Магическая академия Провиденс

После нелегких переговоров работать не хотелось еще больше, но пришлось. Время до семи вечера тянулось бесконечно, роскошные интерьеры, которыми она любовалась еще утром, уже не радовали, спину ломило, а нежная кожа на руках порозовела. Хотелось лечь и проспать сутки.

После ужина, когда все девушки устроились в общей комнате на отдых и единодушно высказали надежду, что они никому сегодня больше не понадобятся, Селена выждала полчаса, потом тяжко вздыхая и держась за живот, сообщила всем, что неважно себя чувствует, и искать ее не нужно, отправилась на поиски уборной, которая располагалась в конце коридора и никаких поисков совершенно не требовала.

Для себя девушка определила, что у нее совсем мало времени, и нужно поторопиться. Карта появилась перед мысленным взором сразу, не даром она потратила на ее изучение прорву времени, зато сейчас могла перемещаться по коридорам для слуг в кромешной темноте на ощупь. Конечно, этой жертвы не потребовалось, коридоры были неплохо освещены магическими светильниками. Несколько минут потребовалось. Чтобы добраться по переходам до другого крыла, ей очень повезло, что она никого не встретила, или это не везение а закономерность, ведь почти все, кто работал в комнатах, закончили дела, а остальные были заняты внизу на приеме. Без проблем девушка добралась до нужной комнаты, надела антимагические перчатки, активировала открывающий артефакт. Замок был простой- механический, никаких дополнительных магических плетений на дверях не было. Ну это и к лучшему.

Девушка беспрепятственно проскользнула через анфиладу комнат и оказалась в спальне. Позволив себе несколько секунд полюбоваться интерьером, она двинулась к огромной картине на стене. Именно за ней план обещал тайник, в который нужно еще попасть.. и не попасться.

Картина легко сдвинулась, открывая за собой дверцу хранилища, опутанную паутиной защитных плетений, хорошо видимых магическим зрением в полумраке комнаты.

Ее фамильяр Люсинда, сейчас благоразумно молчала, изображая безвременно почивший трупик в сумке, и отрабатывая свою часть кондитерского соглашения, за что Джесс была ей крайне признательна.

Так, нужно выбрать одну единственную нить и аккуратно растянуть ее, не затрагивая сияющие алым дрожащие нити сигналок. Ну кто так делает, это же не банковский сейф с семейными реликвиями, зачем было так усложнять?

Амулет щелкнул, давая понять, что сигнальные нити временно дезактивированы, и у нее есть три минуты, пока сторожевой артефакт не будет заново активирован. Одновременно с этим ее амулет личины нагрелся и с тихим треском развалился. Конечно, артефакт, скрывающий ауру, продолжал работать, но и она теперь не задорная блондинка с большим интеллектом, а вполне себе узнаваемая рыжая Джесс. Помянув Люка и его щедрость тихим злым словом, девушка методично искала то, за чем пришла. Когда спустя минуту, в руках у нее оказался артефакт заказчика, девушка спешно вернула все сокровища на место, подавив желание ознакомиться с содержимым подробнее. Но время истекало, поэтому нужно было торопиться. Дверца тайника захлопнулась с неприятным щелчком, сторожевой артефакт был активирован, а картина заняла свое место.

Джесс включила нейтрализатор магических следов, который даже не требовалось доставать, поместила заказ в антимагическую шкатулку, без которой не ходила ни на одно дело, положила ее и остатки амулета в небольшой рюкзачок, все это время лежавший на полу возле ее ног. Она уже собиралась покинуть это негостеприимное место, когда услышала скрип входной двери и шаги. Что за невезение? Хозяин должен был быть на приеме в бальном зале!

Девушка стремительно метнулась к тележке горничной, на которой располагались нехитрые приспособления для уборки, сунула вниз свой рюкзак и схватила щеточку для сметания пыли.

Когда через несколько мгновений хозяин комнаты вошел внутрь, он увидел трудолюбивую и растерянную горничную, которая не успела выполнить свою работу в его отсутствие и теперь спешно собирала в тележку уборочный инвентарь. Щеки девушки порозовели, она извинилась и сообщила, что зайдет позже, аккуратно двигаясь к выходу, но властный голос остановил ее на полпути.

– И кто заставил такую красивую девушку работать так поздно?

