Истинная пара ликана. Луиза

Я зашторила все окна и включила свет только в ванной комнате — там было ощущение относительной безопасности. Схватив телефон с кровати, я нервно пыталась снять блокировку на экране. Зашла в ванную, закрыла дверь на щеколду, будто это могло обезопасить меня. Если ликан захочет прийти в мою квартиру, он не постучится галантно в дверь — никакие замки и преграды не смогут остановить его.

Я подошла к зеркалу и ужаснулась от увиденного. Мои волосы растрепались, как будто я только что вышла из урагана — конский хвост распался, волосы выбились и спутались в клубки. Они были усыпаны травой, землей и репейниками, придавая мне вид жертвы лесного побоища.

Лицо было грязным в земле, а в верхнем уголке губы скопились кровоподтеки, которые я только сейчас заметила. Боль, ранее подавленная шоком, внезапно обрушилась на меня. Я с недоумением прижала губу и ощутила острое жжение. Футболка, которую я носила, была вся покрыта грязными пятнами, и, не задумываясь, стянула ее и бросила в бак для грязного белья. Всё, что осталось на мне, — это бюстгальтер.

Я смотрела на свое отражение и осознавала, как я пострадала — по всему телу были мелкие царапины и ссадины, каждый шрам напоминал о схватке с ликаном. Особенный след остался там, где его сильная рука сжимала мою талию — красный след, который предвещал синяк.

Я сняла спортивные шорты и ужаснулась, обнаружив огромную дыру. Практически с голой ягодицей я бежала от ликана, преодолевая два квартала до своей квартиры.

Я не могла прийти в себя. Сердце бешено колотилось от страха, что ликан может появиться вновь. Эта ночь обещала стать самой страшной в моей жизни. Каждый шорох, каждый звук за окном вызывали дикий ужас — казалось, он вот-вот ворвется ко мне.

Воспоминания о той схватке не покидали меня. В один момент я вспомнила о своей подруге Эмме и быстро набрала ее номер, поставив на громкий динамик. В то время как в телефоне раздавались гудки вызова, я умыла лицо, стараясь привести себя в порядок, и начала искать ватные диски и перекись, чтобы обработать все свои раны и ссадины.

Глава 5.Эмма.

Я приняла положение полулежа, полусидя в огромной ванне, больше похожей на бассейн. Окутанная ароматной и густой пеной, я мгновенно ощутила, как все напряжение ушло с моим телом. Закрыв глаза от наслаждения, я расслабила каждую мышцу, позволяя себе погрузиться в мир спокойствия и одиночества.

В то время как Волар решал по телефону свои трудные рабочие ликанские проблемы, я наслаждалась моментом уединения. С одной стороны, быть женой вождя ликанов принесло много привилегий — путешествия, уважение и роскошь. Но с другой стороны, его постоянные дела мешали нам видеться. Днем мы часто были разлучены, и лишь ночами он возвращался, чтобы быть рядом.

От этой мысли на моих губах расползалась блаженная улыбка. Ночи с Воларом были полны тепла и страсти, они всегда заставляли меня забыть овсех заботах. Я знала, что в его объятиях я чувствую себя в безопасности, как будто весь мир за пределами ванной исчезал.

— Любовь моя, тебе Луиза звонит, — сообщил Волар, неожиданно открыв дверь в комнату купальни. Я приоткрыла глаза и увидела своего любимого мужа, держащего в руках телефон. Он подошел ближе и протянул мне устройство.

Быстро вытерев руку о сухое полотенце, я приняла телефон из его рук, чувствуя, как волнение подступает ко мне. Луиза никогда не звонила по пустякам в столь поздний час, и это заставило меня насторожиться. В душе за неё поднялся страх, и я почувствовала, как нечто тревожное проникает в мое сердце.

Пока я принимала звонок, Волар стремительно разделся, оставаясь совершенно голым, и присоединился ко мне, усевшись рядом в теплой воде и воздушной пене.

Как только трубку поднесла к уху, раздался крик Луизы.

— Эмма, мне конец! — в ее голосе чувствовался страх и ужас. Она говорила бессвязно, пытаясь объяснить мне что-то обрывками предложений.

