Мир Ло

Когда они приземлились, вокруг было тихо. Только волны шуршали, разбиваясь о камни. Син обвёл взглядом друзей, его лицо стало серьёзным.

– Я буду ждать вас завтра на Остере, – начал он, и в голосе его звучала надежда. – Предлагаю вам помочь мне добыть жемчужины. Там мы сможем начать поиски вашего друга, там есть у кого спросить. Но сначала я научу вас добывать жемчуг, чтоб в море вас не приняли за чужаков. Они сразу видят, кто не умеет добывать как надо. А вы узнайте, как ваш друг связан с Остером – может, он с кем-то говорил или оставил след на острове.

Макс достал из подворота носка гладкую гальку и сжал в руке. Она была тёплой от солнца, и он чувствовал её шершавые края.

– Хорошо, – ответил он твёрдо, потом поднял глаза на Сина. – Знаешь, меня всё волнует один вопрос: зачем яни забрали того мистера со скалы? Что он такого знал?

Син нахмурился, глядя на море. Волны там вдали становились темнее, будто прятали тайны.

– Думаю, чтоб он создал что-то, что ещё больше загубит этот мир, – сказал он тихо. – У него было множество знаний, которых нет у брутов, – секреты, что могли бы перевернуть всё вокруг.

Айса шагнула ближе к Сину, её уши легонько пошатывались на ветру.

– А как звали того мистера? – спросила она.

– Пинни, – ответил Син коротко, и в его глазах мелькнула тень, будто он вспомнил что-то далёкое и печальное.

Макс хлопнул в ладоши, звук разлетелся над скалой. Он улыбнулся, глядя на друзей.

– Ну всё, нам пора, – сказал он весело. – Чи с поклоном!

Син поклонился в ответ, его движения были плавными, как волна. Он улыбнулся, и зубы его блеснули в свете заката.

– Чи, маленькие бруты, низкий вам поклон, – сказал он тепло. – До встречи на Остере, мои храбрецы!

– Джоха! – крикнули маленькие бруты хором. Их голоса слились в звонкую песню, а вокруг них воздух задрожал.

В тот же миг открылся портал. Он засверкал, как звёздный дождь, яркий и живой. Свет закружился, подхватил их, и они исчезли. Остались только море, шёпот волн и лёгкое эхо их смеха, что ещё звенело над песком. Син еще постоял рядом с угасавшим порталом, а после побрел к своей лодке. В его душе нарастала тихая грусть, смешанная с теплом воспоминаний, ведь прощаться с этими новыми друзьями – брутами ему по-настоящему было жаль, словно он расставался с частью себя, той, что ещё верила в чистоту и союз, а не в одиночество борьбы; это прощание напомнило ему, как он сам когда-то приходил в этот мир, полный восторга и удивления, шагая по песчаным берегам с широко раскрытыми глазами, где каждый цветок и волна казались чудом, а первые встречи с жителями Ло наполняли сердце радостью открытия, делая его счастливым от простоты их доверия и тепла, которое он давно не чувствовал в своём родном Сорняке. И в этот момент он понял, что они, эти новые союзники, помогут ему в достижении его цели, о которой никто не знает.

