Запах страха

1

Внимание!Данная книга предназначена исключительно для читателей старше 18 лет. В тексте присутствует: ненормативная лексика, откровенные сцены, сцены курения и распития алкоголя, сцены насилия. Книга не имеет намерений оскорбить или задеть чьи-либо чувства, взгляды или убеждения. Все события, места, персонажи и диалоги являются вымышленными. Любые совпадения с реальными людьми или ситуации случайны. Произведение предназначено исключительно для развлекательного характера.

– Больно! – вскрикнула я, сразу же подпрыгнув на одной ноге, поскольку только что ударилась коленкой об острый угол долбанной тумбы. – Ц.

Проведя ладонью по больному месту, я подошла к упаковке одноразовых масок, после чего одну из них надела на лицо. Меня немного мандражило при мысли, что через каких-то сорок минут мне придётся брать кровь у избранных. Я, вообще, не до конца верила в то, что находилась в этой невероятно дорогой и частной больнице, а тут ещё и это... Поистине самый необычный день в моей простой жизни.

В этом году в Академии Врачей решили провести промежуточный экзамен именно таким образом, а также пообещали присмотреться к самым лучшим ученикам, которых, возможно, пригласят сюда проходить практику. И ключевое слово тут – возможно, ведь это по сути являлось самой недосягаемой мечтой для простых смертных, то есть людей. Избранные, конечно, были такими же смертными, но куда выше по статусу. Элита, чёрт бы их побрал! Могущественная раса, способная подавлять лишь одним взглядом волю человека.

Я заведомо боялась встречи с ними, а также не видела бы их всю свою жизнь по собственному желанию, но деваться было некуда. Мне, на самом деле, категорически нужно было не показывать свои врачебные умения сегодня на отличный результат, лучше я покажу себя слабым учеником, чем попаду в служение к красноглазым монстрам. А они такими и являлись – жестокими и властными.

Поправив маску на лице, я подошла к зеркалу, что висело над раковиной в этом стерильном кабинете. Кинула взгляд на нитриловые перчатки белого цвета, но прежде достала из шкафчика шапочку. Надела её, затем поправила все тёмные пряди, что торчали из под неё. Перед сегодняшними пациентами обязательно нужно было выглядеть профессионально, не допускать ошибок, даже если я не горела желанием проходить чёртову практику в этом элитном заведении.

Просто... Красноглазые, они могли легко избавить человека от мечты или цели. Бесчувственные... Хотя это было не совсем так. Они испытывали чувства, но лишь тёмные, такие как гнев, например, и желание уничтожать всё живое, что им не по вкусу. Лишь кровных родственников избранные считали своей ровней и могли испытывать к ним что-то светлое. Любили родителей и собственных детей. Но их пары были им не интересны. Мужчины и женщины из высшего слоя населения обретали истинную пару, с которой связывал их лишь брак. Никаких чувств. Измены с теми, к кому они также не испытывали даже капельки симпатии. Поистине жестокий мир монстров. И, чёрт, я была счастлива, что родилась простым человеком, а ещё, потому что не оказалась слугой красноглазых.

Я шумно выдохнула и на секунду прикрыла глаза. Трое моих однокурсников ещё не прибыли, ведь я из-за ощущения тревожности приехала в этот район раньше почти на час. Всё равно переживала, поскольку такая близкая встреча с теми, кого я всей душой ненавидела, сковывала внутренности в невольном страхе перед ними. Я постоянно повторяла себе, что нельзя смотреть им в глаза. Что, если я это сделаю? Моя воля точно будет подавлена? Они смогут приказать мне что-нибудь сделать?..

– Какая жуть... – прошептала я и помотала головой в разные стороны.

Вновь взглянув на перчатки, я решила прежде охладиться. Включила кран и, сняв маску, плеснула ледяной водой в лицо. Хотя бы так хотела унять удушающий меня жар. Затем я промокнула влажную кожу одноразовой салфеткой и, когда снова надела медицинскую маску, то услышала оглушающий писк тревоги.

Это сильно напугало, ведь случилось так неожиданно. Вскрикнув, я дёрнулась в сторону, при этом задевая стеклянную широкую колбу, стоящую рядом с раковиной. Она с грохотом упала, и я тут же присела, чтобы собрать осколки. Да и страх лезвием прошёлся по нервам, я испугалась ещё и того, что испортила вещь дорогостоящей клиники!