От её крика даже Волар насторожился. Как настоящий ликан, у него был очень острый слух, не сравнимый с человеческим. Он поближе подсел ко мне, нахмурив брови и внимательно смотря на телефон. Я, осознав, что всё это происходит на самом деле, включила громкую связь и положила телефон на полотенце.

— Луиза, что случилось? — спросила я настороженно, чувствуя, как напряжение нарастает.

— Меня укусил ликан! — взревела она, и мое сердце екнуло в груди.

— Ты что, опять бегала ночью по парку? — недовольно спросила я, хотя и знала, что сейчас это не самое главное.

— Это уже не важно! Мне нужно срочно сорок уколов делать в пупок!

— Стоп, — подал властный голос Волар, я аж содрогнулась от неожиданности. — Если бы тебя укусил ликан, ты бы не могла с нами сейчас разговаривать. Ликаны отрывают части тела или перекусывают тело пополам. Поэтому успокойся и скажи внятно, как и куда он тебя укусил.

На мое удивление, Луиза вдохнула и, выдохнув, более-менее спокойным голосом, чуть тише сказала:

— Он укусил меня за правую ягодицу, на шортах осталась огромная дырка. Мне нужно срочно сделать уколы от бешенства.

Волар, услышав это, улыбнулся и тихо рассмеялся. Я тоже не удержалась и улыбнулась, закатив глаза. Было и стыдно, и смешно, что мы смеёмся над Луизой. В конце концов, она моя подруга, и ей действительно могла грозить опасность.

Волар поглотил свой смех, чтобы Луизе было менее обидно, и с теплотой в голосе, улыбаясь, проговорил:

— Луиза, ты нашла себе парня ликана. Он отметил тебя, просто немного царапнул своими клыками. Ничего страшного.

Но с той стороны трубки повисла тишина. Я заметила, как Луиза обдумывает его слова.

— Интересно, кто это счастливчик? — поинтересовалась я, не удержавшись от шутки. — Зайка, вот видишь, как бывает: ты не захотела находить сама парня, а он тебя нашел в парке первым.

— И что? Я ни в кого не превращусь? — неуверенно заикаясь, спросила Луиза.

Я с Воларом переглянулись. Он, казалось, был готов ответить.

— Луиза, послушай, с тобой всё в порядке. Сегодня особое полнолуние, когда ликаны ищут себе пару. Это явление происходит раз в год, когда луна светит голубым отливом, а по краям луны — красная окантовка. — Волар сделала небольшую паузу, чтобы убедиться, что Луиза все еще нас слышит, и продолжил. — Он сегодня к тебе не придет. Появится лишь через две недели, чтобы окончательно заявить на тебя свои права, то есть сделать тебя своей на всю жизнь.

Волар нахмурился, его выражение лица стало серьезным.

— Странно, что он в парке не завершил этот ритуал. Что ему помешало?

— Эмма, мне браслет дала, — ответила Луиза, и в ее голосе послышалась некая надежда. — Он меня спас, как будто оттолкнул ликана в тот момент, когда… — Луиза замялась, словно не решаясь продолжить. — Когда укусил меня.

Волар посмотрел на меня и мягко улыбнулся.

— Тогда понятно. Если ты боишься оставаться одна, я пришлю водителя — он к нам тебя привезет, у нас поживешь, — предложил он.

— Ой, нет, нет. Все в порядке. Я сейчас выпью успокоительных и попробую уснуть, — ответила Луиза, но в её голосе звучала тревога.

— Ну тогда ожидай своего суженного через две недели, а может, и раньше, — с милым сарказмом произнес Волар. Я невольно толкнула его локтем в бок.

Но тут же нахмурилась и сделала серьёзное лицо.

— А какого хрена ты сегодня бегала ночью? — спросила я Луизу, не желая отпускать её слова о пробежке.

В трубке слышалось какое-то бурчание, мямление, затем тишина. Я ждала, когда она найдёт в себе силы ответить.

— Мне нужно было развеять свои мысли, — наконец проговорила Луиза.

— Я ведь тебя предупреждала, что сегодня полнолуние! Что у тебя случилось? Ты просто так никогда не выходишь на пробежку. Слова «ничего не случилось» я не принимаю, — заявила я, чувствуя, как внутри меня нарастает тревога.

