Лоза судьбы

Но в последние дни меня начало нервировать именно поведение Дерека: слишком уж тепло, заботливо. Я ловила себя на мысли, что он смотрит на меня взглядом, который казался чем-то интимным. Или мне так только казалось?

В общем, мне хотелось узнать наверняка. Спросить прямо было невозможно — это разрушило бы хрупкое равновесие между нами. Поэтому я начала продумывать план. Может быть, заглянуть в его спальню? Вдруг он ведет дневник? Мне просто необходимо было узнать о нем побольше, теперь, когда он стал мне близким человеком.

Я решила поговорить об этом с Лео. Уж он-то мне поможет. Пусть он ведет себя как засранец, который шугается от меня, но неосознанно я сама вижу, каждый раз, как он на меня смотрит. Могу его попросить стать напарником в этом деле.

Только, что же придумать?.. Просто так в комнату не влезть, а уж адекватной причины для тайного проникновения не придумать. Мы же пара, чего мне вдруг взбрело в голову «тайно» залезть туда, где могу ходить совершенно спокойно.

Эх, вот бы случилось чудо!

— О, мисс Гвен! — Итан Хендриксон подкрался незаметно, да так тихо, что я со страху перевернула чашку с кофе. По столу потекла черная жидкость, грозя заляпать чистейший пол в кухне.

— О, Боги, мистер Итан, вам бы колокольчик на шею! — я судорожно схватила тряпку, пытаясь предотвратить катастрофу, но было поздно. Кафельный пол был убит.

Только бы служанки не увидели, они все утро эти полы драяли, бедные. Уоррен с них не слезает последние дни. Демонстрация пройдет здесь, и он хочет, чтобы все было идеально.

— Давайте уберем, пока Гертруда не спустилась, — услышала я голос начальника безопасности и увидела, как он садится на колени, ловко орудуя тряпкой.— Спасибо вам большое, — повторила я, протирая пятно. — Не хотелось бы заставлять их еще раз убирать из-за меня. Мистер Кирби с них и так не слезает. Мне их уж очень жаль.— Да, Гера в последнее время страшно злая все время. Все на взводе из-за предстоящей встречи. Сотню парней пришлось напрячь для охраны.

— Ого! — я удивленно вздохнула. — Разве у мистера Ямамото нет своей охраны?— Нет, конечно. Он путешествует с одним охранником, тот с ним двадцать лет, если не больше. Говорят, его никто еще не видел, но один раз он появился в Японии, когда в Ямамото стреляли. Кто его хотел убрать, не раскрылось, да и вообще, как будто это дело замяли, а я думаю, просто убрали всех, с концами. — я смотрела на Итана, открыв рот. Серьезный мужчина этот японец, оказывается. Сможем ли мы ТАК ПРОСТО его обмануть? Я начала нервничать.

— А вы зачем пришли-то? — вспомнила я свой первоначальный вопрос.

— Так я к Лео. У мистера Дерека скоро день рождения, буквально через месяц, ну, вы, наверное, в курсе, но что дарить мы ума не приложим. Нам прошлый охранник докладывал, о чем говорил Дерек, и мы из общих соображений собирали на подарок. — молнии в моем мозгу начали метать искры: «ВОТ ОНО!»

