И стынет кровь

- Боишься? – спросил парень, почувствовав охватившую меня дрожь.

- Нет, просто немного холодно, - ложь сорвалась с губ, даже не давая ее обдумать. От переизбытка эмоций, адреналина и происходящих событий мне, в кои-то веке, не было холодно и не хотелось есть.

Сильная мужская рука обвила мою талию и одним движением притянула к такому же крепкому телу. Земля ушла из-под ног, а без того вскруженный рассудок помутился окончательно, дав волю будущим действиям. Десятки глаз сопровождали наше шествие вдоль столиков и танцпола, пока мы пробирались в более уединенный уголок. На секунду меня охватил страх, что меня узнают и донесут Нику, но уже в следующее мгновенье мои губы соединились с другими и все сомнения испарились. Не то чтобы я перестала боятся, просто не было во мне места испытывать эту эмоцию. Охватившая страсть и желание накрыли с головой, и я растворилась в этом чувстве, не думая больше ни о чем. Наконец-то молодому телу дали то, по чему оно так сильно изголодалось и было лишено.

В просторной комнате хватило бы места на небольшую компанию из шести-восьми человек, но не хватало места для двоих, которыми овладело первобытное желание. Путешествуя по всем диванам и меняя позы, мы почти не разрывали поцелуи, да даже, если бы могли это сделать, то никому из нас не хотелось. Освободившись от вечного надзора окружающих и от сокрытия настоящих чувств, мы отдались им полностью. Его руки без стеснения блуждали по всему моему телу, а губы обжигали кожу на шее, оставляя сине-бордовые пятна и отпечатки зубов. В этот момент я осознала, что такое настоящее возбуждение и необузданное влечение.

- Не торопись, - Майкл остановил мою руку, которая лезла к нему в брюки, - я не собираюсь трахать тебя на этих диванах.

- Я думала тебе все равно где это делать, - с ноткой недовольства ответила я, разочарованная, что мой пыл пытаются погасить.

- Почти так, но только не с тобой.

- Вот как? Тогда что ты хотел бы делать? – с некой злобой я сползла с его ног и, скрестив руки на груди, выражая мнимую обиду, уселась рядом.

- Веселиться и наслаждаться, - подмигнул он мне и скрылся за шторкой, отделявшей нас от шумной толпы и музыки.

Ожидание было недолгим, уже через пару минут Майк вернулся с бокалами и бутылкой темной жидкости. Появившийся за ним официант принес оставшийся заказ, содержащий в себе газировку и несколько тарелок с едой, которая осталась нетронутой. Выпитый алкоголь быстро подействовал на голодный организм. Все стеснение, неловкость, тревога и другие терзающие чувства покинули меня окончательно и не собрались возвращаться, в этот вечер точно. Алкоголь не только подавлял переживания, но и обострял другие душевные порывы. Прервав первую попытку заняться сексом на велюровых диванах, я не оставила эту мысль и при очередном захватывающем дух слиянии губ мои руки опустились на кожаный ремень.

- Тебя не остановить? – ехидная улыбка сорвалась с губ Майка.

- Только не сейчас, - с неким злорадством я продолжила борьбу с ремнем непослушными пальцами.

- Ты и представить не можешь, как я сдерживаюсь, а твои действия никак мне не помогают, а только напротив… - договорить я ему не дала, завладев его устами.

- Что ты делаешь? – Майкл заставил меня оторваться от него. Он встал с дивана, пока я была сверху. Одной рукой он придерживал мою спину, пока вторая удерживала меня на том же уровне за ягодицу. Ноги по инерции обхватили его талию, а руки зацепились за шею, но даже без этого он не испытывал никаких сложностей полностью удерживать мой вес в воздухе.

- Пытаюсь устоять перед соблазном. Мы идем танцевать! – поставив меня на пол, он отодвинул шторку и потянул меня в месиво танцующих людей, где ноги переплетались с руками и было не разобрать к какому из людей принадлежали те или иные конечности.