Луиза тихо вздохнула, но всё же решилась сказать, осознавая, что я от неё не отстану.

— Мои родители разводятся, а сестру из-за скверного характера хотят отдать в школу для трудных подростков. Кира, похоже, связалась с неправильной компанией. И возможно, с чернокнижниками.

— Вот это новость! — выдохнула я, не веря своим ушам. — Ты уверена, что с чернокнижниками? Просто дети в этом возрасте могут заниматься чем угодно, притворяясь, что они владеют магией.

— Эмма, я человек. Я не знаю, что такое магия, но могу сказать точно: Киру я должна забрать к себе.

— Ты с ней давно не общалась. Не уверена, что она захочет быть с тобой, — с сомнением произнесла я.

— Я что-нибудь придумаю. Завтра буду искать новую квартиру. В этой однушке нам будет тесно, — с решимостью сказала Луиза.

— Ты знаешь, что мы с Воларом всегда тебе рады, если решишь жить с нами, — предложила я.

— Ну да, дом огромный, — перебил меня Волар. — Думаю, что и не стоит заморачиваться с поиском квартиры.

— Спасибо, ребят, но я…

— Что «но»? Хватит вредничать, давай уже к нам перебирайся! — решительно перебила я Луизу, произнеся командным голосом.

Я волновалась за свою подругу, хотя она была сильной духом. В глубине души она оставалась маленькой девочкой, которой иногда нужно было позаботиться и протянуть руку помощи. В этот момент заботиться о ней было моей обязанностью, так же, как когда-то она заботилась обо мне в трудные времена. Мы как сестры, дополняя друг друга. И Волар, похоже, не был против этого — наоборот, он рад, что у нас такая крепкая дружба.

— Значит так, — скомандовала я. — Завтра я приезжаю, и мы с тобой собираем вещи. Ты переезжаешь к нам. Никаких отговорок!

— И твою сестру тоже к нам! Будете у нас под бдительным присмотром, — неожиданно добавил Волар, вынося свой вердикт.

Долгое молчание в трубке. Луиза вздыхала, что-то бормотала, наверное, пыталась придумать отмазку, но ничего не нашла.

— Ладно, ваша взяла, — наконец согласилась она, хотя в её голосе звучала нотка недовольства. — Но я не надолго у вас пробуду.

Волар хмыкнул и резко добавил:

— Естественно, через две недели максимум тебя твой ликан заберёт. Ты забыла?

На другой стороне линии раздался недовольный звук. Луиза выругалась, явно не желая вспоминать, что с ней сегодня случилось.

— Ладно, ребят, спасибо вам за заботу. Завтра всё решим, пойду я спать. Спокойной ночи.

— Хорошо, спокойной ночи, — ответила я. — Но если что, звони, мы приедем за тобой.

— Всё норм, — отозвалась она.

Я нажала на кнопку отмены и посмотрела на серьезное лицо Волара. Он углубился в размышления.

— Милый, что случилось? — спросила я, пытаясь понять его тревогу.

Волар поднял взгляд на меня, его выражение было тяжёлым и настойчивым.

— Мы с кланами договорились, что больше не будем отмечать человеческих женщин. В такое полнолуние все ликаны холостяки заковываются в цепи, заговорённые ведьмами, — объяснил он с печалью в голосе.

Я нахмурилась, не понимая, о чём он говорит.

— Почему вы против союза между человеком и ликаном? — спросила я, пытаясь найти логическое объяснение.

— Эмма, милая, — начал он, — это неправильно. Всё идёт против естественной природы чистокровных ликанов. Наш вид так может вскоре исчезнуть. Будет дисбаланс, начнутся войны. Вампиры, тёмные ведьмы и маги почувствуют свою власть. Только чистокровныйликан может удерживать это равновесие.

Меня немного задело то, что, когда у нас с Воларом будут дети, их не будут считать великими ликанами. Волар заметил моё недовольство и поспешил меня успокоить.

— Наши дети будут самыми лучшими, — сказал он, — чтобы они появились, нужно заняться страстным и животным сексом.

