Женюсь на дочери магната

Подкрасться к нему и разведать обстановку у меня не получилось. Собачий лай и топот неотвратимо приближались. Ничего не оставалось, как с разбегу, оттолкнувшись ногой от клумбы, влететь кубарем в комнату.

– И снова здравствуйте, – как ни в чём не бывало расшаркиваюсь я перед обалдевшей Соней.

– Здрас-сте, – отступает она. – Я верила, что ты придёшь, но что так скоро и громко…

Собаки заходятся лаем под окном, а в коридоре слышатся шаркающие шаги.

– Твоя очередь спасать меня, – ныряю под кровать.

Соня бросается к окну, закрывает его, и хватает тюбик со стола. Мне не очень видно, что она делает – стук в дверь заставляет вжаться в стену и замереть. Скрип петель двери и недовольный женский голос сменяется смехом:

– Вот ты лягуха, Соня! Я аж испугалась.

– Да это маска для лица. Вы за чаем?

– Нет, собаки примчались к дому, думала, это к тебе кавалер решил заглянуть.

– Что ты, тётя Шура, сюда генофонд российского спорта съехался, на меня и не посмотрит никто.

– Да уж, – вздыхает неведомая тётя Шура. – Глаз да глаз за ними теперь! Пойду погляжу на втором этаже. Собаки просто так брехать не станут.

Снова скрип двери, и скрежет ключа в замке. Выбираюсь из-под кровати. Соня как ни в чём не бывало перед овальным треснувшим зеркалом на стене стирает ватным диском зелёную краску с лица.

– С такой соображалкой и выдержкой тебе бы в разведке служить, – обнимаю её за плечи. Малышка напряжена и отводит глаза. Шепчу ей на ухо: – Я уже соскучился по тебе. Представляешь?

– Ты чай с вареньем будешь? – Сонин голос дрожит.

– С тобой, – разворачиваю Соню к себе лицом и впиваюсь в её губы поцелуем.

Прижимаю к стене, рукой нашариваю выключатель, и комната погружается в полумрак. На улице стихает собачий лай. Стук моего сердца опережает тиканье будильника.

– Да пусти ты, – отталкивает меня Соня.

Неохотно отпускаю. Со мной творится невероятное. Для меня в мире существует теперь только одна девчонка. Она притягивает меня как магнит. Хочу всё время касаться Сони, вдыхать аромат её юного тела, слышать бархатистые нотки её голоса.

– Я не такая! – Соня поправляет букет ромашек в трёхлитровой банке на столе.

Молчу. Прислоняюсь к стене и слежу как голодный тигр за каждым движением Сони.

– Не знаю, что на меня нашло, – она наклоняется к тумбочке и достаёт чашки. Включает чайник. Перекладывает варенье из банки в вазочку. Света уличного фонаря явно недостаточно для чаепития, но Соня не замечает этого. – Так разве бывает? Только увидела тебя и саму себя забыла. Глупо, да?

Молчу как в рот воды набрал. Щелчок вскипевшего чайника выводит меня из столбняка.

– Нет, не глупо, – вздыхаю я и отрываюсь от стены. – А у тебя кофе есть?

Глаза привыкают к темноте. По-хозяйски оглядываю комнату. Всего несколько деталей превратили её в уютное гнёздышко: занавески с лианами, плюшевый мишка на флисовом голубом покрывале, букет ромашек.

– Только чай, – разводит руками Соня. – Но, если хочешь, я одолжу у тёти Шуры.

– Боюсь, тётю Шуру озадачит твоя просьба. Спалишь всю контору. Наливай чай. – Тру кулаками глаза. Встал сегодня в шесть утра, две тренировки оттарабанил, и усталость берёт своё. Хочу вытянуться на кровати, и чтобы Соня обняла меня, как своего игрушечного медвежонка.

– Ой, у меня же свечи есть! Купила днём на рынке, – Соня переходит на шёпот, насыпая заварку в чайник со сколотым носиком. – Будем чаёвничать, как в средние века.

– Сама варенье делала? – густо намазываю булку. Откусываю. – Абрикосовое! Обожаю.

– Сама, – Соня, достав из сумки свечи, растерянно озирается. – Куда бы их воткнуть?

– Стаканы есть?

– Есть.

