Причудливый узор нити жизни

– Хм… Места здесь опасные, – задумчиво протянул он, внимательно глядя на Злату. – Так и быть, зову в гости. У меня хоть не хоромы Полоза, но тоже жить можно.

Немного подумав, Злата решилась.

– А домашние не против будут?

– Нет, – парень переступил с ноги на ногу, – идем, а то темнеет уже.

Девушка кивнула и направилась следом за мальчишкой.

Яр жил рядом. Не прошло и четверти часа, как ребята подошли к неприметной землянке, скрытой среди деревьев. В окнах не горел свет, и на первый взгляд казалось, что дом давно заброшен. Яр уверенно открыл скрипучую дверь и пригласил Злату внутрь. Девушка осторожно переступила порог и огляделась.

Внутри было темно и прохладно.

– Сейчас печку затопим и хорошо будет, – сообщил Яр, зажигая свечу.

– А родители где же? – спросила Злата, пытаясь разглядеть обстановку в доме.

– Так один я живу, – пожал плечами мальчишка. – Уж несколько лет как.

Злата удивлённо посмотрела на него:

– Один? – Яр утвердительно кивнул, продолжая сновать по землянке в поиске каких-то вещей. – Как же так?

– А что такого? – вопросом на вопрос ответил мальчишка, сразу как-то нахохлившись. – Я уже достаточно взрослый, чтоб жить самостоятельно.

– И не грустно тебе? – спросила девушка, аккуратно присаживаясь на лавку.

– Бывает, – беспечно отозвался Яр. – Но мне нравится одному жить, а когда грустно становится – в поселение хожу.

– В поселение? Далеко оно?

– Да нет, здесь совсем рядом, верстах в трёх, – ответил Яр, затапливая печь. Сразу запахло дымом.

– Кажется, ты заслонку забыл открыть, – закашлялась Злата.

– А, да, сейчас, – бросился мальчишка к трубе. Девушка тем временем открыла дверь нараспашку, чтоб проветрить землянку.

– Хорошо, что сразу заметили, а то ведь так и угореть недолго, – сказала Злата, возвращаясь к лавке. Яромир сконфуженно кивнул.

Как только огонь разгорелся, ребята принялись готовить ужин, болтая обо всём. Злата рассказывала о своих приключениях, а Яр про здешние места.

– А что ты знаешь о Великом Полозе? – спросила Злата у Яра, когда они закончили с едой.

– Да то же, что и все, – уклончиво ответил он. – Больше того, что уже рассказал я не ведаю.

– Ты много о нём знаешь, – ответила девушка. – А я впервые услышала о нём совсем недавно.

– Мне бабка часто рассказывала истории разные. Да только все это сказки, никто Полоза вживую и не видал ни разу. Кстати, а зачем он тебе? Просто интересна его история или встречи с ним ищешь? – сощурился мальчишка, внимательно глядя на девушку.

– Знаешь, мне приснился сон, в котором большой золотой змей соткал гору из пыли и пепла, после чего скрылся в этой самой горе. Во сне мне показалось, что он зовёт меня за собой.

– Так, может, это не Полоз был, – хмыкнул Яр. – Мало ли в сновидениях змеев золотых ходит. Забудь про этот сон и иди дальше своей дорогой.

– Я бы хотела, – с грустью сказала Злата, подтягивая ногу к себе и обняв колено. – Но стоит мне сойти с дороги, указанной этим сном, как я начинаю блуждать в лесу и выйти из него не могу до тех пор, пока не вернусь на путь из сна. Мне кажется, что кто-то зовёт меня куда-то вдаль, а змей лишь проводник.

Яромир задумчиво посмотрел на девушку.

– Точно малахольная, – сделал он вывод. Злата лишь тихонько вздохнула. После недолгого молчания Яр снова спросил: – Ну, хочешь помогу тебе Полоза найти?

– Хочу. А ты знаешь как?

– Ты же девица, а он, говорят, их утаскивает, – пожал плечами мальчишка. – Вот и проверим.