Музыка царапала барабанные перепонки, не давая возможности даже криком перебить ее, но этого и не требовалось. Никаких слов не нужно было, чтобы слиться в танце с пылающим телом партнера и утонуть в черной бездне его глаз, которые поедали каждое мое движение. Глаза – зеркало души? В этом зеркале я увидела себя как никогда иначе. Страсть, вожделение, желание обладать каждым участком моего тела – вот что читалось в них. И Боже, как мне это нравилось и сводило с ума. В первый раз в жизни я ощутила себя желанной, и мне было все равно, что это могло быть только на один раз. Плавные движения его рук по изгибам тела, а потом резкое сдавливание бедер вызывали бурю эмоций, а тело безоговорочно поддавалось на такие манипуляции и следовало указаниям. Круговыми движениями бедрами я создавала трение между нашими телами и явно стала ощущать жажду близости не только по глазам. Дыхание перехватывало, и так бешеный ритм сердца стал еще чаще, всё тело взывало к продолжению.

Никто из нас не следил за временем и, когда люди стали расходиться, было принято решение последовать их примеру. Путь к дому ничем не отличался от недавней поездки. Такси, двое на заднем сиденье, охватившая их страсть, мокрые поцелуи. Пикантность добавлял алкоголь, который напрочь заставил забыть все стеснение перед водителем. У подъезда моего дома не было ни души.

- Надеюсь, тебе понравилась эта ночь? – Майк приподнял мой подбородок, вглядываясь в мое раскрасневшееся лицо от спиртного и не отпускающего грешного желания.

- Она была лучшей… - я сделала небольшую паузу и отвела взгляд, прежде чем продолжить, - но ее можно сделать незабываемой.

- Любишь торопить события? – эта фраза была произнесена над моим ухом, а уже в следующий миг шею накрыло губами, от которых бросало в жар.

- Нет, не тороплю, просто приглашаю тебя на чай, - хоть спиртное притупляло стыд и страх, но сказать в открытую все равно не получалось.

- Чай? – молодой человек тихо засмеялся, - да, от чая я бы не отказался.

Мама с Робертом ушли на работу в ночную смену, поэтому без капли сомнений мы поднимались на лифте, сливаясь губами, как будто в первый раз. Как я открыла дверь, как мы сбросили с себя верхнюю одежду, как очутились в моей комнате – осталось незамеченным. Мы, как два магнита, прилипли друг к другу и никакие обстоятельства не могли нам помешать. Но вот первое обстоятельство пронеслось криком в голове: «Он снимет с тебя одежду и увидит весь твой жир! Ты мерзкая, отвратительная, дряхлая, некрасивая. Он тебя не захочет. Ничтожество!». Голос не утихал, пока крепкие руки стягивали кофту и расстёгивали бюстгальтер. Мои же руки сразу попытались прикрыть оголенное тело.

- Не надо, - нежный голос заставил заткнуться яростный крик в моей голове, - не думай ни о чем - просто наслаждайся.

Больше никаких неловкостей, никакой скованности, только плавные движения, горячие тела, несдерживаемое удовольствие и полное блаженство. Полный контроль был отдан партнеру, и я растворилась в долгожданном процессе. К сожалению, всему хорошему приходит конец.

Глава 37

Майк ушел, оставив на моих губах сладкий вкус своих губ, а в ногах — дрожь от сладострастных воспоминаний этой ночи. В зеркале на меня смотрела со всем другая девушка. Горящие глаза, здоровый румянец, полнокровные губы: исчезла та мёртвая бледность кожи с синим оттенком, чернота вокруг глаз уменьшилась, взгляд перестал быть отрешенным. Всего одна ночь вернула моё сознание и показала, что жизнь может быть яркой, безудержной, полная чувств. С возвращением положительных эмоций вернулись и другие ощущения. Голод. Словно волна, он накрыл меня и чуть ли не лишил сознания. Еле дотащившись до кухни, я рухнула на табуретку и треморными руками стала рыться в холодильнике. Обрадовало, что в этот раз обошлось малой кровью и в желудок попали всего лишь пару ложек макарон и кусочек какого-то мяса – этого вполне хватило, чтобы истощенный организм поддерживал дальше все жизненно важные функции.

Время почти 4 утра. Через несколько часов нужно вставать на учебу и, чтобы поспать хотя бы пару часов, надо поставить будильник. Буквально несколько мгновений после включения сотового и комнату наполнил звук приходящих уведомлений от непринятых звонков и присланных смс.