Джо уютно устроился в старом кресле, его пальцы лениво шарили в миске с попкорном, а хрустящие хлопья приятно щекотали язык. Сегодня паника отступила, оставив лишь мягкое умиротворение. Он откинулся назад в своем зеленом кресле, позволяя плечам расслабиться, и бросил взгляд на Бо. Бо сидел рядом, его маленькие лапы нетерпеливо топтались по полу, пока он с упоением грыз желтую косточку. Хвостик собаки весело подрагивал, ведь косточка досталась ему недавно, и радость от находки всё ещё отражалась в его глазах. Джо невольно улыбнулся, глядя на друга, и слегка потрепал его за ухо, ощущая мягкую шерсть под пальцами. Вдруг дверь распахнулась, и в комнату ввалились ребята. Бо мгновенно вскочил, шерсть на загривке встала дыбом, и он разразился громким лаем, от которого Джо на миг вздрогнул, чуть не выронив миску. Его сердце подпрыгнуло, но тут же успокоилось, когда он увидел знакомые лица. Ребята переглянулись, их глаза загорелись озорным светом, и они залились звонким смехом, который эхом разнёсся по комнате. Это была чистая, искренняя радость – они снова обрели свой облик, и, хотя стоять на ногах без привычных Воков было непривычно, их лица светились счастьем. Джо расплылся в широкой улыбке, его глаза заблестели от умиления. Он раскинул руки и в эти тёплые объятия тут же бросились все. Макс и Тишка чуть не столкнулись лбами, а Бо, не желая оставаться в стороне, протиснулся между ними, виляя хвостом так яростно, что казалось, он вот-вот взлетит. Джо, наконец, нарушил тишину своим низким, добродушным голосом:

– Я вижу, вы счастливы, ребята. Ну, расскажите же мне о своём визите в Техгор, чтобы и я мог порадоваться вместе с вами!

– А покушать есть? – тут же выпалил Тишка, его глаза загорелись голодным блеском.

– Конечно, Тишка, пойдёмте на кухню, я вас всех покормлю, – ответил Джо, хлопнув в ладоши и легко поднявшись с кресла поставил ведро с попкорном на стол. Умеренными шагами Джо вместе с ребятами побрел на кухню.

Там запах горячей еды быстро заполнил воздух, и ребята, усевшись за стол, принялись наперебой рассказывать. Их голоса переплетались, словно разноцветные нити: Айса махала руками, описывая странных брутов из Техгора, Тишка подпрыгивал на стуле, вспоминая удивительных битти, а Линси тихо вздыхала, делясь печальной историей мистера По. Джо слушал, кивая, а его пальцы ловко собирали пустые тарелки. Закончив ужин, он повернулся к мойке положа туда грязную посуду.

– Скажите, а этот хозяин мистера По… как его там звали? – спросил Джо, слегка нахмурив брови, будто пытаясь поймать ускользающее воспоминание.

– Вроде Пинни, – отозвалась Айса, задумчиво поправляя край скатерти.

– Пинни… Интересное имя, Пинни, – повторил Джо, и его губы дрогнули в лёгкой улыбке. – Где-то я его уже слышал, точно вам говорю.

Тут Макс заметил, что Линси о чем-то задумалась, ему казалось, что она чего-то боится.

– Линси, мы сегодня тебя проводим, – вдруг сказал Тишка обратив внимание на Линси и выпятив грудь, как маленький герой. – Время вендетты пришло!

– Ну хватит, Тиш, просто проводим, и всё, – Айса слегка шлёпнула его по руке, её голос звучал ворчливо, но в глазах плясали искры смеха. – Вендетту ещё придумать надо, не торопись.

– Спасибо, ребята, – Линси улыбнулась, её плечи расслабились, а в груди разлилось чувство безопасности.

– Кстати, давайте завтра встретимся и вместе полистаем книгу, – предложил Макс, его пальцы забарабанили по столу от нетерпения. – Может, найдём что-то про Экспера, это поможет Сину.

– Нам жаль, Макс, но завтра мы сменяем бабулю, – вздохнула Айса, скрестив руки на груди. – А вот послезавтра – сможем помочь.

– Тогда мы с Максом завтра сами покопаемся в книжке, – сказала Линси.

– А мы с Айсой попробуем что-нибудь отыскать в библиотеке, – подхватил Тишка, завязывая шнурки на кедах. – Раз есть мир Ло, и там были люди, значит, в книгах точно что-то найдётся!

– Отличная идея, – Джо повернулся от мойки, вытирая руки полотенцем, и широко улыбнулся.