Сноски:

Великий Полоз - персонаж «Уральских сказов» Павла Бажова, основанный на сказаниях и легендах народов Урала.

Глава 8

– Что-то мне не очень нравится твоя идея, – сказала Злата, переминаясь с ноги на ногу. Роса холодила босые ноги. Они уже больше часа бродили по утреннему лесу, останавливаясь то тут, то там. Яр что-то высматривал в траве, заставляя Злату перемещаться так, чтобы она каждый раз оказывалась в луче света. Девушка щурилась от солнца и периодически зевала.

– Подожди, я пытаюсь вспомнить, что там бабки говорили о том, когда Полоз появляется, – ворчливо отвечал мальчишка. – И вообще, не хочешь – не надо. Мне этот змий даром не сдался.

Злата лишь вздохнула. Парнишка ворчал всю дорогу и по любому поводу, чем уже изрядно утомил.

– Я понял! – вдруг воскликнул он. – Мы ж самое главное забыли!

Яр звонко хлопнул себя по лбу.

– Это что же? – аккуратно спросила Злата.

– Цветок папоротника!

– Цветок папоротника? – переспросила девушка, подумав, что ослышалась. Яр расплылся в улыбке и закивал. – Погоди, но ведь его никто не видел даже.

– Так и Полоза никто не видел, – хмыкнул он. – Цветок папоротника указывает на клады, а Полоз любит сокровища! Если найдём соцветие – змей точно выползет!

Злата покачала головой.

– И где же нам его искать, этот цветок папоротника? – спросила она, обуваясь. – Он же, по поверьям, только на русальей неделе цветёт: одну ночь летнего солнцеворота.

– Так нам везёт, он же как раз завтра! – Яр чуть ли не приплясывал. – А значит сейчас можем пойти досыпать.

Он широко зевнул.

– Только пойдём другим путём, тем что покороче, – добавил мальчишка и пошел вперёд.

Злата поспешила следом. «Как-то я задержалась, – думала девушка, приподнимая подол намокшего сарафана, который неприятно бил по ногам. – Ежели завтра уже летний солнцеворот, то это уже половина луны прошла. Надо бы поторопиться, иначе не успею вернуться домой до того, как родители к тётке отправятся. А что, если они решили раньше пойти?» – мелькнула тревожная мысль, но подумать о чём-то ещё девушка не успела. Воздух становился тяжелее, был сухим, вынуждая кашлять. На земле то тут, то там появлялась серая пыль, напоминающая сажу. Запах гари усиливался, всё чаще стали попадаться треснувшие стволы деревьев. Когда сажа укрыла землю окончательно, а живых деревьев с листвой не осталось, ребята вышли на выжженную поляну.

– Что здесь случилось? – ахнула Злата, глядя на то, что осталось от некогда густого леса. На несколько вёрст вокруг тянулась голая земля, и чёрные обгоревшие стволы деревьев протыкали небосвод. Ветер поднял пепел, закружив его вихрем, и девушка закашлялась.

– Как обычно, – беспечно пожал плечами Яромир. – Жаркое лето, молния, попавшая в сухое дерево… И вот итог.

Злата с грустью осматривала выгоревший лес. Он казался ей жутко знакомым, словно она уже здесь когда-то была. Вот странная обугленная коряга, вот поваленные деревья…

– Полоз! – вдруг выкрикнула она, смотря куда-то вперед, и потому не заметила, как Яр вздрогнул и споткнулся.

– Где? – запоздало спросил он.

– Во сне. Именно тут я его видела! – кричала она, показывая на поваленные деревья вдалеке. – Он скрылся именно за ними, в горном проходе.

– Но тут нет горы, – с сомнением сказал мальчишка. – Отсюда до гор ещё вёрст десять, если не больше, тут нет никаких проходов.

Но Злата его уже не слышала. Она бежала вперёд, поднимая пепел и перепрыгивая сгоревшие ветви. Яромир обречённо вздохнул и направился следом.