— Мистер Итан, дай Бог вам и вашей семье здоровья. Спасибо, что вы появились в моей жизни. - ликовала я.— Да, пожалуйста… наверное. А что?— Вы не поверите, я совсем забыла о его дне рождения из-за этой подготовки.— Ну… я не знаю, в курсе ли вы, но мистер Дерек его терпеть не может. Он как-то в семнадцать лет попал в больницу в этот день. Никто не знает, с чем, но после этого разные слухи пошли. Что… — он понизил голос до шепота и наклонился ко мне, прошептав на ухо: — Вроде как с попыткой суицида. — После выпрямился, поднимая тряпку с пола. — Хоть это все слухи, но дни рождения он правда не любит справлять. Хоть и ворчит на нас за подарки, но принимает. Гертруда как-то попыталась испечь праздничный торт, лежал вон там вот, — он указал на порог, возле входа.— Только я вам об этом не говорил. — Он судорожно поднял глаза на меня.Я показала замок на рту и кулак возле сердца.— Я сама узнаю тогда у Лео, и мы вместе обо всем подумаем, хорошо? — Я подняла ладонь, готовясь к рукопожатию, но его не последовало.— Мисс Гвен, это не мое дело, но вам бы пока с Лео, ну… не видеться. — Я прищурилась, мне не понравилось это предложение.— В каком это смысле? Мы видимся с ним каждый день, он мой… то есть, наш с Дереком водитель, и я совершенно не понимаю, к чему вы клоните.

Начальник безопасности потупил взгляд. Видеть этого сильного мужчину таким я не привыкла, он всегда излучал позитив, так что же теперь? Сердце застучало с удвоенной силой! ДОГАДАЛСЯ?

— Поверьте, ничего дурного, он хороший мужик, правда. Не хотелось, чтобы он попал под раздачу.

— Из-за меня? Вы говорили с Уорреном Кирби? Что-то случилось? — В моей голове прокрутились тысячи и тысячи сценариев злости Уоррена на Лео: как его выгоняют или того хуже.

— Нет, я не об этом. — Он выдохнул и поднял на меня взгляд, который я мгновенно прочитала: он переживает за него. — Он никогда не был так долго близок с девушкой, которая проявляла к нему такую доброту, как вы. Возможно, он может счесть это… за проявление симпатии и запутаться.

Я выдохнула.

— Не переживайте, мы со всем разберемся, честно. И если будет нужно, я с ним поговорю с глазу на глаз и всё выясню и проясню, не вовлекая других людей. Устроит?

Итан посмотрел на меня странно. Что же ему известно? Не стал же Лео делиться с ним тем поцелуем? Хочется, чтобы об этом знали только мы. Не только из-за Уоррена или бедной Ирэн, скорее — это придавало нашим отношениям некую романтическую подоплеку.

— Конечно, если вам так угодно, — Хендриксон кивнул и вышел. Я же, прислонившись к дверному косяку, закрыла глаза и улыбнулась. Есть легальный повод побыть с ним наедине. День рождения Дерека, отлично.

***

Я стоял под душем, и горячая вода смывала не только пыль прошедшего дня, но и попытки смыть давившее напряжение. Две недели. Две недели, как я сам себя запер в тюрьме «Лео».

Я старался избегать её. Говорил только по работе. Отстраненно. Холодно. Так, как должен говорить телохранитель с подопечной. И это убивало меня, с каждым днем всё сильнее. Старался держаться подальше от Гвен. После того поцелуя на улице, после её ледяного «я ни о чем не жалею», понял, что проиграл. Как дурак, пытался убить в себе это чувство, отстраниться, вернуться к своей роли бесстрастного водителя-телохранителя.

Теперь лишь изредка мне удавалось заговаривал с девушкой по рабочим делам. «Вас ожидает мистер Кирби». «Машина подана». Отвозил её на винодельню, где она продолжала собирать данные, но больше не находилась рядом. Моё место занял Дерек. Моё ли?

Я видел, как он обнимает её, как они смеются. Как лицо Гвен озаряется светом, и неосознанная ревность, жгла изнутри. Я старался, боги, так старался не смотреть, не вслушиваться, но глаза сами цеплялись за их фигуры, а уши ловили отголоски разговоров. Мне казалось, что она сама отстранилась. Раньше, стоило мне лишь взглянуть, как она тут же чувствовала мой взгляд и оборачивалась. Наши глаза встречались, и в этот момент мир сужался до двух людей. Первую неделю после того, как мы впервые столкнулись на винограднике, так и было. А потом она будто обрубила эту невидимую нить. Я смотрел на неё издалека, видел её новую легкость рядом с наследником Кирби. И она ни разу не обернулась. Ни разу не поймала мой взгляд. Это сводило с ума.

