Единственный выход демона – чувства

– Шаром?

– Ай, забудь. Так, давай уже, что ты там принёс.

– Бельё, спортивный костюм.

– Поесть?

– Что?

– Еда, вода? Зачем мне сейчас одежда? Я в больничной рубашке отлично себя чувствую.

– Чего не принёс, того не принёс. Я просто сложил первое попавшееся, главное было что-то взять, видимость для Рут. Знал бы, что спит, не суетился бы…

– То есть обо мне ты в этот момент не думал?

– Честно, что-то не особо. Я так сильно испугался, что главным было скорее приехать и разобраться, что тут произошло.

– Разобрался?

– Да. Вы ещё не человек, но уже без силы. Вроде бы. Может, процесс пошёл?

– Так, ты видел здесь где-нибудь автомат с кофе?

– На первом этаже был вроде.

– Показывай.

Рут также мирно спала на диванчике. Он оставил ей воду, сел на кровать и стал смотреть на неё, думая, что с ним случилось. В голове уже было пусто, как и в желудке.Роун взял кофе и воду с газом. Выпроводил Луиса, попросил сходить того в кинотеатр и поискать билетершу, описав внешность уже знакомой ему женщины. Луис не понял, зачем ему женщина-билетер, но спрашивать больше ничего не стал, надо – значит надо. Роун допил кофе и зашёл в палату.

Глава 19

Впредь буду уважительнее, но только сегодня.

– Доброе утро! – вдруг на всю палату раздался звучный мужской голос.

Роун открыл глаза. Привыкнув к яркому солнечному свету из окна, он увидел перед собой мужчину в белом халате. На бейдже было указано «главный врач Генри Олдман».

– И вам, – посмотрел за мужчину. – А где девушка?

– Какая девушка?

– Здесь спала, – показал он на диван за спиной доктора.

– Никого не было, когда я вошёл. Скажите лучше, как вы себя чувствуете?

– Прекрасно.

– Прекрасно? Угу. Позвольте руку?

Доктор продолжал говорить, пока проводил осмотр и снимал бинты.

– Вы потеряли сознание, хотя, по записям коллег, у вас лишь ушиб руки и затылка. Болевого шока быть не могло. Томография на отлично. Угу. Мы думали, вы впадаете в кому…Рука как новая. То есть старая. Гематомы на затылке нет. Угу. Вас точно вчера машина сбила, господин Лим?

– Насколько помню, да.

– Угу. Хорошо. Так вы, очевидно, рожденный в рубашке.

– Ха, господин Олдман, даже не представляете, насколько вы близки к истине. Домой можно?

– Ну а зачем вас держать? Не опыты же ставить на вас теперь, хах. В жизни всякое бывает. Бинт я выброшу, он вам за ненадобностью. Угу.

– Отдаю без сожалений.

– Давайте аккуратнее по дорогам скакать. Вы молодой, живите, но аккуратно, – доктор пригрозил пациенту пальцем, будто отчитывал сорванца.

– Вы добродетельный человек!

– Молодежь. Мало кто помнит на сегодня даже слово такое, спасибо. Я пойду, уж больно было интересно посмотреть, что за пациент такой у нас интересный – здоровый. Угу. Посмотрел, теперь пойду.

– До свидания!

– Вот тебе на. Никакого «до свидания». Чтобы я вас тут больше не видел, – он покинул палату.

«Забавный. Так, я не человек. Добродетели я его разглядел. Угу. Приехали, «угу» ещё его прицепилось».

Роун щелкнул пальцами, представляя шикарный завтрак – ничего.

«Но сил нет, что за… Может, теперь я человек, который читает добродетели людей, ну и грехи, наверное. Кто я теперь? Черт, точно, куда делась эта девка».

Рут поднялась по лестнице, заглянула через окно в двери: Роун сидел на кровати, щелкал пальцами и что-то бурчал себе под нос.

«Проснулось».

