скачать книгу бесплатно
Порывшись в кармане, она достала сообщение, которое было прикреплено ко вчерашнему букету.
– Должно быть, ты уронил его.
Кристиан уставился на карточку.
– Убери это!
– Что означают эти слова? – спросила Эрика, с тревогой поглядывая на человека, которого уже почти начала воспринимать как своего друга.
Он промолчал. Эрика повторила более мягким тоном:
– Кристиан, что все это значит? Вчера твоя реакция на это послание оказалась очень бурной. И не пытайся убедить меня, что ты просто переработал.
Он продолжал молчать, но тишину внезапно нарушил голос Санны, возникшей в дверях.
– Расскажи о письмах!
Она так и осталась стоять на пороге в ожидании ответа мужа. После некоторой паузы Кристиан вздохнул и, выдвинув нижний ящик, выложил на стол небольшую стопку писем.
– Некоторое время назад я начал получать вот это.
Эрика взяла письма в руки и осторожно просмотрела. Белые листы, черные чернила. Почерк, вне всяких сомнений, тот же, что и на открытке, которую она принесла с собой. Да и слова казались знакомыми. Разные формулировки, но всего лишь вариации на одну и ту же тему. Она прочла вслух первое письмо:
– «Она идет рядом с тобой, Она преследует тебя. Ты ни на что не имеешь права. Твоя жизнь принадлежит Ей».
Эрика оторвала взгляд от листа и с удивлением уставилась на Кристиана.
– Что имеется в виду? Ты понимаешь, о чем тут речь?
– Нет, – ответ прозвучал поспешно и решительно. – Понятия не имею. Я не знаю никого, кто желал бы мне зла. И я понятия не имею, кто такая «Она». Нужно было их выкинуть, – добавил он и потянулся к письмам, но Эрика не сделала ответного движения, чтобы отдать их ему.
– Тебе следовало бы обратиться в полицию.
Кристиан отрицательно покачал головой:
– Нет, наверняка это просто кто-то развлекается. Чья-то злая шутка.
– На шутку что-то не похоже. И тебе, по-моему, не очень весело.
– Вот и я говорю то же самое, – вставила Санна. – Мне кажется, все это довольно жутко. Учитывая, что у нас дети, и все такое. Вдруг это какой-нибудь сумасшедший, который…
Она покосилась на Кристиана, и Эрика поняла, что дискуссия такого рода происходила в их семье не в первый раз. Но он снова энергично потряс головой.
– Я не желаю предавать все это огласке.
– Когда это началось? Скажи более точно.
– Когда ты взялся писать книгу, – проговорила Санна, за что муж наградил ее раздраженным взглядом.
– Да, примерно в это время, – подтвердил он. – Полтора года назад.
– Может тут быть какая-то связь? Описываются ли в книге реальные люди или события? Возможно, кто-то воспринял твою книгу как личную угрозу…
Эрика не сводила глаз с Кристиана, который беспокойно ерзал на стуле. Сразу бросалось в глаза, что этот разговор ему в высшей степени неприятен.
– Нет, это художественно-литературное произведение, – проговорил он и поджал губы. – Никто не может сказать, что его изобразили в этой книге. Ты ведь читала рукопись? Похоже, что книга автобиографическая?
– Да нет, не сказала бы, – проговорила Эрика и пожала плечами. – Но я знаю, что писатель всегда невольно вплетает в повествование нити из собственной жизни, осознанно или неосознанно.
– Я же сказал – нет! – выпалил Кристиан, поднялся и оттолкнул стул.
Эрика поняла, что пора откланяться, и попыталась выбраться из кресла, однако законы физики были против нее, и единственным результатом ее усилий стали звуки, напоминающие лошадиное пофыркивание. Суровое лицо Кристиана несколько смягчилось, и он протянул ей руку.
– Наверняка это просто какой-то сумасшедший, который прослышал, что я пишу книгу, и у него возникли странные идеи, – произнес он уже куда спокойнее.
Эрика сомневалась в правдивости этих слов, но это было лишь смутное чувство, без всяких доказательств. Идя к машине, она в душе надеялась, что Кристиан не станет пересчитывать письма и не заметит, что их стало пять вместо шести. Уходя, Эрика тайком засунула одно из них к себе в сумочку. Она удивлялась собственному поступку, но раз уж Кристиан не хочет ничего рассказывать, она разберется в этом деле сама. Тон писем показался ей угрожающим – похоже, ее друг в опасности.
* * *
– Тебе пришлось отказать кому-нибудь из клиентов? – пробормотал Эрик, дотягиваясь губами до соска Сесилии. Она сладко застонала и растянулась на своей кровати. Ее парикмахерский салон располагался на идеальном расстоянии – на первом этаже того же дома.
– Тебе бы это точно понравилось, если бы я начала отказывать клиентам, чтобы освободить для тебя место в своем расписании. Откуда такая уверенность, что ты важнее всех?
– Но разве есть на свете более важные занятия? – усмехнулся он, щекоча языком ее грудь, и она притянула его к себе, будучи не в силах сдерживаться.