– Он точно где-то тут, – бормотала девушка, бегая вокруг поваленных деревьев.

– Кто? – зевнул Яр.

– Проход, конечно. Не зря же во сне Полоз именно здесь в горе скрылся.

– Чудная ты, конечно. Мало ли что присниться могло! Сон на то и сон.

– Ты не понимаешь! Это не просто сны, – ответила девушка. Яр возвёл глаза к небу.

– Пойдем, а? – сказал он. – Вон, смотри, птички летят, и мы пойдём уже. Сама же сказала, что идея плохая. И вообще, я есть хочу.

Злата недовольно на него посмотрела.

– Иди. Не хочешь помогать – не надо, сама справлюсь.

– Ага, как же… – пробормотал парнишка, глядя как Злата пытается разобрать завал из брёвен. Девушка силилась поднять хоть одно из них, но стволы были слишком тяжёлые.

– Давай так, – Яр снова подал голос. – Сейчас пойдём домой, поедим, а там подумаем над сном твоим и над проходом. Может, цветок папоротника укажет нам путь?

– Правда? – выдохнула Злата, отпуская бревно. Она была вся в саже, словно чистила печную трубу, а не пыталась сдвинуть ствол дерева.

– Правда-правда, – закивал мальчишка. – Он же не только клады открывает, но всякие тайны разные.

Злата задумалась: «Если Яр прав, и нам удастся найти цветок папоротника, то тогда я сразу узнаю, почему Древо меня звало. Тогда, может, и Полоз не нужен будет… И значит я смогу домой быстрее вернуться».

– Ты прав, – вслух сказала девушка. – Так точно быстрее будет. Только вот где нам цветок этот искать?

– Идём, – махнул рукой Яр. – Сначала еда.

И ребята направились в сторону землянки, погрузившись каждый в свои мысли.

Весь день прошёл в каких-то делах и хлопотах, и только к вечеру ребята сели обсуждать поиски чудесного цветка. Злата расчёсывала волосы, любуясь горящей свечой, а Яромир ходил из угла в угол.

– Тут недалеко есть небольшая речушка. Она впадает в озеро, и один из его берегов весь папоротником зарос. Думаю, там проще всего цветок найти будет, – сказал он, периодически посматривая на гребень.

– Говорят, что цветок папоротника светится в темноте… – сказала Злата, не отрывая взор от пламени свечи. – Как ты думаешь, какой он? Похож на ромашку?

– Вряд ли, – Яр почесал голову. – Разве что на кувшинку какую.

– Почему на кувшинку? – удивилась девушка, откладывая гребень.

– Не знаю, мне так кажется. А ты ромашки любишь?

– Я все цветы люблю, – отвечала девушка.

– А почему ромашка тогда? – не понял Яр.

– Она белая. Мне кажется, что цветок папоротника тоже белый. А ещё она на звёздочку похожа, наверное, как и он.

Яр хмыкнул.

– Я слышал, что он алый и горит пламенем, оттого и светится.

– Красный тоже красиво, – мечтательно протянула девушка. – Прям как ягоды земляники. Знаешь, матушка всегда пекла летом ягодный пирог. Хочешь я тебе тоже испеку?

– Да что с тобой? – подозрительно посмотрел на неё Яр. – Ты утром так себя не вела.

– Что ты сказал? – спросила Злата, еле ворочая языком. Мысли в её голове путались, веки тяжелели. Девушка подняла руки и положила их на стол, подперев голову. И вдруг сонно хихикнула: – Папоротник-мапоротник.

Мальчишка принюхался и резко дёрнулся на лавке. Подскочив, он схватил свечу, стоящую около Златы и аккуратно вдохнул запах.

– Ты её где взяла? – возмущённо воскликнул он, но девушка не ответила. Она посапывала, положив голову стол. Яр выругался. Затушил свечу и начал тормошить Злату. Та лишь лениво отмахивалась. Выругавшись ещё раз, мальчишка подхватил её на руки и понёс к выходу. Злата не сопротивлялась.