Да, понимаю. «Миссия важнее всего. Долг превыше любых чувств». Но с каждым разом эта аксиома дается всё труднее. Я был Лео, но внутри Рэй сгорал от желания снова ощутить вкус её губ, снова услышать смех, который адресован только ему. И ненавидел себя за это.

Я вышел из душа и накрутил полотенце. Холодный душ не помог абсолютно. Гвен стояла перед глазами всё в том же халате, в котором я и застукал её ночью у холодильника. Она была задумчива, ела мороженое, а халат открывал вид на её ноги. Хорошо, что она меня не увидела…

— А! — я ногой, молниеносно снес со стены сушилку для рук, как будто она была виной всех моих мыслей. — Да сколько можно?!

Трудно не думать о ней, не только о её ногах, но и о её уме, о том, как она рассуждает и вступает в полемику с ведущими консультантами мистера Кирби по вопросам закупок. Какими словами она ставит их на место! Хоть и не со всеми её методами я был согласен, особенно в закупке бочек определенного типа, но в общем и целом — это всё не важно. Важно лишь то, что её ум сексуален ровно настолько же, насколько и тело. Возможно, даже больше.

В дверь тихо постучали, но мужчина этого не услышал. Вода капала с его волос, мешая сосредоточиться на мысли.

Постучали чуть громче.

— Итан, — пробормотал я, идя открывать. — Не мог позвонить, что ли? — бубнил на ходу, прикидывая, чем его угощать. По любому ведь пожрать пришел. Ретировался из кухни до того, как успел что-то прихватить, и Гвен бы меня не увидела. «Старый осёл», — посмеялся я над собой.

А открыв дверь, обомлел. На пороге стояла она, с совершенно невозмутимым лицом. Пока оно не опустилось на полотенце.

Дверь была захлопнута перед её носом в ту же секунду.

«А что делать?!»

Натягивать джинсы на влажное тело было тем еще испытанием. Чуть не упав, но застегнув ширинку, принялся натягивать футболку и только после этого открыл дверь, впустив девушку.

«Надо бы извиниться».

— Наперед…

— Что? — не расслышал я, что она сказала.

— Лео, я говорю, у тебя футболка задом наперед, — она улыбалась.

Я почувствовал, как злость внутри меня закипает. Ярость на неё, на себя, на весь мир.

— А ты что, хотела полюбоваться? — язвительно бросил я, скрестив руки на груди. — Как бы жених не заревновал.

— Вот ты как. Ну, хорошо. На самом деле я пришла, потому что у меня к тебе деловое предложение, — её тон был деловым, но её глаза… В них плескалось что-то, что заставило меня напрячься. — В общем, — она понизила голос, делая таинственный вид...

Я слушал её и на мгновение забыл обо всем: о миссии, о своей роли и островке спокойствия и отстраненности от неё, куда я сам себя загнал. В ней было столько искренности, столько желания сделать добро.

— Что? — спросил я, пытаясь вернуться в реальность. — Зачем залезать в комнату к мистеру Дереку, да еще и тайно? Разве вы не можете зайти туда спокойно?

Я должен был ей отказать. Должен был сказать, что это не моя работа, что это слишком рискованно.

— Могу, но..

— Мисс Гвендолин, — сказал я, пытаясь звучать максимально профессионально, даже перешел на «вы». — Я не могу помочь вам с тем, о чем вы не говорите прямо. Если вы мне не объясните настоящую причину, не доверяете, я не буду помогать. Я все-таки работаю на отца вашего жениха, а не на вас. Тем более если это приказ…

Гвен резко повернулась ко мне. В ее глазах вспыхнул тот самый холодный огонек, который я уже видел. Это была не милая, наивная девочка, которая обнимала бездомного пса. Это была женщина, которая, если будет нужно, снесет голову с плеч, как не нужную ветвь лозы и не будет сожалеть.— Вы думаете, я пришла сюда, чтобы приказывать вам? — ее голос был низким и опасным, а обращение на «вы» подействовало на меня как хлыст, пощечина.