Дверь поддалась. Она вошла внутрь.

– Доброе утро! Как вы?

– О, вот вы, – он был удивлен, что она не ушла. И рад тоже был, но вида не показал. – Я здоров, как видите, – он решил лечь в постель, под голову подкладывая руки.

– Вы меня спасли.

– Я спасал свою возможную жизнь. Без вас ничего не выйдет.

– Всё равно спасибо. Я рада, что ваша жизнь зависит от моей. Иначе, кто знает, где бы я сейчас уже была.

– Я надеюсь, вы не каждый день бегаете перед машинами. Меня не устраивает, что моя жизнь и вправду зависит от вашей.

«Надо же, выглядит доброй. Ещё бы, как будто ей каждый день жизнь спасают!»

– Это вам, – она протянула ему закрытый бумажный пакет. Роун подскочил с кровати, учуяв свежий аромат кофе. – Я не знала, едите вы или нет, но вспомнила, что пьете кофе и в баре вроде тогда ели. Я на свой вкус взяла вам еды.

– В этом вопросе вы получше Луиса будете, только ему не говорите об этом.

– Так он был? – спрашивала девушка, направляясь к дивану.

– Ага, из еды – ничего. Бежал сюда сломя голову после вашего звонка. Не кричите больше на него, он из нервных.

– Я не кричала! Он еле дал мне слово вставить. И я его вставила, но по-своему.

– Это вы умеете, – он вытащил содержимое пакета, – хорошо постарались: салат, булочка, кофе, даже сок.

– Приятного.

Она села на диван. Достала из своего пакета салат и бутылочку апельсинового сока.

– Что дальше?

– Скоро меня отпустят домой.

– Нет, что мне нужно делать, чтобы помочь вам?

– Теперь вы согласны, потому что я спас вас?

– Нет, потому что я пообещала вам. «Пообещала себе».

– Когда это такое было?

– Когда вы отрубились.

– Так я этого не помнил, могли бы просто уйти. Зачем вообще тут остались с вечера?

– Тогда я пойду? – девушка наигранно встала с дивана, жуя булку.

– Куда ещё? Вот же. Что за человек! Я действительно не знаю, что вам нужно сделать, чтобы я стал человеком.

– Почему вы этого так хотите?

– Давайте обсудим это позже. Поедем сейчас ко мне.

Рут перестала жевать, уставилась на него вопросительно.

– Мне надо привести себя в порядок, вам, – он оглядел её помятый вид, – тоже не помешает.

– Такое говорить женщине нельзя, – она смотрела на него с осуждением. – Я вообще-то вам завтрак принесла.

– Впредь буду уважительнее, но только сегодня. «Ну вот, сдался за еду».

– О, боже! Вам не стать человеком.

– Я буду прекрасным человеком! – с мечтательной улыбкой произнес Роун, открывая сок.

– Мне нужно сегодня на работу.

– Поедем от меня.

– Что за желание затащить меня к себе?

– Вот ещё! Мне там лучше думается. Нужно решить, с чего начать.

– У меня нет с собой нормальной одежды. Я не могу так заявиться в офис.

– Я уже написал Луису, он что-то подберет, – Роун отложил телефон, с которого только что отправил: «Подбери что-то детективное из одежды для ключа».

– Мне же это может не понравиться!

– А вы привереда, смотрите-ка. Что не понравится-то! Черный деловой костюм? Что вы предпочитаете, мы уже видели. Хоть тут Луис хорошо разбирается.

– Подождите, но зачем вам потом со мной ехать на работу?

– Как это? Чем быстрее мы решим мой вопрос, тем быстрее я от вас отстану. Если вы до пенсии будете пропадать на работе, то человеком я точно не успею стать.

– Есть мысль. Обсудим тогда у вас.

– Быстро вы сдались.

– Я всё ещё могу уйти.

– Не уйдёте, – он встал с постели, собирая одноразовую пустую посуду в пакет.