Будь девушка в себе, ей бы показалось странным, что мальчишка так легко её поднял, ведь он младше Златы лет на пять. Но сейчас она не обращала внимания ни на что и ничему не удивлялась. Яромир тем временем вынес Злату на свежий воздух и с усилием принялся тормошить. Какое-то время девушка вяло реагировала, но спустя несколько минут затихла. Яромир снова выругался, что-то прошептал и топнул ногой, из-под пятки полетели искры.

– Ну-ка, сюда, – зашипел он. В этот же миг вокруг него начали сползаться змеи. – Ты.

Он указал на крохотную медянку, и в тот же миг змейка обернулась девчонкой.

– Принеси из землянки свечу, – девчонка кивнула и бросилась внутрь.

Не прошло и минуты, как она прибежала обратно, держа в руках тёмный свечной огарок и гребень Златы. Змеи шипели, сбивались в клубки. Яромир забрал свечку и гребень из рук девчонки, и в тот же миг та вновь обернулась медянкой.

– Найти мне того, кто подкинул сюда эту дрянь, – прошипел он. Змеи замерли и, кивнув, начали скрываться в кустах. Яр зло смял остатки свечи. И вернулся к Злате, которую оставил на траве около землянки, бормоча: – Это ж надо было кому-то мухомор с чернобыльником смешать…

Девушка лежала не двигаясь, дыхание было ровным. Убедившись, что с девушкой всё в порядке, он принялся разглядывать гребень. Небольшой, деревянный, с умело вырезанным узором. Неизвестный мастер отшлифовал его до идеальной гладкости, но время оставило свои отметки. Гребень пах свежим деревом и лесом. Яр с удивлением рассматривал его, пытаясь понять, что же он ему напоминает. В голову ничего не шло, тогда мальчишка вернулся к Злате и, присев рядом, откинул с её лица прядь волос. В этот момент по лицу девушки пробежала тень. Яр удивлённо моргнул и поднял голову вверх. Небо было чистым – ни облачка. Яркая луна освещала всё вокруг. Яромир подозрительно огляделся и уже хотел было списать тень на летевшую мимо летучую мышь, как Злата застонала. Лоб покрылся испариной, и девушка завозилась. Тень на лице Златы мелькнула ещё раз, словно пятно от сажи. Яр принюхался.

– Странно. Сначала свеча, потом гребень, теперь это. Почему сейчас она пахнет гарью? – спросил он сам у себя и, не найдя ответа, встал и направился к корытцу с дождевой водой, стоявшему недалеко от входа в землянку. Набрав полную пригоршню воды, он вернулся к Злате и вылил всё на её лицо. Девушка сморщилась, недовольно замычала; ухнул ворон, и она наконец открыла глаза.

– Идём спать, – притворно зевнул Яр и потянулся. – Засиделись чего-то с тобой.

– Ммм? – недовольно протянула Злата, держась за голову.

– Засиделись, говорю. Вон, ты уснула даже, пока мы план завтрашний обсуждали.

Злата села, вытирая лицо рукой, и огляделась. Вокруг был густой лес, освещённый луной, небо – усыпано звёздами, а они с Яром сидели на траве у землянки.

«Не помню, когда мы сюда пришли, – вяло подумала девушка. – Откуда у меня на лице вода, и почему так болит голова?»

– Идём уже, – Яр поднялся и протянул Злате руку. Девушка встала, не отказываясь от помощи. Ребята легли спать и не слышали, как змеи всю ночь ползали вокруг землянки, иногда шипя друг на друга.

– О, кто встал! – насмешливо сказал мальчишка, глядя на растрёпанную Злату. – Время уж к обеду. Я тут верещагу как раз приготовил.

Парень гордился собой.

– Пить хочется, – хрипло ответила Злата.

Яр хмыкнул и пододвинул к ней кувшин с водой.

– Очень странно себя чувствую, – поделилась она с мальчишкой. – Кости ломит, а в голове словно туман. Совсем не помню вчерашний день – словно не было его. Помню как проснулись, в лес пошли Полоза искать, а потом – всё...