«Какого черта ты не берешь трубку?», «Опять выключила телефон?», «Я видел, как Мила зашла в здание», «У тебя есть еще 5 минут, чтобы собраться и выйти», «Ты издеваешься? Я поднимаюсь через минуту, если ты прямо сейчас не спустишься», «Куда ты делась?», «Я был у тебя дома. Твоя мама сказала, что ты не возвращалась. Почему ты ушла и куда?», «Ты просто издеваешься надо мной, над моими чувствами. Если ты не хочешь этих отношений, давай расстанемся.», «Ответь уже мне. Просто напиши, что с тобой все в порядке», «Прости, прости меня за эти слова. Я не хотел на тебя давить. Понимаю, что очень давлю на тебя. Давай поговорим.», «Я скучаю. Мне так тебя не хватает. Я очень переживаю за тебя.», «Я дома, жду тебя. Без тебя так пусто», «Умоляю, вернись ко мне. Мы все обсудим. Я обещаю исправиться.»

Последнее смс было написано час назад. Просматривая одно за другим, я также обращала внимание на время получения и припоминала мои действия в этот промежуток. И если угрозы были отправлены, пока я была в клубе, то трогательные сообщения пришли, когда я была уже дома не одна. Осознание этих событий раскаленным мечом пронзило мою грудь и заставили глаза выплеснуть скопившиеся боль и вину. Стыд стал терзать воспалённый мозг, а боль в сердце была невыносимой. Я знала, как облегчить эти страдания или хотя бы притупить их. Лезвие уже призывало к знакомым ощущениям, которые, подобно обезболивающему, снимали симптомы, но не лечили саму проблему. Раз, два, три, семь, одиннадцать, семнадцать, двадцать три. Двадцать три раза моя рука опустилась к бедрам с холодным металлом. Алая жидкость быстро стекала по коже, образуя лужу подо мной, но с каждой каплей боль утихала и в таком виде ее можно было вынести.

«Я вижу, что ты онлайн. Прошу тебя, приходи.»

Не обдумывая больше ни секунды, я побежала смывать с себя следы грехопадения и заклеивать новые раны. «Мне надо просто увидеть Ника, тогда мне станет легче. Всегда становилось лучше рядом с ним. Его совет, поддержка, наставления помогали пережить разные трудные моменты в жизни.» Поднимаясь в лифте к нему домой, пришло озарение: «А как он поможет мне сейчас, если я не могу ничего ему рассказать?». Но вот я уже захожу в комнату, страх парализует и заставляет остановиться. Ник лежит под одеялом, голова с взъерошенными волосами покоится на подушке, взгляд устремлен на меня. Молчание, только красные опухшие глаза смотрят не отрываясь. Сколько боли и страданий читалось в них.

- Ник? – мой голос срывается при одном произношении его имени, не ощущая этого, слёзы стекают по щекам.

Ответа нет. Рука парня приподнимает одеяло, тем самым приглашая лечь рядом. Без промедлений я сбросила почти всю одежду и погрузилась в объятия, дарующие покой. Как жаль, что в этот раз не сработало. Сдерживая нахлынувшие чувства, тихо трясусь под тяжелой рукой, которая только сильнее прижимает к телу парня. Проснувшаяся совесть сжирала изнутри, с самого главного – сердца. В голове мысли перебивали друг друга, пытаясь найти верное решение: «Встань и уйди», «Останься и расскажи», «Нет! Ничего не рассказывай», «Расстанься с ним сейчас». Круговорот и быстрый поток дальнейших действий не дают заметить самое главное – поцелуй. Нежный и чувственный, который сам говорит о перенесенных им переживаниях. Поцелуй прощения и понимания. Легкими прикосновениями Ник поглаживает голую кожу. Медленные движения спускаются вниз, но из-за шока я не успеваю никак среагировать. И вот его рука прошла по пластырям, вызывая щиплющие ощущения. Он остановился и посмотрел мне в глаза. Что он хотел в них увидеть: стыд, боль, вину? Все вместе? Последними, что я прочитала в его лице были злость и разочарование. Дальше мне было неважно, совершенные проступки лишили права решать мою судьбу. Отдавшись в полное подчинение, я закрыла глаза и ждала конца. Никогда еще Ник так не истязал меня. Грубые и жесткие действия вызывали только боль и все соитие было пыткой. «Мерзкая!» голос в голове вопил о моих ошибках. Только теперь я поняла, что все это время рядом с Ником мне было некомфортно не из-за него, а из-за самой себя.

- Прости, не знаю, что на меня нашло. Не хотел делать тебе больно, - мы уже стояли на балконе, и парень указывал на засос на шее. Поняв, о чем идет речь, я резко прикрыла отметину. Ее оставил не Ник. Еще до прихода к нему я видела красно-фиолетовое пятно.

