты несчастен.

— Я и не буду. Она действительно испорчена.

Я засмеялась и уперлась лбом в его плечо. Он обнял меня, а потом начал рассказывать. Не про правильный прием, а про соседа за столом, который торопился меньше всех и сделал лучше остальных. Про смешное упрямство собственного большого пальца. Про то, как хотелось привычно сказать «я сам», хотя именно для помощи он туда и пришел.

Я слушала и представляла незнакомую мастерскую, соседа за столом, испорченную заготовку. Вадим рассказывал все живее, а я придвинулась поближе, чтобы видеть его лицо.

— Я рада, что ты пошел, — сказала я.

Он чуть отстранился, чтобы посмотреть мне в лицо.

— Правда?

— Сейчас да.

— Хорошо. Завтра можешь еще раз проверить.

Я легонько толкнула его плечом. Он поймал мою руку и оставил у себя в ладони.

Позже мы выбрали фильм, который пропустили несколько лет назад. Я дважды спрашивала, кто этот человек на экране, потому что отвлекалась на мужа. Он терпеливо объяснял, потом признался, что сам не знает и уже десять минут придумывает.

Мы выключили фильм на середине и долго смеялись над этим маленьким обманом без последствий.

Перед сном я поставила будильник и убрала телефон экраном вниз. Вадим лежал рядом, опираясь на локоть, и смотрел, как я поправляю подушку.