– Тащи! – беру у Сони свечи. Их запах напоминает мне мой дом в Луге. Мама любит сумерничать и раскладывать пасьянсы при свете пламени, трепещущего на кончике фитиля. – Спички есть у тебя?

– Ой, точно… Ещё же спички нужны. Были вроде. А у тебя разве нет? – Соня выдвигает скрипучий ящик.

– Не курю.

– Нашла! Зажги, пожалуйста, – протягивает мне коробок.

Наши пальцы соприкасаются. Поднимаю взгляд. Мне хочется, чтобы вот так каждый вечер Соня поила меня чаем. Чиркаю спичкой и обдаю пламенем основание свечи. Ставлю в стакан и зажигаю фитиль. Странные дела творятся со мной сегодня. Мне осталось учиться год, а потом служба, где Родина-мать прикажет. Для офицера женитьба после окончания учёбы обычное дело. Снова смотрю на Соню. Совсем уже другими глазами.

– Как красиво, – шепчет она, завороженно глядя на пляшущие на стене тени.

Не могу удержаться и усаживаю Соню к себе на колено. Она кладёт одну руку мне на плечо, а другой наливает в кружку чай.

– Ты покрепче любишь? – она большим пальцем водит по моей шее, мягко нажимая на позвонки.

– Да, – закрываю глаза от удовольствия, – можно ещё посильнее.

– Я вообще-то про чай, – смеётся Соня. – Но, если хочешь, сделаю тебе массаж.

– Сорян5, – утыкаюсь в неё носом. – Просто у тебя волшебные ручки. Я прямо поплыл.

– Так хочешь или нет? – Соня проводит по позвоночнику костяшками двух пальцев.

– Фея, – выгибаюсь я.

– Раздевайся и ложись! – встаёт она с моего колена. – Я парням, правда, не делала массаж, но пловчихи покрепче некоторых мужиков будут.

Меня дважды просить не нужно. Отхлёбываю обжигающе горячий чай и стягиваю с себя футболку. Вскакиваю со стула и хватаюсь за пряжку ремня.

– Брюки можешь оставить, – склоняет Соня голову набок и цокает языком. – Фигура обалдеть.

От похвалы кровь приливает к щекам. Встаю в атлетическую стойку, поигрываю грудными мышцами и бицухами.

– Ложись, Аполлон, – Соня смущённо тыкает меня кулаком в живот и потирает руку. – У тебя камни там, что ли?

– Так точно, – скинув кроссовки, вытягиваюсь поверх мягкого пледа. Металлическая сетка кровати предательски скрипит под матрасом. С такой сигнализацией не пошалишь. Живо тётя Шура нарисуется. Гоню похотливые мыслишки. Хорошо, что лежу на животе.

Соня садится сверху и выдавливает мне на спину холодную жижу. Вздрагиваю от неожиданности, но тут же ловкие ладони разносят маслянистую субстанцию от поясницы до плеч. Я словно эластичное тесто в руках опытного кулинара. Мурашки рассыпаются по телу, с трудом сдерживаюсь, чтобы не застонать от удовольствия.

– Сонечка, ты богиня, – бормочу я и крепну в желании произнести роковые для любого мужчины слова.

– Да ладно тебе, – мурлычет на мне Соня. – Расслабься и получай удовольствие.

Подавляю смешок. Слышал как-то в автобусе, одна девчонка так советовала вести себя подружке, если её кто-то решит взять силой. Но моя малышка и так натерпелась сегодня. Промолчу.

Через час я превратился в Сониного плюшевого медвежонка. Готов поселиться в её постели навсегда.

– Приспусти брюки, – Соня слезает с меня и встаёт с кровати.

Поворачиваюсь на спину и с моих губ срывается:

– Выходи за меня замуж.

– Хорошо, – Соня отвечает сразу, будто я пригласил её в кино.

– В субботу загсы работают? – сажусь на постели, любуясь точёной фигурой Сони. Сердце сокрушительно бьёт по рёбрам.

– Не была там, не знаю… – Соня прижимает руки к груди. – Егор, ты серьёзно?

– Более чем, – встаю на колени и утыкаюсь лицом в Сонины красные шорты. – Всё. Приплыл. Сдаюсь.

– Поцелуй меня.

– Что? – поднимаю взгляд на Соню.

– Обычно после согласия девушки, жених целует её, – лепечет она и прижимает руки к щекам. – Небеса, что я несу.