– Чего это?

– Вы уже не ушли. И в вас проснулся интерес. «К моей личности, конечно же».

– Не отрицаю, но если дело окажется мутным или ещё что-то, поверьте, я не без труда передумаю.

– Вы же обещали мне, когда я отрубился, помните? – он состроил грустную гримасу.

«Господи, зачем я это сказала?!»

– Доброе утро, я принесла документы на выписку, – вошла в палату медицинская сестра, женщина около пятидесяти лет, с кучей бумаг в руках.

– Это всё мне? – спросил Роун.

– Вы что, один на всё отделение выписываетесь? Ночь тут поспали и уже возомнили о себе? Ваше заключение в одно предложение поместилось, а вы уже докторскую по себе ждёте?

Рут прыснула от смеха, женщина повернулась к ней.

– А вы чего? Он здоров, а вы тут всю ночь его охраняли. От злого духа что ли? Давайте, парочка, собирайтесь, а то ещё поступит кто, палат свободных нет.

– Он сам похлеще любого духа будет, – ответила Рут, забирая его пакет с мусором.

– Был бы таким, ты бы тут не сидела. Черкните тут и тут, молодой человек, – обратилась она к Роуну, показывая, куда ставить подпись.

– Вы прямолинейная, но, я вижу, очень добрая и заботливая.

– Что думаю, то и говорю. Давайте уже бумажки назад. Это вам, это нам, – поделила она по листу. – Всего хорошего, надеюсь больше вас здесь не увидеть, не болейте.

– Хорошего дня, мисс! – словно кот заговорил Роун.

– Подлиза, собирайся уже! – она вдруг заулыбалась, после ушла.

– Это что было? Она улыбнулась?

– Я ко всем подход найду.

– Эмм, не уверена. А ко мне что, не получилось?

– Да потому что вы слишком высокомерны!

– Как вы, что ли?

– О, господи! – он прикрыл глаза, испытывая чувство дежавю, – хуже! Дайте мне уже мою сумку.

– Это ещё с чего вдруг? Вы здоровы, сами и берите.

Он вскочил с постели, подошел к шкафу, открыл сумку, что любезно собрал Луис. Сверху лежало нижнее бельё, много нижнего белья.

«Он что, всю полку сложил?! Что за чёрт? А где одежда?»

Под кучей белья Роун откопал спортивный костюм. Начал снимать больничную рубаху, под которой, к слову, ничего не было.

– ЭЙ! – послышалось из-за спины.

– Эй? Что за «эй»? Это мне?

– Дайте я хоть выйду.

– Ты что, стесняешься меня? – вдруг с интересом развернулся он к девушке.

– Чего мне стесняться? Не я же раздеваюсь тут.

– Стесняешься. Точно! Тебе лет сколько, кстати? Вроде не школьница.

– Это тут при чем? И опять! Нельзя такие вопросы задавать женщине.

– Точно, женщина. А стесняется.

– Так! Это некультурно просто! Бессовестно. Зачем мне на вас смотреть! В общем, буду ждать на первом этаже.

Рут вышла из палаты, её щеки покрывал румянец. Будто она подглядывала, и её поймали. Рут никогда ни с кем не встречалась. Даже в фильмах её смущали откровенные сцены, что говорить о том, что она чуть не подавилась остатками сока, когда поняла, что сейчас перед ней будет раздеваться не то чтобы мужчина, а демон. Не зря же во многих книгах подчеркнуто, что они те ещё обольстители и искусители.

– Ну и дурной характер ей достался, —пробормотал он и продолжил начатое.

Рут стояла в фойе в ожидании Роуна. Он спускался с важным видом по лестнице, подошел к ней.

– Идём, и как можно быстрее.

– А быстрее почему?

Она до сих пор смотрела лишь на экран телевизора, по которому шла трансляции о животных дикой природы. Повернула голову на Роуна, осмотрела с ног до головы и еле сдержалась от смеха.

