
Полная версия:
Белладонна. Из «Чистого лекарствоведения» (1822) Самуил Ганеман (Samuel Hahnemann)

Леонид Космодемьянский
Белладонна. Из «Чистого лекарствоведения» (1822) Самуил Ганеман (Samuel Hahnemann)
ИСТОКИ ГОМЕОПАТИЧЕСКОЙ ФАРМАКОЛОГИИ · ВЫПУСК 1
Самуил Ганеман
БЕЛЛАДОННА
Из «Чистого лекарствоведения» (1822)
Belladonna · Atropa belladonna L.
Перевод с немецкого языка,
научная редакция и комментарии
Л. В. Космодемьянского
Москва · 2026
ИСТОКИ ГОМЕОПАТИЧЕСКОЙ ФАРМАКОЛОГИИ · ВЫПУСК 1
От переводчика и научного редактора
Более двух столетий отделяют нас от времени, когда Самуил Ганеман создавал своё «Чистое лекарствоведение» (Reine Arzneimittellehre). За эти годы изменились представления о природе заболеваний, методы исследования лекарственных веществ, язык медицинской науки. Однако первоисточники продолжают представлять интерес, позволяя увидеть не только результаты наблюдений, но и особенности врачебного мышления своей эпохи.
Предлагаемое читателю издание посвящено одному лекарственному веществу — белладонне (Atropa belladonna L.). Его описание занимает значительное место в первом томе второго, дополненного издания «Чистого лекарствоведения», опубликованного в Дрездене в 1822 году.
Почему для самостоятельного издания выбрана именно белладонна?
Прежде всего потому, что её описание представляет собой обширный источниковедческий материал, объединяющий собственные наблюдения Ганемана и многочисленные свидетельства других авторов. Перед читателем раскрывается не краткая характеристика лекарственного средства, а сложная система сведений о его воздействии на человеческий организм, собранных и систематизированных в соответствии с медицинскими представлениями начала XIX века.
Особый интерес представляет структура этого текста. Наряду с наблюдениями, полученными в ходе лекарственных испытаний, Ганеман использовал сведения из медицинской литературы своего времени, в том числе сообщения о токсическом действии белладонны. Таким образом, произведение позволяет исследовать одновременно историю лекарственных испытаний, токсикологии, медицинского языка и становления гомеопатического лекарствоведения.
Русскоязычному читателю труды Ганемана известны давно. В частности, в 1990‑х годах в России выходило издание «Чистая Материя Медика», подготовленное издательством «ОЛЛО». Под этим названием публиковался русский перевод материалов из труда Ганемана, известного в немецком оригинале как Reine Arzneimittellehre — «Чистое лекарствоведение».
Настоящая публикация не претендует на первенство перевода произведения на русский язык. Её задача иная: представить самостоятельный перевод статьи Belladonna непосредственно по немецкому изданию 1822 года, сохранив особенности первоисточника и снабдив его необходимыми научными пояснениями.
При подготовке перевода особое внимание уделялось точности медицинской терминологии, историческим значениям слов, авторским примечаниям, библиографическим указаниям и сохранению последовательности наблюдений. Там, где буквальный перевод мог исказить смысл, предпочтение отдавалось контекстуальному соответствию. При этом мы стремились избежать необоснованной замены понятий XIX века современными клиническими диагнозами.
Работа выполнялась с использованием современных технологий искусственного интеллекта в качестве вспомогательного инструмента для перевода, текстового анализа и редакционной подготовки. Полученные результаты проходили последовательную научно-редакторскую обработку. Применение новых технологий не устраняет необходимости критически относиться к тексту первоисточника и не заменяет профессиональной ответственности за его публикацию.
Следует особо подчеркнуть, что представленные в книге сведения носят историко-медицинский характер. Описанные Ганеманом лечебные подходы, дозировки и представления о действии лекарств не должны восприниматься как современные рекомендации. Белладонна является ядовитым растением, а исторические свидетельства о её применении сами по себе не устанавливают клиническую эффективность гомеопатического лечения.
Настоящая книга открывает задуманную серию «Истоки гомеопатической фармакологии», посвящённую публикации и исследованию исторических медицинских первоисточников.
Мы надеемся, что она окажется полезной не только специалистам, изучающим историю гомеопатии, но и историкам медицины, фармакологам, врачам и всем, кто интересуется развитием представлений о лекарственном воздействии на организм человека.
В конечном счёте обращение к первоисточнику необходимо не для того, чтобы некритически повторять суждения прошлого, а для того, чтобы лучше понимать, как формировалось медицинское знание, какие вопросы ставили перед собой наши предшественники и какими средствами они пытались найти на них ответы.