– О, нет, нет...

Я принялась исправлять, казалось бы, непоправимое, главным было избавиться от улик, но... из-за своей неосторожности я поранилась. Один из осколков оказался слишком острым, и из ладони тут же пошла густая тёмно-красная жидкость.

Да чтоб тебя!

Скинув стекло в урну, я потянулась в крану с водой, шипела и сжимала зубы от незначительной, но отчего-то неприятной боли. В коридоре до сих пор слышался гул тревоги, а ещё множество голосов. Казалось, словно там конец света приближался, пока я тут воевала с непрекращающейся кровью. Плюнув на это дело, я вытащила из пачки несколько салфеток, прижала к порезу и выглянула за дверь. Осторожно и лишь одним глазком, но меня быстро обнаружили.

– Чего стоишь там! – рявкнул на меня один из врачей. – Быстро сюда! Держи его руку и проверяй пульс!

Всё закрутилось, как во сне. Медсёстры бегали туда-сюда, какие-то мужчины в чёрных костюмах стояли по периметру широкого коридора, а после следовали за нами, когда врач и я неслись с каталкой до реанимации. И парень... парень, что лежал передо мной, и чью руку я держала...

– Он же... Он же... – я никак не могла задать этот вопрос, что рвался наружу.

Он же красноглазый! – вопило сознание, пока я во все глаза смотрела на крупного человека с белоснежными волосами. Он был весь в крови, из-за чего сложно было разобрать его внешность, а также глаза закрыты. Я, вообще, поняла, что он избранный лишь потому, что кругом все суетились, и эти грозные мужчины в чёрном... Они же точно являлись его охраной, да?..

– Араос Нордал, – прошептал врач, и я видела, как по его лицу скатилась капля пота. – Если он не выживет... Как тебя зовут?

– Ина Рэгнэйд, – пропищала в ответ и сглотнула появившийся в горле ком.

– Так вот, Ина, – также шёпотом проговорил врач, кинув быстрый взгляд на охрану. – Если он не выживет, то и мы с тобой тоже.

Сердце забилось с утроенной скоростью. Так, как, казалось, и вовсе невозможно, а потом я опустила взгляд на свои пальцы, которыми держала запястье Араоса Нордала. И было совсем не ясно, чьей кровью испачканы наши руки – моей или его?..

2

Весь путь до реанимации я смотрела на парня и проклинала сегодняшний день. Не понимала, почему такое произошло именно со мной, я ведь была не виновата, что приехала слишком рано, да и меня постоянно мучил вопрос о том, где, чёрт побери, находились все остальные доктора?! Я всего лишь приехала в эту клинику, что располагалась на другом конце центрального города, чтобы сдать чёртов экзамен, а в итоге сейчас держала за руку одного из ненавистных мною избранных. Самое ужасное, что могло со мной произойти, свершилось. Судьба за что-то явно покарала меня, и неосознанно я задумалась ещё и об этом...

Меня трясло с невероятной силой, но я продолжала крепко сжимать чужую ладонь, потому что, вообще, не понимала, что делать. Никогда прежде я не мечтала сбежать из больницы, поскольку всегда хотела работать врачом. С самого детства, когда сильно заболела моя бабушка, я обещала себе это. И хоть она выздоровела тогда, я всё равно решила осуществить свою мечту. Правда, в родной деревне, а не на территории высшей расы, но всё же...

В ушах застучало, когда я случайно посмотрела на одного из охранников и обнаружила, что он также взглянул на меня. Прожёг предупреждающе, так, что от этого даже коленки дрогнули, настолько я испугалась своего будущего, что, казалось, ещё чуть-чуть и я упаду в обморок, во тьму, туда, где мне уже не светило бы познать счастье. Одно касание к избранному доводило до чудовищной паники.

Я с силой прикусила губу, спрятанную под маской, а также почувствовала, как глаза стали наполняться влагой. Только вот я быстро постаралась взять себя в руки, ведь расплакаться тут, будучи студентом Академии Врачей, совсем непрофессионально. Всем было бы плевать, что мои слёзы не из жалости к белобрысому ублюдку, а, наоборот, к себе!