- Ничего страшного, я не почувствовала, - проглотив ком в горле, шептала я в ответ.

- Где ты была? Я знаю, что ты не возвращалась домой. Скажи правду, - холодный взгляд теплел с каждым словом.

Он не знает! Он ничего не знает! Я все это время думала, что ему известно все мои прегрешения. Тогда за что он злился на меня? За то что убежала и пропала или за новые порезы на теле? За что я испытала такое унижение и позволила так издеваться над собой?

- Давай возьмём паузу, - слова вылетали прежде, чем я могла их обдумать, но вот в этот раз я была благодарна этой способности, иначе не решилась бы на этот шаг.

- Что? – Ник прервал нависшее молчание, - почему? Я не понимаю.

- Я очень устала и хочу взять передышку.

- От чего ты устала? От меня? От отношений? – в его лице снова начала вскипать злость.

- Не знаю. Всё ЭТО тяжело. Учёба, работа, отношения – всё свалилось, и я не могу это вывезти.

- А на что тебе я? Я помогу во всем разобраться, и мы вместе решим все проблемы.

- Какие проблемы ты поможешь решить? Закроешь за меня долги по учебе или выучишь нужный предмет? Пойдешь поработаешь или оплатишь мои расходы? Как ты поможешь?

- Я… я не знаю, но буду стараться помочь.

- Ты пытался, но вся твоя помощь оборачивается новой проблемой, которую необходимо решать.

- Наши отношения – проблема для тебя? – его голос дрогнул, а взгляд стал увлажняться.

- На данный момент, да. Прости, но они отнимают много сил и нервов. Я не могу угодить всем сразу.

- То есть тебе дороже работа, чем я?

- В каком плане?

- Ты лучше пожертвуешь мной, чем работой?

- …, - вопрос застал меня врасплох. В моей возведенной защите появилась брешь и нужно было предпринимать новые шаги к отступлению. Молчание затянулось.

- Ответь на один вопрос – ты меня любишь?

- Я не знаю, - чуть с расстановкой ответ вытек из моих губ.

- Так не бывает. Ответь «да» или «нет», - кристально чистая слеза просочилась из леденящих душу глаз.

- Не знаю, - так больно в груди, каждый вздох стал в тягость, - когда тебя нет рядом, я скучаю и хочу тебя видеть, но вот стоит нам встретиться и все меняется.

- Сейчас я тебе противен?

- Не противен, не так. Просто я не чувствую того, что было раньше. Я ничего сейчас не чувствую.

- А что изменилось? Мои чувства остались прежними, - он попытался взять меня за руку, но я неосознанно резко отдернула ее, что огорчило Ника еще сильнее и заставило увеличить расстояние между нами.

- Изменилась, видимо, я. Усталость – вот что я чувствую постоянно. Сказать тебе правду? – я «развязала себе руки» и наконец-то была готова выплеснуть все пережитое за последнее время.

- Я этого и добиваюсь, - лёгкая надежда чувствовалась в тоне Ника.

- Усталость и голод – вот мои два чувства, которые живут во мне. Нет никакой любви, привязанности, счастья, веселья. Только безудержная злость и тоска по той жизни, которую больше не вернешь. Я так устала просыпаться каждый день и думать «есть мне сегодня или нет», «какой вес у меня сейчас», «сколько я еще продержусь без еды». Устала от вечного холода, который невозможно прекратить никакими теплыми вещами. Он пронизывает до костей и покрывает сердце ледяной коркой, делая меня ко всему равнодушной. Вечный подсчет калорий и страх съесть что-то лишнее. Да даже не лишнее, а страх съесть вообще что-то. Вечное недовольство своим телом сопровождается бессонными ночами, после которых следует учеба и работа. Ты даже не представляешь, что такое не спать несколько дней.

- Было время и я не спал, и учился, и работал… - Ник решил перебить мой монолог, но в этот раз меня было не остановить.

- ТЫ ЕЛ! – мой голос сорвался на крик. Дальше я продолжала в обычном тоне, но торопливо, чтобы больше не было возможности прервать меня, - вот в чем разница. Тебе неизвестно, какого это жить, когда все мысли занимает еда? Когда снятся сны, где ты ешь, но это сон ужасов и пробуждаешься в страхе, что сорвалась, вся мокрая и потная, а мозг пытается разобраться реальность это или нет. Но при этом всем приходится улыбаться и делать вид, что все хорошо. Эта маска настолько сильно приросла к моему лицу, что я уже не понимаю, где она, а где настоящая я. Боль – вот что я чувствую, как раньше. Боль помогает не сойти с ума окончательно и отличить реальность ото сна. Когда злость, отчаянье, бессилие переполняют меня, то единственным способом для их выхода становятся увечья. Как будто с каждой каплей крови из меня выходит весь скопившийся негатив. Самое печальное в этой ситуации то, что я знаю, как это все прекратить. Этот соблазн преследует меня и предлагает разные пути исполнения…

- Но ты же этого не сделаешь?

