banner banner banner
Обратная сторона смерти
Обратная сторона смерти
Оценить:
Рейтинг: 5

Полная версия:

Обратная сторона смерти

скачать книгу бесплатно

– Нет, фрау Журавски, конечно же, это не преступление, – ответил инспектор. – Я рад, что могу побеседовать с вами, потому что это облегчает нам расследование…

– Расследование? – выдохнула писательница. – Что-то случилось?

В этот момент снова раздался звук открываемой двери, и раздались шаги. Татьяна оцепенела – это были шаги особы в красных туфлях на высоких каблуках.

Но если мнимая женщина – Марк, то, следовательно, инспектор – подлинный. Потому что сталкер не способен одновременно находиться в туалете московского аэропорта и молчать, а в то же время говорить с ней по-немецки.

– Увы, именно так, – подтвердил предположение собеседницы инспектор. – С прискорбием сообщаю вам, что герр профессор Шахт стал жертвой убийства.

– Его убили? Как, где, когда? И кто? – прошептала Татьяна. Ей не хотелось, чтобы тот, кто оказался сейчас в туалете, услышал, о чем она говорит.

Шаги стихли, но вошедший в помещение по-прежнему находился где-то невдалеке.

– Что вы сказали, фрау Журавски? – переспросил инспектор. – К сожалению, не расслышал вас. Не могли бы вы говорить громче?

Татьяна, дрожа от страха, повторила свои вопросы чуть громче.

– Убийца пока не идентифицирован, – ответил австриец, – и мы надеемся, что вы поможете нам поймать его. Потому что именно вы, фрау Журавски, были последней, кто, судя по показаниям свидетелей, видел герра профессора живым.

Татьяна судорожно сглотнула, пялясь на ручку двери. Но та не двигалась. Похоже, тот, кто притаился рядом, переменил тактику.

– Как его убили? – задала следующий вопрос писательница. Инспектор пояснил:

– Убийство крайне жестокое и кровавое. Большего сообщить вам не имею права. Однако за двадцать пять лет, которые я работаю в полиции, такого кошмара мне видеть не приходилось. Тут словно Джек Потрошитель поработал!

Джек Потрошитель… Он же Марк Шатыйло! Маньяк из ее романа! Убийца, у которого было прозвище Московский Джек Потрошитель!

– Мы уже намеревались обращаться к российским властям с просьбой о помощи для того, чтобы получить от вас свидетельские показания, фрау Журавски. Но процедура может длиться долго, поэтому буду признателен, если вы поведаете мне прямо сейчас, как прошла ваша последняя встреча с профессором.

Татьяна собралась с духом и кратко обрисовала беседу с владельцем клиники, впрочем, не заостряя внимания на том, о чем они говорили.

– Что-либо подозрительное бросилось вам в глаза? – поинтересовался полицейский.

Тогда детективщица, поколебавшись, рассказала, что видела перед тем, как сесть в такси. Еще о своем телефонном разговоре с секретаршей, добавив, что, может быть, это была вовсе и не секретарша.

Едва она произнесла последние слова, в туалете снова раздались шаги. А затем послышался звук открываемой двери.

Особа в красных туфлях на высоких каблуках ушла? Или только сделала вид, что удалилась, а в действительности Марк остался в дамской комнате?

– Что значит «это была вовсе не секретарша»? – переспросил инспектор.

Татьяна стушевалась и ответила:

– Вам лучше узнать у нее самой. И она вам скажет, имел место разговор со мной или нет.

На что Уве Штрайл мрачно заметил:

– Увы, это невозможно. Потому что фрау Зиглинда Цепик, работавшая в течение последних семнадцати лет у герра профессора Шахта, тоже мертва. Женщина, как и ее патрон, стала жертвой неизвестного убийцы-садиста.

Татьяна окаменела. А потом у нее вырвалось:

– Значит, это все же Марк…

– Марк? – оживился инспектор. – Фрау Журавски, о каком таком Марке вы ведете речь? Вам что-то известно?

