Жестокая любовь мажора

Если потребуется, я отключу и их.

Да, я расстроился, что ничего тогда не сработало, и хакер тех людей не справился со своей миссией, но все равно чувствовал облегчение в сердце.

Понимаю здравым умом, что нельзя лезть. Если ее брат узнает о нас, начнет копать и обязательно раскопает эту яму. Я должен залечь на дно. Должен все оставить как есть, но вместо этого взглядом провожаю Герцеву до двери, смотрю как она легко прыгает внутрь здания, а потом звоню Инге и зачем-то приказываю, чтобы не опаздывала.

Самое глупое позвонить той, которую отшил месяц назад и которая как верная болонка до сих пор питает надежду а я эту надежду даю, но не в том виде, в котором ей нужно. Как говорится, мы в ответе за тех, кого приучили, а я зачем-то дал слово ее родакам. Но именно после вышки я понял, что это слово спокойно сочетается с моими целями.

Моя цель, – позлить, растоптать, унизить, шанс забрать на что-то светлое, что зародилось у Герцевой. Вы бы видели ее глаза, когда она на меня смотрит.

Но мне хочется лишь добраться до ее братьев с ее же помощью. Доказать, что я могущественнее их всех. Я сделал невозможное и они меня до сих пор ищут, а их сестренка оказывается поступила в мой универ. Это судьба!

Хочется видеть, как они страдают, хоть и понимаю, что эта пискля не виновата в грехах братьев. А у них этого добра навалом.

Взять, например, мою семью!

Пытаюсь забыть, не думать, не сыпать отраву на собственную рану, которая все никак не затянется. Похоже эта боль со мной навечно. Пытаюсь успокоиться и не вспоминать отца, который оступился, не вспоминать мать, которая не смогла без него жить, не думать о брате, который пошел по стопам родителей.

Брат был последней каплей. Может быть, я бы не мстил, но оставшись в одиночестве в чужих, холодных стенах, не самые радужные мысли посещают. Тут я вспомнил, что если действовать, то все получится.

Получилось.

Су-ка!

Сразу думал, что сказки не получится, но надеялся до последнего. Думал, что встретил девчонку мечты, что все так удачно сложилось.

Судьба явно смеется надо мной.

А Герцева красивая зараза!

– Стас, ты куда пропал? Не заболел? – Инга виснет на шее, закрывая собой вид.

– Ты меня сейчас задушишь, и я не обязан отчитываться, – отдергиваю ее руку, когда реально начинаю задыхаться.

– Ну дорогой мой, я скучала

– Инга, мы расстались, – без сожаления и угроз совести напоминаю, когда она тянется ко мне своими варениками прямо в губы. – Сейчас позвал, потому что ты на пары не ходишь. Хочешь, чтоб отчислили?

Явная ложь, но я обещал ее родакам, помощь в содействии, когда те забили тревогу.

– Я думала у тебя был солнечный удар. Краснов, ты не можешь просто так меня бросить. Нашим отношениям три года, – заявляет так, будто это реально срок.

– Ну и что? Выжгли отношения. Короче, мне не нравится, когда твои родаки прессуют меня. Ты на пары не ходишь, они страдают, платят за тебя, беспокоятся, ищут по ночам. Где ты вообще шляешься?

– Я так и знала, что ревнуешь, – Инга, хлопая в ладоши, прыгает в объятия, пока я в ступоре и целует.

Секунды превращаются в вечность, пока я отлепляю эту липучку от себя.

– Ты с ума сошла? Я хотел здравую мысль в твой мозг занести

Зачем-то поднимаю взгляд в сторону универа и вижу ее.

Вика смотрит прямо на нас и с ее стороны не самая радужная картина, а потом она немного отмирает и скрывается обратно в стенах универа.

Глава 8. Не верь глазам

Вика

Щелкаю ручкой на автомате, совсем не вслушиваясь в лекцию. Мои первые дни в универе, а я как зомби.