Я сразу улыбнулась. Волар подхватил меня сильной рукой за талию и легко усадил на колени, как наездницу. Мне нравится эта поза, когда я беру весь контроль в свои руки. Целуя его мягкие и горячие губы, я рукой дотронулась под водой до его почти возбужденного естества, немного сжала. Тут же его тело отозвалось, дернулось в моей руке, бессловесно намекая на продолжение.

Несмотря на то, что внутри него зверь, я дразнила его рукой — то ласкала головку, то отпускала руку. Волар страстно и предупредительно рыкнул, обнажая острые клыки, и молниеносно прижал меня к борту ванны спиной. Теперь он возвышался надо мной, прижал своим огромным телом, приподнял одну мою ногу, а другую раздвинул и прошептал очень властно:

— В таких моментах не стоит со мной шутить, женщина.

Я почувствовала, как его твёрдый и возбужденный член вошёл в меня ловко и нежно, раскрывая складочки словно бутон розы. Мой стон вырвался из губ, глаза закатились от удовольствия — чувствовать его часть внутри меня. Меня возбуждает и пробирает приятная дрожь, когда он ведёт себя как настоящий Альфа, каким он и является. Но при этом у него получается и нежный секс.

Глава 6.Луиза.

Пожелав спокойной ночи Эмме и Волару, я села на крышку унитаза в ванной, опираясь на левую ягодицу. Правая ныла — последствие встречи с ликаном в парке. Наконец, взяв себя в руки, я сняла с себя последние вещи, включая нижнее белье, включила душ и встала под тёплую струю воды. Тело немного расслабилось, и я упёрлась рукой в прохладную стену, отделанную дешёвой белой плиткой.

Аккуратно смывала с себя грязь, ссадины щипали, от чего я невольно морщила нос. Мысли потихоньку приходили в порядок, возвращалось осознание, во что я вляпалась. Всё началось не только в эту ночную пробежку, но с того момента, как я переехала в этот город, за тысячи километров от родного дома, оставив всех родных.

После окончания школы я сразу уехала из отчего дома, чтобы поступить на юриста. Все вступительные экзамены сдала успешно, меня зачислили. Но что-то переключилось в голове — я поняла, что не хочу учиться на юриста, хотя с детства мечтала стать адвокатом, чтобы защищать невиновных.

Я помню тот день, когда я шла на первые занятия. Проходя мимо маленького здания, я заметила вывеску, на которой крупными буквами было написано «Аренда». Не колеблясь, я позвонила по указанному телефону и узнала цену аренды — она оказалась очень низкой. Это меня ни чуть не смутило.

Однако позже, когда я ознакомилась с деталями договора, я пришла в шок от коммунальных платежей, которые мне предстояло оплачивать самостоятельно, и от маленькой проходимости людей. Тем не менее, я рискнула. Три дня я обдумывала, с чего начать свой бизнес, и в итоге составила бизнес-план, в рамках которого решила заняться реализацией свадебных и вечерних платьев.

С оставшихся средств я заказала баннер и визитки. На тот момент у меня не было продавца, и всё приходилось делать самой. Уставала страшно. Поначалу мне было трудно сводить концы с концами, но меня выручала моя швейная машинка, а также моя наглость, напористость и умение шить и перешивать одежду.

Первый год я родителям ничего не говорила о своем бизнесе. Однако, когда мой магазин начал приносить прибыль, я решила открыть правду. Реакция была предсказуемой — все были в шоке от моего, казалось бы, необдуманного решения и рисков. Мама с папой всегда считали меня мудрым и рассудительным человеком, который не стал бы делать что-то глупое, и, похоже, они ошиблись. Круглая отличница неожиданно стала бизнесменом, днем работала в собственном магазине, а ночью шила одежду.

Но такой и была моя реальность: мне надоело быть той самой "умницей". Строгий костюм и сидение в кабинете за скучной писаниной меня не вдохновляли. Мне нравилось движение, риск, волнение и тот прилив адреналина, который я испытывала, преодолевая препятствия.

Конечно, сейчас не скажу, что всё идеально, но "хорошо" — это уже достижение. В моем магазине появился продавец, и теперь есть кто-то, кто может работать. Я сама продолжаю шить на заказ и уже начала искать швею, чтобы полностью сосредоточиться на производстве вязаных игрушек.