Джесс подняла на вошедшего испуганный взгляд и произнесла с максимально возможным почтением:

– Никто, господин, не успела вовремя закончить уборку…я новенькая, Селена.

– А может, ты специально задержалась, чтобы… познакомиться поближе?

Герцог Кайден Риверн каким-то неуловимым текучим движением оказался слишком близко, обдавая испуганную девушку приятным запахом кедра и чего-то неопределимого, но невероятно притягательного.

Джесс выдохнула, ее сердце стучало так громко, что она удивилась, как его не слышит сам герцог, и ответила единственное, что могло спасти ее и не дать хозяину комнаты заподозрить преступные намерения:

– Может…

Кайден Риверн сделал еще шаг ближе, почти касаясь ее, осторожно дотронулся до подбородка, приподнимая ее лицо и заставляя посмотреть в глаза, сейчас кажущиеся совсем темными, почти черными. Девушка судорожно вздохнула, не в силах скрыть легкую дрожь.

– Замерзла или боишься… маленькая мышка?

Джесс не боялась, она разумно опасалась, она облизнула ставшие сухими губы, привлекая к ним внимание, и мужчина медленно стал склоняться ниже с очевидным намерением поцеловать. Девушка прикрыла глаза и позволила себе расслабиться, чувствуя, как ее рот накрывают чужие губы, язык легко скользнул внутрь, изучая, углубляя поцелуй. Никогда раньше она такого не испытывала, герцог не зря пользовался популярностью у слабого пола, чувствовался опыт и что-то такое, от чего магия, сейчас скрытая амулетом, быстрее побежала по телу, отдаваясь теплом в солнечном сплетении. Поцелуй постепенно стал более настойчивым, мужские руки огладили спину, развязывая узел передника, сняли форменный чепец, освобождая каскад длинных медово-рыжих волос.

– Ты так восхитительно пахнешь, маленькая мышка. Будь смелее, я не кусаюсь… сначала.

И Джессика позволила себе быть немного смелее, она сама потянулась за еще одним поцелуем, чувствуя, как растет ее собственное желание, скручиваясь тугой пружиной внизу живота, как сбивается дыхание, как начинают путаться мысли. Ее платье оказалось расстегнуто, и через мгновение скользнуло вниз и оставив девушку в весьма провокационном белье и чулках.

Мужчина с удовольствием оглядел ее, остановился на полной груди, слегка прикрытой черным кружевом, прошелся вниз к плоскому животику, кружевным шортикам, чулкам, до самых пальчиков с алым педикюром, который привлекал внимания, просвечивая через прозрачный шелк.

– Ммм, как интересно одеваются горничные, – довольный голос звучал чуть хрипло, и Джесс почувствовала, как волоски на коже встают дыбом, а мурашки нестройными рядами маршируют в разные стороны.

– Господин… можно мне отлучиться в уборную на минутку? – голос девушки дрожал от смущения и возбуждения.

– Конечно, мышка, а я пока налью нам выпить, тебе нужно расслабиться, ночь будет долгой.

– Да, господин, я быстро…

– Зови меня сегодня Кайден, – мужчина отошел к буфету, послышался звон стекла и звук льющейся жидкости.

– Да, господин Кайден.

Джесс подхватила с тележки рюкзачок, и в одном белье быстро юркнула в уборную. Она закрыла за собой дверь на задвижку, включила воду, облегченно выдохнула и поплескала в лицо холодной водой. Потом выпрямилась, посмотрела на свое отражение в огромном зеркале: ну ведьма ведьмой: зеленые глаза расширены, зрачок почти закрывает радужку, на щеках лихорадочный румянец, волосы растрепаны, и еще хайк дернул ее надеть это провокационное белье. Хоть сейчас на шабаш. А если бы герцог ее не отпустил сейчас? Она передернула плечами, отгоняя непрошеные мысли, которые были бы весьма привлекательны при других обстоятельствах, жестко усмехнулась своему отражению, она крепко сжала в руке рюкзак, во второй был крепко сжат амулет переноса, который она так и не выпустила, несмотря на потерю передника, и представила себе безопасное место, в котором должна очутиться.

Ее настрой чуть не сбил стук в дверь и голос Кайдена:

– Мышка, все в порядке? Может, мне присоединиться и помочь?