Л. В. Космодемьянский
Доктор медицинских наук
Самуил Ганеман (1755–1843)
Самуил Ганеман (Christian Friedrich Samuel Hahnemann, 10 апреля 1755 — 2 июля 1843) — немецкий врач, исследователь лекарственных веществ, переводчик медицинской литературы, основоположник гомеопатии.
Родился в саксонском городе Мейсене. Медицинское образование получил в Лейпциге, Вене и Эрлангене, где в 1779 году защитил докторскую диссертацию Conspectus adfectuum spasmodicorum aetiologicus et therapeuticus («Этиологический и терапевтический обзор судорожных состояний»). Наряду с врачебной практикой занимался переводом и изучением медицинских и фармакологических сочинений, уделяя особое внимание вопросам действия лекарственных веществ на человеческий организм.
Важным этапом формирования его взглядов стало испытание хинной коры на себе, которое, по собственному описанию Ганемана, он провёл в 1790 году при переводе труда шотландского врача Уильяма Куллена. Эти наблюдения послужили одним из оснований для дальнейшей разработки принципа подобия, ставшего центральным положением гомеопатической системы.
В этот период Ганеман продолжал исследования в области фармации. Одним из результатов этой деятельности стал «Аптекарский словарь» (Apothekerlexikon), выходивший в Лейпциге в 1793–1799 годах. В этом обширном справочном труде рассматривались лекарственные вещества, способы их приготовления и контроля качества, аптечное оборудование, а также вопросы организации и устройства аптек того времени. Издание свидетельствует о широких фармацевтических познаниях Ганемана и его внимании к практической стороне лекарствоведения.
В 1796 году Ганеман опубликовал статью, посвящённую новому принципу определения лекарственных свойств веществ. Впоследствии основные положения разработанного им метода были систематизированы в «Органоне рационального врачебного искусства» (Organon der rationellen Heilkunde, 1810), который автор неоднократно перерабатывал и дополнял при жизни.
Фундаментальным трудом Ганемана в области лекарствоведения стало «Чистое лекарствоведение» (Reine Arzneimittellehre), первый том которого вышел в 1811 году. В этом сочинении были систематизированы сведения о действии лекарственных веществ, полученные в результате испытаний и почерпнутые из медицинской литературы.
В 1812 году, после защиты историко-медицинской диссертации De helleborismo veterum, Ганеман получил право преподавания в Лейпцигском университете и стал его приват-доцентом. Университетская деятельность позволила ему непосредственно знакомить слушателей с разрабатываемыми им медицинскими представлениями.
Второе, дополненное издание «Чистого лекарствоведения» выходило в Дрездене в 1822–1827 годах. Именно к этому изданию относится предлагаемый читателю текст о белладонне.
В 1835 году Ганеман переехал в Париж, где продолжал врачебную деятельность до конца жизни. Скончался 2 июля 1843 года.
Труды Ганемана составляют важную часть истории гомеопатии и продолжают привлекать внимание историков медицины. Независимо от современной оценки предложенной им терапевтической системы, они представляют интерес как свидетельство развития представлений о лекарственном действии, медицинском наблюдении и способах систематизации эмпирических сведений на рубеже XVIII–XIX веков.
Настоящее издание, посвящённое белладонне, позволяет обратиться непосредственно к одному из наиболее развёрнутых разделов «Чистого лекарствоведения» и познакомиться с особенностями авторского подхода к описанию действия лекарственных веществ.
Об издании 1822 года и принципах перевода
В основу настоящей публикации положен раздел «Белладонна» (Belladonna) из первого тома второго, дополненного издания «Чистого лекарствоведения» Самуила Ганемана (Reine Arzneimittellehre. Erster Theil. Zweite, vermehrte Auflage), вышедшего в Дрездене в издательстве Арнольда в 1822 году.

Ил. 1. Титульный лист первого тома второго, дополненного издания «Чистого лекарствоведения» (Дрезден, 1822).
Выбор именно этого издания не случаен. «Чистое лекарствоведение» неоднократно перерабатывалось автором, и состав, последовательность и формулировки отдельных наблюдений в различных редакциях могут различаться. Обращение к конкретному историческому изданию позволяет сохранить текст в том виде, в каком он был представлен читателю в определённый период развития медицинских представлений Ганемана.
Раздел о белладонне занимает в первом томе страницы с 13 по 100 и включает авторское вступление, последовательность описаний лекарственных симптомов и обширный свод наблюдений, заимствованных из трудов других исследователей.