Позже я познакомилась с Эммой, и, если честно, я не подозревала, что темный мир затянет меня на самую глубину. Я совершенно не разбираюсь в ведьминских ритуалах и ликанских законах, но теперь, как мне сказала Эмма, через две недели, а может, и раньше, ко мне придет свататься ликан. Хотя, если быть точной, это вовсе не сватовство, как мы привыкли его понимать. Он просто придет, заберет меня, как вещь, и всё — я стану его на веки.

Эмма рассказывала о Воларе, который никогда не делал ей традиционного предложения руки и сердца, как это обычно делают люди. Но она так и не рассказала мне до сегодняшней ночи, что ликаны отмечают свою суженную с помощью особого ритуала — "хорошего кусь", как они это называют.

И, если честно, это мне не о чем не говорит. После того как я немного успокоилась и отпустила всю ситуацию, произошедшую со мной, я воспринимаю её не так уж серьезно. Почему? А кто меня знает. Смешанные чувства охватывают меня: страх, непонимание и в то же время интерес к тому, что произойдет дальше.

Закончив стоять под душем и наслаждаться теплой струйкой воды, я закуталась в большое махровое полотенце. Аккуратно вышла из душа, делая осторожные шаги босыми, еще мокрыми ногами на маленьком коврике, где даже две моих ступни еле вмещаются. Обтерев ноги от влаги, я старалась не поскользнуться в ванной и не сломать себе какую-нибудь конечность, и, преодолев это маленькое препятствие, прошла в свою комнату.

В квартире царила тишина, даже соседи за стенкой сегодня не пели свои пьяные песни, что было для меня необычно. Быстро переодевшись, я сбросила с себя полотенце и надела милую плюшевую пижаму сиреневого цвета с медвежьими ушками на груди. Это было так уютно!

В руках я держала свою детскую игрушку, которую мама сшила мне еще в детстве, но она до сих пор была мне очень близка. Это был волк из мультфильма «Ну, погоди». В этот момент я осознала всю лирику своей ситуации. Волк. Ликан. М-да… Ситуация.

С сарказмом произнесла я тихо сама себе.

Прежде чем лечь в кровать, я выпила двойную дозу успокоительного. Конечно, делать это нельзя, только в экстренных случаях, при обострении эмоциональной нагрузки. Но сегодня я пережила достаточно потрясений. Можно сказать, я уже прощалась со своей жизнью. Но браслет Эммы сработал, и в этом у меня уже нет сомнений.

Забравшись под пушистое одеяло, словно облако, я положила голову на многочисленные подушки. Я не могла закрыть глаза, боясь снова увидеть сцену в парке или образ ликана. Придется ждать, пока лекарство не подействует, и мои веки сами не опустятся, как занавески на окнах.

Лежа в кровати и крепко обняв свою мягкую игрушку, я прислушивалась к тишине. Мои мысли начали скользить в глубину. Почему так сегодня тихо? Почему никого не было на улице, когда я бегала? Обычно в парке всегда заседают молодые компании, облепляя лавочки так, что нет возможности присесть. В такое время машины еще ездят по улицам. А сегодня казалось, будто кто-то объявил штормовое предупреждение, и все просто сидят по домам.

Неужели я чего-то не знаю? Не думаю, что Эмма предупредила все человечество о том, что вечерние прогулки могут оказаться фатальными.

"Боже, Луиза, не мели глупости. Просто закрой свои глаза и спи", — шептала я себе, осознавая, что завтра меня ждет тяжелый день. Сборка вещей, переезд… И еще нужно решить, как именно будет проходить переезд Киры ко мне — точнее, к Эмме и Волару.

Кира. Черт! Мы с ней общались в последнее время только после того, как я закончила школу. Отношение у нас, прямо скажем, не заладились, и вот я вдруг решила взять на себя эту ношу — неугомонную сестру, хоть и родную. Тем более ей сейчас трудно, она подросток, а это самый непростой возраст.

"Луиза, ты опять за свое? — корила я себя. — Любишь вляпаться в какую-нибудькаку, принимая решения не обдумав". Знать бы, как менять свои привычки...