Она повернулась и двинулась к двери. Я смотрел ей вслед, и меня охватила паника. «Нет! Это мой последний шанс. Если она сейчас уйдет, все будет кончено. Она закроется».

Я рванулся вперед. Она уже почти дошла до двери, когда я накрыл ее руку своей, прижимая ладонь к двери над ее головой. Она оказалась заперта между мной и дверью, спиной ко мне.

Я чувствовал ее тепло сквозь тонкую ткань платья. Ее тело напряглось.

— Я согласен, — прошептал я.

Она медленно повернулась. Ее глаза смотрели на меня с ледяным спокойствием, и в них не было ни тени тепла, которое я видел совсем недавно. Ее взгляд скользнул по моей одежде.— Хорошо, что вы одеты, мистер Лео.

Она убрала мою руку, открыла дверь и вышла, даже не взглянув на меня.

— Кого я вижу!

Мистер Кирби стоит прямо перед дверью, а в пяти метрах от лестницы служанка, плача, оттирала на полу какую-то полосу.

— Здравствуйте, уже час не видела, чтобы кто-то плакал. Сдаете позиции? — Ген выходит из комнаты и движется прямо на Уоррена.

— Гвени, дорогая, к чему сыпать такими оскорблениями! Я не виноват, что девушки не умеют воспринимать критику. К тому же, после выяснения её обязанностей стало намного чище, не находишь? Тебе бы тоже не мешало готовиться сейчас, все-таки встреча с важным гостем, не хотелось бы, чтобы невеста сына опозорилась в первый же раз на вечере. — Он говорил ядовито, мерзко оглядывая её с ног до головы. Хотелось закрыть её своей грудью, да и самому не видеть эту сцену. — Да и, признаться честно, я думал, ты работаешь. Где же отчет? — Он давил её своей властью, но она не сдавалась.

— Уже завтра с утра отчет и некоторые замечания по работнику, что принимает виноград, будут лежать у вас на столе.— Хорошо, — кивнул мужчина удивленно. — Мне нравится твой энтузиазм. И твоя работа тоже. Не забывай, все-таки ты работаешь на меня, как и твоя подруга.— Я помню, благодарю.

«Идиот! Она же буквально будущая невеста твоего сына, разве есть смысл так наседать на её?.. И что за подруга?»Казалось, что я что-то упускаю из виду, что-то очень явно бросающееся в глаза.

Уоррен повернулся и медленно пошел прочь. Служанка, которая сидела у лестницы, ретировалась, как только Кирби, спустившись по лестнице, скрылся в коридоре первого этажа.Я посмотрел на Гвен и, шагнув к ней, бережно взял за руку. Хотелось прижать её к себе, пусть она храбрилась, но я видел, как внутри её потряхивает.

Когда она резко выдернула свою руку из моей, меня словно холодной водой окатили. Она больше не даст себя касаться? Это было пыткой — видеть её в таком состоянии, без права помочь.

— Насчет плана обговорим все позже, — сказала она, как отрезала. Голос её звучал холоднее, чем мне хотелось бы. — А сейчас мне надо работать.

Она развернулась и пошла прочь и снова не обернулась. Я слышал, как хлопнула дверь её спальни. Я проводил её взглядом, лицо окаменело. Я посмотрел на свою пустую ладонь, а затем на поворот, за которым она исчезла.

Медленно повернулся и пошел обратно. Чувствовал себя бессильным идиотом, точнее «Старым бессильным идиотом, который влюбился в того, в кого точно не следовало», и, горько усмехнувшись, хлопнул дверью так, что эхо разнеслось по дому.