Я прикасалась к нему... Чёрт, это могло сыграть со мной злую шутку. Я не врач, я лишь обычный человек, что даже не числился в этой дорогой клинике в списке персонала... Я успокаивала себя тем, что сейчас красноглазому парню было куда хуже, чем мне.

Я невольно стала рассматривать его. Волосы были испачканы кровью с одной стороны, но всё равно было чётко ясно, что они идеально белые, даже неестественные, словно сам снег. Ещё тату на мощной шее изображало какие-то непонятные мне узоры и символы, а тело... Его торс был покрыт кусками чёрной ткани, это даже сложно было назвать футболкой, да и спортивные штаны парня всё были разодраны, особенно с правой стороны... Этот парень был очень красив, настолько, что мне не хотелось сводить с него глаз, хоть из-за крови было плохо видно все детали. Только, помня о том, кем он являлся, я перестала смотреть на него, чтобы не навлечь ещё больше бед на себя. Избранные не любили, когда на них засматривались, это я знала наверняка.

В данный момент Араос Нордал выглядел очень страшно, несмотря на его невероятно шикарную внешность. Интересно, что с ним могло случиться, раз он теперь был в таком вот состоянии?.. Казалось, будто бы избранный пережил устрашающий взрыв, пожар и перестрелку одновременно...

– Свободна, – услышала я рядом с собой, а после почувствовала, как кто-то оттащил меня от каталки.

Я резко пришла в себя, вспомнив, о чём, вообще, только что думала. Интересовалась тем, кем категорически нельзя было!

Широко раскрытыми глазами я наблюдала за тем, как прибежала куча докторов, и все они направились в реанимацию вместе с каталкой. Хаос затих, как только за ними закрылась дверь, и тогда я медленно отошла к стене, после чего скатилась по ней и посмотрела прямо в соседнюю стену. В одну точку, и хоть из-за медицинской маски было тяжело дышать, я не рискнула снять её при этих грозных мужчинах в чёрном. Хотя бы так старалась защитить себя.

Усталость, что вдруг облепила меня со всех сторон, утомила, именно так подействовала на меня первая встреча с одним из тех, кого раньше я только по телевизору видела и в новостных постах в соцсетях. Я только что испытала весь спектр жутких эмоций только потому, что подержала незнакомого парня за руку, и ведь даже пульс его не проверяла весь путь до реанимации, как того просил врач. Твою мать...

К счастью, экзамен перенесли на следующую неделю. Я благословила всевышнего за такой подарок судьбы, что чуть не покарала меня каких-то полчаса назад. Теперь, когда я испытала истинный страх, мне хотелось успокоиться и прийти в себя, ведь иначе я бы точно не смогла взять кровь у избранных, ведь мои руки дёргались и, вообще, их словно до этого пронзило тысяча молний, и тогда я определённо бы провалилась и была исключена из Академии Врачей.

– Спасибо... – прошептала сама себе, когда спускалась с крыльца элитной клиники для избранных. В этот момент я увидела, что к боковому входу привезли ещё кого-то в критическом состоянии, о чём говорил цвет сирен на огромной чёрной машине с тонированными стёклами. Мне стало понятно, что сейчас докторам было не до студентов и их экзамена. – Что ж, оно и к лучшему.

3

Зайдя в комнату общежития и скинув сумку на пол, я упала на мягкий плед, которым была заправлена узкая скрипящая кровать. День ещё не закончился, а мне уже дико хотелось спать от пережитого страха и непонятной усталости, которой я прежде не ощущала, не считая спорта или долгой умственной работы. Такое, вообще, было со мной впервые и являлось чем-то непонятным, не укладывалось в голове!

Я понимала, что это всего лишь случайность. Всего лишь красноглазый парень при смерти, который даже не видел меня, да и кроме врача, никто не знал моего имени, а внешности и подавно, на мне ведь не только маска была, но и шапочка...

– Ты чего так рано вернулась? – сонно спросила меня соседка по комнате.

Мы с Дейзи являлись подругами с малых лет, да и выросли в одной деревне, а позже обе решили поступать учиться на врачей. В отличии от меня, Дейзи заканчивала уже третий курс, в то время, как я первый. И я была благодарна ей, что она смогла договориться о том, чтобы мы проживали в одной комнате общежития. Из-за разных курсов сейчас она только просыпалась, я же валилась с ног, проклиная решение преподавателей о таком виде сдачи экзамена. Поистине жуткая идея...