Ребята после ужина обсудив все моменты приключения начали собираться по домам, обсудив все моменты приключения – от загадочных рун на лестнице до встречи с Сином и его чёрной галькой, – начали собираться по домам, их голоса затихали, переходя в тихие прощания, а лица светились от пережитого возбуждения, смешанного с лёгкой усталостью, словно после долгого дня игр на улице. Джо уже прибрал кухню, аккуратно вымыв посуду и протерев стол старой тряпкой, пропахшей лавандой, и сел в свое кресло, его седые волосы слегка растрепались, а глаза светились тихой гордостью за внука и его друзей.

– Ну, тогда до встречи, ребятки! – подхватил он

– Пока, дедушка Джо! – хором крикнули ребята, их голоса звенели радостью. – Пока, Макс!

– До встречи, – Макс помахал рукой, его силуэт мелькнул в дверном проёме, прежде чем дверь тихо щёлкнула за ним.

Вечер уже раскинула своё тёмное покрывало над домом. После разговора с родителями Макс, зевая, помог Джо прибраться: стулья задвинулись с лёгким скрипом, а посуда заняла свои места на полках шкафа. Затем Макс взял старый пылесос из кладовки, его шнур размотался по полу с тихим шорохом, и с низким гудением прошёлся по ковру в гостиной, собирая пыль и случайные крошки, – ворс ковра выпрямился под щёткой, словно оживая, и воздух наполнился свежим ароматом чистоты. Перед тем как разойтись, они закрыли шторы у окон на ночь, плотная ткань с шелестом опустилась, отгораживая уютный интерьер от пронизывающей тьмы снаружи, где луна пыталась пробиться тонкими серебристыми лучами через щели. Усталость мягко обняла их плечи, и вскоре они разошлись по комнатам, где тишина укутала дом, словно мягкий плед.

Утро ворвалось в дом мягким светом, пробиваясь сквозь занавески, неся с собой лёгкую августовскую прохладу, что бодрила кожу после душной ночи, и лучи солнца, ещё нежные и золотистые, словно приглашали шагнуть в день, полный зрелого тепла лета. Уже была середина августа, когда дни лениво тянутся, а утренняя прохлада, свежая и бодрящая, с лёгким намёком на приближающуюся осень, пронизывает воздух, заставляя листву шелестеть тихо, как шёпот воспоминаний. В воздухе веяли ароматы фруктов и цветов с сада – маленького оазиса Джо за домом, где ровные грядки с морковью и помидорами искрились каплями росы, а фруктовые деревья гнулись под тяжестью спелых плодов: яблони с румяными яблоками, груши, налившиеся соком, и кусты с поздними ягодами, чьи сладкие, с лёгкой кислинкой запахи смешивались с благоуханием роз и лаванды, наполняя всё свежестью и щедростью природы. Джо, потирая глаза, взглянул на часы и удивился, увидев Макса выходящим из ванны.

– Доброе утро, Макс! Ты сегодня рано вскочил, ещё и девяти нет, – сказал он с лёгкой хрипотцой в голосе, будто сам не до конца проснулся. – Пойду-ка я ставить завтрак, а то желудок уже начинает ворчать.

– Погоди, Джо, не спеши. Я хочу сходить за Линси. Боюсь, если она придёт первая, этот Вивиен опять начнёт её задирать.

Джо замер на полпути к кухне, обернулся и прищурился, будто пытаясь разглядеть что-то в душе внука. Уголки его губ дрогнули в тёплой улыбке.

– Вижу, она тебе не безразлична, да? – спросил он с хитринкой, а в глазах заплясали искорки любопытства.

Макс смутился, щёки чуть порозовели. Он отвёл взгляд в сторону и пробормотал:

– Скорее, мне её просто жаль. – Он сделал паузу, собираясь с мыслями, а потом начал рассказывать, будто выплёскивая всё, что накопилось. – Знаешь, у Линси история непростая. Вивиен её обижает не просто так, а из-за какой-то старой детской обиды. Линси сама мне как-то рассказала, что в детстве ее папа отругал Вивиена за шалость и с тех пор у них вражда.