– Это ещё как понимать?

– Никак! – он потащил ту за край толстовки на выход.

Луис положил половину сумки белья, спортивный костюм, две футболки и всё. Роун переоделся в палате, вышел в поисках медсестры.*

– Подскажите, где свои вещи забрать можно?

– У меня, какая палата?

– 23, Роун Лим.

– Ага, – она отошла на пару минут, вынесла ему пакет, в котором были его потрепанные с вечера брюки, черная рубашка и пиджак. Он посмотрел на туфли в руках женщины, потом на видавший виды наряд в пакете, затем на спортивный костюм, что был на нём.

– Простите, а можно я уйду в ваших тапочках?

– Это ещё зачем? Нельзя, собственность больницы.

– Давайте договоримся, а? – он посмотрел на свой спортивный костюм.

«Как же я пойду в туфлях и в этом?»

– Молодой человек, давай уже мне шлёпанцы и иди.

– Чёрт!

– Не чертыхайся тут.

«Вот же! Луис! Главное – сохранять лицо!»

Он сдал женщине больничные шлёпанцы, надел лаковые туфли с острым носом и с деловым видом направился прочь.

Он понимал, что его истинного и то, во что он одет, не видит никто. Ну, теперь видит Рут. Но ему лично не пристало ходить в подобном. Доставляло дискомфорт и отрицание на внутреннем уровне.

*

Они вышли из здания больницы.

– На чём дальше?

– В смысле?

– Я не вижу такси.

– Я не вызывала никакое такси.

– Машина ваша где?

– С чего вы взяли, что она у меня есть? Вы же видели, я на автобусе езжу.

– Я. Еле. Держусь, – он запустил руку в волосы.

– Да вроде нормально вы держитесь – на своих двух. Наш автобус едет. Быстрее! – Рут побежала в сторону остановки.

– Да чтоб тебя! – он быстрым шагом пошел за ней.

*

Рут проснулась от шума, что был в больничном коридоре. На часах ранее утро. Она успела съездить за машиной и заехать по пути за завтраком. Но в итоге решила проучить этого нахала, и будь что будет.

*

«Воспитательный процесс запущен», – думала девушка, входя в автобус.

Глава 20

Как вы можете мне помочь? Вы же издеваетесь надо мной!

Они молча ехали в автобусе, она смотрела на то, как вокруг хихикают школьницы, глядя на его стильный образ. Не обращая ни на что внимание, его взгляд был прикован к окну, к одной точке. Ей казалось, ещё чуть, и он прожжет в нём дыру. Буквально. Роун обнимал пакет с надписью «# 23. Лим».

– Луис! – обрушилось на весь первый этаж отеля.

– О, вас уже выписали, господин. Добрый день! Рут. Выспались? Господин, в чем это вы?

– Луис, это ты мне ответь. Чувствую, с завтрашнего дня у нас новый дресс-код. Персонально для тебя. Как тебе такой? – Роун демонстративно покрутился перед своим помощником.

– Слишком модно для меня, господин.

Рут стояла, боясь засмеяться над происходящим.

– Да, Луис. Его выписали. Но он уже на грани.

– Я не ожидал увидеть вас так рано.

– Ключ дай. Мой где-то в этом пакете, – он протянул его Луису, – разбери, скорее всего, всё на выброс. Я не смотрел.

– Займусь.

Роун двинулся в сторону лифта. Остановился, ощущая, что за ним никто не следует.

– Рут, вы идёте?

– Увидимся, Луис.

– О! Так вы у него первая?

– Что? – в недоумении спросила она.

– Луис, что ты несёшь?

– Вы ещё никого не приглашали к себе, только я у вас бывал, и то по работе, – с досадой говорил Луис.

– Да, получается так, – произнес Роун. – Идёмте уже. Я больше и минуты в этом виде не выдержу. И, Луис, формулируй, прежде чем говорить что-то.