Щелк-щелк-щелк и этот поцелуй перед глазами, как наяву.

Внутри меня все закипает по нарастающей, резко стало жарко, как в жерле вулкана. С любым другим в такой ситуации я бы подошла, все узнала, допрос бы устроила, еще и высказала бы напоследок. Но сейчас не смогла. Просто смотрела на поцелуй и молчала, делая себе еще больнее. Он видел меня и не отстранился от нее, прилип к девушке и специально издевался надо мной.

Я ведь верила ему.

Меня предупреждали, а я все равно верила.

Платье прилипает к телу, когда посередине лекции Стас врывается в аудиторию. Что ему нужно? Тут же первокурсники сидят.

Его взгляд цепляет мой. Мы словно в невидимом бою, в котором каждый не хочет уступать.

Больно.

Еще вчера у нас было незабываемое свидание, в котором я почти в любви призналась, а сегодня поцелуй с другой.

Сердце все же пропускает удар, и я роняю взгляд в пол. В голове не укладывается, какая сила меня вообще обратно на улицу вынесла, но в толпе я зацепилась за его фигуру и ту девушку.

Лихорадит, когда парень проходит мимо меня и садится на галерке. Боюсь обернуться, но спина горит от его взгляда. Еще немного и дырка появится. Тело ломит, но я терплю и не шевелюсь.

– Краснов какой-то злой, – Алеся рядом тоже замечает его каменное, серое лицо. – Вик, а вы вместе или все же нет?

Переключаюсь на ее вопрос. Ответить затрудняюсь после увиденного. На самом деле с подругой я так и не разговаривала по поводу Краснова. Просто как-то обмолвилась, что мы гуляли, целовались и все она сильно не доставала с расспросами, а я не навязывалась. Про вышку Алеся не знает, но вот вместе ли мы?

– Даже не знаю, – не скрываю замешательства и она, дернув плечиком, продолжает строчить лекцию, которую так быстро тараторит препод.

Экономика.

Уже ненавижу этот предмет.

– Вообще, Краснов так себе, в качестве длительных отношений, – после пары Алеся продолжает меня мучить, а я счастлива, что эта пытка закончилась. Мы выбегаем из аудитории одни из первых, не дав Стасу приблизиться. Хотя, я даже не уверена, что он собирался. Я так и не смогла заставить себя обернуться назад, чтобы взглянуть на него.

– Почему? – складываю на ходу пустую тетрадь. Надо бы переписать, а то потом аукнется мне эта вводная часть и мысли о другом.

– Ну про него много слухов. Инга – это самые долгие его отношения, остальное так, перепихнуться. Стас не плохой парень, но не для любви до гроба. Вообще все красавчики бабники, так что просто получай удовольствие и используй так же. Вика, это Леша домашний парень, мы с ним со школы, а в универе красавчики другие, если одинокие.

Заходим в столовку за пирожками для Алеси и садимся за стол. Я покупаю лишь чай. Не лезет в меня жирная столовская еда.

– Откуда ты все это знаешь? Вроде-бы вместе поступили, но ты про Краснова все знаешь, – недружелюбно и немного дергано отвечаю. Немного даже злюсь. Тогда Алеся была рада, что я согласилась стать его музой, сегодня говорит, что он бабник. Нужно было наоборот разговоры начинать.

– Леша сказал, да и девочки болтают. Ну сама посуди, он лакомый кусочек для каждой, конечно же Стас пользуется этим.

Мой голос дрожит, когда я задаю следующий вопрос:

– А с Ингой он был долго?

Как бы больно сейчас не было, я не могу просто спрятать шею в песок и сделать вид, что не заметила. Я была готова принять все, что наговорит Алеся, как бы не было больно. А потом уже поеду домой, переваривать и страдать. Скорее всего я ее сегодня и видела.