Джо прислонился к косяку, скрестив руки на груди. Он слушал внимательно, а потом, задумчиво глядя в потолок, протянул:

– Дааа… – его голос стал мягче. – Дети – они такие: прекрасные, чистые, но порой жестокие, сами того не понимая. Я знал её отца, Питера. Ох, это был человек с золотыми руками! Мастерил телевизоры, компьютеры – точь-в-точь как в больших магазинах, только продавал их за копейки. Видимо, Линси унаследовала его талант. Они с ним часто возились во дворе, что-то паяли, смеялись… Жаль беднягу, слишком рано ушёл. – Джо вздохнул, а потом продолжил: – А вот Мэй, её мать… Не верю я, что ей на дочку плевать. Просто она одна тянет всё на себе: дом, работу, заботы. Её видео в соцсетях – это не от равнодушия, а чтобы Линси жила без нужды. Но вникать в детские ссоры у неё сил не хватает, да и времени тоже.

Макс резко вскинул голову, в его глазах вспыхнул протест.

– Но это же ужасно, Джо! Когда родителям нет дела до ребёнка, до нас! – воскликнул он, и голос его дрогнул от обиды, которую он, кажется, давно носил в себе.

Джо посмотрел на внука с нежностью и грустью. Он вдруг понял: Макс не просто защищает Линси, он сам где-то глубоко внутри чувствует себя одиноким, как она. Ему тоже не хватает тепла, которого он стесняется просить.

– Знаешь, малыш, – начал Джо, подбирая слова, – Если бы твоим родителям было всё равно, они бы не думали о твоём будущем. Оставили бы тебя дома с какой-нибудь няней и забыли. Но они заботятся, вкалывают день и ночь, чтобы у тебя было всё. Этот мир, видишь ли, слишком суровый – тут правят деньги, и они хотят, чтобы ты был к этому готов.

Макс нахмурился, сжал кулаки и выпалил:

– Но мне не нужны их деньги! Я хочу быть с мамой и папой, путешествовать с ними, гулять в парке, как раньше, когда я был совсем маленький!

Джо подошёл ближе, положил руку ему на плечо и тихо сказал:

– Ты всё поймёшь, чуть позже, когда подрастешь. А пока не торопись взрослеть, Макс. Живи своими детскими мечтами, тем волшебством, которое тебе подарила судьба. Оно бесценно.

Макс молчал, глядя в пол. В глубине души он понимал, что дед прав, но всё равно не мог до конца принять эту правду. Почему родители не могут найти для него время? Этот вопрос крутился в голове, но спорить с Джо он не стал. Решил просто подождать и разобраться во всём, когда станет старше. Джо улыбнулся, видя, как внук задумался, и бодро сказал:

– Ладно, мой дорогой внук, тебе пора стать рыцарем Линси. Иди забирай свою подругу, и приходите на завтрак. Я наколдую нам что-нибудь вкусное, а потом сыграем в монополию! – Он крепко обнял Макса, чувствуя, как тот на миг расслабился в его руках.

Макс обычно вырывался из объятий – ему казалось, что он уже слишком взрослый для этого. Но не сегодня. Сегодня ему нужно было это тепло, эта поддержка после такого непростого разговора. Он даже чуть прижался к деду, прежде чем отстраниться.

– Одна минута, и мы тут! – крикнул Макс, уже на бегу к двери. Хлопок – и он исчез за порогом, оставив Джо с улыбкой смотреть ему вслед. А тот, тихо шаркая тапочками, побрёл на кухню, напевая под нос старую мелодию.

Утренний воздух был свежим, с лёгким ароматом цветущих яблонь, когда Макс постучал в дверь Линси. Та распахнула её с такой скоростью, что её светлые волосы слегка подпрыгнули, а глаза округлились от удивления.

– Макс? Привет! – выдохнула Линси, придерживая дверь рукой и глядя на него с лёгким недоумением. – Ты чего тут делаешь в такую рань?

Макс стоял на пороге, засунув руки в карманы джинсов, и широко улыбнулся, будто задумал что-то весёлое.

– Я сегодня дежурный по сопровождению, – сказал он с лукавым блеском в глазах и подмигнул ей, словно они уже были заговорщиками. – Бери Бо, и пойдём завтракать. У нас с тобой куча дел впереди!