«Теперь всё, что я могу — это наблюдать».

***

Я дошла до своей комнаты и прислонилась головой к холодной двери. Я слышала хлопок двери Лео. Он злился. Я понимала. Но сейчас… сейчас я не могу себе позволить чувства. Уоррен напоминает мне об Ирэн каждый раз.

«Гвен, еще чуть-чуть, — прошептала я себе. — Еще немного. И после мы сможем обо всем с ним поговорить».

Почему я каждый раз забываю в этих своих эйфорийных чувствах о том, что мне надо работать? Не просто работать, а отыгрывать свою роль. Роль невесты. Роль марионетки.

Глубоко вздохнув, я отстранилась от двери. Мне нужно было идти. Мне нужно было поработать, хотя бы чтобы не сорваться.

Уже на следующий день особняк Кирби ожил в ожидании высоких гостей. Повсюду сновали слуги и охрана, наводя последние штрихи. Я стояла рядом с Дереком, держа его за локоть. Недалеко от нас ходил Лео, его грубые, прижимающие меня к двери руки не выходили у меня из головы. Уши горели только от одной мысли, что мы друг с другом сделаем, когда вся эта клоунада закончится. Я рассчитывала на чувственный, тот самый, о котором пишут во всех книгах секс. Страстно. Красиво. Чувственно и совершенно развратно.

Я невольно засмеялась, подняв ладонь, прикрывая рот.— Ты чего? — наклонился ко мне Дерек.— Что?— Чего руку сжимаешь, больно, — он улыбнулся. — Не переживай, встретишься с ними и поймешь, что они нормальные, в отличие от отца. Все говорят, что они не просто играют, а живут друг другом, да и ко всем они относятся хорошо.— Душки, одним словом, — улыбнулась я, давая понять, что спокойна.— Да, как две дужки от очков, неразлучны и подходят друг другу, — я усмехнулась.— Коломбуришь? Нас вон твой отец взглядом сейчас сожжет, обними меня хоть.На что Дерек прижал к себе, шепча в ухо:— Не выдай что-нибудь эдакое, как тогда в комнате.

*** За неделю до событий. Каминная.

— Идиот, а. Ну дурак же.— Запомни, пожалуйста, это же важно, — я выдохнула и закрыла глаза.— Да не будет он спрашивать про устаревший сорт, что ж ты такой тугой.— Сама ты тугая, спросит, а ты…— А я «ни бе, ни ме, ни кукареку»? Это хотел сказать? — я закатила глаза и увидела, как Дерек сначала хмыкает, а после разражается смехом.— Ты чего? Ну что? — Он смеялся, пока я закатывала глаза. — Дурной? Никогда такую присказку не слышал?— Нет, — он выдохнул, смахивая слезу. — Клянусь, это бомба. Что там еще у тебя? Вываливай. Ой! — он схватился за голову. — Аж голова разболелась. Давай, вытаскивай из своих закромов памяти все присказки и шутки бедного населения, чтоб я не умер от смеха случайно на приеме.

*** Наше время.

— Не волнуйся, он будет отвлечен на твоего сумасшедшего папашу, трясущего охранника, — показала ему я в сторону выхода.— Ты что, блядь, не мог нормально рубашку погладить?! — рычал Уоррен, его голос был полон отвращения. — У тебя откуда руки растут, блядь?!Он схватил бедного мужчину за шкирку и с силой оттолкнул от себя.— Итан! — заорал он. — Замени этого долбоеба кем-нибудь! Сейчас же!Итан Хендриксон, начальник службы безопасности, подошел к Уоррену, сохраняя олимпийское спокойствие.— Ладно, мистер Кирби, — сказал он ровным голосом. — Не переживайте, сейчас другой придет.

И в этот самый момент, словно по команде, затрещала рация на его поясе.

— Первый пост! Объект приехал!

Итан поднял рацию к губам.

— Проверьте багажник и дно машины!