Легкий импульс силы, вспышка портала, треск ломаемой двери, и она перенеслась в съемную комнату в небольшой гостинице на окраине столицы. Ну да, практически голая, зато целая и с рюкзаком.

– Мы были на волоске от гибели, – раздалось трагическое.

– Да и этот волосок еще близко, – флегматично отозвалась Джесс, не собираясь сейчас спорить. Она еще чувствовала опасность, и необходимость спешить. Девушка накинула на себя платье, еще раз активировала нейтрализатор магических следов, собрала остатки вещей и сжала следующий амулет, на этот раз простой телепорт, который вынес ее на людную улицу. Хотя сейчас и был поздний вечер, на окраине города еще шла торговля, а люди спешили по домам после длинного рабочего дня, попутно забегая в нужные лавки или обмениваясь новостями со знакомыми. Все магические следы будут затерты толпой уже через несколько минут. На девушку в простом платье с сумками никто не обратил внимания, она прошла дальше, зашла в шумную таверну «У Михо», где не раз обедала, изображая собственного брата, бросила монетку подавальщице, заказала кружку эля. Несколько минут Джесс посидела за стойкой, отмечая, что еще немного, и вон за тем столиком работяг начнется драка, а мужики напротив уж слишком откровенно пялятся, и через пару минут рискнут подойти, а значит пора двигаться, и вышла в уборную. Оттуда следующий экстренный телепорт вынес ее в лес. Теперь можно выдохнуть.

Глава 5.

Джесс позволила себе постоять в сумерках на берегу ручья и насладиться покоем. Прохладный вечерний воздух остужал горящие щеки, притихший лес завал возможность обрести такое желанное равновесие. Внутри еще гуляли волнение и азарт от успешного дела, стремительного побега… и от страстных поцелуев, уж себе-то она могла признаться. Губы горели, пальцы подрагивали, и она даже не могла точно определить, что именно и в каких пропорциях намешано в коктейль ее эмоций.

– И долго ты тут стоять собираешься? – послышалось недовольное из рюкзака, – между прочим, у меня клаустрафобия, и я тоже хочу дышать воздухом свободы, а не вот этим вот…

– Вытащить тебя?

– Иди уже, надо поторапливаться! Слышишь шум? Это преследователи спешат по нашим следам! А я еще даже не надышалась!

Джесс развернулась и отправилась к домику, по пути проверяя расставленные сторожевые нити на предмет незваных гостей.

Домик встретил их пустотой, запустением, тишиной и почти непроглядной темнотой. Джесс зажгла небольшой светильник, села на низкую кушетку и вытащила Люсинду. Морская свинка с царским видом принялась отряхиваться и демонстративно разминать лапки:

– Между прочим, от стресса седеют!

– И не говори!

– Мне было страшно, темно и я задыхалась! И говорить ты мне запретила! А сама в это время занималась непотребствами с этим страшным герцогом!

– Вообще-то он красив… и мужественнен… и властен..

– Так, стоп! Все еще хуже, чем я думала! Хочешь вернуться и продолжить?

– НЕТ!

– А раз «нет», то чего сидим, кого ждем? Герцога на белом коне? Артефакт в зубы, вещи в сумку и вперед!

– Мы же планировали завтра отнести артефакт…

– Включи мозги! Завтра тебя в столице будет искать каждая собака, я уже молчу о засаде в клубе!

– Думаешь?

– Знаешь!

– Пожалуй, ты права. У меня тоже нехорошее предчувствие…

– Естественно, у тебя предчувствие, и его зовут Люсинда!

– Ладно, уговорила. Сейчас переоденусь и отнесем артефакт в особняк Люку.

И Джесс спешно стала переодеваться. Через пару минут в хижине стоял худой и несуразный, но аккуратно одетый паренек, Иоганн Морис. Вещи были компактно убраны в две небольшие сумки с расширенным пространством.

– Ты так жалко выглядишь, что даже мне хочется дать тебе монетку, ну или печеньем накормить, а печеньем я не делюсь.

– Спасибо, я оценила, – Джесс поджала губы, не реагируя на ехидные подколки, – как думаешь, вещи с собой или здесь оставить и вернуться?

– Возвращаться – плохая примета, – назидательно проворчала Люсинда, залазя в рюкзак, – так что Рюкзак на спину, сумки в зубы – и вперед!