– Господин, женщину с вашим описанием я не встретил, – вспомнил вдруг он и прокричал эту информацию уже стоящему возле лифта Роуну. Тот лишь кивнул, глядя перед собой.

Роун приложил карту, плавно поехали вверх. Было тихо. Очень. И тут Рут не сдержалась и выронила смешок.

– Долго терпели.

– Простите, – смеялась она и прикрывала рот.

– Просто эти подростки в автобусе… Они посчитали, что так, – она показала на образ Роуна, – теперь модно. Отталкиваясь при этом лишь от вашего лица. Они сочли вас красавцем, даже пакет за кастомный приняли, – она снова засмеялась. – Числу 23 присвоили магическое свойство, а вашей фамилии стали придумывать особенные значения.

Она не договорила, лифт остановился на нужном этаже.

Войдя в квартиру Рут поразилась виду, что открылся её взору.

– Я их не слушал, – привел её в чувства голос.

– Тогда потешу вашу любовь к себе. Они сочли вас за айдола. Был бы на вас пирсинг и остальная атрибутика…

– Подождите-ка. Два нюанса. Первый. Они отталкивались от внешности. Второй. Был бы пирсинг?

– А что не так? – она уже понимала к чему идет разговор, она владела ситуацией с самого начала, сейчас он поймёт, насколько девушка сурово с ним поступила.

– То есть вы хотите сказать, они видели МЕНЯ?

– А кого они должны были видеть? Конечно, вас.

– Не может быть, подождите.

– Роун, я знаю, почему вы обратили тогда на меня внимание. Ведь я тоже видела именно вас. Смею предположить, что со вчерашнего вечера все вас видят таковым. Настоящим.

– Не может быть!

– Может. Теперь вы для всех выглядите, эм, точно так, каким и вы сами видите себя в зеркале.

Он подбежал к зеркалу, в то время как Рут направилась на диван.

– Вы хотите сказать, что знали, что я – это Я для всех?! И вы отправили меня ехать в таком виде на автобусе?! Рут! Какого черта вы меня так подставили?! Чёрт, они видели это лицо и это тело в этом, – он указал на свою не сочетающуюся одежду: туфли у входа, спортивный костюм на себе. – Рут, да как вы можете мне помочь? Вы же издеваетесь надо мной! Мой стыд не исчезнет теперь до конца моих дней. А мой пирсинг. Я словно голый! Лишь только став человеком, …это чувство стыда уйдёт после моей кончины. И то я не уверен, – он немного успокоился.

– Роун, вы сказали два нюанса, – она перебила его монолог и процесс самолюбования перед зеркалом.

– Отдайте мои украшения.

– Мне их вчера передали, я даже почти забыла.

– Конечно, вы хоть знаете, сколько это стоит?

– Продать не успела, поэтому ценой ещё не интересовалась.

– Тогда мне повезло. Так как вы поняли, что другие люди видели меня иначе? А вы видели именно меня?

– Так и поняла, анализируя то, что говорили люди вокруг вас. И то, как вы впервые отреагировали на мои слова о вас ещё тогда на парковке, – кратко ответила она. – Мы здесь для чего? Давайте к делу.

– Ага, – он немного задумался. – Надо принять душ. Идите первая.

– Что?

– Вы сами ночь провели не пойми где, спали не пойми как. Вы там куда-то торопитесь, у вас волосы длинные, сохнуть будут дольше моих, поэтому идите первой.

– Этот день мне снится? – она уже ничему не удивлялась, просто перестала сопротивляться происходящему. – Я не откажусь. Куда идти?

– Знал бы, что когда-то попаду в такую ситуацию, спланировал бы две ванной комнаты. Вы будете должны мне за мою щедрость.

– Это я вам помогаю.

– Пока не ощущаю.