Татьяна заверила его, что собеседник не так ее понял, но полицейский не желала сдаваться:

– Вам что-то известно, ведь так? И кстати, ваш рассказ о том, что имело место во время вашей последней беседы с профессором, кажется мне недостоверным. Вы что-то утаиваете!

Конечно, писательница утаивала. Причем многое. Но не говорить же австрийскому инспектору, что она считает: убийца черпает вдохновение в ее новом, никому не известном романе!

Никому не известном, кроме нее самой – и Марка.

– Я не утаиваю! И вообще не могу больше с вами говорить, мне пора! – заявила Татьяна.

Полицейский затарахтел о том, что у него к ней масса вопросов, что он подключит Интерпол, но детективщица сухо попрощалась, пожелала ему удачи в расследовании и нажала на отбой.

Спустя несколько секунд телефон зазвонил, высветился австрийский номер, но Татьяна сбросила звонок. А потом вздохнула и отперла дверку.

Выйдя из кабинки, прежде всего убедилась, что никого в туалете нет, и, повеселев, направилась к выходу. А оказавшись в помещении с умывальниками и большим, во всю стену, зеркалом, застыла как вкопанная.

На стеклянной поверхности краснела кровавая надпись: «Добро пожаловать домой!»

Тот же самый почерк. Те же самые буквы.

Татьяна уставилась на тюбик помады, брошенный на столешнице возле одного из рукомойников. Подошла и посмотрела на него. И поняла, что это ее помада. Такой яркой писательница пользовалась редко, но на всякий случай тюбик с незапамятных времен валялся в сумочке. Той самой, которая находилась у нее в руках. Лежал, там в кармашке, когда она покидала клинику. И когда пила эспрессо в баре в аэропорту Вены, то же.

А теперь – на краю рукомойника.

Что означало: кто-то украл у нее тюбик в аэропорту Вены, пока Татьяна пила одну за другой чашку эспрессо, а сумочка лежала на соседнем табурете. Или во время перелета из Вены в Москву.

И тут в голову Журавской пришла неожиданная мысль. Марк ведь мог быть не пассажиром, а членом экипажа! Например, пилотом. Стюардом. Или даже стюардессой.

Татьяна схватила тюбик – и тут же быстро положила его обратно на рукомойник. Сообразив, что на золотистой поверхности колпачка остались ее отпечатки, вытащила из сумочки салфетку и стала вытирать тюбик. Тот, конечно же, выскочил у нее из рук и упал на пол.

Подняв его, она столкнулась лицом к лицу с пожилой дамой в мехах, только что вошедшей в туалет. Женщина уставилась на помаду в руках Татьяны, затем перевела взгляд на исписанное зеркало. Выщипанные брови дамы взлетели, тонкие сухие губы презрительно изогнулись.

– Поверьте, это не я! – воскликнула Татьяна и, бросив тюбик в раковину, вылетела из туалета.

Итак, Марк где-то поблизости… Только в каком обличье?

Внезапно подумалось, что дама в мехах, только что вошедшая в дамский туалет, выглядела крайне подозрительно. Подозрительна она была тем, что именно такой писательница представляла себе мамашу Марка Шатыйло, когда работала над новым романом. Неужели это снова был стремительно переодевшийся в новый костюм маньяк?

Татьяна быстро зашагала к будкам пограничного контроля. Нет, исключено! У него что тут, в зале ожидания, целая гардеробная? Ее Марк Шатыйло был чертовски изобретателен, но не до такой же степени!

Или до такой?

Поборов в себе желание вернуться в дамский туалет и вцепиться даме в мехах в седые волосы, дабы проверить, не парик ли это, Татьяна подошла к окну, за которым сидела молодая пограничница, и подала свой паспорт.

Наконец она оказалась около лент транспортера, на которых крутился багаж пассажиров австрийского рейса. Собственно, на нем остались только два ее собственных чемодана – все другие люди, прилетевшие из Вены, покинули аэропорт.

Или не все?

Раздался звонок мобильного, Татьяна осторожно поднесла его к уху.

– Татьяна Валерьевна, добрый вечер, меня зовут Павел, я шофер издательства. Михаил Львович попросил забрать вас, – донесся до нее приятный голос молодого мужчины.