Оглядев в последний раз комнату, Джесс активировала в очередной раз нейтрализатор магических следов, выключила и засунула в карман светильник, и отправилась к ручью. Оттуда через простой артефакт-телепорт прошла на людную улицу, от которой до особняка Большого Люка предстояло еще идти пешком. Сумки весили не много, так что перемещалась девушка быстро. На неказистого невысокого паренька никто не обращал внимания, так как таких подростков, бегающих с разными поручениями за мелкую монету, бегало по улицам много.

Не доходя до нужных ворот совсем немного Джесс остановилась, ей оставалось только перейти улицу, но что-то останавливало, какой-то тревожный звоночек, дребезжание интуиции, которую девушка привыкла всегда брать в расчет. Она стояла в густых зарослях кустарника и наблюдала, сама не понимая, чего ждет. Как оказалось, не зря…

Спустя минуту из ворот вышел злой как хайк (черт) герцог Кайден Риверн, замер на несколько секунд, оглядываясь, потом открыл портал и исчез. Джесс перевела дух, посидела в засаде еще пару минут, и, не заметив ничего необычного, двинулась к воротам.

Дворецкий встретил ее привычным приветствием:

– – Леди Блейк. Опять к нам? Как всегда – без приглашения?

– Как Вы…

– Я не просто смотрю, я – вижу… – лаконично ответил Эдмунд Грей и

проводил нежданную визитершу в кабинет к барону.

Большой Люк был не в духе:

– И какого хайка ты сюда приперлась, если мы договаривались, что ты передашь артефакт завтра в «Бургравском Круге»? И что за вид?

– И тебе доброго вечера! – Джесс проигнорировала вопрос о внешнем виде и заняла привычное кресло, не дожидаясь пока ей предложат, раз Люк забыл о вежливости, – Моя интуиция подсказала, что безопаснее это сделать сегодня, и, как оказалась, я правильно сделала.

– Нарушив мои планы и уговор с заказчиком?

– Не нарушив свои планы остаться живой, целой, невредимой и свободной. А с заказчиком разберешься сам… завтра.

Люк едва заметно скривился от такого заявления. Он вытащил кошель с монетами и небрежно перебросил его девушки. Та ловко поймала увесистый мешочек и неспешно пересчитала содержимое, вызвав этим еще одну недовольную гримасу барона. Когда кошель занял свое место в рюкзаке, Джесс заметила:

– По пути сюда я видела выходящего из ворот знакомого нам обоим герцога. Знаешь, на что это похоже? На подставу! Ведь так кстати амулет личины развалился в комнате герцога, а он совершенно случайно зашел в это время в свою спальню, в которой совершенно случайно была я! И артефакты мне передали совсем сомнительные для работы, так что закономерно назрел вопрос, что это вообще было? Ты решил подставить меня, чтобы не подставиться самому? Так я на большую рыбу совсем не тяну… Да и кстати, Теобальд Крэйн просил передать вам привет, когда увижу. Чуть не забыла после всех этих волнений.

После последних слов Люк заметно побледнел:

– Что тебя связывает с этим.. человеком?

– Дела, ничего личного. Как раз пришлось совершить крупные покупки, чтобы сегодняшнее дело прошло успешно…

– Сколько?

– 35 золотых лир. Как видишь, иметь с тобой дело, удовольствие не дешевое.

Люк молча достал из стола еще один мешочек и передал девушке. Она вздернула бровь, пересчитала содержимое, внутри оказалось еще 50 золотых лир.

– Мне передать это артефактору?

– Нет, это тебе… компенсация, – скрипнул зубами Люк.

Джесс хмыкнула, компенсацию за подставу она бы оценила совершенно в другую сумму, но спасибо и на этом. Второй мешочек отправился в рюкзак в компанию к собрату и подозрительно молчаливой Люсинде.

На этом беседа была закончена, Джесс поднялась и вежливо попрощалась:

– Удачи Люк! И прощай, надеюсь, наши пути больше не пересекутся.

До хруста выпрямив спину, она прошла к двери и даже не забыла аккуратно закрыть ее за собой. Все, эта глава жизни закончена.

– С территории особняка лучше не телепортироваться, слишком много охранных чар, вдруг занесет не туда… или не целиком, – раздалось назидательное из рюкзака.

– Да, выходим.

– К страшному артефактору пойдешь?