Последняя часть особенно интересна с источниковедческой точки зрения. Ганеман обращался к медицинским публикациям предшественников и современников, включая сообщения об отравлениях, лекарственных испытаниях и наблюдениях, сделанных при лечении больных. Поэтому представленный материал неоднороден по происхождению и не должен восприниматься как описание единого клинического исследования.
Принципы перевода
Основной задачей перевода было максимально точное воспроизведение содержания немецкого текста при сохранении его историко-медицинских особенностей.
При переводе учитывались значения медицинских терминов начала XIX века, особенности немецкой грамматики и словоупотребления той эпохи, а также контекст отдельных наблюдений.
В случаях, когда исторический термин не имеет точного современного соответствия, использовался наиболее близкий по смыслу русский эквивалент. При необходимости такие решения сопровождаются пояснениями. Мы сознательно избегали замены описательных выражений Ганемана современными клиническими диагнозами, если подобная замена не подтверждалась содержанием первоисточника.
Особое внимание уделялось описаниям субъективных ощущений, локализации симптомов, времени их появления и обстоятельствам, сопровождавшим наблюдение. Эти детали имеют значение не только для понимания текста, но и для исследования методов медицинского наблюдения, применявшихся в эпоху Ганемана.
Нумерация и структура наблюдений
В настоящем переводе сохранена последовательность наблюдений, представленная в издании 1822 года.
Для удобства чтения и научного цитирования использована сквозная редакционная нумерация внутри двух основных групп: № 1–380 и А1–А1042. Буква «А» служит для обозначения наблюдений других авторов и введена редакцией перевода.
В немецком первоисточнике цифровые обозначения расположены иначе: отдельные числа служат опорными ориентирами и не сопровождают каждую текстовую запись. Поэтому номера настоящего издания следует рассматривать прежде всего как средство навигации, а не как воспроизведение авторской системы нумерации.
Дополнительное обозначение А979а введено для сохранения отдельного текстового фрагмента между соседними нумерационными позициями. Оно также не принадлежит первоначальной системе нумерации.
Следует учитывать, что отдельные записи могут представлять собой различные описания сходных явлений или восходить к одному историческому сообщению. При подготовке перевода такие свидетельства не объединялись и не исключались без достаточных источниковедческих оснований.
Авторские примечания и научный аппарат
Авторские примечания Ганемана сохранены и отделены от комментариев переводчика и научного редактора.
Ссылки на исторические медицинские публикации переданы с соблюдением принятой в оригинале системы атрибуции. Сокращения и библиографические обозначения, не поддающиеся однозначной идентификации, сохранены либо пояснены отдельно.
В отдельных случаях особенности старой немецкой орфографии, типографского набора или неоднозначность исходного выражения требуют дополнительного комментария. При невозможности достоверно установить первоначальное чтение неопределённость не устранялась путём предположительной редакторской замены.
Характер и назначение публикации
Настоящее издание представляет собой научно подготовленный русский перевод исторического медицинского источника. Оно предназначено для изучения истории лекарствоведения, токсикологии, медицинской терминологии и становления гомеопатической фармакологии.
Приведённые в тексте представления о лекарственном действии, способах применения препаратов и лечебных результатах отражают взгляды автора и свидетельства его времени. Они не являются современными клиническими рекомендациями и должны оцениваться с учётом развития медицинской науки за прошедшие два столетия.
Публикация текста по изданию 1822 года позволяет не только познакомиться с одним из наиболее обстоятельных описаний белладонны в исторической гомеопатической литературе, но и проследить особенности формирования, отбора и систематизации лекарственных наблюдений в первой трети XIX века.
НАЧАЛО РАЗДЕЛА «БЕЛЛАДОННА» В ИЗДАНИИ 1822 ГОДА

Ил. 2. Первая страница раздела «Belladonne, Atropa Belladonna» (с. 13 издания 1822 года).
Источник факсимиле: Wellcome Collection. Оригинал — Francis A. Countway Library of Medicine. Public Domain Mark.
https://wellcomecollection.org/works/ttzt43c5
Авторское вступление
(Свежевыжатый сок всего растения в начале его цветения, смешанный с равным количеством винного спирта.)
Растение, выращенное в саду (однако на несколько более сухой почве, лучше всего на склоне холма), мало уступает дикорастущему по лекарственной силе или вовсе ему не уступает, хотя некоторые врачи на основании предположений утверждали обратное.
Из приведённого здесь полного ряда симптомов белладонны легко увидеть, что они нередко обнаруживают сходство с множеством болезненных состояний, встречающихся в жизни, и потому при лечении это средство может довольно часто находить гомеопатическое применение, подобно полихресту.