Встаю и прижимаю мою малышку к груди.

– Я люблю тебя, Соня. С первого взгляда люблю. Ты моя. Навсегда.

Наклоняюсь к приоткрытым губам Сони. Она замерла и даже не дышит. Дрожит вся. Целую мою девочку. Жарко, горячо. Сам дрожу. Подхватываю её на руки и укладываю на кровать. Ложусь сверху, удерживая вес на локтях.

– Егор, не надо, пожалуйста. Не сегодня.

– Не трону тебя, кроха. Мы просто поцелуемся с тобой. Как жених и невеста.

***

На следующий день, после загса мы пошли знакомиться с мамой невесты. Соня не очень этого хотела, но я настоял. Ухоженные розовые кусты, сияющая новая иномарка под навесом, увитым виноградной лозой, тропинки из плиток известняка вокруг одноэтажного белоснежного домика за невысоким зелёным частоколом. Если бы не чёрный джип с двумя бородатыми архаровцами возле него, вполне миролюбивый пейзаж для письма с натуры. В начале двухтысячных так жил далеко не каждый. Моя мать, овдовев, едва сводила концы с концами, на плаву её держали куры, козы и вера в пророчество карт – однажды всё будет хорошо.

Одной рукой я обнимал Соню за талию, во второй сжимал букет из девяти длинных роз для будущей тёщи. Исколол всю ладонь. Но счастье переполняло меня, и эта боль казалась ничтожной. На крыльцо вышла полная женщина в белом декольтированном платье в красный горох и тапках с меховыми помпонами. Её каштановые волосы рассыпались по плечам, а на голове алела повязка. Следом за ней появился тучный темноволосый мужчина лет пятидесяти. Белая рубашка и ладные брюки скрашивали недостатки его фигуры. В расстёгнутом вороте виднелись густая чёрная поросль и толстая золотая цепь. На запястье поблёскивал браслет часов. Пара недовольно уставилась на нас.

Соня схватила меня под руку, и замедлила шаг.

– Ничего не бойся, – подбодрил я невесту, разглядывая мужчину.

Соня мне сказала, что отца у неё нет, и они живут с мамой вдвоём. Если это любовник матери, то почему он смотрит на меня с такой неприязнью. Мы подошли к ступеням крыльца, и я всеми фибрами души ощутил, что мне в этом доме не рады.

– Мама, познакомься, – еле слышно залепетала Соня, – это Егор. Мы подали заявление в загс.

Мужчина, разглядывая меня как бракованного щенка, взялся двумя пальцами за ремень, оттопырив мизинцы и повернулся к Сониной маме:

– Похоже, Роза Сергеевна, вы не всё знаете о Сонечке, – мужчина посмотрел на мою невесту и насмешливо добавил: – Надеюсь, все пункты уговора в силе?

– Аслан Багратович, это какое-то недоразумение, – засюсюкала Роза Сергеевна. Взгляд её чёрных глаз прожаривал то дочь, то меня. – Соня, иди в дом! Живо!

Я заслонил Соню собой.

– Вы не смеете распоряжаться жизнью дочери.

Роза Сергеевна упёрла кулаки в свои крутые бока:

– Соня!

– Я не поспешил с авансом? – Аслан Багратович кивнул в сторону машины под навесом.

– Нет, будьте покойны! – Роза Сергеевна спустилась с крыльца и, взяв Соню за руку, выволокла из-за моей спины.

– Оставьте её! – кровь прилила к моим щекам, и я потянул Соню к себе.

– Пойдёмте потолкуем, молодой человек, – улыбнулся Аслан Багратович, блеснув золотыми коронками. – А женщины между собой пока разберутся. Здесь какое-то недоразумение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Чеканить мяч – не дать мячу упасть на землю, подкидывая его вверх с помощью ног, груди, плеч и головы. Базовое упражнение в футболе.

2

Хагакурэ (яп.) – «Сокрытое в листве» – это практическое и духовное руководство воина, представляющее собой собрание комментариев самурая Ямамото Цунэтомо.

3

Стартап (от англ. start up «запускать») – это временная организация, направленная на поиск новой бизнес-модели.

4

Калаш – автомат Калашникова.

5

Сорян – от англ. sorry – извини (молодёжный сленг).