Он проводил её в ванную, показал, где лежат чистые полотенца. Она осталась одна. Скинула с себя грязную одежду, а вместе с ней и тяжелые мысли. Вода пыталась смыть всю странность от происходящего, у неё это немного получилось. Рут хотела закрутить волосы в полотенце, не вышло, то было небольшим. Оставила их спокойно лежать на плечах, достала из кармана толстовки помаду для губ, нанесла ей легкий румянец, пальцем похлопала по пухлым губам, освежающий макияж из одной лишь помады был готов. Посушила волосы, чуть оставив их влажными. Взяла джинсы, чтобы влезть в них, но вспомнила, что Луис должен был приготовить костюм для неё. Даже не пыталась обернуться в полотенце, поняла, что его не хватит, чтобы прикрыться как положено. Тут она положила глаз на халаты, висящие у выхода.

«Он ведь мне ничего не сделает? Тем более их два. Подумаешь, одолжу на чуть-чуть. Я ему жизнь вообще должна подарить. А тут – всего лишь халат».

Рут утонула, конечно, ей он был велик, зато укрылась вся.

Роун всё ещё стоял и размышлял, как же он глупо выглядел по пути домой.

«Она точно издевается. Надо будет проверить её слова».

Тут в гостиной появилась девушка, что прижимала к груди вещи, в которых была до этого.

– Что на ВАС делает МОЙ халат?

– Вы такой мелочный для демона. Я сейчас переоденусь, где можно найти вещи, что приготовил Луис? – она была крайне спокойна, ведь морально подготовилась к выговору.

– Предположу, что в гостевой комнате, – бросил он ей и пошёл в ванную, чтобы принять душ.

Рут открыла первую попавшуюся дверь, которая вела в комнату в темных тонах. И правда – вещи для неё были разложены на постели.

Она посмотрела на них. Шикарный костюм-тройка. Деловое платье, что будет девушке до колен. Атласная блузка свободного кроя с объемными рукавами, видимо, на выбор к брюкам. На кровати лежала небольшая коробка, Рут медленно сняла крышку. Перед ней показался черный комплект нижнего белья. Возле кровати стояли белые кеды и остроносые лодочки на низком каблуке. Рут всегда покупала себе вещи высокого качества, но эти были на ряд выше – люксовые. Она лишь подумала о том, к чему столько одежды. И когда Луис всё успел. Подошла к окну и застыла, глядя на город.

«Интересно, долго продлится всё это? Что будет, когда я выполню обещание?»

Погрузившись в размышления, девушка не расслышала, как в комнату кто-то вошёл и остановился, наблюдая за тем, что вообще здесь происходит. Его взгляд упал на открытую коробку с женским нижним бельем.

Глава 21

Она наслаждалась моментом. Он – тишиной.

Она обернулась, чтобы приступить к сборам. Возле кровати стоит Роун и смотрит на неё. На нём были свободные домашние брюки, на плечах полотенце, что явно больше тех, что попадались ей, но и оно не намного прикрывало его голый торс.

– Что вы тут делаете? – спросила она.

– Что Я делаю в своей комнате? Хм, правда, что же я тут делаю? – задумчиво посмотрел он вокруг себя.

– Но тут лежали эти вещи, – она указала на кровать, – вы сказали, что они в гостевой. Почему они в вашей комнате?

– Я поинтересуюсь у Луиса, когда буду с ним говорить на эту тему.

– Боже, я сойду с ума. Даже суток не прошло с момента…

– Стойте на месте.

– Что, простите?

– Я кое-что решил попробовать.

Не давая ей и малейшей возможности успеть что-то подумать, он оказался возле неё и поцеловал в губы. При этом стоял немного согнувшись,руки за спиной, без лишних соприкосновений.

Рут замерла в растерянности, внутри всё сжалось. Понадобилось несколько секунд, прежде чем она смогла заставить себя пошевелиться. Её тело инстинктивно противится – руки оказываются на его полотенце, в отчаянной попытке восстановить дистанцию она делает шаг назад.

– Что вы себе позволяете?!