Те мелочные души, которые клеймят белладонну как ядовитое средство, вынуждены допускать гибель множества больных без этого средства. Их избитое утверждение, будто для неё имеются испытанные мягкие заменители, лишь свидетельствует об их невежестве: одно лекарственное средство не может заменить другое.
Как часто эти люди, например, предают смерти больных с самыми тяжёлыми видами ангины (особенно сопровождающимися наружным увеличением шейных желёз), несмотря на все применяемые ими кровопускания, пиявки, нарывные пластыри, полоскания, размягчающие компрессы, охлаждающие порошки, потогонные и слабительные средства! Между тем, утверждает Ганеман, единственная чрезвычайно малая доза белладонны могла бы в течение нескольких часов вернуть их к здоровью, избавив от всех этих мучений.
Да и какое подлинное лекарство не окажется вредным, опасным и ядовитым в руках невежды? Разумеется, всякое сильнодействующее лекарство становится таковым, если его применяют при неподходящем заболевании и в несоразмерно больших дозах, то есть по вине так называемого врача.
Напротив, даже самые сильные и бурно действующие лекарства при достаточном уменьшении дозы становятся, согласно рассуждению автора, самыми мягкими и целительными — даже для наиболее слабых и чувствительных людей, если болезнь проявляет большое сходство с теми страданиями, которые данное средство, как было установлено, способно вызывать у здорового человека.
При столь сильнодействующих средствах, как белладонна, нельзя, конечно, пренебрегать должной тщательностью гомеопатического выбора. Но это, как замечает автор, едва ли придёт в голову приверженцам рецептурной школы, которые лечат всё набором выученных прописей.
Многочисленные опыты над больными убедили меня, пишет Ганеман, что за последние годы мне не удалось уменьшить дозу ниже дециллионного разведения; и я нахожу достаточной для достижения предполагаемой лечебной цели даже мельчайшую часть капли такого разведения.
Если принять за единицу одну каплю сока, смешанного с равным количеством винного спирта (как и в случае других растительных соков), и смешать её со ста каплями винного спирта, встряхивая сосуд примерно десятью движениями руки сверху вниз, получится стократное разведение. Одна капля полученного раствора, вновь смешанная и встряхнутая тем же способом со ста каплями свежего винного спирта, даст десятитысячекратное разведение; ещё один такой шаг — миллионнократное. И так, продолжая в тридцати подобных сосудах, достигают названного автором дециллионного разведения, с помощью которого врач-гомеопат, по его мнению, получает ожидаемые лечебные результаты от белладонны.
(По замечанию автора, тот же способ разведения применяется и к сокам других растений.) В столь малой дозе белладонна, если данный болезненный случай, по мнению Ганемана, требует именно её гомеопатического применения, должна действовать и при самых острых заболеваниях; с другой стороны, он считает её пригодной и при очень длительных страданиях, поскольку при больших дозах продолжительность действия может достигать трёх недель и более. (По утверждению автора, для надёжного предупреждения бешенства достаточно было давать минимальную дозу белладонны каждые три-четыре дня, а излечение достигалось одной-двумя дозами.)
Почти все писатели объявляли уксус противоядием белладонны — лишь по догадке и потому, что один добросовестно переписывал это у другого; однако, утверждает Ганеман, это совершенно неверно. Мой неоднократный опыт, продолжает он, учит, что уксус только усиливает неблагоприятные действия больших доз белладонны. [Примечание автора: Штапф также наблюдал, что уксус, приложенный ко лбу при сильной головной боли от белладонны, довёл боль до невыносимой и его пришлось убрать.]
Оцепенение и боли в животе, вызываемые белладонной, по словам автора, снимает маковый сок, хотя лишь антипатически и паллиативно; вероятно, он устраняет также сонливость, вызываемую белладонной, если даётся в очень малых дозах.
Однако состояние оглушённости, бред и ярость, вызванные белладонной, по мнению автора, быстрее и надёжнее всего устраняют одна или две небольшие дозы белены (Hyoscyamus) по гомеопатическому принципу. Само же состояние опьянения, утверждает Ганеман, лучше всего устраняется вином: это наблюдал он сам, как и Траюс (Trajus) и Мойбанус (Moibanus).
Примечание переводчика.
Если небольшая доза белладонны, выбранная негомеопатически, вызвала плаксивость с ознобом и головной болью, помогает, по наблюдениям автора, столь же малая доза Pulsatilla.
Более всего, однако, целесообразная помощь нужна тогда, когда от белладонны было проглочено значительное количество вещества, например её ягод. Автор описывает употребление большого количества крепкого кофе, который, как он полагает, облегчает раздражительность и тетанические судороги, хотя лишь временно, и советует раздражать глотку длинным пером для опорожнения желудка — этого, по его словам, не следует упускать из виду.