– Перенесли на следующую неделю, – буркнула я в плед, но потом всё же перевернулась набок. – Ты не поверишь... Я держала за руку одного из избранных.

Дейзи тяжело поднялась, принимаясь разминать после сна каждую мышцу, но глаза её всё ещё были закрыты. Она что-то прокряхтела, а потом открыла левый глаз.

– А ты думала, что забор крови не подразумевает прикосновений, что ли?

– А, да нет, – я резко села на кровати, так, что у меня от этого в голове стрельнуло. Я, определённо, словила стресс. – Экзамен же отменили, я другого избранного касалась. Держала его руку в своей, и обе они были в нашей крови, – я подняла пораненную руку вверх, показывая, что ладонь перебинтована. Я сделала это на автомате, когда вернулась в кабинет после случая у реанимации.

Я рассказала подруге то, что произошло в подробностях, какие помнила. Мозг ведь неприятные и страшные ситуации желал спрятать в дальний уголок памяти, но я вроде ничего не упустила, даже внешность Араоса описала во всех деталях, явно помешавшись на её красоте. Чёртово притяжение к запретному лишало рассудка!

Дейзи сидела на своей кровати, а я стояла перед ней, превратившись в актрису, и показывала то, как именно всё происходило сегодня в клинике. Она лишь хмурилась, и рот её был приоткрыт, и я никак не могла перестать тараторить, пока моё запястье не ощутило ток. В прямом смысле слова, его прострелило электричеством, и это остановило меня от дальнейшего монолога. Я даже вскрикнула от неожиданности.

– Что с тобой? – спросила подруга, вставая с кровати и подходя ко мне. – Это твой порез? Такое бывает, рана же свежая, болит?

Я отрицательно качнула головой, со всех сторон рассматривая свою руку. Это было какое-то необычное и странное явление, ведь, действительно, будто молния попала, или я залезла в розетку, предварительно не отключив автомат. Как ещё волосы дыбом не встали...

– Нет, всё в порядке, это запястье, видать пульс резко изменился от эмоций, вот и всё.

– Чего? Как это?

– Забудь, Дейзи, всё...

Я не договорила, поскольку снова ощутила странное покалывание и импульсы, доводящие до кратковременной боли, поэтому вскрикнула снова и даже зашипела.

– Может ударилась где, повредила? Кожа вроде без синяков, – сказала подруга, рассматривая мою руку, как и я. – Если дальше так будет, сделай снимок.

– Сделаю, – я кивнула.

– Ну, и что, тебя никто не запомнил, так? – она вернулась к нашему разговору, подходя к полке и беря свои гигиенические принадлежности.

– Я была упакована вдоль и поперёк, а глаза, думаю, не считаются, они были в ужасе, так что нет.

– Ну и всё тогда, тем более, что... зачем ты, вообще, сдалась ему? Ну подумаешь, потрогала, ты же будущий врач, а он в отключке был. У него даже нет такой информации в мозгах, чтобы вспоминать тебя, там тупо отсутствует этот период его жизни, – она подмигнула мне и вышла за дверь комнаты, оставляя меня с мыслями наедине.

– Ну да... Так и есть, – прошептала я в пустоту и снова рухнула на кровать.

4

В итоге я провалилась в жуткий и невыносимый сон. Там я стояла напротив судьбы и молила её о пощаде, но ничего не выходило, она лишь скалилась и отрицательно качала головой, намекая на мою предстоящую чудовищную участь. Я бросилась бежать, понимая, что договориться не получится, только вот меня окружила тьма, что безжалостно поглощала в свой мрачный ад, откуда не было спасения. Ни намека на кусочек света и счастья, способный вытащить из начинающейся паники, захлестнувшей вмиг с головой. Я кричала, умоляла и отбрасывала длинные чёрные щупальца мрака, но в итоге сжималась в них сильнее и сильнее, пока, казалось, полностью не исчезла...

А потом мои глаза резко распахнулись, натыкаясь на доносящийся из окна комнаты солнечный свет. Меня продолжало трясти от ужаса и шока, пока я не осознала, что была закутана в собственный плед, который и приняла за крепкие щупальца устрашающей тьмы.

– Кошмар...