В этот момент я кожей ощущаю его взгляд, но не поворачиваюсь. Стас зашел в столовую и мне не нужно этого видеть, чтобы знать наверняка. Многие начинают поправлять прически и доставать зеркальце из сумок.

Теперь видно для кого именно он лакомый кусочек.

– Не знаю. Говорили, что год точно, но я не уверена. Вообще они часто расстаются, потом снова сходятся, поэтому точно никто не скажет, ну кроме этой сладкой парочки. Они снова расстались, но до нее еще не дошло. Она всем говорит, что это банальная ссора и он скоро соскучится и прибежит обратно. Короче, Инге лучше палец в рот не клади. Ну если Стас сам подкатывает, грех отказываться. Может и расстанутся наконец. Вы же вроде бы даже гулять ходили.

Тело покрывается липким слоем пота, когда я осознаю слова. Поглядывая на Стаса искоса, я до сих пор не верю, что всю неделю каталась с ним на байке, гуляла по парку и прыгала с тарзанки.

Разговаривать больше не хотелось. Вопросы резко улетучились из головы, да и лишнее все это. Я поняла кто такой Стас и что отношения были только в моей голове. Я столько себе уже придумала, пока он только играл в чувства.

Каждое слово подруги било словно битой по затылку, и пока я осмысливала весь этот нелегкий разговор.

– На вторую пару не пойду. Если что, прикрой меня. Что-то живот тянет, – придумываю весомый аргумент, чтобы смыться.

– Понимаю. Обезболивающее выпей, полегчает.

Быстро двигаюсь к выходу, пока новая пара не началась. Пользуюсь случаем, что Стас отвлекается на собеседника в столовке и выскакиваю с облегчением.

Слезы душат, но я даю себе слово не плакать. По крайней мере пока не добегу до собственной комнаты, в которой уже смогу дать волю чувствам.

Стас преграждает мне путь, заставив завизжать от неожиданности.

Мне даже сказать ему нечего. Просто смотрим друг на друга. Истерика внутри меня нарастает. Я прямо чувствую полные слез глаза, но щеки сухие и это радует.

– Не верь слухам, – его слова эхом раздаются в груди.

Слухи? А глазам своим тоже не верить?

– Я все видела, – пытаюсь вырваться из его хватки, но он не оставляет выбора, держа меня в заточении, между своих рук. Нахожусь почти в его объятиях и меня душит от такой близости рядом с Красновым.

– Я с ней давно порвал и весь этот цирк был для меня. Ты не должна была видеть поцелуй, – звучат нелепые отмазки. О чем это он?

– В смысле цирк? – сердце отчаянно колотится, когда я не могу уловить нить разговора. Так хочется, чтобы всего этого не было часом ранее. Чтобы все это было не с нами.

– Это моя бывшая девушка и я давно с ней порвал, но именно сегодня она решила таким образом меня вернуть. Прости, я сам не ожидал и тоже злюсь, – в горле душит комок. Хочется верить, но все это было так правдоподобно. Растерянно смотрю в аквамариновые глаза, внутри меня борьба и я не знаю какую сторону принять и кому верить. – Прости. Я поговорю с ней и такого больше не повторится. Да, я позвал на разговор Ингу, но для самого разговора, а не поцелуя.

– Я не могу прости мне пора.

Я просто сбегаю от Краснова. Сбегаю от принятия решения, от проблем, от страха, что могу все испортить, сделав неправильный выбор.

В коридоре лишь поворачиваю голову, чтобы удостовериться. Стас смотрит вслед и на его лице самая настоящая печаль, которую сложно не увидеть даже при малейшем взгляде на его лицо.

Я должна была поговорить с ним, но я не смогла посмотреть в глаза проблемам. Нужно сначала успокоиться, чтобы не разрыдаться, а после уже будет легче настроиться на тяжелый разговор.

«Я же говорил, что ты не серьезно для него.»

Всего одно сообщение и я снова в сомнениях и разбитых чувствах. Не понимаю кому верить и кому доверять.