Потом она лежала рядом, положив голову на его руку, и жесткие волоски слегка щекотали ее щеку.
– Мне было так странно столкнуться вчера с Луизой и с тобой.
– Угу, – ответил Эрик и закрыл глаза. В постели с любовницей он не испытывал никакой потребности говорить о жене и своих отношениях с ней.
– Я очень хорошо отношусь к Луизе, – проговорила Сесилия, трогая волоски у него на груди. – И если бы она узнала…
– Но она не узнает! – резко оборвал ее Эрик и сел. – И никогда не узнает, будь уверена.
Сесилия подняла на него глаза, и он уже заранее понял, к чему она ведет.
– Рано или поздно ей придется обо всем узнать.
Эрик мысленно вздохнул. Ну почему всегда так некстати начинаются дискуссии о будущем? Он спустил ноги с кровати и стал натягивать на себя одежду.
– Ты уже уходишь? – спросила Сесилия, и обиженное выражение на ее лице еще больше рассердило Эрика.
– У меня много дел на работе, – сухо ответил он и застегнул рубашку. Его ноздри ощущали характерный запах, остающийся после занятий сексом. Впрочем, он сможет принять душ в офисе. У него в шкафу хранился запасной комплект одежды – как раз на такой случай.
– Ты считаешь, что все так и должно быть?
Сесилия полулежала на постели, и Эрик не мог отвести глаз от ее обнаженного тела. Большие темные соски на ее упругой груди снова набухли от прохладного воздуха в комнате. Он быстренько прикинул в уме. На самом деле на работе у него не было никаких срочных дел, и он ничего не имел против продолжения. Правда, теперь придется пуститься в уговоры, но возбуждение, уже возникшее в теле, подсказывало ему, что овчинка стоит выделки. Он присел на край кровати, смягчил голос и выражение лица, протянул руку и погладил Сесилию по щеке.
– Сесилия… – проговорил он, и далее с его языка стали легко срываться слова, которые он уже так много раз говорил ей раньше. Когда она в ответ крепко прижалась к нему, он почувствовал сквозь рубашку прикосновение ее груди и начал снова расстегивать пуговицы.
* * *
После запоздалого обеда в ресторанчике «Погребок» Патрик припарковал машину перед длинным белым зданием, которому явно не грозила победа в архитектурном конкурсе, и вошел в холл полицейского отделения Танумсхеде.
– К тебе посетительница, – сказала Анника, взглянув на него поверх очков.
– Кто?
– Не знаю, но она очень хороша собой. Правда, немного полновата. Но тебе она точно понравится.
– Ты о чем? – удивленно переспросил Патрик, недоумевая, с каких это пор Анника стала заниматься сводничеством.
– Да ты пойди посмотри сам, она сидит у тебя в кабинете, – сказала Анника и подмигнула ему.
Патрик подошел к двери своего кабинета и замер на пороге.
– Привет, моя дорогая! Что ты здесь делаешь?
Эрика сидела возле его стола на стуле для посетителей и рассеянно перелистывала журнал «Полиция».
– Как ты долго! – проговорила она, не отвечая на вопрос. – Стало быть, вот как выглядит напряженный рабочий день добросовестного полицейского?
Патрик лишь хмыкнул. Он прекрасно знал, что Эрика обожает над ним подтрунивать.
– Ну, так что привело тебя сюда? – спросил он, садясь на свое место.
Чуть подавшись вперед, он посмотрел на жену и в очередной раз осознал, какая же она красивая. Патрик помнил ее первый приход к нему в полицейский участок – в связи с убийством ее подруги Александры Викнер, – но с тех пор Эрика только похорошела. В суете буден он иногда забывал об этом. Жизнь крутилась по заведенному кругу: отвезти дочку в садик, поехать на работу, забрать из садика, съездить в магазин за продуктами и под конец дня – поздние часы в усталости перед телевизором. И так дни складывались в месяцы, но иногда его снова поражало как громом, и он понимал, как возвышенна его любовь к жене. И теперь, когда она сидела перед ним в кабинете, храня в своем чреве двоих детей, а зимнее солнце, проникавшее через окно, золотило ее светлые волосы, чувства настолько переполняли его, что этих минут, казалось, хватит на всю жизнь.
Патрик осознал, что не слышал ответа Эрики, и попросил ее повторить.
– Я сказала, что была у Кристиана и разговаривала с ним.
– Ну и как он?
– Вроде бы ничего, хотя… – Она закусила губу.
– Хотя – что? Я подумал, что он просто немного перебрал вчера на нервной почве.
– Да нет, это еще не вся правда.
Эрика осторожно достала из сумочки полиэтиленовый пакет и протянула его Патрику.
– Карточку принесли вчера вместе с букетом цветов. А письмо – одно из тех, которые приходили ему в последние полтора года.
Патрик посмотрел на жену долгим взглядом и начал открывать пакет.