- Я стараюсь этого не сделать, - телефон, лежащий на подоконнике, завибрировал, и я потянулась за ним, - чёрт, время почти шесть, мне надо идти собираться на учебу.

- Не уезжай. Останься со мной, и мы все обсудим, - его рука опять потянулась ко мне, но мой испепеляющий взгляд остановил этот порыв.

- У меня и так много пропусков. Меня съедят заживо, если сегодня не появлюсь на парах.

- Тебя забрать со станции?

- Нет! Я многое сказала, но, видимо, не донесла самую суть. Я не хочу сейчас отношений. Я не говорю о расставании, если ты сам не захочешь, но мне нужна передышка. Дай мне время разобраться самой во всем.

- Прости, я не знал, что наши отношения даются тебе так тяжело. Пиши мне, если захочешь, я буду ждать.

Только закрыв дверь своей квартиры, я почувствовала облегчение. Тяжкий груз был снят с моих плеч, а рана в груди стала затягиваться. Только теперь я смогла прочитать смс, которая прервала наш разговор и заставила быстро покинуть квартиру парня.

«Доброе утро, солнышко. Знаю, что у тебя выходной, но надеюсь увидеть тебя сегодня»

Тук-тук, тук-тук, тук… Сердце неслось галопом. Всё же, оно могло еще чувствовать.

Глава 38

У меня было по плану два выходных подряд, в которые я планировала выспаться и обдумать все произошедшее. К сожалению, после разговора с Ником времени на сон не оставалось, поэтому организм выживал на тех тридцати минутах легкого забвения, пока я ехала в метро. Усыпляющий голос педагога монотонно повествовал о способах наложения перевязочного материала.

- Павлак, не спать! – командирский голос преподши выдернул меня из раздумий.

- Я не сплю, - нелепое оправдание, но надо было ответить хоть что-то.

- А что тогда, медленно моргаешь? – шутка от взрослого человека повеселила всех присутствующих и положило начало новым издевкам.

- Ну что, Павелкак, не выспалась? – не прошло и минуты, как Кравчик внесла свою лепту.

- Отвали, - пытаясь не обращать внимания на исковерканную фамилию, я пыталась погасить полыхавший огонь внутри.

- Ты не ответила на вопрос, Павляк, - Алиса всё не унималась, видимо ей было скучно слушать про бинты и марли.

- Алиса, иди нахер! – громким шёпотом выплюнула слова в ее сторону.

В последнее время была замечена одна особенность организма – сдержать гнев становилось все труднее и труднее. Если раньше Алиса могла дёргать меня изо дня в день, и я почти на это никак не реагировала, то сейчас стоило мне услышать ее голос, обращенный ко мне, сразу застилалась красная пелена перед глазами.

- Павлюк, чего молчишь? Опять уснула? – неугомонная девка продолжала свои нападения, - Павлючук, хочешь шоколадку? Может тогда поспокойнее будешь.

Ногти впивались в ладони только для того, чтобы не накинуться на нее сию же секунду. Зубы скрежетали друг об друга. Стеф, сидевшая рядом, нежно поглаживала мою руку и шептала, чтобы я не обращала на нее внимания.

- Дети, сидите тихо, мне нужно отойти на пять минут, - слова преподавателя, словно мёд, ласкали мой слух, и я отсчитывала секунды до закрытия двери за ней.