– Нет, не в этот раз, у меня ощущение, что время стремительно заканчивается.

Джесс ускорилась, почти бегом добралась до ворот, перебежала на другую сторону дороги и уже через мгновение выходила на тихой улочке на окраине Провиденса. И, конечно, она не могла увидеть, как спустя пару минут на том же самом месте у ворот снова открылся портал герцога Кайдена Риверна.

Портал выплюнул Джесс с багажом на окраине Провиденса, большого старинного города на юге королевства Вестморейн. Район был не самым благополучным, но и не таким опасным, как доки в районе порта на противоположной части города.

Девушка огляделась, сумерки здесь еще не были такими густыми, как в родном Нокслине, но темнело быстро, и если она не хочет проблем, которых не смутит облик сухощавого парнишки, то следовало поторопиться и отправиться в гостиницу.

Заведение с нехитрым названием «Ужин и уют» нашлось быстро, Джесс присмотрела его еще в прошлый визит, так что дорога заняла не более получаса. Все это время девушка старательно игнорировала нудный бубнеж из рюкзака:

– Мы уже пришли?

– Ой, меня опять укачивает… а, нет, показалось.

– Хрумс-хрум… кажется, я зуб сломала! Неужели нельзя ложить в рюкзак печенье, а не это вот все, – в этот момент Джесс подавила отчаянное желание вытряхнуть Люсинду из рюкзака и предложить продолжить путь самостоятельно ножками, извините, лапками. Сдержалась, и мысленно похвалила себя. Ничто не провоцирует поток красноречия Люсинды, как вовлеченный в дискуссию слушатель, даже если этот слушатель вовлекаться не хочет!

– Джессссс! Ты обещала тортик!

– Тортиииик!

– Как можно быть такой бессердечной, когда твой единственный фамильяр погибает с голоду?

– Джесссс! Ну Джесссс! А ты не забыла последнюю книгу Амории Лаф в гостинице? Что-то я ее не видела в вещах… Если забыла, с тебя две книжки… помимо забытой!

– Джесссс! У меня лапки отнялись, я их не чувствую, я умираю, да???

К тому моменту, как Джесс добралась до гостиницы, она уже трижды поборола желание потерять рюкзак по дороге, ее останавливало только осознание, что Люсинда все равно ее найдет… и тогда будет еще хуже. Вы думаете, что нет никого страшнее обиженной женщины? Нет! Обиженный фамильяр – вот страх и гроза всех ведьм! Это совсем юная Джесс выучила (и вспоминала с содроганием еще в детстве, когда имела несчастье забыть Люсинду в комнате, когда находилась в гостях у бабушки, и иметь несчастье вернуться домой телепортом домой в одиночестве. Тогда она получила и от бабушки, и от Люсинды. И если садиться на попу она смогла уже на следующий день, то ликвидировать последствия обиды фамильяра в виде покрызенных, пожеванных, порванных вещей и уничижительных комментариев пришлось полгода. И это стоило кучу нервов и опустевшей копилки, так как задабривалась Люсинда нехотя и исключительно пирожными из любимой кондитерской. А Джесс между прочим копила на алхимический набор!

Гостиница была стандартной, так что ничего особенного Джесс не ожидала. На первом этаже – большой, шумный и не очень чистый зал, где ужинали немногочисленные постояльцы и пили многочисленные завсегдатаи. Стараясь не привлекать внимания и не сталкиваться ни с кем взглядом, Джесс аккуратно прошла к стойке, заплатила за комнату, ужин и завтрак на двоих, договорившись, что еду принесут в комнату, получила ключ и отправилась на второй этаж.

Поднявшись по широкой крепкой лестнице, она быстро нашла нужную комнату, открыла дверь, и прошла внутрь. По многолетней привычке дверь за собой она закрыла на ключ, заперла засов и навесила на ручку сторожевой артефакт, извлеченный из бокового кармашка рюкзака.

Люсинда была аккуратно вынута и посажена на постель. Свинка отряхнулась, подрыгала лапками, демонстративно разминаясь и брезгливо принюхалась:

– Тут не очень… и воняет… неприятностями!

– Сейчас открою окно и проветрю.

– Сквозняк? А если я заболею?

– Фамильяры не болеют!

– Пффф! Я уже чувствую, как начинает першить горло!

– Я еще даже не открыла окно!