– Ну, Полоза мы не нашли, если тебе это интересно было. Потом ты обещала испечь ягодный пирог. Ещё мы решили цветок папоротника искать, и что странно ты сама это предложила, – и ехидно добавил, – Мол, он тебе все тайны сразу откроет, и мы Полоза найдём.

– Сама? – удивлённо переспросила Злата. – И правда странно. Ещё и пирог…

– Так что сейчас обедаем, а затем собираемся и идём, – бойко добавил Яр.

– Куда?

– Как это куда? За цветком папоротника! Он в полночь расцветает, бутон появляется как только темнеть начинает, к этому времени мы уже на месте быть должны, – ответил Яр и принялся за еду.

– Ты ешь давай, – добавил он, пододвигая к Злате тарелку. Девушка задумчиво посмотрела на мальчишку, затем на еду и принялась медленно жевать. Всё это казалось ей странным.

Не спеша собравшись, ребята выдвинулись в путь ещё засветло. Сумерки сгущались, казалось, что среди деревьев кто-то бродит. Сердце Златы ёкало каждый раз, когда она слышала громкий шорох. Яр шёл уверенно, пока они не услышали тихий плеск воды.

– Вот и река. Сейчас вдоль неё пойдем, там и до озера недалеко, – сообщил он, махнув рукой куда-то вдаль. Злата кивнула, глядя ему в спину.

– Смотри, – вдруг прошептала она, указывая на круги на воде.

Яр нахмурился, пытаясь разглядеть, что увидала Злата. По реке плыла какая-то веточка.

– Гадюка! – воскликнула Злата, останавливаясь. – Замри. Пусть уползёт.

– Какая ж это гадюка? – удивился Яр. – Самая обыкновенная медянка. Идём.

– Подожди, – Злата продолжала стоять, наблюдая за змейкой. Яр недовольно обернулся.

– Ну, чего ещё?

Змейка тем временем доплыла до берега и неслышно проползла по траве прямо к Яру, обвив ему ногу.

– Смотри, ты ей приглянулся, – хихикнула девушка.

– Ещё чего, – недовольно пробурчал мальчишка, снимая змейку с ноги. Та в ответ что-то зашипела. Яр опустил медянку в траву. – Давай-давай, шурши отсюда.

– Идём, а то темнеет уже, – добавил он, глядя на Злату. Девушка продолжала улыбаться. Увидев это, Яр быстро отвернулся. – Думаю, как до озера дойдём, надо будет разойтись в разные стороны. За цветком папоротника по одному ходят.

Сказал он и быстро пошёл вперёд.

– Только как разойдёмся, смотри в оба! По поверьям нам нужен чёрный папоротник, только он и цветёт, – Злата лишь пожала плечами, она начала привыкать к его ворчанию.

Сноски:

Верещага - яичница.

Глава 9

До места, где речушка впадает в небольшое озерцо, ребята дошли довольно быстро. Яр почти бежал, и Злата еле за ним поспевала. Ей всё казалось, что она видит в траве медянку, которая ползёт следом. «Конечно, это уже другая змейка, а может, и просто веточка была. Не может ведь та же медянка так долго за нами ползти?» – спрашивала она сама у себя.

Над водой начинал клубиться туман. Квакали лягушки, стрекотали кузнечики. То тут, то там мерцали светлячки. Слышался слабый плеск воды, бившейся о берег. Вокруг озерца росла осока и камыш, а чуть поодаль и правда было много папоротника.

– Я в ту часть пойду, – махнул Яр куда-то в сторону противоположного берега. – А ты тут оставайся, да смотри в оба. Помни, что нельзя отзываться и идти на голос, даже если я окликну или из родных кого услышишь – иначе до утра не доживём.

– А чего это ты распоряжаешься? – заупрямилась Злата. – Давай ты тут останешься, а я на том берегу посмотрю. Там и папоротника, кажется, поболее будет, не тебе ведь Полоз нужен, значит и цветок нужно именно мне найти.