Уже хотела выпутываться, как осознала, что одна моя рука онемела, да так, что и вовсе чужой казалась. От одного движения по ней прошли мерзкие иголочки, отчего я тут же зашипела и, прикрыв глаза, пыталась шевелить пальцами. Прошло около минуты, прежде чем мне удалось вновь взять над рукой контроль.

Подруги в комнате не было, скорее всего, она сейчас сдавала свой экзамен. Я потянулась к телефону, чтобы посмотреть, сколько времени проспала, и увидела два пропущенных от бабушки. Так и продолжая лежать на кровати, я набрала её номер, а затем слушала долгие гудки, ведь у моей бабули было не очень со слухом, а финансов на слуховой аппарат у нас не имелось. Бесплатно, к сожалению, мы не могли приобрести его, как другие пожилые люди, а всё потому, что полгода назад у нас сгорела часть дома. Комната, в которой находились некоторые бабушкины документы, в том числе специальное удостоверение, подтверждающее, что бабуля моя уже не молода и имеет право на поддержку восточного континента. И это хорошо, что выплаты не прекратили, на которые бабуля жила.

В общем-то, из-за взрыва бабушка и стала плохо слышать. Грёбаный телевизор... Я подарила его бабули на новый год, а теперь дико сожалела об этом, из-за чего почти каждый день пропадала на подработке, зарабатывая на слуховой аппарат. Конечно, мы могли бы поскорее восстановить удостоверение и встать в очередь на помощь от континента, только вот... восстановление уже было в процессе, а очередь после предстояла долгой, около года, поэтому я решила, во чтобы то ни стало, заработать сама, чтобы моя бабушка не мучилась по моей же вине, да и на ремонт в той самой комнате нужны были деньги. Повезло ещё, что с самого детства я копила на свою мечту стать врачом, и теперь моя учёба была полностью оплачена, вплоть до выпуска.

– Слушаю, внученька. Ты чего телефон-то не брала? – послышался добрый голос родной женщины, отчего я тут же забыла про мрачный сон и улыбнулась, щурясь от яркого солнца, лучи которого добирались до меня сквозь окно.

– Привет, бабуль. Я спала, не услышала, как твои дела? – я говорила громче обычного.

– Ой, внученька, да всё у меня прекрасно, как твой экзамен прошёл с избранными? Не напугали тебя эти монстры проклятые?

– Бабуль, ну чего ты...

Я никогда не могла вразумить бабушку, чтобы она так не говорила про красноглазых по телефону. Не хватало ещё, чтобы наш разговор кто-то прослушивал, но пока, слава всему, обходилось.

Я коротко рассказала о том, что экзамен перенесли, не вдаваясь в подробности про Араоса Нордала. Не хотела, чтобы она переживала, вот и умолчала, хотя прежде никогда не утаивала ничего от бабули. Мы поговорили ещё немного, пока Дейзи не вернулась в комнату.

– Ой, внученька! У меня же запеканка сейчас подгорит! Мистер Филипе обещал зайти, чем же я его угощать буду?.. Давай, деточка, побегу я!

И она отключилась, заставив меня широко улыбаться.

– Такая счастливая, – произнесла Дейзи, играя бровями и бросая зачётку на стол, а потом потянула руки к верху, вытягиваясь. – Кто это звонил тебе? Бромис?

– Да нет. Это бабуля, к ней сейчас придёт дед Филипе, а она всегда такая заводная при нём, это, знаешь ли, радует. То, что бабушка не одна там без меня, – я продолжала улыбаться, подруга же села на свою кровать. – Давай перекусим, сходим в столовую, – я положила ладонь на живот, который заурчал в этот момент на мои слова. Конечно, он же как и я пережил утром самый сильный стресс.

– Какую столовую, Ина? Я сдала! Идём в кафе, подруга! – запела она.

Дейзи подлетела с кровати и принялась кружиться по комнате, подхватывая зачётку и держа её над головой. Лучезарная улыбка украшала её лицо, а летняя жёлтая юбка летала в такт её движениям.

– О, поздравляю! Кафе так кафе! – запела я следом, поднимаясь и присоединяясь к ней. И мы обе засмеялись, рассматривая высший балл в зачётке подруги.

5

Заразившись энтузиазмом подруги, я перестала переживать по поводу случившегося. Стало действительно всё равно на того красноглазого, ведь это такая мелочь на самом-то деле. Он даже и не вспомнит про прикосновения обычного человека к его окровавленной руке, я вполне могла сойти за медсестру, и Дейзи была абсолютно права, говоря, что не стоило грузить себя этими мыслями.