Ну конечно, эскорт для знаменитой писательницы, как можно было забыть об этом! А если бы во время телефонного разговора она сообщила генеральному директору холдинга, что романа нет и не предвидится? Кого бы тот послал тогда встречать ее? Группу киллеров с огнеметами?

Впрочем, ей хватало одного киллера, самого настоящего, того, который преследовал ее. То, что этот подражатель Марка Шатыйло был убийцей, сомнений не имелось. На его совести профессор Шахт и его несчастная секретарша.

Но почему мерзавец убил их? В чем австрийцы-то провинились? Если псих зациклился на писательнице, Татьяне Журавской, пусть только за ней и охотится. Но зачем гробить, причем изуверски, всех, с кем она имеет дело?

Но, похоже, у Марка есть план. Который предусматривал уничтожение тех, кто ее окружает. А финальным аккордом, Татьяна уже не сомневалась, должна стать ее собственная смерть.

Однако сталкер допустил ошибку. Потому что все же она не обычная женщина, а королева детективного жанра Татьяна Журавская. И сдаваться ему на милость не намеревается. Она найдет и разоблачит маньяка-имитатора, вообразившего себя злодеем из ее нового романа, чего бы ей это ни стоило!

Полная решимости, Татьяна, везя за собой два чемодана на колесиках, вышла в зону прилета. В глаза ей бросились встречающие, а также масса таксистов, предлагавших добраться до столицы «по приемлемой цене».

Писательница присмотрелась, пытаясь найти глазами того самого Павла, которому было поручено встретить ее. Все же быть знаменитой литераторшей не так уж и плохо! И то, что ее встречал шофер издательства, а не болтливая и неумная Аллочка, тоже было только плюсом – говорить о своем «отпуске в Тоскане» Татьяне не хотелось.

Она заметила темную униформу и фуражку, надвинутую на молодое бритое лицо. Руки в перчатках держали изящную табличку с надписью: «Т.В. Журавская, рейс из Вены».

– Еще раз добрый вечер. Я есть та самая Т.В. Журавская рейсом из Вены, – улыбнулась писательница, подходя к шоферу.

Тот, спрятав табличку, прошелестел:

– Очень рад с вами познакомиться, Татьяна Валерьевна! Разрешите помочь с багажом?

Он деловито взял за ручки два ее чемодана и добавил:

– Автомобиль припаркован на стоянке. Михаил Львович передает вам большой привет. А также то, что он с нетерпением жаждет стать первым читателем вашего нового романа.

Татьяна скупо улыбнулась – ну как же, как же, монаршая милость генерального директора издательского холдинга…

Они двинулись в сторону выхода. На улице давно стемнело и все еще лил дождь. Павел раскрыл и протянул спутнице большой черный зонт, который предусмотрительно прихватил с собой.

– Прошу вас, сюда! – произнес он, указывая путь. – Могу ли я поинтересоваться, как прошел ваш отпуск?

Как прошел ее отпуск? Хм, какой же дать ответ? Стандартный и насквозь лживый – «Спасибо, все было просто отлично, отдохнула и душой, и телом»? Или правдивый, ужасный: «Меня преследует маньяк, вообразивший себя героем моего последнего романа и который уже убил как минимум двух человек, а теперь, вполне вероятно, жаждет разделаться со мной»?

– Было очень познавательно, – сказала Татьяна уклончиво, опасаясь, как бы шофер Павел не стал развивать тему отдыха.

Однако тот был, похоже, отлично вышколен. Поэтому удовлетворившись всего одним вежливым вопросом, прекратил вымученный small talk. За что писательница была ему благодарна.

Они оказались около тонированного автомобиля представительского класса – разумеется, немецкого производства.

Павел распахнул заднюю дверцу, Татьяна скользнула на мягкое кожаное сиденье лимузина. Шофер уложил чемоданы в багажник и уселся за руль. Журавская отметила бутылку шампанского, а также небольшую корзинку со снедью, находившуюся на сиденье. Так-так, издательство весьма предусмотрительно… Еще бы, ведь ему срочно требовался ее новый роман!

– Куда прикажете вас отвезти? – осведомился Павел.

– Домой, пожалуйста!

Домой… На квартиру, куда уже однажды пробрался Марк… Да, сталкер уже стал для нее Марком Шатыйло, хотя в действительности, вне всяких сомнений, звался иначе. Однако для нее он был именно Марк.

– Разумеется, Татьяна Валерьевна! – ответил шофер. – Если не возражаете, я подниму перегородку…

Писательница коротко согласилась и откинулась на спинку кожаного сиденья. Вот она и дома. Только что ее поджидает здесь? Ведь кошмар не закончился! Похоже, кошмар только начинается…

Автомобиль тронулся в путь. Пассажирка протянула руку к корзинке со снедью, и вдруг из динамиков раздался голос шофера:

– Прошу прощения, Татьяна Валерьевна, однако вам точно понравилось в клинике «Хексенмоор?»

Журавская растерялась – вопрос был уж слишком прямой и нетактичный. А потом ее словно стрелой пронзило – ведь никто в издательстве не был в курсе того, что она находилась в альпийской клинике! По официальной версии знаменитая детективщица отдыхала в Тоскане и только на последние пару дней заехала в Вену, откуда вернулась в Москву.

Так откуда же шофер в курсе про клинику? Хотя…

Следующая мысль показалась ей совсем даже не абсурдной, а более того – абсолютно нормальной.

Кто ей сказал, что за рулем автомобиля сейчас находится шофер издательства?

О встрече в аэропорту ей сообщил Михаил Львович. И Татьяна не сомневалась, что говорила именно с генеральным, а не с кем-то, имитировавшим его голос. Но ведь шофера она в лицо не знала! Павел позвонил, а потом ей на глаза попался человек в униформе и с табличкой в руках, на которой было написано ее имя. И, ничего не подозревая, Журавская пошла за ним. Хотя переодеться в униформу и сделать табличку с именем мог любой и каждый.

В том числе и Марк Шатыйло.

Автомобиль несся по ночной трассе. Татьяна осторожно достала из сумочки мобильный – и убедилась в том, что сигнала в автомобиле нет. Затем дотронулась до двери и попыталась приоткрыть ее. Безрезультатно – замок был заблокирован. А от шофера издательства, точнее, от человека, который представился таковым и находился за рулем, ее отделяла непрозрачная и, вероятно даже, пуленепробиваемая загородка.

Татьяна нащупала сбоку кнопку, при помощи которой тот, кто сидел в салоне, мог убрать перегородку. Но та упорно не желала двигаться с места. Вывод один: тот, кто вел автомобиль, заблокировал не только двери, но и ее!

Значит, она в ловушке. И, что ужаснее всего, в полной власти человека, который находится за рулем. И который, как теперь ясно, является серийным убийцей, Марком Шатыйло, похитившим известную писательницу у всех на глазах в здании аэропорта и при ее собственном активном участии.

Понимая, что надо что-то сказать, дабы не вызвать у похитителя подозрений, Татьяна произнесла:

– Вы ведь новенький? Я раньше вас не видела…

– Мы все в каком-то смысле новенькие, Татьяна Валерьевна. Ведь так? – раздался из динамиков голос шофера.

Хотя нет, это был уже не голос Павла. Во всяком случае, не тот, который она слышала несколькими минутами раньше.

Это был насмешливый, чуть шепелявый, властный голос незнакомого мужчины.

Хотя почему незнакомого? Именно такой голос должен был быть у Марка Шатыйло. Таким она описывала его в своем романе!

Журавская молчала, не зная, что сказать.

Не исключено, что в салоне установлены камеры, и похититель наблюдал за тем, что пленница делает. Однако Татьяна все равно попыталась позвонить с мобильного в полицию. Только вот что сообщить ответившему оператору – что ее похитил герой собственного романа и везет в неизвестном направлении на автомобиле, номера которого она, конечно же, не ведает?

Однако звонок не прошел. И как только соответствующее сообщение высветилось на экране мобильного, в динамиках раздался голос шофера.