– Ничего не поменялось, – задумавшись на мгновенье, произносит он.

– Да как вы посмели?!

Этот поцелуй был напористым, полным эмоций – он ворвался в её мир, как ураган. Почувствовав его горячее прикосновение, она на секунду потерялась в этом моменте, но затем её инстинкты снова взяли верх.Роун, воспользовавшись замешательством, пробил оборону в виде её рук. Обхватил девушку одной рукой за талию, что надежно была скрыта под его же халатом, другой – под шею. Прижал к себе и принялся целовать более напористо и глубоко. Полотенце, что лежало на его плечах, упало в ноги. Отчего он ощутил тепло ее тела. Продлилось это всего пару секунд.

Рут, имея хорошую физическую подготовку, ловко вывернулась из хватки нахала и влепила ему звонкую пощечину. Её глаза наполнены замешательством.

– Что, черт возьми, происходит?!

Он ожидал примерно такую реакцию. Поэтому решил пойти на риск. Но о пощечине даже не подумал.

– Я думал, это сработает, но я не почувствовал никаких изменений.

– Дайте мне сил! Вы нахал! Я могла с легкостью отправить вас в нокаут, но вовремя вспомнила, что вы и так только пришли в себя.

– Я решил, что просить вас о таком будет мучительно долго. А вдруг как в сказке? Поцелуй для принца, и я вдруг стал бы человеком. Так и разошлись бы наши пути. Только не вышло. Признаю, был неправ, – он не оправдывался, скорее признавал, что эксперимент вышел неудачным.

– Для этого вы должны быть как минимум лягушкой! «Что я обсуждаю? Не могу поверить». Вы нагло прилипли ко мне! Роун, ещё раз подобное повторится, и я себя не буду сдерживать. Я вас не боюсь!… Я точно схожу с ума.

– Вы сходите с ума от моего поцелуя!

– Я схожу с ума от вас, Роун!

– Это звучит гораздо лучше.

– …с ума от вашего идиотизма.

– Ах ты! Смертная!

– Выйдите из комнаты!

– Это моя комната!

– Мне плевать! Я переоденусь и покину этот дом. Это всё, чего я сейчас желаю.

Он кипел от злобы. Никто его ещё так не выводил из ныне встречаемых ему людей. Молча просверлил её взглядом и закрыл за собой дверь, направляясь прочь. Признавая, что её поведение – последствие его действий.

Переодевшись за считанные минуты, она вышла из комнаты, на ходу поправляя волосы, что остались лежать под одеждой. В гостиной стоял Роун, он был как с иголочки. На места вернулись пирсинг и серьга. Волосы красиво уложены, черные брюки, черная атласная рубашка с необычным вырезом.

«Как он так быстро собрался? Может быть, врет об отсутствии сил».

Рут прошла мимо него, не удостоив ни одним словом.

Он последовал за ней. Подошли к лифту, который тут же открылся.

– Вы можете не идти за мной? «Интересно, сколько раз я его уже об этом просила?»

– Невозможно, мы собирались на работу. Уже не впервые слышу от вас эту просьбу.

– Я собиралась, не вы.

– Но мы ничего не обсудили.

– Чья вина?

– Я иду с вами, – он вошёл в лифт, – хотя нет, это вы едете со мной.

Рут закатила глаза и зашла в лифт. Она была крайне зла на него.

«Мерзавец! Взял и похитил мой первый поцелуй! Не человек, демон. Мой первый поцелуй… с демоном!» – кружилось в её голове с того самого момента.

Внизу им попался Луис.

– Луис, собери все вещи из моей комнаты. Поговорим на эту тему позже.

– Да, господин, – с улыбкой отвечал он.

– И халат. Он мне больше не нужен.

– Какой же вы… – Рут еле сдержалась, в руках она держала пакет с вещами, что были на ней с вечера.

– Спасибо, Луис, ты отлично угадал с размером.