Линси звонко засмеялась, и её смех разлетелся по маленькому крыльцу, как звон колокольчика. Она хлопнула в ладоши от восторга.

– Ух ты, мой личный телохранитель! – воскликнула она, а потом обернулась и крикнула куда-то в глубину дома, в сторону кухни: – Ма, я к Максу! Буду к ужину, не теряй меня!

В ответ – ни звука. Только тишина, густая, как утренний туман, повисла в воздухе. Линси лишь пожала плечами, будто это было привычным делом. Её мама, Мэй, красивая, молодая с тем же цветом волос как у Линси, только кудрявых сидела в красном платье с телефоном на голубом диване, скорее всего, снова выкладывая очередное видео в соцсети. Её пальцы стучали по экрану, а мысли были где-то далеко – явно не с дочкой. Линси это не удивляло, и она просто махнула рукой, привыкшая к такому невниманию.

Макс тем временем прислонился к косяку, наблюдая за ней с лёгкой улыбкой. Ему было жаль её, но он не подавал виду. Вместо этого он кивнул на улицу, где уже ждал Бо – словно ириска пёс с добрыми глазами, который нетерпеливо вилял хвостом.

– Пойдём, героиня, – сказал он, и они втроём – Макс, Линси и Бо – бодро зашагали по тропинке к его дому. Сегодня дорога прошла спокойно, без приключений. Видимо, Вивиен, этот местный задира, ещё спал в своей постели, или был занят чем-то другим в такую рань. И это радовало – хоть один день без его колких слов и ехидных ухмылок.

Когда ребята переступили порог дома Макса, их встретил аппетитный запах жареных сосисок и свежих помидоров. Джо уже хлопотал на кухне, напевая что-то себе под нос. Он обернулся, вытирая руки о фартук, и расплылся в добродушной улыбке.

– А вот и вы, мои голодные путешественники! – воскликнул он, указывая на стол, где уже дымилась сковородка. – Заходите, завтракать будем по-королевски сосиски со свежими овощами с нашего огорода!

Линси с Максом переглянулись, их глаза загорелись от предвкушения. После вкуснейшей еды они побрели с Джо в комнату играть в монополию. Просидев несколько часов над игрой, где фишки скакали по доске, как путешественники по карте, а смех разрывал тишину при каждой удачной сделке или банкротстве – Макс, норовил схитрить с монетами, а Линси строго следила за правилами, закатывая глаза, – Джо решил вздремнуть, его веки отяжелели от усталости, и он откинулся в кресле, бормоча что-то о "старых костях", а дыхание его стало ровным, как тиканье часов на стене. Ребята схватили толстенную книгу с потёртой обложкой. Это был их общий трофей, вверено переданный от Джо. С горящими от любопытства глазами они побежали в комнату Макса, где можно было усесться на мягкий ковёр и погрузиться в тайны, которые обещали спрятанные между страниц истории. Бо плюхнулся рядом, положив морду на лапы, и тихо посапывал, пока друзья шептались и листали пожелтевшие страницы. За окном шумел ветер, а рядом на столе у Макса стояла маленькая лампа, отбрасывая тёплые солнечные тени на стены, увешанные картами и рисунками.

– Давай я буду читать тебе всё, что связано с маками, мы ведь направляемся туда? – предложила Линси, её голос звенел от нетерпения, а глаза блестели, словно она уже видела перед собой далёкий остров.

Макс, развалившись с блокнотом в руках, лениво кивнул. Его тёмные волосы торчали во все стороны, а на губах играла хитрая улыбка. Он постучал карандашом по странице, будто проверяя, готов ли он к работе.

– Да, я думаю так нам будет проще, – сказал он, подмигнув ей. – Читай всё, что найдёшь про них, а я буду делать заметки. Вдруг дедушкин друг спрятал там что-то важное, а Джо не заметил, он все-таки уже стар?