Уоррен застыл. Его ярость мгновенно сменилась недоумением, а затем — возмущением. Он повернулся к Итану, его глаза сверкнули.

— Ты что, ебанулся совсем?! Проверять господина Ямамото?!

Итан спокойно посмотрел ему в глаза.— Правила для всех одинаковы, мистер Кирби. Это наш протокол. Хотите с этим поспорить? Тогда наймите ддругого, на мое место. — его голос был твердым, без намека на страх. Он был начальником службы безопасности, и никто не мог ему приказывать, когда речь шла о протоколе.

Уоррен на мгновение замер. В его глазах читалась борьба между желанием взорваться и пониманием, что он не может рисковать встречей с Ямамото из-за глупого спора.— Ладно, — процедил он сквозь зубы. — Потом похвастаемся, какой ты у нас профессионал. Я думаю, японец оценит.

Итан лишь кивнул. Уоррен отвернулся, и его лицо снова приняло привычное надменное выражение, готовое к встрече с важным гостем.

Я смотрела на Итана, и во мне просыпалось уважение. Он не прогнулся. Он был профессионалом. И это давало мне надежду. Если в этом доме есть такие люди, возможно, не все еще потеряно. Я внутренне сжалась, ища глазами Лео, мне нужна была его молчаливая поддержка.

Пьеса начинается.

Глава 16

Все точки над I

Когда машина подъехала к парадному входу, все были на своих местах. Дерек, в классическом темно-синем костюме, и я, в элегантном и сдержанном коктейльном платье цвета морской волны, стояли рядом с Уорреном. Лео, вопреки нашей отстраненности друг от друга, проходя мимо, легонько сжал мою руку, успокаивая, хотя его взгляд был направлен вперед.

Мистер Атсуши Ямомото и его жена Акико выглядели как воплощение восточной элегантности: он — в дорогом, идеально скроенном костюме, она — в изысканном кимоно, подчеркивающем её изящество. От неё было невозможно оторвать взгляд.

Они привезли с собой бутылку нового вина, недавно разработанного на их виноградниках, чтобы произвести впечатление и, вероятно, показать Кирби, что они достойные партнеры, готовые к сотрудничеству.

«Кто бы сомневался»

Приветственные речи, легкий обмен любезностями и мой шикарный спич по поводу кимоно окутан-Акико, который она оценила, судя по взгляду. Всё шло по плану. Затем Уоррен повел гостей в гостиную, где уже были накрыты легкие закуски и, конечно, лучшие вина Кирби, к выбору которых я безусловно приложила руку. И пару раз хотелось приложить ладонь к шеям тех, кто смел выбирать что-то другое.

Когда мистер Атсуши и Дерек отошли к окну, обмениваясь впечатлениями о винодельнях, их разговор стал тише, а мисс Акико взяла меня за руку, отводя в сторону.

— Мы с мужем видим, Уоррен понимает, что для нас значит «семейное дело» и передаст бизнес вам с Дереком. Вы смотритесь очень хорошо, а главное, работаете как один организм.

— Вы же видели нас не больше часа, — сказала я с улыбкой.О да, эти движения мы оттачивали две недели. Наслаждайтесь: я наклоняюсь, он придерживает мое платье, он глядит на закуску, и я тут же предлагаю ему попробовать. Наши взаимодействия были отточены, но казалось, что мы так можем делать и по наитию, независимо от сценария.

— Поверь, это заметно, — мы подошли к столу, и я заметила, как Дерек наклонился и что-то шепнул на ухо японцу. Тот слушал его внимательно, оставался невозмутимым. Затем улыбнулся, кивнул и протянул руку для рукопожатия. Казалось, этот жест был слишком личным для деловой встречи.

Через полчаса мы уже спорили с самим Ямомото о виноградных лозах. Дерек меня одергивал, но я не уступала, выискивая новые аргументы в пользу проверенных данных, а не экспромта.