Мысли о маме с папой вновь всколыхнулись в моей голове. Как же можно в таком солидном возрасте изменять своей жене, которая ждала его из тюрьмы, привозя с собой тяжелые сумки с продуктами и вещами? Она всегда была верной женой. Мама не бегала по чужим мужикам, она просто работала и тянула нас с сестрой на своих хрупких плечах. Мне одинаково жалко и маму, и папу. Они ведь мои родители. И хоть они не первые и, вероятно, не последние, кто совершает ошибки в жизни, все равно эта мысль губит мирное существование.

Глава 7.Луиза.

Сквозь сладкий и спокойный сон меня разбудил громкий и судорожный стук в дверь квартиры, будто кто-то пытался вломиться, как на пожар. Я лениво открыла глаза и поняла, что не могу оторвать голову от подушки. Похоже, успокоительные все еще действуют.

За дверью послышался глухой голос Эммы, который лишь усилил мою усталость. Несмотря на это, я поднялась с кровати и, лениво шаркая ногами по полу, как старая бабушка, направилась к двери. Подойдя, я удивилась, как сильно я ее баррикадировала от страха.

Медленно убирая все эти препятствия, я попыталась игнорировать беспокойный голос Эммы с другой стороны:

— Луиза, черт тебя возьми! Открой сейчас же эту дверь! Я ее сейчас вышиблю! — кричала она с явным раздражением.

— Сейчас, — ответила я ей, протяжно и очень спокойно, чуть ли не пропевая это слово.

Наконец, я освободила дверь и открыла её. Эмма влетела в квартиру с бешеными глазами и выражением беспокойства на лице. Быстро закрыв дверь за собой, она схватила меня руками за лицо и стала всматриваться мне в глаза. Я поморщилась: её ладони сильно сжимали мои щеки, так что мои губы стали напоминать рыбку.

Я попыталась отмахнуться от её рук, но лень одолела меня.

— Луиза, что с тобой случилось? Я тебе пыталась дозвониться все утро, ты трубку не брала. Целый час долбила в твою дверь! — выпалила она.

— Эмма, отпусти мои щеки, — медленно произнесла я. — Мне не много не комфортно.

Эмма посмотрела на меня с подозрением, а я, не обращая на это внимания, прошла на кухню и включила чайник, чтобы сделать кофе. Двойной кофе. Мне сейчас требуется кофеин, чтобы взбодрить свой организм после лекарств.

— Что ты употребляла? Почему такая спокойная? — недовольно спросила Эмма, не отрывая от меня взгляда.

— Эммочка, ты как шторм среди спокойного моря, — ответила я с легкой улыбкой.

— Я испугалась за тебя, ты трубку не берёшь! — её голос звучал с нотками тревоги.

— Со мной все в порядке. Ты будешь кофе? — как ни в чем не бывало, спросила я, отмеряя кофе в чашку.

Эмма громко вздохнула, но, подойдя ближе ко мне, села на стул, уставившись с обеспокоенным взглядом.

— Буду. А я сегодня дождусь от тебя внятного ответа?

Я насыпала по ложке кофе в кружки, а себе, конечно, добавила три ложки. В каждую кружку добавила немного сахара и только потом повернулась лицом к Эмме.

— Вчера выпила успокоительные перед сном на одну таблетку больше, — призналась я. — Теперь меня клонит в сон.

— И сколько она будет действовать? — с интересом спросила Эмма.

Я молча пожала плечами и, наливая кипяток из только что закипевшего чайника в кружки, постаралась не думать о времени. В двух руках взяла чайные ложки и одновременно размешала сахар и кофе, громко звеня по стенкам кружек. На этот звонкий звук я никак не реагировала, но, похоже, Эмме это не понравилось.

Она встала со стула и подошла ко мне, мягко опустив свою руку на мою, тем самым останавливая судорожное дребезжание ложек по кружкам.

— Ты уже достаточно расколотила сахар, так и кружки можно пробить, — сказала Эмма, забирая одну из кружек с кофе, принадлежавшую ей.

Я посмотрела на неё и лениво протянула улыбку на своём лице. Это вызвало смех у Эммы.