– Распоряжаюсь, потому что я мужчина, – Яр стукнул себя кулаком в грудь и снисходительно добавил:– Да и в отличие от тебя, места эти знаю. Заблудишься ещё, ищи тебя потом…

– Тоже мне мужчина! И с чего ты взял, что я обязательно заблужусь? – девушка хмыкнула и сложила руки на груди. – Если уж по пути сюда не заблудилась, то почему тут должна?

– Мы теряем время, – Яр явно начинал злиться. – Не хочешь, я могу уйти. Не имею большого желания по лесу в ночи ходить, ищи сама своего Полоза.

И тут он развернулся, собираясь пойти обратно.

– Ладно, извини, – сдалась Злата, представив, что останется в ночь цветения папоротника совсем одна. Мало ли какая нечистая сила решит поохотится. Злата прижала руки к груди. – Может, нам хотя бы не расходиться? Боязно одной как-то здесь.

– Так потому и боязно, что скоро папоротник в цвет пойдет, – хмыкнул мальчишка. – Это же всегда так. Нечисть всякая за ним тоже охотится, вот и пугает людей, путает.

Злата с сомнением на него посмотрела.

– Главное, как цветок найдёшь – сразу не рви, дай ему распуститься. А когда сорвёшь, неси в раскрытых ладонях перед собой, смотри не раздави ненароком, и не оглядывайся, коли жить ещё хочешь. Постарайся убежать сразу прочь из леса, без оглядки, чтоб ни ты, ни цветок не пропали. Удачи нам, – и с этими словами мальчишка скрылся в тёмных зарослях осоки.

Злата обречённо смотрела ему вслед. До полуночи ещё было время. Не зная чем себя занять, девушка присела на бережок. Задумчиво глядя на водную гладь, затянула песню.

Песня была красивая, но печальная: о девушке Вишере и двух братьях-богатырях – Полюде и Ветлане, поссорившихся из-за любви к ней. Совсем рядом раздался всплеск, потом ещё один и ещё. Злата замолкла, вглядываясь в темноту. Лягушки прекратили квакать, а сверчки умолкли – только лёгкий плеск воды разрушал тишину. Немного помолчав, Злата продолжила петь о том, как братья сошлись в бою за сердце красавицы, Вишера молила их прекратить, но братья не слышали её. Неделю бились, пока силы не кончились. Склонили тогда браться головы и обернулись камнями, а Вишера, разрыдавшись, упала рекой между ними.

Снова раздался всплеск.

– Как печально, – сказал кто-то грустным голосом, словно ручей прожурчал.

– Да, но как красиво, – вздохнул кто-то в ответ с другой стороны.

Злата испуганно завертела головой, пытаясь понять откуда голоса.

– А ещё что-то такое знаешь? – спросила одна из незнакомок.

– Да-да, – подхватил нестройный хор голосов, – Спой ещё!

Не найдя никого на берегу, Злата глянула в воду и только тогда смогла увидеть обладательниц журчащих голосов. Из воды прямо рядом с ней выглядывали девушки.

«Водяницы! – мелькнула мысль. – Как быть теперь? Утопят же!».

– Что же ты замолчала? – капризно спросила одна из них, хлопнув по глади воды ладошкой. – Мы хотим ещё песню!

Остальные водяницы загалдели, поддерживая сестру.

– Да-да, – торопливо пробормотала Злата. – Сейчас, я пытаюсь вспомнить что-нибудь похожее.

– А ты нам скажи, какие песни знаешь, мы сами выберем, – продолжила капризная водяница, видимо, самая старшая среди своих.

– Хрен да полынь, плюнь да покинь! – пробормотала неуверенно Злата.

– Нет, такую песню мы не хотим, – надула губки водяница. – Давай ещё что-то.

– О, знаю про мохнатую невесту. Думаю, вам понравится, – быстро сказала Злата, мысленно поминая всех бабок деревни с их присказками и торопливо вспоминая напев песни.