— Хорошо, будь по-вашему, но что вы скажете, если я предложу использовать… — он назвал длинное латинское название, которое я моментально узнала, и мои глаза расширились. — ...Vitis vinifera Regium (Царственная виноградная лоза). Что вы скажете, если мы с вами её возьмем? Снова будете спорить? — он наверняка заметил моё удивление, и в его глазах заплясали искорки нетерпения. Я видела, что мой энтузиазм завел его рабочую натуру, и нам обоим не терпелось приступить к разработке вина.

Моё сердце забилось чаще. Vitis vinifera Regium — легендарный сорт, о котором я читала только в старых книгах. Он считался утерянным или существовавшим в единичных экземплярах. Его вино было чем-то из области мифов.— Да вы что! — не сдержалась я, моя профессиональная страсть взяла верх над этикетом. — У вас он есть?! Я ни разу с ним не работала, столько читала о нем! Его же почти не осталось!

— Всё-таки мы сделали правильный выбор.Акико, жена Ямамото, которая до этого молча стояла в стороне, лишь слегка улыбаясь, рассмеялась. Ее смех был мелодичным и теплым.

Она посмотрела на мужа, потом на Дерека и, наконец, на меня.— Ты видишь, какие у нас будут партнеры? Походят на тебя в молодости?— Ещё как, — улыбнулся Ямамото.

Я почувствовала, как румянец заливает мои щеки. Это было огромное признание: не просто девушка наследника, не просто марионетка Уоррена, а полноправный партнер, который разбирается в деле.

Уоррен Кирби, стоящий рядом, слушал всё это, и на его лице медленно нарастало выражение откровенной ярости. Он планировал использовать меня как глупую помощницу, а теперь Ямамото, его злейший враг, хвалил меня как будущего «мозга» и «партнершу» своего сына. Его план разваливался на части прямо у него на глазах.

Я увидела как Акико, словно почувствовав напряжение, перевела взгляд на Уоррена и улыбнулась ещё шире.

Я наблюдала за этой парой со стороны. Пока они разговаривали с Дереком, я улизнула и не могла поверить, что они когда-то были молодыми и теряли голову от любви; возможно, у них такие чувства по сей день...

— Ну как тебе они? — Лео подкрался незаметно и встал в метре от меня, не поворачивая головы. Я видела на его лице легкую полуулыбку, и тепло наполнило душу, словно переживать было не о чем.

— Хорошая пара. Не знаю, зачем им сдался старый виноградник Кирби с его устаревшими машинами, но мне бы хотелось с ними поработать, — и, подумав немного, добавила неосознанно, с легкой грустью в голосе: — Они такие счастливые вместе.

Я повернулась к мужчине и, увидев его взгляд, ощутила легкий укол тоски, подумав: «Почему мы не могли встретиться раньше? Разве мог он мне стать меньше чем за месяц самым желанным человеком на свете? Или, может, я сошла с ума от горя, страха и обиды?»

Не говоря ни слова, чувствуя, как Лео провожает меня взглядом, медленно пошла к Дереку.

— Многие заблуждаются в цитате, что «женщина — шея, а мужчина — голова», — говорил в этот момент Ямомото, глядя на Дерека. — Я же уверен, что наши прекрасные леди нас направляют. Они — мозг в этой прекрасной голове, а мы должны повернуть туда, куда мозг дал импульс, мы - шея.

Дерек усиленно закивал головой, пытаясь выглядеть мудрым и просветлённым.

— Вы знаете, я с вами полностью согласен! Как же вы пришли к такому выводу? — спросил мой недоделанный актёр, он же жених. Я хихикнула в мыслях и взяла его за локоть, прижавшись плечом.

— Увы, слишком поздно. В тридцать два года, когда, скажем прямо, мой бизнес пошёл ко дну. Пришла моя дорогая и… — он нежно поцеловал руку своей жене. — спасла меня. Буквально вытащила из пропасти, направила, а я повернул, куда надо.