– Думаю, будет лучше, если ты попытаешься прочесть их, не вынимая. К ним уже прикасались и я, и Кристиан – новые отпечатки пальцев ни к чему.
Он снова кинул на нее многозначительный взгляд, однако последовал ее совету и прочел содержание писем через полиэтилен.
– Как бы ты это истолковал? – поинтересовалась Эрика, чуть подвинувшись вперед на сиденье, но тут же вынуждена была перераспределить свой вес по-другому, ибо стул чуть не перевернулся.
– Ну, звучит как угроза. Хотя и не прямая.
– Да, мне показалось именно так. И сам Кристиан точно воспринимает эти письма как угрозу, хотя и утверждает, что все это ерунда. Он категорически не хотел показывать письма полиции.
– Так, значит, это?.. – Патрик поднес пакет к лицу Эрики.
– Ай-ай-ай, они случайно завалились ко мне в сумку. Какая неуклюжесть с моей стороны!
Она склонила голову набок и напустила на себя самый невинный вид, но ее мужа не так легко было сбить с толку.
– Стало быть, ты украла их у Кристиана?
– Что значит – украла? Я их ненадолго одолжила.
– И как, по твоему мнению, я должен теперь поступать с этими… одолженными материалами? – спросил Патрик, прекрасно понимая, каков будет ответ.
– Кто-то угрожает Кристиану, и тот боится – я заметила это сегодня по его поведению. Для него все это очень серьезно. Почему он не желает обращаться в полицию, я до конца не понимаю, но, может быть, ты сможешь осторожно выяснить, нет ли на карточке и письме отпечатков пальцев?
Голос Эрики звучал умоляюще, и Патрик уже понимал, что ему придется капитулировать. Когда Эрика в таком настроении, ее невозможно переспорить – в этом он уже не раз имел возможность убедиться.
– Ну ладно, ладно, – проговорил он и поднял руки вверх. – Сдаюсь. Посмотрим, можно ли там что-нибудь найти. Но это не первый приоритет.
Эрика улыбнулась.
– Спасибо, мой дорогой!
– А теперь отправляйся домой отдыхать! – скомандовал Патрик и, не удержавшись, наклонился к жене и поцеловал ее.
Когда она ушла, он стал в растерянности вертеть в руках пакет с угрожающими письмами. Мозг работал туго, однако какие-то мысли в нем зашевелились. Кристиан и Магнус дружили. А вдруг?.. Он немедленно отогнал от себя эту мысль, но она тут же снова возвратилась, и он посмотрел на фотографию на стене. А что, если связь все же существует?
* * *
Бертиль Мелльберг толкал впереди себя коляску. Лео, как обычно, сидел в коляске, довольный жизнью, и время от времени улыбался, обнажая два зубика на нижней челюсти. Эрнсту пришлось сегодня остаться в участке, хотя обычно он тоже послушно трусил рядом с коляской, охраняя от малейшей угрозы того, кто и для него стал центром вселенной. Для Мелльберга это было именно так.
Бертиль и не подозревал, что в состоянии испытывать такие сильные чувства. С тех пор, как ему довелось присутствовать при родах и первым взять в руки крошечное существо, Лео крепко держал его за сердце своей маленькой ручкой. Ну, строго говоря, бабушка Лео тоже вполне успешно проложила путь к сердцу Мелльберга, но в его списке значимых людей Лео, вне всяких сомнений, занимал сейчас первое место.
Мелльберг неохотно направился в сторону полицейского участка. На самом деле в обеденный перерыв за малышом должна была присмотреть Паула, чтобы дать возможность подруге Юханне отправится по своим делам. Но Пауле пришлось срочно выехать на дом к одной женщине, к которой собрался в гости бывший муж с целью «выбить из нее всю дурь», и Мелльберг тут же с готовностью вызвался погулять с Лео. А теперь ему так не хотелось возвращать малыша назад. Бертиль ужасно завидовал Пауле, которая скоро возьмет отпуск по уходу за ребенком. Он и сам с удовольствием сократил бы свое пребывание на работе, чтобы проводить больше времени с Лео. Кстати, неплохая идея – как начальник и руководитель он должен дать своим подчиненным возможность развиваться. Кроме того, маленькому Лео с самого начала нужен мужской образец для подражания. С двумя мамами и полным отсутствием папы следовало бы подумать о благе ребенка и дать ему возможность пообщаться с настоящим мужчиной. Например, с таким, как он – Мелльберг.
Придержав бедром тяжелую дверь участка, Бертиль втянул за собой коляску. Анника просияла, увидев их, а Мелльберг буквально раздулся от гордости.
– А, я смотрю, у вас была небольшая прогулка, – сказала Анника и поднялась, чтобы помочь Мелльбергу с коляской.
– Да, девочкам понадобилась моя помощь, – ответил Мелльберг и стал осторожно снимать с малыша верхнюю одежду. Анника с улыбкой наблюдала за ним. Кто сказал, что чудес не бывает?
– Ну пошли, малыш, посмотрим, здесь ли мамочка, – ласково проговорил Мелльберг и взял Лео на руки.