– Давай лучше сходим в тот бар на середине? – услышала я взволнованный голос подруги, когда сидела на кровати и подкрашивала ресницы, смотря в маленькое карманное зеркальце и пытаясь выделить этим свои голубые глаза. Дейзи же перебирала летние платья, выбирая, в чём отметить свой высший бал в зачётке, поскольку именно этот экзамен дался ей сложнее всего. Я помнила, как она часами напролёт сидела и учила весь материал по этому предмету, даже в выходные, вместо того, чтобы выйти на прогулку или походить по магазинам. А она очень любила ходить по магазинам...

Одно упоминание этого странного места от Дейзи, и я подняла взгляд на подругу, конечно же, в надежде, что она сейчас пошутила. Бар на середине являлся нейтральным, в нём могли находиться и люди, и избранные. Я мало знала о нём, лишь то, что никогда не собиралась ходить в то место. Не хватало ещё, чтобы кто-нибудь из высшего слоя населения подавил мою волю красным жестким взглядом. Поистине жуткое место, несмотря на то, что я там не была.

– Что? – произнесла я на выдохе, не сводя с неё глаз. – Ты про тот самый бар?

– А какой там ещё есть? Он же один на середине, конечно я про него говорю. Давай сходим туда, посмотрим на избранных поближе, может тогда тебе станет чуточку легче. Тем более, там лучшая охрана. Ты знала, что там работают обычные люди, но также они все являются слугами?

– Боже...

– Да ладно тебе, Ина. Король создал специальный закон, запрещающий на середине подавлять волю. Там спокойно, вот точно тебе говорю. И, вообще, сегодня мне рассказали одногруппницы, что ходили туда на тех выходным, и им, – она щёлкнула пальцами, переводя свой карий взгляд с очередного короткого платья на меня, – понравилось.

– Мы не они.

– Трусишка, – улыбнулась она, продолжив своё занятие. – Ладно, не буду заставлять тебя, пойдём в наше любимое кафе.

– Супер, – улыбнулась я в ответ, возвращая взгляд в отражение маленького зеркальца.

Мы с Дейзи были готовы ближе к вечеру, начало лето выдалось уж сильно жарким, поэтому мы надели лёгкие платья и нанесли макияж, чтобы ощущать этот праздник. Чувствовать себя прекрасными и насладиться временем, отмечая экзамен, а также мне следовало немного расслабиться после утреннего стресса в клинике.

Мы шагали не спеша по тротуару центрального города в направлении уже привычного нам кафе. За год, что я провела в общаге и, вообще, вдали от родной деревни, мы с Дейзи посещали это кафе множество раз. Праздновали там и дни рождения, и наши зимние успешно закрытые сессии. Это было уже стандартным решением – пойти именно туда. Да и в отличие от бара на середине, там не находились красноглазые, так что, выбор был очевиден.

– Сегодня дикая духота стоит, не думаешь? Мне уже не терпится выпить чего-нибудь холодненького, – сказала подруга, держа меня под локоть, второй рукой махая перед своим лицом, пытаясь разогнать воздух и создать что-то наподобие ветерка.

– Верно говоришь, Дейзи, жара жуткая, – я дунула на прядку тёмных волос, что выбилась из низкого хвоста.

– Теперь-то ты понимаешь, что я права была? А то шла бы сейчас не в этом прекрасном платье на лямках, а в своём старушечьем.

– Сама ты старушечья, – усмехнулась я, в шутку толкая подругу в плечо. – Но да, ты оказалась права. Отличное платье.

Мы как раз проходили один из магазинов со стеклянной витриной, куда я тут же посмотрела, оценивая свой внешний вид. Красное платье подруги доходило мне до середины бедра, а также облегало фигуру, но оно было слишком тонким, это стесняло, но в тоже время для такой жары подходило идеально. Подруга же надела короткую голубую юбку и белый короткий топ, её живот был полностью открыт, и я подумала, что сама никогда бы так не оделась.

– Правильно мыслишь, Ина, слушай меня почаще, – она слегка толкнула меня в ответ, а после мы обе рассмеялись, уже видя впереди нужную нам вывеску.