– Про медведицу, что ль? – удивилась одна из девушек, чуть сильней показавшись из воды, и Злата увидала, что девица нагая.

– Нет-нет, – замахала Злата руками. – Послушайте!

Девушка начала петь. Песня сказывала о том, что жила девушка Костэ, и было её лицо покрыто звериной шерстью. Часто к ней сватались, но каждый жених, увидев мохнатую невесту, в последний момент отказывался от свадьбы. Тогда отец Костэ казнил жениха. Прознала про это одна злая ведунья и решила таким образом погубить своего врага – богатыря Асыку. Посоветовала она ему посвататься к девице, а тот возьми да согласись. Но не удался план колдуньи. Как только Костэ увидала Асыку, то приглянулся он ей, и оторвала она от лица шерсть звериную. Когда же богатырь увидел, как на самом деле красива Костэ, то сразу на ней женился.

– А отчего же шерсть у неё была? – удивилась одна из водяниц.

– Так матушка её хотела, чтоб дочери мил был жених, вот и придумала хитрость – облепить дочь шерстью.

– Как это славно, – мечтательно вздохнули они. – А тебе самой мил кто?

– Мне? – удивилась Злата.

– Конечно тебе, – захихикали водяницы. – Не просто же так ты одна на берегу сидишь, да песни о любви поёшь.

– Нет-нет, я не из-за любви тут, – смутилась Злата. – Я цветок папоротника ищу.

– Цветок папоротника? Так ты поздно спохватилась, отцвел он уже, – ответили ей озёрные девушки.

– Как это? – Злата быстро вскочила на ноги. – Но ведь вся ночь впереди!

– Ночь-то вся, – хмыкнула старшая водяница. – А папоротник вот он, отцветает.

Злата повернула голову и увидела, что кусты папоротника окутаны лёгким красноватым сиянием. Вокруг сгустились светлячки, ветерок качал невесомые бутоны, и они, отрываясь, падали на землю. Там, где осыпался бутон, появлялся сгусток тумана, что постепенно застилал поляну.

– Нет, только не это! – воскликнула Злата и бросилась к кустам, но стоило ей прикоснуться к бутону, как он осыпался мятыми лепестками. – О, боги, как же так!

Злата причитала, бегая от куста к кусту. Водяницы молча наблюдали за суетящейся девушкой. Наконец Злата выбилась из сил и вернулась к берегу. Слезинки катились из её глаз, оставляя мокрые дорожки на щеках.

– Да ладно тебе, это всего лишь цветок, – весело сказала одна из водяниц. – Давай лучше хороводы с нами водить да венки плести! –

Девицы радостно выбежали из воды и схватили Злату за руки.

– А там, может, с нами останешься, – подмигнула она. – У нас хорошо, всегда весело и забот никаких нет.

Злата позволила водяницам утянуть себя в общий хоровод. Выделяясь на фоне нагих девиц, Злата плясала с ними, постепенно забывая обо всём. С каждым новым кругом из её памяти пропадало всё больше воспоминаний. Ей хотелось навсегда остаться здесь и кружится вместе с озерными сёстрами, любуясь звёздами и слушая шелест камыша. Кто-то накинул ей на голову венок, но она даже не остановилась, резво отплясывая по пояс в воде.

– Злата! – услышала девушка знакомый голос. Кто-то уже несколько раз выкрикнул её имя. Водяницы звонко смеялись, пели песни и плескались в воде, заглушая зов. – Злата, ау!

– Яр, – прошептала девушка, резко остановившись. Водяницы недовольно заворчали, смех смолк. Одна из них окатила Злату водой. Девушка вздрогнула.

– Точно, это он меня ищет, – словно ото сна очнулась она. – А я что ищу? Цветок! Точно, цветок. Я же его не нашла! О, боги, надеюсь Яру повезло больше.

И девушка кинулась вперед, но не тут-то было. Водяницы преградили дорогу, кто-то схватил Злату за подол сарафана, а кто-то за косу.