Ничего не помню. Память ко мне вернулась, когда меня оттаскивали от перевернутой пары, где, забившись как маленький зверек, лежала Алиса и прикрывала голову руками. По пересказу моих действий все произошло молниеносно, что даже никто не успел опомниться и помешать мне. Как только дверь захлопнулась, я подлетела к Кравчик и, схватив ее за волосы, отшвырнула на соседнюю пустую парту. Пытаясь отгородиться от меня, она залезла под столешницу и выкрикивала угрозы. Опрокинув деревянный стол, я начала наносить удары ногами, даже не разбирая куда бью. Тут уже меня уволокли в другой угол аудитории. Не желая больше находится в одной комнате с этой личностью, я выбежала в уборную и трясущимися руками попыталась остудить разгоряченное лицо. Гнев просачивался через каждую клеточку тела и не собирался утихать. Вцепившись руками в раковину, в отражении зеркала на меня смотрело незнакомое лицо. Вены на шее и на висках вздулись; челюсть напряжена, что даже кожа натянулась и побелела еще сильнее на линии подбородка; на белой склере красной паутинкой проступили лопнувшие капилляры; от цвета моих глаз не осталось ничего, вместо них чернота, окруженная адским пламенем.

- Аврора? Всё хорошо, - Стеф дотронулась до моего плеча, тем самым заставила обратить внимание на свое присутствие.

- Да, нормально, - сдерживая злость, процедила я.

- Точно? Я переживаю за тебя.

- ТОЧНО! Точно, точно, точно! – руки отбивали о раковину каждое слово, что даже ладони покраснели и стали болеть.

- Прости… не буду тебе мешать, - подруга с разочарованием собиралась уйти.

- Подожди, не уходи. Прости… я просто не могу успокоиться. Эта тварь вывела меня из себя. Что я ей сделала? – в лице Стефании промелькнула обида, что и заставило взять себя в руки и остудить пыл.

Тогда и последовал пересказ моих действий, который поверг меня в шок. Да, у меня были и раньше стычки с другими людьми, но никогда еще это не переходило в избиение человека. Выведанная информация окончательно потушила пожар безрассудства и заставила задуматься о последствиях.

- Как она сейчас? Что-то говорит? – перегоняющие друг друга мысли пытались выстроить дальнейший план действий.

- Не переживай так, все нормально. По лицу не попала, а била ты ее в основном по рукам, которыми она прикрывалась. Сейчас сидит, смеется.

- И что мне делать?

- Думаю, надо вернуться. Или хотя бы поговори с ней наедине.

- Хочешь, чтобы я ее точно убила?

- Не думаю. В этот раз она будет готова к битве, - смешок вырвался из губ Стеф.

- Так и будет, - голос Алисы эхом отразился от стен уборной.

- Пришла продолжить или как? – пальцы сжались в кулаки и были готовы ко второму раунду.

- Успокойся, не собираюсь я с тобой воевать, - Кравчик подошла к раковине и включила воду, чтобы умыться.

Как и говорила Стефания, второго раунда не было. Начало диалога было на иголках, никто из нас не хотел принимать вину, но в конечном итоге мы пришли к мирному соглашению. Попросив друг у друга прощения, мы вернулись в кабинет вместе, тем самым повергая в шок одногруппников.

Беда не приходит одна, так ведь? Следующей парой была отработка СЛР на манекене под наблюдением злющей Медузы Горгоны, которая не давала никому поблажек. Моя очередь выпала почти на конец пары, поэтому все надо было сделать быстро и мчаться домой в объятия морфея.

- Аврора, сильнее дави. Ты же не расслабляющий массаж ему делаешь, а спасаешь жизнь, - упреки летели в мой адрес, что заставляло нервничать еще больше, - Аврора! Быстрее! Ты не попадаешь в ритм.

Легкое покалывание по всему лицу, онемение губ, усиливающийся тремор – нет, это не симптомы какой-то болезни – это мои сопутствующие признаки приближающего обморока. И вот уже я задыхалась над манекеном, со лба падали крупные капли пота, а лицо соответствовала моему халату. Глаза закрывались, а последнее, что я слышала: «Откройте окно! Отнесите ее на кровать.» Морозный воздух щипал щеки, подмерзали облизанные пересохшие губы, кислород полностью обогащал легкие, глаза открылись. Перепуганные лица одногруппников, нелепые действия начинающих медицинских сотрудников, заставили меня неосознанно ухмыльнуться комичности этой ситуации, пока до ушей не донеслась речь Каролины к преподавателю.

- Она ничего не ест и не спит, пьет только кофе, - встревоженный взгляд подруги метался от меня к преподше и обратно.

- Как давно? – строгий взгляд оценивающе следил за моим состоянием.

- Не знаю. Она никогда особо не ела при нас. А сейчас просто тает на глазах, - по вздрагивающим щёчкам Каролины побежали слёзы.

- Понятно. Сможешь сейчас сбегать в магазин и купить что-нибудь из еды? Мне нужно сходить к директору.