Линси хихикнула, прикрыв рот рукой. Она листала книгу деда – старую, пахнущую пылью и тайнами, со старыми страницами, которые шуршали под её пальцами. Её взгляд загорелся, когда она нашла нужную главу. И вот они погрузились в своё маленькое расследование. Линси читала вслух, её голос то взлетал от восторга, то становился шёпотом, когда она натыкалась на что-то загадочное. Макс, хмуря брови, быстро черкал в блокноте, иногда бросая ей вопросы или поддразнивая за слишком театральное чтение. Книга дедушки Джо ожила в их руках, превращая буквы в настоящие воображаемые картинки.

Тем временем Тишка и Айса шагали по пыльным улочкам, пока наконец не оказались перед массивными дверями библиотеки, что возвышалась над ними, словно древний страж знаний. Внутри пахло старой бумагой и множественными книгами, а солнечные лучи пробивались сквозь высокие окна, рисуя золотые полосы на деревянном полу. Тишка, потирая руки, повернулся к сестре с интересом в глазах и предложил:

– Давай начнём искать сразу про мир Ло, ты бери правое крыло, а я начну с левого, – сказал он, уже представляя, как ныряет в море книг.

Айса скрестила руки на груди и посмотрела на брата с лёгким прищуром, её волосы слегка растрепались от быстрой езды на «Велсе».

– Только давай без твоих перерывов на отдых или покушать там, – проворчала она, ткнув его пальцем в плечо. – А то мне ещё и половину твоего крыла изучать придётся, пока ты будешь дремать в углу, хотя я думаю мы найдем не больше трех-четырех книг.

Тишка широко удивился, но сверкнув своей хитрой усмешкой, он поднял руки, будто сдаваясь. Его зелёная кофта чуть сползла с одного плеча, выдавая его вечную небрежность.

– Ну что ты, сестрёнка, всё по-честному, – заверил он, подмигнув ей. – Мы не выйдем отсюда, пока каждый своё крыло не обследует, обещаю тебе это на все сто!

Айса задумчиво кивнула, оглядывая бесконечные ряды полок, что тянулись до самого потолка, и вдруг ахнула, будто её осенила идея.

– Все найденные книги и заметки предлагаю сложить на третий стол, – сказала она, указав на дальний угол, – за ним никогда никто не сидит из-за кривой столешницы, там наши сокровища будут в полной безопасности.

Тишка щёлкнул пальцами и кивнул, в его глазах была одна решимость от её плана.

– Отлично, так и сделаем! – согласился он, уже предвкушая, как они раскроют тайны мира Ло.

Прошло три часа, и ребята, словно два упрямых исследователя, прочесывали полку за полкой, перебирая книги с потёртыми корешками и шуршащими страницами. Пыль оседала на их одежде, а пальцы устали листать бесконечные тома, но они ничего не нашли – ни намёка, ни подсказки. Наконец, они плюхнулись на стулья у окна, тяжело дыша, и переглянулись. Энтузиазм, что горел в них утром, растаял, оставив лишь усталость и лёгкую тень разочарования. После обеда, подкрепившись бутербродами и чаем из термоса, они снова взялись за дело, решив не сдаваться. Тишка напевал себе под нос какую-то мелодию, а Айса тихо ворчала, перекладывая стопки книг. Они упорно двигались вперёд, проверяя свои оставшиеся половинки, но к концу дня удача так и не улыбнулась им. Солнце уже садилось, окрашивая небо в оранжевые и розовые тона, когда Айса вышла на крыльцо библиотеки, потирая уставшие глаза. За её спиной Тишка возился с тяжёлым замком, закрывая старые двери, что скрипели, словно жалуясь на конец дня. Они стояли молча, глядя на пустую улицу, и чувствовали, как внутри растёт пустота. Столько времени потратить на поиски несуществующих книг – это было похоже на шутку судьбы. Их плечи поникли, а в глазах застыла грусть, но где-то глубоко внутри всё ещё теплилась искорка надежды на завтра.