Рожистоподобные опухолевидные припухлости, вызываемые белладонной, согласно автору, быстро устраняются небольшим количеством известковой серной печени (Hepar sulphuris calcareum).
Найденное мною, пишет Ганеман, защитное действие белладонны (если давать наименьшую дозу каждые шесть-семь дней) против истинной скарлатины — ярко-красной, гладкой, похожей на рожу лихорадки, описанной Сиденгамом, Пленцизом и другими, — на протяжении девятнадцати лет подвергалось насмешкам со стороны многих врачей. Они, не зная этого особого детского заболевания, неосмотрительно принимали за него «красную потницу», пришедшую из Бельгии после 1801 года (Purpurfriesel, rother Hund), и ошибочно называли её скарлатиной, а затем безуспешно испытывали на ней предложенные мною средства предупреждения и лечения истинной скарлатины.
Теперь я рад, продолжает автор, что в последние годы другие врачи вновь наблюдали прежнюю, подлинную скарлатину, неоднократно подтвердили защитное действие белладонны против неё и после столь долгих и несправедливых насмешек наконец восстановили справедливость по отношению ко мне.
[Примечание Ганемана.] «Красная потница» — совсем иная болезнь, а потому лечить её надлежит совершенно иначе.
Белладонна здесь, разумеется, не приносит ничего хорошего; и обычная врачебная рутина также допускает смерть большинства таких больных. Между тем, утверждает автор, всех их можно излечить попеременным употреблением аконита (Sturmhut) и настойки сырого кофе: первого — против жара, нарастающего беспокойства и усиливающейся тревоги; второй — против чрезмерно сильных болей, сопровождающихся плаксивым настроением. Далее Ганеман указывает исторически применявшиеся им разведения: сок аконита — в октиллионном разведении, настойка сырого кофе — в миллионном; оба средства — в наименьшей части капли на приём, попеременно через 12, 16 или 24 часа в зависимости от того, какое из них, по его мнению, показано.
Симптомы белладонны
Записи № 1–380. Все номера в этом разделе — редакционные идентификаторы.
Симптомы № 1–50
№ 1 Приступы головокружения с отупением, продолжительностью несколько минут (через 12 ч).
№ 2 Отупение.
№ 3 Затуманенность головы с опуханием желёз на задней стороне шеи (через 6 ч).
№ 4 Ощущение опьянения.
№ 5 Сразу после еды — словно пьяный.
№ 6 Даже после самого небольшого количества пива тотчас наступает ощущение опьянения.
№ 7 Ослабление памяти.
№ 8 Очень слабая память: мгновенно забывает то, что собирался сделать, и ничего не может вспомнить.
№ 9 Оживлённая память (лечебное действие; через 24 ч).
№ 10 Головная боль, словно мозг онемел.
№ 11 Ощущение холода в мозгу, посередине лба.
№ 12 При наклоне кровь приливает к голове; голова становится тяжёлой, появляется ощущение головокружения.
№ 13 Тяжесть в верхней части лба, вызывающая головокружение и ощущение опьянения (через 14 дней).
№ 14 Голова настолько тяжела, словно человек вот-вот заснёт; ни к чему не расположен.
№ 15 Головная боль только над глазами, с ощущением тяжести в голове, утром при пробуждении; больно при прикосновении к глазу.
№ 16 Глубокое давление в мозгу, распространяющееся по всей голове, во время и после ходьбы на свежем воздухе.
№ 17 Непрерывная, глухая давящая головная боль в одной из половин головы (n. 5. 24 St.).
№ 18 Головная боль во лбу, словно давит камень; облегчается, если положить голову на опору или наклонить её вперёд; при этом зрачки расширены, а по пустякам возникает плаксивая раздражительность (через 3 ч).
№ 19 Головная боль, словно мозг выдавливается наружу непосредственно над глазницами, в области лба; из-за неё трудно открыть глаза, приходится лечь; при этом зрачки чрезвычайно сужены, а речь очень тихая (n. 5. 24 St.).
№ 20 Непрерывная тянущая и растягивающая головная боль, словно что-то внутри раскачивается толчками или с силой перемещается.
№ 21 Чрезвычайно сильная головная боль с тупыми или давящими колющими ощущениями, словно они пронизывают мозг со всех сторон.
№ 22 Вечером несколько сильных колющих болей в затылке, сразу за ухом, быстрых, как молния, так что ему хотелось вскрикнуть (через 6 дней).
№ 23 Болезненный кровяной нарыв (фурункул) на виске.
№ 24 Выпадение волос на голове в течение одного часа (через 24 ч).