Вечер в комнате Макса подходил тоже к концу, и на столе перед Линси и Максом лежали несколько мятых листков с заметками, исписанных торопливым почерком. За окном уже сгущались сумерки, а свет от лампы мягко падал на их лица, усталые, но всё ещё горящие любопытством. Линси откинула прядь волос с глаз и посмотрела на друга с лёгкой улыбкой.

– Ну что, Макс, готов зачитать? – спросила она, её голос звучал уставший, но еще живой от нетерпения.

Макс потянулся, хрустнув шеей, и взял листок, на котором его карандаш оставил неровные строчки. Он откашлялся, будто собирался выступать перед толпой, и начал с важным видом:

– Ну, начнём! – сказал он, и его лицо расплывалось от гордости за их маленькое расследование. – Первое: Экспер хорошо знал оба острова и покупал всякие странные предметы, значит, можно найти продавцов и вытрясти из них что-нибудь интересное. Второе: он добывал жемчуг, наверное, нырял в море с утра до ночи. Третье: он искал какие-то камни, может, даже кристаллы, которыми расплачиваются с этим загадочным яни. И четвёртое: он ночевал на одном острове, один.

– Надеюсь, это поможет нам и Сину в поисках Экспера, – сказала Линси, вставая со стула и потягиваясь. – Ну всё, Макс, мне пора, не сказала бы, что мама потеряла меня дома, но всё же меру надо знать, а то ещё начнёт волноваться.

Макс вскочил с кровати, поправляя свою мятую футболку, и бросил на неё тёплый взгляд.

– Пойдём, я тебя провожу, – сказал он, чувствуя себя немного рыцарем, готовым защитить подругу от ночных хулиганов.

Линси повернулась к деду Джо, который сидел в углу с кружкой чая, и её голос стал мягче.

– До свидания, Джо, классно поиграли, и кстати готовите вы очень вкусно! – крикнула она, махнув рукой, а в душе у неё теплилась благодарность за этот уютный день. Давно она такого не ощущала.

Они вышли на улицу, и прохладный вечерний воздух обнял их, пока они шагали к дому Линси. К счастью, дорога была пустынной, ни души вокруг, только шорох листвы под ногами. По пути они болтали о книге, вспоминая самые захватывающие моменты, и Линси то и дело тыкала Макса в бок, напоминая, что надо перечитать главу про кристаллы.

У её дома они остановились, и Макс, шутливо вытянувшись, как солдат, сказал:

– Ну, до завтра, Линси, смену сдал! – засмеялся он, довольный собой. – Завтра ребята тебя приведут ко мне.

– Хорошо, Макс, значит, завтра в 15:00 будем у тебя, – ответила Линси, помахав рукой, и с лёгким сердцем побежала к крыльцу, чувствуя, как день оставил в ней приятное тепло.

Макс шёл обратно, не спеша, под звёздным небом, где мириады звёзд мерцали, как рассыпанные алмазы на чёрном бархате, а луна, полная и серебристая, отбрасывала мягкие тени на узкую улицу Кракса. Дома по бокам, невысокие и уютные, с облупившейся краской на фасадах – от бледно-жёлтого до выцветшего синего, – стояли тесно, словно шепчась друг с другом через узкие переулки, а их окна, зашторенные плотными занавесками, тускло светились последними огнями, где жители, уставшие от дневных забот, ложились спать: в одном доме пожилая женщина гасила лампу у кровати, взбивая подушку с тихим вздохом, в другом отец семейства проверял замки на дверях, бормоча "спокойной ночи" детям, уже уснувшим в своих комнатках под крышами, а в третьем кто-то ещё допивал чай у окна, глядя на звёзды, прежде чем нырнуть под одеяло. Поздним вечером всё затихало – шум дня угасал, и улица пустела, без гула машин, что так привычны в Чиже, – здесь, в сонном Сорняке, транспорт замирал с закатом, и тишина накрывала всё, как мягкий туман. Он задумчиво пнул камешек на дороге, когда вдруг из тёмного угла переулка раздался грубый голос: